Псалтирь 15 глава 2 стих

Бог не нуждается

Кто настолько безумен, чтобы пола­гать, будто Бог нуждается в том, что предлагается Ему в жертвах? Боже­ственное Писание свидетельствует об этом во многих местах; чтобы не слишком распространяться, достаточ­но напомнить следующие слова псал­ма: Я сказал Господу: Ты- Господь мой, не имеешь нужды в моих благах. Поэтому следует думать, что Бог не нуждается не только в животных или вообще в каком-либо тленном или земном предмете, но даже и в самой челове­ческой праведности, и что все то, в чем выражается истинное почитание Бога, полезно человеку, а не Богу.

Блага Благого

Что означает мои блага, как не блага, Тобою данные? И как может нуждать­ся в каком-либо благе Тот, Кем даны все блага?

Но кто настолько безумен, что полагает, будто Бог нуждается в том, что предлагается ему в жертвах? Божественное Писание свидетельствует об этом во многих местах; чтобы не слишком распространяться, достаточно напомнить следующие слова псалма: «Я сказал Господу: Ты – Господь мой; блага мои Тебе не нужны» (Пс. 15:2). Поэтому следует думать, что Бог не нуждается не только в животных или вообще в каком-либо тленном и земном предмете, но даже и в самой человеческой праведности, и что все то, в чем выражается истинное почитание Бога, полезно человеку, а не Богу. Не скажет же, конечно, никто, что был полезен источнику, когда пил из него, или свету, когда видел его. Если древними праотцами совершались жертвоприношения животных, – о чем народ Божий теперь только читает, но чего уже не делает, – это нужно понимать так, что подобные жертвоприношения были знаком того, в чем выражается наше желание быть в общении с Богом и помогать ближнему в достижении той же самой цели. Видимая жертва представляет собою таинство, т. е. священный знак жертвы невидимой; поэтому некто, кающийся у пророка (или, возможно, это был сам пророк), старающийся умилостивить Бога за свои грехи, говорит: «Жертвы Ты не желаешь, – я дал бы ее; к всесожжению не благоволишь. Жертва Богу – дух сокрушенный; сердца сокрушенного и смиренного Ты не презришь, Боже» (Пс. 50:18-19). Пророк говорит, что Бог жертвы не желает, и в то же время показывает, что Он желает жертвы: как же понимать это? Не желает Бог жертвы в смысле закланного животного, но желает жертвы в смысле сокрушенного сердца. Тем, чего, как говорит пророк, Бог не желает, указывается на то, чего, как прибавляет пророк, Он желает.

Ибо не в благах моих Ты ищешь благословений для Себя.

Источник жизни

Следовательно, это благо есть источ­ник вечной жизни, из которого всем дается вещество жизни, и Сам Он в Себе имеет жизнь пребывающую, ни от кого, словно неимущий, не при­нимает, но дарует блага другим; не Себе берет откуда-то и не нуждается в нашем. Поэтому и говорит Он от лица человека: не имеешь нужды в моих благах. Так что же прекраснее, чем приближаться к Нему, прилепляться к Нему? Есть ли большее наслаждение? Ведь тот, кто видел и испил даром от источника воды живой , чего может еще желать, каких царств, какого могущества, каких денег, - если он понимает, сколь жалка участь царей, сколь изменчиво положение государ­ства, сколь мала продолжительность этой жизни, сколько рабства в самой власти, когда живешь не по своей воле, а по усмотрению других?

Рех Господеви: Господь мой еси Ты, яко благих моих не пгребуеши (2). В русском переводе звучит так: «Я сказал: Ты Господь мой, не имеешь нужды в моих благах».

В сердце человек часто обращается к Богу с намерением получить то, о чём просит. Но почему пророк вслух объявляет об этом: рех Господеви! Потому что в его словах – не просьба, не прославление или возвеличение Бога, а твёрдое исповедание веры: Господь мой еси Ты. Так Давид выразил суть своей души, глубину чувств, которые связывают его с Господом.

Мы всегда обращаемся к Богу как к Личности, имеющей Свой неописуемый лик. Вся вселенная славит своего Творца. Увидеть Бога жаждет каждое Его создание. Ежеминутно, ежесекундно нам столько всего требуется для физического, духовного существования! И все эти блага мы получаем от Того, Кто дал нам жизнь. Бог – та «последняя инстанция», в которой заключено всё: от Его воли зависит мир, на действии Его силы основаны законы бытия.

На земле человек проходит путь становления.

Постепенно познаёт ограниченность своей временной природы. И начинает искать ценности, к которым стоит стремиться, старается получить их, ведь они определяют уровень его жизни.

А в чём нуждается Бог? Ни в чём. В Ветхом Завете Он говорит: «небо – престол Мой, а земля – подножие ног Моих... Ибо всё это соделала рука Моя» (Ис. 66:1–2). Господь не имеет ни малейшей нужды в том, что люди считают благом: яко благих моих не пгребуеши.

Творцу не нужны человеческая власть, сановитость, коллекции драгоценностей и прочие материальные богатства. Мы ценим таланты поэтов, музыкантов, архитекторов, учёных, которые открывают законы мира. Но эти законы устроил Бог, Он дал таланты людям.

Господу ничего от нас не требуется. Создатель ждёт только одного: «Сын, дай Мне сердце твоё» (Притч. 23:26). И хочет быть в нашей жизни на главном месте. Поэтому Христос говорит, что первая и наибольшая заповедь – «возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душою твоею, и всем разумением твоим» (см. Мф. 22:37–38).

Не дары, а добродетели

Всемогущему Богу не нужно добро, человеку принадлежащее, - Ему нужны лишь добродетели наши, ибо прибыли Он не принимает, но когда мы пребываем в труде и борении, тогда этот дар Он от нас принимает и делает так, чтобы к нам вернулось то, что мы отдали Ему.

Школа небесных знаний

Посмотрим, в какой степени этот псалом просвещает нас относитель­но дара спасения. В страданиях он придает нам уверенность, в надежде - обещает нам вечную славу, чтобы мы не страшились превратностей насто­ящего, зная о будущем благополучии. Это - школа небесных знаний, учение о жизни, аудитория истины, исключи­тельно точная дисциплина, которая внушает ученикам плодоносный образ мысли, а не пустословную лесть.

***

Все относится к Тому, Кто даровал, а не к самому себе, получившему то, что было даровано

Все относится к Тому, Кто даровал, а не к самому себе, получившему то, что было даровано

He has said not with the lips but with the heart’s feeling, so it was His holy conscience that spoke. Thou art my God: the Son speaks to the Father in the role of servant, so that we may realise clearly that  in the one person of the Lord there are two natures, the one lowly matching our weakness, the other wonderful in accord with His power. Hence you can grasp that it was in the flesh that He suffered and rose again by virtue of His most powerful majesty. Then, to destroy the pride of the human race, which is sure that it can achieve some good by its own strength, He added: For thou hast no need of my goods. Let the Pelagians hear this, for they think that certain goods are to be attained by their own powers. With the words of His humanity He cries that God has no need whatsoever of His goods, and He attributes all things to Him who has bestowed them, and not to himself who received what was bestowed.

Иегова, как вседовольный Владыка, не требует благ от Давида, как Своего раба, напротив, подает ему со всею щедростию все необходимое для жизни: вот почему Давид так предан Ему.

В сих словесах являет пророк крепкую свою веру от сердца к Богу: Бог мой еси, сиесть несть ин разве Тебе; благих человеческих не требует Бог, Сам бо есть Источник и Податель всяких благ, точию требует сердца сокрушенна: сыне, даждь Ми сердце твое (Притч. 23:31) чистое, ибо блаженни чистые сердцем, яко тин Бога узрят.