Толкование на Притчи Соломона, Глава 1 , Василий Великий святитель

Автор Царь Соломон и иные авторы, X-? вв. до Р.Х.,

Псалтирь

Ошибка в тексте ?

Выделите ее мышкой и нажмите

Ctrl + Enter
Синодальный перевод
Василий Великий святитель
1Притчи Соломона, сына Давидова, царя Израильского,
Хороша награда за послушание. Поэтому послушаюсь доброго отца, который из словес Духа предлагает мне нечто для упражнения, и, по примеру опытных ловцов, хочет у меня, как у молодого пса, испытать скорость бега в местах непроходимых. Предложил же он мне для истолкования вступление в книгу Притчей. Но сколько неудобопостижим смысл сего чтения, известно это всякому, даже мало сведущему. Впрочем не должно отказываться от поручения, возлагая упование на Господа, Который по молитвам Пастыря, даст «ми слово во отверзение уст моих» (19 и о мне, дабы мне дано было слово - устами моими открыто с дерзновением возвещать тайну благовествования,Еф. 6:19). Всех книг премудрого Соломона знаем три: книгу сих Притчей, книгу Екклесиаста и книгу Песнь Песней. Каждая составлена с особенной целию, все же написаны на пользу людям. Ибо книга Притчей есть образование нравов, исправление страстей, и вообще, учение жизни, заключающее в себе множество правил для деятельности. А Екклесиаст касается естествословия и открывает нам суету того, что в этом мире, чтобы не почитали мы для себя вожделенным преходящего и душевных забот не тратили на суетное. Песнь же Песней показывает способ душевного усовершенствования, потому что изображает согласие невесты и жениха, то есть близость души с Богом Словом. Но возвратимся к предположенному. «Притчи Соломона, сына Давидова, иже царствова во Израили». Слово: «притча» – у внешних употребляется в означение изречений общенародных и произносимых, всего чаще на путях; потому что путь называется у них uoimoj от чего и притчу (paroimia) определяют так: речение припутное, самое обычное в народном употреблении и от немногого удобно прилагаемое ко многому подобному. А у нас притча есть полезное слово, выраженное с некоторой прикровенностью, но как с первого взгляда заключающее в себе много полезного, так и в глубине своей скрывающее обширную мысль. Потому и Господь говорит: «сия в притчах глаголах вам: но приидет час, егда ктому в притчах не глаголю вам, но яве» (25 Доселе Я говорил вам притчами; но наступает время, когда уже не буду говорить вам притчами, но прямо возвещу вам об Отце.Ин. 16:25); потому что приточное слово не имеет открыто и общевразумительно высказанного смысла, но обнаруживает намерение свое косвенным образом и только людям более внимательным. Поэтому «притчи Соломона», то есть изречения, возбуждающие внимание и доставляющие пользу на всем пути жизни. А имя писателя наименовал с тем, чтобы знаменитостию лица привлечь слушателя; потому что достоверность поучающего как делает слово достойным вероятия, так располагает учащихся к большей внимательности. Итак, «притчи Соломона», того Соломона, которому сказал Господь: «се, дах ти сердце смыслено и мудро; якоже ты, не бысть муж прежде тебе и по тебе не востанет подобен тебе» (12 вот, Я сделаю по слову твоему: вот, Я даю тебе сердце мудрое и разумное, так что подобного тебе не было прежде тебя, и после тебя не восстанет подобный тебе;3 Цар. 3:12). И еще: «даде Господь смысл и мудрость Соломону многу зело, и широту сердца, яко песок, иже при мори: и умножися мудрость Соломонова… паче… всех древних человек и паче всех смысленных египетских» (29 И дал Бог Соломону мудрость и весьма великий разум, и обширный ум, как песок на берегу моря.30 И была мудрость Соломона выше мудрости всех сынов востока и всей мудрости Египтян.3 Цар. 4:29-30). Так необходимо присовокупление имени! «Притчи Соломона, сына Давидова». Присовокуплено и имя отца, чтобы знать тебе, что Соломон был премудр, произошел от отца также премудрого и пророка, с младенчества обучен был священным письменам, но по жребию получил власть; не силою присвоил себе царство, нимало ему не принадлежавшее; но принял отеческий скипетр по справедливому суду отца и по Божию определению. Он был царем во Иерусалиме. И это сказано не напрасно, но главным образом для различения от других подобного имени царей, а сверх сего, и для того, чтобы поелику он построил пресловутый храм, то и ты знал соорудителя сего храма и виновника всякого гражданского устройства, уставов и благочиния. Много же содействует к принятию советов и то, что писатель книги – царь. Ежели царская власть есть законное правительство, то очевидно, что и правила, какие дает царь, истинно достойный сего наименования, имеют великую законность, будучи направлены к общей для всех пользе, а не составлены с намерением достигнуть царю собственной своей пользы. Тем и отличается злой властелин от царя, что один везде имеет в виду свои выгоды, а другой помышляет о пользе подданных. Но перечисляется также, какая именно польза и в какой мере приобретается из сей книги учащимися.

Источник

Беседа на начало книги Притчей
2чтобы познать мудрость и наставление, понять изречения разума;
И во-первых, из притчей можно «познати премудрость и наказание». А премудрость есть знание вещей Божественных и человеческих, также и их причин. Посему, кто с успехом богословствует, тот познал премудрость, как и блаженный Павел говорит: «премудрость же глаголем в совершенных: премудрость же не века сего, ни князей века сего престающих: но глаголем премудрость Божию в тайне сокровенную, юже предустави Бог прежде век» (6 Мудрость же мы проповедуем между совершенными, но мудрость не века сего и не властей века сего преходящих,7 но проповедуем премудрость Божию, тайную, сокровенную, которую предназначил Бог прежде веков к славе нашей,1 Кор. 2:6-7). И кто из устройства мира уразумевает Зиждителя, тот познает также Бога из премудрости, видимой в мире. «Невидимая бо Его от создания мира творенми помышляема видима суть» (20 Ибо невидимое Его, вечная сила Его и Божество, от создания мира через рассматривание творений видимы, так что они безответны.Рим. 1:20). А к мысли о Боге приближает нас, когда говорит: «Бог премудростию основа землю»; и: «егда готовяше небо, с Ним бех; и: бех при Нем устрояя; и: Аз бех, о нейже радовашеся» (19 Господь премудростью основал землю, небеса утвердил разумом;Притч. 3:19; 27 Когда Он уготовлял небеса, [я была] там. Когда Он проводил круговую черту по лицу бездны,28 когда утверждал вверху облака, когда укреплял источники бездны,29 когда давал морю устав, чтобы воды не переступали пределов его, когда полагал основания земли:30 тогда я была при Нем художницею, и была радостью всякий день, веселясь пред лицем Его во все время,Притч. 8:27-30). Ибо все сие говорит Соломон от имени олицетворенной им премудрости, чтобы доставить нам ясное о ней познание. И вообще в словах: «Господь созда мя начало путей Своих» (22 Господь имел меня началом пути Своего, прежде созданий Своих, искони;Притч. 8:22), разумеет премудрость, открывающуюся в мире, которая едва не выговаривает чрез видимое, что она произошла от Бога, и что в тварях не самослучайно сияет столько премудрости. Ибо как «небеса поведают славу Божию, и творение руку Его возвещает твердь, возвещает же не издавая гласа; потому что не суть речи, ниже словеса, ихже не слышатся гласи их» (2 Небеса проповедуют славу Божию, и о делах рук Его вещает твердь.Пс. 18:2, 4), таковы словеса и началородной премудрости, которая при творении прежде всего другого положена в основание твари: она молча вопиет о своем Творце и Господе, чтобы ты восходил чрез нее к мысли об едином Премудром. Но есть и человеческая некая мудрость; это – опытность в делах житейских, по которой называем премудрыми сведущих в одном каком-нибудь из полезных искусств. Поэтому у писателя сего приглашением к премудрости и занята не малая часть книги. «Премудрость во исходех поется, в стогнах же дерзновение водит, на краех же стен проповедуется» (20 Премудрость возглашает на улице, на площадях возвышает голос свой,21 в главных местах собраний проповедует, при входах в городские ворота говорит речь свою:Притч. 1:20-21). Видя ревность людей, видя, что все мы естественным образом любим знаменитость премудрости, Соломон похвалами премудрости возбуждает души стремиться к ней без укоснения и нерадения. Говорит, что везде много о ней речей, на путях, на торжищах, на городских стенах. Для того именует врата, стогны, стены, чтобы наименованием «исходов» и «стогн» показать знаменитость премудрости, а наименованием ее стен – ее пользу и достаточность для всякой безопасности в жизни. И желая освоить нас с нею, говорит: «нарцы премудрость сестру тебе быти»; и еще: «возжелей ея, и соблюдет тя» (4 Скажи мудрости: "Ты сестра моя!" и разум назови родным твоим,Притч. 7:4, 6 Не оставляй ее, и она будет охранять тебя; люби ее, и она будет оберегать тебя.Притч. 4:6). Потом, показывая общеполезность ее, и что польза от нее простирается равно на всех, говорит: «закла своя жертвенная, то есть уготовала твердую пищу для обучивших душевные чувствия долгим учением; раствори в чаши своей вино, веселящее сердце человека; а под чашею разумеет он общее и всенародное причащение благ, где всем дозволено с одинаковым правом почерпать сколько кто может, и сколько кому потребно; и уготова свою трапезу» (2 заколола жертву, растворила вино свое и приготовила у себя трапезу;Притч. 9:2). Все говорит в высшем знаменовании, под образом телесного давая нам разуметь духовное. Ибо словесную пищу души называет трапезою, к которой созывает «с высоким проповеданием, то есть учениями, не заключающими в себе ничего низкого и презренного. Иже есть безумен, да уклонится ко мне» (3 послала слуг своих провозгласить с возвышенностей городских:4 "кто неразумен, обратись сюда!" И скудоумному она сказала:Притч. 9:3-4). Ибо как больные требуют врачевания, так безумные имеют нужду в мудрости. И: «лучше бо сию куповати, нежели злата и сребра сокровища» (14 потому что приобретение ее лучше приобретения серебра, и прибыли от нее больше, нежели от золота:Притч. 3:14). И: «честнейша же есть камений многоценных… всяко честное недостойно ея есть» (15 она дороже драгоценных камней; и ничто из желаемого тобою не сравнится с нею.Притч. 3:15). И: «сыне, аще премудр будеши, себе премудр будеши и искренним твоим» (12 если ты мудр, то мудр для себя; и если буен, то один потерпишь.Притч. 9:12). И: сыну «же мудру благопоспешна будут дела» (14 [У сына лукавого ничего нет доброго, а у разумного раба дела благоуспешны, и путь его прямой.]Притч. 13:14). И вообще, в истине сего слова можешь ты увериться, собрав на досуге все, что сказано о премудрости у Соломона. Поелику же «в злохудожну душу не внидет премудрость» (4 В лукавую душу не войдет премудрость и не будет обитать в теле, порабощенном греху,Прем. 1:4), то прежде всего души, намеревающиеся беседовать с мудростию, очищает Божиим страхом. Ибо тайны спасения повергать пред всяким без разбора и принимать одинаково всех, даже не имеющих ни чистой жизни, ни разума испытанного и точного, походит на то же, что и в нечистый сосуд вливать многоценное миро. Посему «начало премудрости страх Господень» (7 Начало мудрости - страх Господень; глупцы только презирают мудрость и наставление.Притч. 1:7). А страх – очищение души по молитве пророка, который говорит: «пригвозди страху Твоему плоти моя» (120 Трепещет от страха Твоего плоть моя, и судов Твоих я боюсь.Пс. 118:120). Где обитает страх, там пребывает всякая душевная чистота; потому что оттуда бежит всякий порок и всякий нечестивый поступок; и телесные члены, пригвожденные страхом, не могут порываться на дела неблагоприличные. Как человек, в которого вонзены вещественные гвозди, будучи удерживаем болью, остается бездейственным, так и пригвожденный страхом Божиим, ожиданием угрожающих наказаний пронзаемый как бы некоторою болью, не может и глаз употреблять, на что не должно, и рук простирать на дела непозволенные, и вообще, ни в малом, ни в великом поступать вопреки своему долгу. Оскверненных же и подлых душою Соломон не допускает к слышанию Божественных речей, говоря: а бесстрашные во вратах водворятся (23 Страх Господень [ведет] к жизни, и [кто имеет его], всегда будет доволен, и зло не постигнет его.Притч. 19:23). И: взыщете «премудрости у злых и не» обрящете (6 Распутный ищет мудрости, и не находит; а для разумного знание легко.Притч. 14:6). И еще: «взыщут мене злии и не обрящут» (28 Тогда будут звать меня, и я не услышу; с утра будут искать меня, и не найдут меня.Притч. 1:28), потому что не очищены Божиим страхом. Поэтому кто намерен приступить к принятию премудрости, тот приходи, очистив срамоту греха спасительным страхом. Итак, из учения Притчей открылось нам и другое благо, а именно: восприятие страха, внушенное нам премудростию. Вторым из обещанного было: «познати наказание». А наказание есть некоторое полезное для души образование, которое часто очищает ее от пятен греха не без труда, и в это время «не мнится радость быти, но печаль: последи же плод мирен наученым тем воздает» во спасение (11 Всякое наказание в настоящее время кажется не радостью, а печалью; но после наученным через него доставляет мирный плод праведности.Евр. 12:11). Поэтому «познати сие наказание» не всякому уму возможно; потому что многие, отказавшись от трудности настоящего, по невежеству не ждут полезного окончания дела, но, огорчаясь суровостию прилагаемого о них попечения, остаются в недуге невежества. Потому достойны удивления слова праведных, которые говорят: «Господи, да не яростию Твоею обличиши мене, ниже гневом Твоим накажеши мене» (2 Господи! не в ярости Твоей обличай меня и не во гневе Твоем наказывай меня.Пс. 6:2). Они желают избыть не наказания, но гнева. Подобно сему и следующее: «накажи нас, Господи, обаче в суде, а не в ярости» (24 Наказывай меня, Господи, но по правде, не во гневе Твоем, чтобы не умалить меня.Иер. 10:24). И: «наказание Господне отверзает уши мои» (5 Господь Бог открыл Мне ухо, и Я не воспротивился, не отступил назад.Ис. 50:5). Как малые дети, нерадивые к ученью, после лоз, которыми высечет их учитель или приставник, сделавшись внимательнее, начинают понимать уроки, и то же слово, которого до побоев не слыхали, после боли от лоз, как бы чрез это отверзались у детей уши, и слухом приемлется, и удерживается в памяти: так бывает и с теми, которые не внимают Божию учению и презрительно относятся к заповедям. Когда Бог нашлет на них наказание, тогда те особенно Божия повеления, о которых всегда им было говорено, и которые всегда оставляли они без внимания, приемлются ими, как в первый раз коснувшиеся их слуха. Поэтому сказано: «наказание Господне отверзает уши мои.».. Поелику же наказание вразумляет бесчинного, как сделал Павел, предавший сатане как мучителю, который вывертывает члены и бичует для того, «да накажутся не хулити» (20 таковы Именей и Александр, которых я предал сатане, чтобы они научились не богохульствовать.1 Тим. 1:20), и поелику мятежного возвращает оно к долгу, подобно тому, о ком сказано, что «последи пленения его покаяхся» (19 Когда я был обращен, я каялся, и когда был вразумлен, бил себя по бедрам; я был постыжен, я был смущен, потому что нес бесславие юности моей".Иер. 31:19), то нужно знать силу наказания, к чему оно полезно. Потому Соломон, зная пользу оного, советует: «не преставай младенца наказовати: аще бо жезлом биеши его, не умрет: ты бо побиеши его жезлом, душу же его избавиши от смерти» (13 Не оставляй юноши без наказания: если накажешь его розгою, он не умрет;14 ты накажешь его розгою и спасешь душу его от преисподней.Притч. 23:13-14). «Который бо есть сын, егоже не наказует отец?» (7 Если вы терпите наказание, то Бог поступает с вами, как с сынами. Ибо есть ли какой сын, которого бы не наказывал отец?Евр. 12:7). Сие наказание для рассуждающих здраво дороже множества денег. Потому Соломон говорит: «приимите наказание, а не сребро» (10 Примите учение мое, а не серебро; лучше знание, нежели отборное золото;Притч. 8:10), чтобы во время нужды, когда или тело больно, или домашние дела в расстройстве, не возыметь тебе лукавой мысли о Боге, но со многим терпением принимать Его удары, вразумляясь, в чем ты согрешил, и познав «наказание», говорить: «гнев Господень стерплю, яко согреших Ему» (9 Гнев Господень я буду нести, потому что согрешил пред Ним, доколе Он не решит дела моего и не совершит суда надо мною; тогда Он выведет меня на свет, и я увижу правду Его.Мих. 7:9). И: «благо мне, яко смирил мя еси» (71 Благо мне, что я пострадал, дабы научиться уставам Твоим.Пс. 118:71). Таков был Павел, который говорит: «наказуеми, а не умерщвляеми» (9 мы неизвестны, но нас узнают; нас почитают умершими, но вот, мы живы; нас наказывают, но мы не умираем;2 Кор. 6:9). И: обличаемые «от Господа наказуемся, да не с миром осудимся» (32 Будучи же судимы, наказываемся от Господа, чтобы не быть осужденными с миром.1 Кор. 11:32). Поелику же и обучение наукам называется наказанием, по написанному о Моисее: «и наказан бысть Моисей всей премудрости египетстей» (22 И научен был Моисей всей мудрости Египетской, и был силен в словах и делах.Деян. 7:22), то немаловажно для спасения не какими ни есть заниматься науками, но знать полезнейшее «наказание». Ибо иные упражняясь в геометрии, которую изобрели египтяне, или в астрологии, которая была в уважении у халдеев, или вообще вдаваясь в выспренные умствования об образах и тенях, презрели изучение Божия слова. А многих занимали пиитика, риторика и изобретение софизмов, для которых содержанием служит ложь; потому что пиитика не может обойтись без басни, риторика – без искусства в слововыражении и софистика – без ложных умозаключений. Итак, поелику многие при тщательном изучении всего этого вознерадели о познании Бога, состаревшись в исследовании предметов пустых, то необходимо познание «наказания», чтобы избирать обучение полезное, избегать же обучения неразумного и вредного. Внимательно читая Притчи и неленостно извлекая из них пригодное, можно еще «уразумети словеса мудрости» (φρονησιζ), ибо можно уразуметь полезное. Сказано: «злобою младенствуйте, умы же совершенни бывайте» (20 Братия! не будьте дети умом: на злое будьте младенцы, а по уму будьте совершеннолетни.1 Кор. 14:20). О мудрости знаем, что она есть одна из родовых добродетелей, посредством которой мы, человеки, делаемся сведущими в том, что добро и зло, и что безразлично. А мудрым (φρονιμοζ), очевидно, называется человек по производству сего имени от слова: мудрость (φρονησιζ). Но как же засвидетельствовано, что «змий бе мудрейший (φρονιμωτατοζ) всех зверей» (1 Змей был хитрее всех зверей полевых, которых создал Господь Бог. И сказал змей жене: подлинно ли сказал Бог: не ешьте ни от какого дерева в раю?Быт. 3:1)? И еще Господь говорит: «будите мудри (φρονιμοι) яко змия» (16 Вот, Я посылаю вас, как овец среди волков: итак будьте мудры, как змии, и просты, как голуби.Мф. 10:16)? И строитель неправедный назван мудрым (8 И похвалил господин управителя неверного, что догадливо поступил; ибо сыны века сего догадливее сынов света в своем роде.Лк. 16:8)? Не видно ли из сего, что слово «мудрость» берется трояко? В одном смысле она есть охранение собственной своей пользы, соединенное со злоумышлением против ближнего; такова мудрость змеи, которая бережет свою голову. Есть еще какая-то изворотливость нрава, которая скоро находит полезное для себя и овладевает людьми простодушными; такова мудрость строителя неправедного. Истинная же мудрость есть распознание того, что должно делать и чего не должно. Кто следует ей, тот никогда не отступит от дел добродетели и никогда не будет проникнут пагубою порока. Посему разумевающий «словеса мудрости» знает, кто лжеумствователь и обманщик и кто внушает лучшие правила жизненной деятельности. Он, как искусный «торжник», удержит у себя добротное, сам же удержится от всякого рода зла (21 Все испытывайте, хорошего держитесь.22 Удерживайтесь от всякого рода зла.1 Фес. 5:21-22). Сия-то мудрость созидающему «храмину свою помогает положить основание ее на камени», то есть опереться на вере во Христа, чтобы оставаться незыблемым во время дождей, ветров и устремлений речных (24 Итак всякого, кто слушает слова Мои сии и исполняет их, уподоблю мужу благоразумному, который построил дом свой на камне;25 и пошел дождь, и разлились реки, и подули ветры, и устремились на дом тот, и он не упал, потому что основан был на камне.Мф. 7:24-25). Ибо подобными сими словами Господь изобразил нам в притче непоколебимость в искушениях как человеческих, так и свыше посылаемых. Он же учит не нерадеть о необходимом, но, заблаговременно запасшись напутиями жизни, с готовностию сердца ожидать пришествия Жениха. Ибо сказано, что мудрые (fronimoi) девы, поелику имели елей в светильниках, взошли вместе с женихом, а юродивые, по неготовности своей, лишены радости брачного чертога (1 Тогда подобно будет Царство Небесное десяти девам, которые, взяв светильники свои, вышли навстречу жениху.2 Из них пять было мудрых и пять неразумных.3 Неразумные, взяв светильники свои, не взяли с собою масла.4 Мудрые же, вместе со светильниками своими, взяли масла в сосудах своих.5 И как жених замедлил, то задремали все и уснули.6 Но в полночь раздался крик: вот, жених идет, выходите навстречу ему.7 Тогда встали все девы те и поправили светильники свои.8 Неразумные же сказали мудрым: дайте нам вашего масла, потому что светильники наши гаснут.9 А мудрые отвечали: чтобы не случилось недостатка и у нас и у вас, пойдите лучше к продающим и купите себе.10 Когда же пошли они покупать, пришел жених, и готовые вошли с ним на брачный пир, и двери затворились;11 после приходят и прочие девы, и говорят: Господи! Господи! отвори нам.12 Он же сказал им в ответ: истинно говорю вам: не знаю вас.Мф. 25:1-12).

Источник

Беседа на начало книги Притчей
3усвоить правила благоразумия, правосудия, суда и правоты;
После сего посмотрим, что значит: «прияти извития словес». Истинное и от здравого разумения происходящее слово просто и единообразно, об одном и том же всегда говорит одно; а слово изукрашенное и искусственное, заключая в себе много хитросплетенного и изысканного, принимает тысячи видов и извивается в бесчисленных извитиях, будучи преобразуемо в угодность слушающим. Потому притчи доставляют нам великую пользу, делая способными крепко противостоять приражению искусственных слов. И кто внимателен к притчам и не с нерадением слушает их советы, тот, как бы вооруженный опытностию, безвредно приемлет «извития словес», не совращаясь ими и ни в чем не отступая от истины. Когда иначе вещь существует в природе, а иначе уверяет о ней слово; тогда будет это «извитие», лучше же сказать, извращение истины словом. И кто инаковым кажется, а инаков в действительности, тот употребляет «извития словес», обманывая имеющих с ним дело, как зайцы и лисицы обманывают собак, одну сторону им показывая, а в другую оборачиваясь. И противоположения лжеименного ведения суть какие-то «извития словес». Ибо не приемлющие простоты духовного учения, изощренные же диалектикою на противоречия; правдоподобием лжеумствований превозмогают нередко твердость истины. Итак, огражденный притчами «приемлет сии извития словес». Хотя и встретит он иногда такие спорные вопросы, что доводы с обеих сторон равносильны, и трудно различить, где более вероятности; однако же ум его, как упражнявшийся в притчах, не придет в замешательство, даже когда собеседники своими доводами наносят друг другу, по-видимому, совершенно почти равные удары. Притча дает также «уразумети правду истинную». Поелику «правда» есть способность воздавать за все по достоинству, а достигнуть сего трудно; потому что одни, по недостатку разумения, не могут дознать, как воздать каждому должное, а другие, будучи преобладаемы человеческими страстями, нарушают справедливость, как бедных презирают, а сильных обидчиков не обличают, то книга Притчей обещает ученикам своим дать ведение «правды истинной». И поелику многие, уловляя похвалу толпы, хотя на деле предпочитают неправду и любостяжательность, как нечто для них полезное, но по наружности и на словах хвалят равенство и правду, то обученный Притчам не останется в неведении о сих людях, но будет знать, какая правда поддельная и подложная, и какая истинная и не обманчивая. Также, поелику и внешние мудрецы предлагали многие учения о правде, а они своими правдоподобиями вводят в обман людей, которые, при рассуждении об этом, не способны следовать истинному учению, то книга сия обещает сделать известною «правду истинную», чтобы нам избегать вредных лжеумствований. Даже и законы язычников, имея между собою большую разность, приводят в затруднение умы людей, не составивших себе точного понятия о правде. Некоторые языческие народы признают справедливым отцеубийство, а другие отвращаются всякого убийства как злодеяния. Одни выше всего ставят целомудрие, а другие предаются похоти с матерями, дочерями и сестрами. И вообще, многие, находясь под властию застарелых обычаев, не распознают гнусности дел своих. Но книга сия, научая «правде истинной», избавляет человека от страстей, какие в нем от неразумия. Но как есть правда, собственно в нас находящаяся, именно: присвоение каждому должного, и хотя мы не достигаем сего в точности, однако же, поступая с самым правдивым расположением, не уклоняемся далеко от цели, так есть правда, постигающая нас с небеси от праведного Судии, – правда то исправляющая, то вознаграждающая, в которой многое для нас неудобообъяснимо по высоте заключающихся в ней определений. О ней, думаю, говорит псалмопевец: «правда Твоя, яко горы Божия» (7 Правда Твоя, как горы Божии, и судьбы Твои - бездна великая! Человеков и скотов хранишь Ты, Господи!Пс. 35:7). Итак, книга сия обещает эту подлинно «истинную и Божию правду» представить в ясности упражнявшимся в приточном учении. Опять, поелику иные грехи бывают непроизвольны, а в ином случае грешим с лукавым намерением, то и определение Правосудного о сих грехах не одинаково. Ибо положим, что подвергается суду блуд и что на суде две блудницы; но одна, будучи продана содержателю развратного дома, по нужде бывает во грехе, доставляя собою прибыль лукавому господину, а другая по сластолюбию добровольно предает себя греху. Поэтому в одном случае находит себе извинение грех непроизвольный, а в другом осуждается грех худого произволения. Опять, иной согрешил, будучи сначала воспитан худо, потому что и на свет произведен родителями неправедными, и рос, слыша и видя речи и поступки беззаконные; а у другого было многое, что призывало его к добродетели – честное воспитание, советы родителей, взыскательность учителей, слышание словес Божиих, образ жизни упорядоченный и все прочее, чем душа руководится к добродетели, но и он впоследствии поползнулся в подобный грех; таковой не по справедливости ли будет признан достойным тягчайшего наказания? Один будет осужден вследствие спасительных побуждений, всеянных в умы наши, и именно за то, что не воспользовался ими здраво; а другой, сверх сего, и за то, что сделал напрасными все данные ему пособия и по невнимательности увлекся в порочную жизнь. Поэтому «уразумети правду истинную» подлинно есть дело великого ума и самого совершенного сердца. А едва ли книга сия не обещает и того, что обучившийся притчам будет уже в состоянии заняться точным изучением богословия. Ибо истинная правда есть Христос, «Иже бысть нам премудрость от Бога, правда же и освящение и избавление» (30 От Него и вы во Христе Иисусе, Который сделался для нас премудростью от Бога, праведностью и освящением и искуплением,1 Кор. 1:30). С познанием правды истинной сопряжено и то, чтобы «суд исправляти». Кто не изучил предварительно справедливого, тому невозможно правильно разбирать дела сомнительные. И сам Соломон, если б не имел точных понятий о справедливом, не мог бы так правильно и удачно произнести этого всем известного определения, которым решил спор двух бесчестных женщин о младенце. Поелику не было свидетелей тому, что говорили женщины, то Соломон обратился к природе и при ее помощи нашел неизвестное; потому что чужая женщина без сожаления соглашалась на истребление младенца, а настоящая мать по естественной любви не могла даже и слышать об его страдании. Поэтому, кто узнал «правду истинную» и чрез нее научился отдавать каждому его собственное, тот может «исправляти суд». Как стрелок направляет стрелу в цель, нимало не погрешая в стрельбе, и стрела падает ни дальше, ни ближе, ни по ту, ни по другую сторону цели, так судья отгадывает справедливое, не взирая на лица (потому что знать «лице на суде не добро») (23 Сказано также мудрыми: иметь лицеприятие на суде - нехорошо.Притч. 24:23), и ничего не делая по пристрастию, но произнося определения правые и непревратные. И когда у него двое подсудимых: человек любостяжательный и другой, имеющий у себя мало,– судья уравнивает их между собою и столько отнимает у имеющего больше, сколько находит недостаточным обиженного. А кто не запасся у себя в душе «истинною правдою», но подкуплен деньгами, или поблажает дружбе, или мстит по вражде, или боится сильного, тот не может «суд исправляти». Ему псалом говорит: «аще воистинну убо правду глаголете, правая судите, сынове человечестии» (2 Подлинно ли правду говорите вы, судьи, и справедливо судите, сыны человеческие?Пс. 57:2). Ибо правильность суда служит доказательством правдивого расположения. Почему и сам Соломон впоследствии говорит: «вес велик и мал, и мера сугуба, нечиста пред Господем» (10 Неодинаковые весы, неодинаковая мера, то и другое - мерзость пред Господом.Притч. 20:10), наименованием весов приточно выражая несоблюдение равенства в суде. Полезно же сие не только судьям, но и при избрании чего бы то ни было при жизни. Поелику в нас есть какое-то естественное судилище, на котором различаем доброе и лукавое, то при избрании того, что делать, необходимо нам составлять правильные суждения о вещах и, подобно судье, который беспристрастно и со всею справедливостию дает приговор тяжущимся, доверять добродетели и осуждать порок. Например, у тебя судятся блуд и целомудрие; высокий ум твой, которому вверено судилище, председательствует; сластолюбие защищает блуд, а страх Божий заступается за целомудрие. Итак, ежели осудишь грех и дашь победить целомудрию, то правильно рассудишь дело. А ежели, дав перевес сластолюбию, объявишь, что грех предпочтительнее, то рассудишь криво, подпав клятве сказавшего: «горе глаголющим… горькое сладкое, и сладкое горькое, глаголющим свет тму, и тму свет» (20 Горе тем, которые зло называют добром, и добро - злом, тьму почитают светом, и свет - тьмою, горькое почитают сладким, и сладкое - горьким!Ис. 5:20)? Если же, по словам того же Соломона, «мысли праведных судьбы» (5 Промышления праведных - правда, а замыслы нечестивых - коварство.Притч. 12:5), то надобно стараться, чтобы внутри, в потаенном судилище помышлений, составлялись о деле суждения непревратные, а чтобы ум уподоблялся весам, неуклонно определяющим вес каждого поступка. Когда каждая заповедь судится у тебя с противоположным ей пороком, тогда закону Божию доставляй победу над грехом. Судятся ли алчность и справедливость? Произнеси осуждение на пожелание чужого, а добродетели дай одобрительный приговор. Вступают ли между собою в тяжбу укоризна и долготерпение? Постыди укоризну и предпочти долготерпение. Или препираются вражда и любовь? Вражду, предав бесчестию, гони, как можно дальше, а любовь, почтив, сделай к себе приближенною. Судятся ли лицемерие и искренность, мужество и трусость, благоразумие и неблагоразумие, справедливость и неправда, целомудрие и своеволие, короче сказать, судится ли всякая другая добродетель со всяким другим пороком? Тогда-то именно и покажи правость суда в потаенном судилище души твоей, и, заповедь соделав как бы заседающей с тобою в суде, окажи себя ненавистником лукавства, отвращающимся грехов и предпочитающим добродетели. Если сделаешь, что в каждом деле будет препобеждать у тебя лучшее, то будешь блажен «в день оный, егда судит Бог тайная человеком, по благовестию нашему между собою помыслом осуждающим или отвещающим» (16 в день, когда, по благовествованию моему, Бог будет судить тайные дела человеков через Иисуса Христа.Рим. 2:16, 15), не пойдешь осужденным за преклонность к худому, но почтен будешь венцами правды, какими в продолжение всей своей жизни сам ты увенчивал добродетель. Сколько же благ доставит тебе книга Притчей, научающая знать «истинную правду и суд исправляти»?
4простым дать смышленость, юноше - знание и рассудительность;
Что же еще, кроме сего? Сказано: «да даст незлобивым коварство1, отрочати же юну чувство же и смысл». Незлобие понимаем двояко. Или разумеем отчуждение от греха, совершаемое рассудком. И когда долговременным попечением о добре и упражнением в оном как бы подсекаем в себе какой-то корень злобы, тогда по совершенном ее отъятии, принимаем наименование незлобивого. Или незлобие есть неизведание еще зла, как иные, всего чаще по молодости или по роду жизни, не знают по опыту каких-нибудь пороков. Например: дитя не знает надмения, не знает притворства и плутовства. Опять, есть люди, живущие в деревне, которым неизвестны обманы в торговле и судебные кляузы. Таких называем незлобивыми не по тому, что они по произволению далеки от порока, но по тому, что опытом не доведены до лукавого навыка. Незлобивый в собственном смысле, каков был Давид, который говорит: «аз же незлобою моею ходих» (11 А я хожу в моей непорочности; избавь меня, [Господи,] и помилуй меня.Пс. 25:11), чрез упражнение в добродетели изгнал из души своей всякое лукавство и удостаивается наследия благ, потому что «Господь не лишит благих ходящих незлобием» (12 Ибо Господь Бог есть солнце и щит, Господь дает благодать и славу; ходящих в непорочности Он не лишает благ.Пс. 83:12). Таковой с уверенностию скажет: «суди ми, Господи, яко аз незлобою моею ходих» (1 Псалом Давида. Рассуди меня, Господи, ибо я ходил в непорочности моей, и, уповая на Господа, не поколеблюсь.Пс. 25:1); и еще: «суди ми, Господи, по правде моей и по незлобе моей на мя» (9 Господь судит народы. Суди меня, Господи, по правде моей и по непорочности моей во мне.Пс. 7:9). Отличительные же черты незлобивого – простота, благородство, безыскусственность нрава. Таков был Иаков. Сказано: «нелукав, живый в дому» (27 Дети выросли, и стал Исав человеком искусным в звероловстве, человеком полей; а Иаков человеком кротким, живущим в шатрах.Быт. 25:27), то есть, обнаруживая в себе естественное простодушие, он не налагал на себя искусством прикрашенного вида, наподобие какой-нибудь личины, чтобы ввести в обман имевших с ним дело. Впрочем, здесь Соломон, кажется мне, называет незлобивым не изведавшего зла опытно, потому и говорит, что он имеет нужду в похвальной хитрости (πανουργια), чтобы при естественной невинности приобрести ему и житейскую опытность и, этою прекрасною хитростию оградившись как бы каким-то оружием, сделаться недоступным злоумышлению противников. Ибо, думаю, что совершенный должен быть разумен в рассуждении добра и невинен в рассуждении зла. Отсюда, как из некоторого источника, да почерпают незлобивые спасительную хитрость. Ибо «муж хитрый, престол чувствия»; и: «хитрый злым находящим укрывается»; и: «храняй же обличения хитрейший» (23 Человек рассудительный скрывает знание, а сердце глупых высказывает глупость.Притч. 12:23; 12 Благоразумный видит беду и укрывается; а неопытные идут вперед [и] наказываются.Притч. 27:12; 5 Глупый пренебрегает наставлением отца своего; а кто внимает обличениям, тот благоразумен.Притч. 15:5). Поэтому хитрость (πανουργια) есть действование во всем с искусною попечительностию, как злодеяние (κακουργια) есть упражнение в одном зле. Но поелику хитрый берется за всякое дело, в числе же всяких дел бывают и дела негодные, то наименование хитрого имеет два значения. Кто промышляет дела свои ко вреду других, тот лукавый хитрец; а похвально хитр, кто скоро и смышлено отыскивает свойственное себе благо и избегает всякого вреда, коварно и злонамеренно замышляемого против него другими. Поэтому тщательно вникай в слово «хитрость», и знай что есть среднее какое-то состояние, в котором человек, с здравым расположением к собственной своей пользе и к пользе ближнего пользующийся хитростию, достоин одобрения. Но кто направляет хитрость ко вреду ближнего, тот осужден; потому что уменье свое употребляет в средство к погибели. История же полна примеров, как тем и другим образом употреблять свое уменье. Прекрасна хитрость евреев, которые перехитрили египтян, взяли с них плату за постройку городов и запаслись веществами, нужными на скинию. Похвально хитрили повивальные бабки, спасавшие еврейских младенцев мужского пола. Прекрасна хитрость Ревекки, приобретшей сыну великое благословение. Прекрасно хитрила Раав, прекрасно хитрила Рахиль, когда одна спасла соглядатаев, а другая перехитрила отца и освободила его от идолослужения. Лукаво хитрили с израильтянами гаваониты. Лукава хитрость Авессалома, который под видом правдивости подущал подданных, и собирал многих изменников в заговор против отца. А некоторые обвиняются за то, что «на люди Божия лукавноваша волею» (4 против народа Твоего составили коварный умысел и совещаются против хранимых Тобою;Пс. 82:4). Впрочем, здесь Писание одобряет хитрость, употребляемую на пользу, служащую как бы оружием в делах житейских и ограждающую собою души людей простого нрава. Если бы хитрость сию имела Ева, то не была бы уловлена обольщениями змея. Поэтому незлобивого, у которого мысли, по доверчивости его ко всякому слову, удобно растлеваются, предлагаемое учение ограждает, как бы на вспоможение ему в делах житейских предлагая пользу хитрости. Следует рассмотреть, как «отрочати юну дает чувство и смысл». Поелику человек, как Апостол говорит, двойствен, а именно: есть человек «внешний и есть человек внутренний» (16 Посему мы не унываем; но если внешний наш человек и тлеет, то внутренний со дня на день обновляется.2 Кор. 4:16), то и возрасты, как в человеке видимом, так и в умопредставляемом втайне, надобно нам понимать приблизительно к тому и другому. Сказать, что новорожденный младенец приобретает телесное чувство, недалеко от смешного, потому что какое из чувств может дать книга, когда зрение, и слух, и обоняние, и вкус, и осязание прирождены уже нам, и не вследствие учения появляются, но сама природа наделяет ими живое существо? Поэтому и слово: «отроча», надобно разуметь не телесно, и под чувством понимать не одно из сих перечисленных чувств. А напротив того, возрасты должно принимать относительно ко внутреннему человеку. Ибо из многих мест Писания знаем и состояние души детское, и состояние цветущее, и состояние уже старческое. Например, как узнаем от Павла, коринфяне были младенцы, почему и имели еще нужду в молоке, предуготовительном и простом учении Евангелия, а не были в состоянии преодолевать твердую пищу учений. А юноша душою тот, кто доведен до совершенства во всех частях добродетели, духом горящ, исполнен ревности к делам благочестия, имеет силы со всем напряжением делать добрые дела. Его и Евангелие называет «хищником», могущим «восхитить... Небесное Царство» (12 От дней же Иоанна Крестителя доныне Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его,Мф. 11:12). Его и Дух Святой как способного употребляет к песнопениям; ибо сказано: «юноши и девы… да восхвалят имя Господне» (12 юноши и девицы, старцы и отроки13 да хвалят имя Господа, ибо имя Его единого превознесенно, слава Его на земле и на небесах.Пс. 148:12-13). И у Иоиля обещано юношам, что «видения увидят» (28 И будет после того, излию от Духа Моего на всякую плоть, и будут пророчествовать сыны ваши и дочери ваши; старцам вашим будут сниться сны, и юноши ваши будут видеть видения.Иоил. 2:28). Старец же душою тот, кто совершен в благоразумии. Таков был Даниил, который в юношеском теле показывал степенную разумность, внушавшую уважение более всякой седины; почему и говорят ему старцы, исполненные дней лукавых: «гряди, сяди посреде нас и возвести нам, яко тебе даде Бог старейшинство» (50 И тотчас весь народ возвратился, и сказали ему старейшины: садись посреди нас и объяви нам, потому что Бог дал тебе старейшинство.Дан. 13:50). Следовательно, и здесь притча называет «отрочатем юным» возрожденного банею пакибытия2, воскормленного, сделавшегося, «яко отроча», и в этом состоянии способного уже к Небесному Царству. Такому новорожденному младенцу, возжелавшему словесного и нелестного млека, книга Притчей, чрез упражнение в ней, дает «чувство и смысл», чувство для настоящего, а смысл для будущего; ибо обучает тому, что свойственно человеку, и делает людей чувствительными к предметам, чтобы не порабощались удовольствиям неприличным и не приходили в изумление пред суетною славою мира сего; также сообщает и понятие о будущем веке, и тем, что говорит, приводит к вере в обетования. А поелику различия возрастов объяснили мы о внутреннем человеке, то следует и наименования чувств приложить к способностям душевным. Посему, когда Соломон говорит: «ко словесем моим прилагай твое ухо» (18 потому что утешительно будет, если ты будешь хранить их в сердце твоем, и они будут также в устах твоих.Притч. 22:18), надобно знать нам, что требует он благопослушной души, как и Господь: «имеяй уши слышати, да слышит» (9 Кто имеет уши слышать, да слышит!Мф. 13:9); и: «слово премудро во ухо благопослушно» (12 Золотая серьга и украшение из чистого золота - мудрый обличитель для внимательного уха.Притч. 25:12). Итак, этими словами и подобными им дает «отрочати юну» здравое чувство слуха. Когда же говорит: «не внимай злей жене»; и еще: «ниже утверди ока своего к ней»; и: «очи твои право да зрят», тогда, очевидно, дает отрочати как бы душевное зрение (3 ибо мед источают уста чужой жены, и мягче елея речь ее;Притч. 5:3; 18 И он не знает, что мертвецы там, и что в глубине преисподней зазванные ею. [Но ты отскочи, не медли на месте, не останавливай взгляда твоего на ней; ибо таким образом ты пройдешь воду чужую. От воды чужой удаляйся, и из источника чужого не пей, чтобы пожить многое время, и чтобы прибавились тебе лета жизни.]Притч. 9:18; 25 Глаза твои пусть прямо смотрят, и ресницы твои да направлены будут прямо пред тобою.Притч. 4:25). И когда увещевает: «яждь мед, сыне… да насладится гортань твой» (13 Ешь, сын мой, мед, потому что он приятен, и сот, который сладок для гортани твоей:Притч. 24:13), медом в переносном смысле называя Божественное учение; ибо сказано: «коль сладка гортани моему словеса Твоя, паче меда устом моим» (103 Как сладки гортани моей слова Твои! лучше меда устам моим.Пс. 118:103), тогда увещанием сим образует в душе духовный вкус, о котором говорится: «вкусите и видите, яко благ Господь» (9 Вкусите, и увидите, как благ Господь! Блажен человек, который уповает на Него!Пс. 33:9). А есть и осязание душевное, чрез которое прикасается к душе премудрость, как бы объемлющая своего любителя. Ибо сказано: «возжелей ея, ...да тя объимет» (6 Не оставляй ее, и она будет охранять тебя; люби ее, и она будет оберегать тебя.Притч. 4:6, 8). И еще Екклесиаст говорит: «время обымати и время удалятися от обымания» (5 время разбрасывать камни, и время собирать камни; время обнимать, и время уклоняться от объятий;Еккл. 3:5). Тела нечистыми объятиями оскверняются, а душа, объятием премудрости вся и всецело с нею соединившись, исполняется святыни и чистоты. Так дает «чувство отрочати юну». А как сообщает «смысл»? Когда говорит: «не упользуют имения в день» зол60 (4 Не поможет богатство в день гнева, правда же спасет от смерти.Притч. 11:4). Ибо сим в сердце твое влагает помышление о том дне, в который множество имений не поможет тебе и не избавит тебя от вечного наказания. И когда говорит: «незлобивии» наследуют землю (20 Посему ходи путем добрых и держись стезей праведников,Притч. 2:20), ту землю, которой наследники и кроткие, как по словам псалмопевца: «кротцыи же наследят землю» (11 А кроткие наследуют землю и насладятся множеством мира.Пс. 36:11), так и по ублажению Господню, ибо сказано: «блажени кротцыи, яко тии наследят землю» (5 Блаженны кроткие, ибо они наследуют землю.Мф. 5:5); и еще, когда говорит: «славу премудрии наследят» (35 Мудрые наследуют славу, а глупые - бесславие.Притч. 3:35), тогда возбуждает душу к вожделению обетованных благ. Сей-то смысл дает «отрочати юну», то есть боязнь того, что угрожает грешным и вожделение того, что уготовано праведным.

Примечания

  • 1 Πανουργιαν уменье все делать с искусством, как ниже объясняет сие слово святитель Василий. Поелику же слово πανουργοζ в славянском переводе Библии переводится словом «хитрый», то в настоящем толковании и слово πανουργια впоследствии переводится словом «хитрость».
  • 2 Таинством крещения.

Источник

Беседа на начало книги Притчей
5послушает мудрый - и умножит познания, и разумный найдет мудрые советы;
Писание свидетельствует о великой силе притчей, а именно, что они превосходят мудрость мудрых и что преподанное в сей книге важнее уроков, какие найдешь у мудрых. Почему ученики у других учителей люди неискусные, а слушатели сей книги мудрые. Поелику же слово «мудрый», имеет не одно значение, и мудрыми называются как мудрецы века сего, так приявшие истинную мудрость – Господа нашего Иисуса Христа чрез веру в Него, то людям, которые вне нашего учения, когда приступят к здравому учению притчей, Писание обещает, что сделаются они премудрейшими, презрев знание суетного и обратившись с удивлением к истине. Или поелику мудрым человек называется в различных значениях, и тот, кто вожделевает мудрости, и тот, кто преуспевает уже в умозрениях мудрости, и тот, кто усовершился в навыке, именуются подобно, то «сих послушав мудрый, любитель ли он мудрости или уже оказал в ней некоторые успехи, премудрее будет», как наставленный многому из Божественных догматов, так обученный многому из свойственного человеку; потому что книга сия различными средствами изгоняет порок и опять многими способами вводит добродетель. Она обуздывает язык неправдивый, исправляет глаз, который смотрит лукаво, не дозволяет начинать рукам неправедным, отгоняет праздность, наказывает неуместные вожделения, учит благоразумию, учит мужеству, превозносит целомудрие. Поэтому, кто обучен сему, кто имеет в себе самом сильное отвращение от худого, и при великом стремлении, как бы при одобрительных каких-то восклицаниях, приобрел любовь к добру, тот, будучи мудр, по собственному своему стремлению, делается мудрейшим чрез усовершение учением. «Разумный же строительство1 стяжет». Кто хочет приняться за какое-нибудь искусство, тому надобно иметь готовыми естественные способности, борцу – хорошее сложение и крепость тела, скороходу – стройность и легкость членов, также и правителю – остроту и быстроту ума. Потому и Писание не всякого призывает к правлению, но разумного. Что же такое – управление? Не без всякого ли сомнения, оно есть сознание души о непостоянстве дел человеческих и о том, как надобно переплыть непостоянную жизнь. Ибо во многих местах Писания находим, что настоящая жизнь называется водами и морем; например, в псалме: «низпосла с высоты и прият мя, восприят мя от вод многих» (17 Он простер руку с высоты и взял меня, и извлек меня из вод многих;Пс. 17:17). Ибо ясно, что псалом водами называет житейский мятеж; потому что, как счастливое и вожделеваемое многими не имеет твердости и постоянства, так несчастное и плачевное не установляется в неподвижности, но все подвержено колебанию, волнению и неожиданным переменам. Поэтому, как море не может оставаться надолго в том же положении,– если теперь оно гладко и незыблемо, то в непродолжительном времени увидишь, что изрыто будет порывами ветров, а если теперь свирепеет и кипит от бури, то вскоре восстановится на нем глубокая тишина, – так и житейские дела удобно принимают тот и другой оборот. Для этого нужен правитель, который бы и в благоведрие жизни, как все у него несется попутным ветром, ждал перемен и не успокаивался настоящим как бессмертным, и в горестном состоянии дел не терял надежды и не утопал поглощенный излишнею скорбию; потому что ни телесное здравие, ни цветущая юность, ни домашнее обилие, ни всякое другое благоденствие жизни не бывают продолжительны; а напротив того, и среди этого благоведрия жизни ожидай иногда непогоды. Придет болезнь, придет нищета; ветер не всегда дует в корму; но и такого человека, который по всем отношениям обращает на себя взоры и достоин соревнования, постигает нередко неожиданное бесславие; также и всякое благоденствие жизни возмущают непредвидимые обстоятельства, подобные каким-то бурям. Самая непрерывность зол для тебя то же, что волны, которые одна за другой возвышаются, бороздят твою жизнь, и воздвигают страшное волнение. Со временем увидишь, что и это минуется, жизнь переменится в радость и истинно приятную тишину. Посему тот разумный правитель, кто, вникая в действительную природу, управляет приключениями жизни, остается всегда сам себе равен, не превозносится в благодушии, не упадает духом в несчастиях. Еще и в других случаях полезно для нас благо управления. Ибо знаю другие волны и страшное обуревание, восстающее в душе – обуревание плотских страстей. Раздражение и страх, удовольствия и скорби, наносимые нам плотским мудрованием, как будто сильною какою-то бурею, нередко потопляют неуправляемую душу. Посему должно, чтобы ум, как кормчий, восседая выше страстей, правя плотию как кораблем, искусно направляя помыслы, как кормило, мужественно попирал волны, высоко держась над ними, недоступен будучи страстям, нисколько не принял в себя их горечи, подобной соленым морским водам, но всегда говорил в молитве: «да избавлюся от ненавидящих мя и от глубоких вод. Да не потопит мене буря водная, ниже да пожрет мене глубина» (15 извлеки меня из тины, чтобы не погрязнуть мне; да избавлюсь от ненавидящих меня и от глубоких вод;16 да не увлечет меня стремление вод, да не поглотит меня пучина, да не затворит надо мною пропасть зева своего.Пс. 68:15-16). Хочешь ли, опишу тебе и другое плавание, для которого необходим нам дар управления. «Подобно есть Царствие Небесное человеку купцу» (45 Еще подобно Царство Небесное купцу, ищущему хороших жемчужин,Мф. 13:45). Поэтому все мы – купцы, все, которые идем евангельским путем, и чрез исполнение заповедей приобретаем себе обладание небесным. Нам должно собрать великое и разнообразное небесное богатство, чтобы, при объявлении прибыли на полученные таланты, не остаться постыженными, и не услышать: «лукавый рабе и ленивый» (26 Господин же его сказал ему в ответ: лукавый раб и ленивый! ты знал, что я жну, где не сеял, и собираю, где не рассыпал;Мф. 25:26), но, нагрузившись товарами, отважиться безопасно переплыть жизнь сию. Многие, собрав в молодости многое, когда достигли они средины жизни, и духами злобы воздвигнуты были на них искушения, не перенесли тяготы сей непогоды, потому что не было у них управления, и они подверглись ущербу во всем ими собранном. От этого одни потерпели кораблекрушение в вере (19 имея веру и добрую совесть, которую некоторые отвергнув, потерпели кораблекрушение в вере;1 Тим. 1:19); другие погубили целомудрие, приобретенное ими в юности, как скоро, подобно какой-то неожиданной буре, подуло на них лукавое сластолюбие. Подлинно, самое жалкое зрелище – после поста, после суровой жизни, после продолжительных молитв, после обильных слез, после двадцатилетнего или даже тридцатилетнего воздержания по невнимательности и по нерадению души оказаться вдруг лишенным всего. Жалкое зрелище – тому, кто обогатился исполнением заповедей, уподобиться какому-то богатому купцу, который, восхищаясь множеством товаров, когда корабль его, носимый попутным ветром, переплыл уже страшное море, вдруг остается без всего, потому что корабль разбивается у самой пристани,– уподобиться, если и он приобретенное многими трудами и потом губит при одном приражении беса, потопленный грехом, как некою бурею! Такому человеку, у которого вся добродетель подвергается вдруг кораблекрушению, прилично сказать: «приидох во глубины морския, и буря потопи мя» (3 Я погряз в глубоком болоте, и не на чем стать; вошел во глубину вод, и быстрое течение их увлекает меня.Пс. 68:3). Потому твердо держись за кормило жизни. Управляй своим глазом, чтобы когда-нибудь чрез зрение не вторглись в тебя стремительные волны вожделения; управляй слухом и языком, чтобы одним не принять в себя всего вредного, а другим не выговорить чего запрещенного. Смотри, чтобы не опрокинула тебя буря раздражительности, чтобы не обрушились на тебя ужасы страхов, чтобы не потопила тебя тягота скорби. Страсти суть волны; держись выше их, будешь надежным кормчим жизни. А если не уклоняешься каждой из них благоразумно и постоянно, то, подобно кораблю без груза, увлекаясь всем, что ни приключится, погрязнешь в море греха. Поэтому выслушай, как может прийти к тебе знание управления. У мореходцев в обычае смотреть на небо, и там находить путеуказание кораблю, днем в солнце, а ночью в Медведице или в другой какой из постоянно видимых звезд, и по оным всегда угадывать прямизну пути. Посему и ты имей око, обращенное к небу, по слову сказавшего: «к Тебе воздвигох очи мои, живущему на небеси» (1 Песнь восхождения. К Тебе возвожу очи мои, Живущий на небесах!Пс. 122:1). Взирай на Солнце правды и, как ясными звездами, руководясь Господними заповедями, имей неусыпное око, не давай «сна очима... и веждома дремания» (4 не дам сна очам моим и веждам моим - дремания,Пс. 131:4), чтобы в заповедях иметь тебе достаточное путеуказание. Ибо сказано: «светильник ногама моима закон Твой, и свет стезям моим» (105 Слово Твое - светильник ноге моей и свет стезе моей.Пс. 118:105). Если никогда не задремлешь у кормила, пока находишься в сей жизни, в этом непостоянстве мирских дел, то получишь и содействие Духа, Который поведет тебя вперед и безопасно понесет кроткими и мирными веяниями, пока не спасешься в оную неволнуемую и тихую пристань Божией воли. Богу слава и держава в нескончаемые веки веков! Аминь.

Примечания

  • 1 Κυβερνησιζ, управление.

Источник

Беседа на начало книги Притчей
6чтобы разуметь притчу и замысловатую речь, слова мудрецов и загадки их.
7Начало мудрости - страх Господень; глупцы только презирают мудрость и наставление.
8Слушай, сын мой, наставление отца твоего и не отвергай завета матери твоей,
9потому что это - прекрасный венок для головы твоей и украшение для шеи твоей.
10Сын мой! если будут склонять тебя грешники, не соглашайся;
11если будут говорить: "иди с нами, сделаем засаду для убийства, подстережем непорочного без вины,
12живых проглотим их, как преисподняя, и - целых, как нисходящих в могилу;
13наберем всякого драгоценного имущества, наполним домы наши добычею;
14жребий твой ты будешь бросать вместе с нами, склад один будет у всех нас", -
15сын мой! не ходи в путь с ними, удержи ногу твою от стези их,
16потому что ноги их бегут ко злу и спешат на пролитие крови.
17В глазах всех птиц напрасно расставляется сеть,
18а делают засаду для их крови и подстерегают их души.
19Таковы пути всякого, кто алчет чужого добра: оно отнимает жизнь у завладевшего им.
20Премудрость возглашает на улице, на площадях возвышает голос свой,
21в главных местах собраний проповедует, при входах в городские ворота говорит речь свою:
22"доколе, невежды, будете любить невежество? [доколе] буйные будут услаждаться буйством? доколе глупцы будут ненавидеть знание?
23Обратитесь к моему обличению: вот, я изолью на вас дух мой, возвещу вам слова мои.
24Я звала, и вы не послушались; простирала руку мою, и не было внимающего;
25и вы отвергли все мои советы, и обличений моих не приняли.
26За то и я посмеюсь вашей погибели; порадуюсь, когда придет на вас ужас;
27когда придет на вас ужас, как буря, и беда, как вихрь, принесется на вас; когда постигнет вас скорбь и теснота.
28Тогда будут звать меня, и я не услышу; с утра будут искать меня, и не найдут меня.
29За то, что они возненавидели знание и не избрали [для себя] страха Господня,
30не приняли совета моего, презрели все обличения мои;
31за то и будут они вкушать от плодов путей своих и насыщаться от помыслов их.
32Потому что упорство невежд убьет их, и беспечность глупцов погубит их,
33а слушающий меня будет жить безопасно и спокойно, не страшась зла".