yandex

Евангелие от Марка 4 глава 27 стих

Стих 26
Стих 28

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 26-29

Царство Небесное подобно семени, которое, быв однажды брошено в землю, неприметно растет само собой. Внутренний процесс этого произрастания необъясним и неуловим. Как вырастает из семени целое растение, никто не знает. Точно так же неуловимо и необъяснимо религиозное преображение души человека, совершаемое силою благодати Божией.

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 27-27

См. ст. 26

Толкование на группу стихов: Мф: 4: 31-21

Потом в двух кратких притчах изобразил это постепенное, не вдруг еще раскрывающееся возрастание Его царства; в начале незаметное и по наружности незначительное, оно будет достигать своей силы постепенно и наконец обоймет собой весь мир, – это зерно горчичное, это закваска (эта притча приводятся кроме Матфея и у Луки позднее и в другой связи 18 Он же сказал: чему подобно Царствие Божие? и чему уподоблю его?19 Оно подобно зерну горчичному, которое, взяв, человек посадил в саду своем; и выросло, и стало большим деревом, и птицы небесные укрывались в ветвях его.20 Ещё сказал: чему уподоблю Царствие Божие?21 Оно подобно закваске, которую женщина, взяв, положила в три меры муки, доколе не вскисло всё.Лк. 13:18-21). Первая притча – о зерне горчичном – указывает более на наружное действие царства Христова, последняя – о закваске – на внутреннее. (У Евангелиста Марка мысль последней притчи раскрывается еще раздельнее 4:26).

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 124-125++

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 26-29

Апостол Павел в Послании к коринфянам говорит: я насадил, Аполлос поливал, но возрастил Бог (6 Я насадил, Аполлос поливал, но возрастил Бог;1 Кор. 3:6). И это мы должны помнить. Причем мы должны помнить: быстрота, с которой слово растет, не обязательно соответствует нашему желанию, чтобы все исполнилось как можно скорее. Как запало в душу слово, образ, понимание, как взошло — иногда непостижимо. Не сразу духовно оживший человек становится зрелым человеком. Нужно иметь терпение и с собой и с другими. Напрасно мы иногда падаем духом, не видя в себе и в других желанного роста, — Божие семя рано или поздно взойдет. Прежде нежели колос может показаться над землей, должно произойти нечто неизбежное с семенем под землею: оно должно раствориться, как бы исчезнуть. Семя это перестает быть замкнутой единицей, оно пронизывается, пропитывается влагой, его больше узнать нельзя, отличить от земли нельзя. И только тогда, когда это семя уже нельзя отличить от почвы, в которой оно находится, тогда начинается плодотворение. И этот плод может явиться не только драматически, каким-то потрясающим образом, но самым малым, незаметным образом. *** Каждый из нас, думая о себе, себя переживает как такое семя: сухое, четко ограниченное, имеющее свою индивидуальность, легко отличимое от другого; такое зернышко мы можем держать на руке, мы его видим. Если бы зернышко могло чувствовать, думать, оно бы испугалось при мысли о том, что его бросили в землю и в этой земле нечто очень страшное произойдет: его преграды разорвутся, оно смешается с живоносной, но чужой, страшной для него почвой. Так и мы: мы боимся себя потерять и поэтому остаемся замкнутыми, сухими, ограниченными; мы боимся себя потерять и поэтому не приносим плода. Но этот плод, конечно, более значителен для нас самих, чем плод, который приносит зерно, брошенное в землю, значителен для него. Когда пахарь бросает зерно в землю, он в свое время собирает плоды, он будет жать. Когда мы опускаемся в землю, когда мы погружаемся в страшную, пугающую нас почву человеческой жизни, в которой действует жизнь Божия, когда мы умираем, когда нам кажется, что мы начинаем себя терять и не можем больше себя найти, то плод, который мы приносим, - это расцвет богатой жизни, предельно богатой красотой, плодами. Мы думаем о колосе, что его пожнет хозяин; но когда мы вырастаем в полный, налившийся колос, Хозяин нас не срывает: мы выросли в меру своей красоты, в меру полноты жизни. Вот если бы мы помнили об этом; если мы помнили бы, что смерть нам откроет не будущую жизнь, а будет для нас полнотой той жизни, которая уже сейчас в нас зачалась! Сколько раз бывает: мы молимся, и душа горит, и слезы текут, и мысль собрана, и все тело как-то обновляется этой молитвой, - и вдруг все срывается. Сорвалось, потому что устало тело и не может больше вынести этого напряжения; сорвалось, потому что человек с нами заговорил; сорвалось, потому что ворвалась в ослабевающее внимание земная, мертвящая мысль, потому что заколебалось сердце.. Как это часто бывает; как это горестно; но эти мгновения, которые мы так переживаем, - это уже мгновения Жизни, ликующей вечной Жизни. Как же нам бояться того момента, когда тело перестанет уставать, когда мысль перестанет колебаться, когда сердце перестанет двоиться, когда внешние силы потеряют над нами власть и мы сможем просто жить? Это и есть смерть: дверь, через которую мы вступаем в жизнь, и самая эта жизнь, раскрывшаяся сначала как смерть зерна, а потом - как его расцвет; сначала - как погружение в тьму, в смерть, а потом - как явление в красоте и славе. Как глубоко и смело мы могли бы жить, с какой надеждой, с какой уверенностью, если бы это помнили!

Источник

"Человек перед Богом" М. "Паломникъ" 2000 г. 384 с.

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 1-34

В данном отделении ев, Матфей передает 7 притчей: а) о сеятеле и семени (3—9. 18-23), б)о плевелах между пшеницею (24—30. 86—43), в) о зерне горчичном (31—32), г) о закваске (33), д) о скрытом на поле сокровище (44), е) о драгоценной жемчужине (45—46) и ж) о неводе (47— 50). Ев. Марк здесь же передает только три притчи: а) о сеятеле и семени (8—9. 13—20), б) о семени, по действию земли произрастающем и созревающем (26—29), и в)о зерне горчичном (30—32). А ев. Лука передает здесь только одну притчу—о сеятеле и семени (5—8. 11—15). Что в данный раз И. Христос произнес не одну, а несколько притчей, это видно из указания ев. Матфея (3) и Марка (2 и 33), что И. Христос в данном случае учил народ притчами много. Но все-таки можно думать, что ев. Матфей, но обыкновению своему собирать в одном месте однородный исторический материал, и здесь передает некоторыя притчи Господа, произнесенныя Им в другое время; по крайней мере, некоторыя из переданных здесь притчей у ев. Луки находятся в другой связи (13:18—21). После первой притчи, которая имеется у всех трех евангелистов, ученики приступили к Иисусу с вопросом: „для чего притчами говоришь им» (Мф. 10)? „Чтобы значила притча сия" (Лк. 9 ср. Мк. 10)? Из ответа Господа видно, что вопрос учеников касался того и другого, т.-е. и причины, по которой Христос учит народ в притчах, и смысла предложенной притчи. Учеников Христовых не могло удивлять то, что Господь учил народ притчами, которыя составляли обычную форму поучений у раввинов востока; они недоумевают, почему И. Христос говорит притчами, не объясняя их смысла, тогда как п они, ближайшие Его ученики, не понимают Его речи. Этот вопрос ученики предложили Иисусу, по ев. Марку (10), когда около Господа остались только 12 и ближайшие Его последователи; ев. Матфей ие делает такого замечания (10), а потому представляется на первый взгляд, что как-будто, по его изображению, и ответ на вопрос учеников и следующия три притчи И. Христос предложил вслух всего народа; после же 4-й притчи И. Христос, отпустив народ, вошел в дом (36), по просьбе учеников объяснил им притчу о плевелах на поле и наедине предложил им еще три притчи. Первая половина ответа Господа на вопрос учеников, почему Он говорит к народу притчами, показывает, что этот ответь должен был быть сказан вслух только учеников. Поэтому, если и допустить, что в данный раз И. Христос произнес все притчи, переданныя здесь еванг. Матфеем, и именно при той обстановке и в том порядке, какие представляются по изображению этого евангелиста, то нужно дело представлять так, что 12 учеников Христовых п некоторые из ближайших Его последователей были вместе с Ним в лодке, вследствие чего ответь Господа на тот вопрос мог быть высказан так, что он слышен был только учениками, а после того Господь обратился с новыми притчами к народу. После изъяснения притчи о сеятеле и семени, по ев. Марку (21—23) и Луке (16—18), И. Христос предложил приточныя изречения о свече, которую не ставят под сосуд, а на подсвечник, чтобы входящие видели свет, и о том, что нет ничего тайнаго, что не сделалось бы явным (параллельныя изречения у 15 И, зажегши свечу, не ставят ее под сосудом, но на подсвечнике, и светит всем в доме.Мф. 5:15, 7, 2. 10, 26. 13, 12. 25, 29). В этих изречениях И. Христос или выражает цель, с которою он говорить в притчах: не для того, чтобы скрыть, но чтобы открыть истину; или же указывает цель, для которой Он вообще просвещает учеников светом Своего слова: для того, конечно, чтобы они после и в слове и в жизни своей открывали миру то, чему теперь научаются от Господа. Так как впоследствии откроется, как кто слушал, то они должны наблюдать за собой, как они слушают (Лк. 16 — 18), и возможно тверже запечатлеть в сердце своем то, что они слушают (Μк. 21—25). После всех притчей о царствии Божием И. Христос, по ев. Матфею (51 — 52), предложил еще притчу о благоразумном книжнике, ученике царствия Божия, который из сокровищницы своей выносит старое и новое. Этою притчею Он дал ученикам наставление, чтобы и они, проповедуя Евангелие, выносили из сокровищницы своих знаний и употребляли в дело и старое, повидимому, ничего не стоющее, всем известное (напр., посев, закваска и пр.), и новое — новыя христианския понятия, для которых то старое служило образом. — Ев. Марк после всех изложенных у него притчей (33—34), а ев. Матфей после четырех притчей, произнесенных вслух всего народа (34—35), делает замечание, что в данное время И. Христос говорил народу притчами и без притчи не говорил им. В этом ев. Матфей видит исполнение слов 2 Открою уста мои в притче и произнесу гадания из древности.Пс. 77:2, принадлежащих Асафу. Асаф в 30 И сказал царь Езекия и князья левитам, чтоб они славили Господа словами Давида и Асафа прозорливца, и они славили с радостью и преклонялись и поклонялись.2 Пар. 29:30, иазывается пророком. Как пророк, он является прообразом Мессии, и слова его о себе евангелист применяет к И. Христу.

Цель притчей Христовых заключается, прежде всего, в том, чтобы посредством образа, взятаго из видимой природы или круга человеческих действий, яснее и живее изобразить истину; отвлеченная духовная истина чрез притчу делается как бы созерцаемою чувственными глазами и доступною осязанию; плотяный ум человеческий, постоянно привязанный к этому дольнему миру и чрез то неспособный вдруг возвыситься до чисто-духовной области, постепенно ведется к миру горнему по образам притчи, как бы по ступеням знакомой лестницы. Но притчи Христовы имеют и другую цель, которая достигается одновременно и которая совершенно противоположна первой, именно: скрыть истину от недостойных и неспособных, оценить и воспринять ее. Обе эти цели своих притчей показал нам Сам Христос. На вопрос учеников: для чего Он говорит к народу прнтчами, 1. Христос отвечал: „вам дано знать тайны царства небеснаго, а им не дано (Мф. 11), им, внешним, все бывает в притчах» (Мк. 11. ср. Лк. 10). Разъясняя потом, почему же ученикам дано знать тайны царствия Божия, а народу не дано, И. Христос говорить: „ибо кто имеет, тому дано будет я преумножится, а кто не имеет, у того отнимется и то, что имеет (Мф. 12), что ои думает иметь» (Лк. 18), т. е. кто имеет искреннее желание, стремление я оттого способность понимать и усвоять тайны царства Божия, тому уже притчи откроют эти тайны (дано будет), а потом ов удостоится и прямого, неприкровеннаго научения, разъяснения этой притчи (« преумножится); а кто не имеет этого желания и стремления, кто слушает Христа из простаго любопытства, или даже с злостною целию найти в учении Его что-либо, удобное для перетолкования и осуждения, у того отнимется и то, что ов думает иметь: прослушавши, наир., речь о сеятеле и семени, он думает, что он все тут понял; но так как духовнаго смысла этой речи он не понимает, то его знание должно пройти безследно и для его ума и для сердца, ибо приточный покров сам по себе не имеет никакого значения. Так как для выражения сих мыслей И. Христос употребил предисловие, имеющее свое ближайшее отношение к положению богача и бедняка, то теперь Он из этого присловия делает применение к Своим слушателям: „потому говорю им притчами, что они, видя, не видят» я пр. (Мф. 13), т. е. причина, вследствие которой И. Христос говорит к народной толпе прикровенно, в притчах, заключается в ней самой, в духовном ослеплении людей, вследствие котораго они не видят дел и учения И. Христа в их настоящем свете. Приводя далее (15 Когда же настал вечер, приступили к Нему ученики Его и сказали: место здесь пустынное и время уже позднее; отпусти народ, чтобы они пошли в селения и купили себе пищи.Мф. 14:15) пророчество Исаии (6:9. 10. по LXX), И. Христос, с одной стороны, показывает, что это пророчество, в известной мере справедливое и по отношению к современникам пророка, вполне совершенно исполнилось (άναπληροδτα в отличие от просто κληρούχοι) теперь в духовном ослеплении Его современников; с другой, — что эти последние сами виноваты в своем ослеплении, добровольно замкнули очи свои, чтобы не видеть около себя дел Божиих. В противоположность этим духовным слепцам, И. Христос блаженными называет учеников, которые своими разумными очами видят и правильно разумеют совершающееся вокруг них (Мф. 16—17).

Предмет притчей Христовых есть царствие Божие, царство Мессии. В 7-ми притчах, изложенных в разсматриваемом отделении у ев. Матфея, с различных сторон изображается это царство, но так, что первая притча говорит об его начале, основании проповедию или словом И. Христа, а последняя— о конечном, решительном суде над миром. Вторая притча показывает, что пока царство Божие или церковь Христова воинствуют здесь на земле, в ней всегда будут не одни только праведные, истинные сыны этого царства, но и грешные, сыны лукаваго. Третья и четвертая притчи выражают одну и ту же мысль, — что церковь Христова, начавшись небольшим, почти незаметным для мира числом членов, имеет разростись и распространиться так, что все народы мира прийдут под ея покров. Различие же между ними состоит в том, что притча о зерне горчичном изображает внешнее, повсюдное распространение церкви Христовой на земле, а притча о закваске показывает в христианстве нравственную мировую силу, имеющую преобразовать и усовершить все человеческия стремления деятельности и отношения. Пятая и шестая притчи представляют царство Божие и Его блага таким неоцененным сокровищем, ради котораго человек должен пренебречь всеми благами мира, лишь бы приобрести Его. Различие между ними заключается в том, что в притче о скрытом на поле сокровище изображается человек, нечаянно нашедший сокровище истины во Христе и Его церкви, а притча о драгоценной жемчужине изображает человека, нашедшаго это сокровище после более или менее продолжительнаго искания истины. Содержание последней притчи сходно с содержанием второй: в том и другом случае проходят две мысли: а) с самаго начала царства Божия и до конца его земнаго существования в нем без видимаго различия будут пребывать и праведные и грешные; б) разделение добрых от злых произойдет только при кончине мира. Но как видно из эпилога притчи о неводе (ст. 49 и 50), в ней говорится главным образом о конечном суде над миром; первая мысль предваряет эту главную для полноты и цельности изображения. Во второй же притче мысль о суде есть второстепенная, входящая в притчу для законченности целаго; главная же мысль—о появлении в церкви Христовой, вскоре после ея основания, неистинных членов, порождений невидимо действующаго в мире злаго духа. В Евангелии Марка притчу о зерне горчичном предваряет притча о семени, произрастающем и созревающем по действию земли, без ведома сеятеля; эта притча имеет целию поселить в учениках, пред которыми она была произнесена, уверенность, что семя слова Божия, раз брошенное в сердца человеческия, не погибнет и не заглохнет, но будет постепенно растя и развиваться и несомненно достигнет полной зрелости, когда и последует жатва.

Источник

Руководство к толковому чтению Четвероевангелия и книги Деяний Апостольских. Д. Боголепов. Издание 5. М.: 1910. - С. 171-175

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 26-29

Притча о человеке бросившем семя в землю

Царствие Божие подобно тому, как если человек бросит семя в землю, и спит, и встает ночью и днем; и как семя всходит и растет, не знает он, ибо земля сама собою производит сперва зелень, потом колос, потом полное зерно в колосе. Когда же созреет плод, немедленно посылает серп, потому что настала жатва.

Притча эта всегда считалась одной из труднейших для толкователя. Кого надо подразумевать под человеком, бросающим семя в землю? По мнению Антония, архиепископа Волынского и Житомирского, здесь под сеятелем разумеется не Бог, а человек-христианин, насаждающий доброе семя (учение Христово или подвиги благочестия) как в своем сердце, так и в общественной жизни; он не может следить за дальнейшим возрастанием благодатной жизни в себе и в других, как отдыхающий хозяин не следит за постепенным произрастанием засеянной нивы, но Господь, невидимо утверждая добродетель в его сердце и в общественной жизни, подобно солнцу и дождю, поднимающим растущий в поле хлеб, затем вдруг неожиданно для тружеников обнаруживает благодатные плоды их трудов и дает обильную жатву Божию.

Толкуя притчи Господни, надо всегда иметь в виду, что, поучая притчами, Иисус Христос брал примеры не вымышленные, а из повседневной жизни Своих слушателей, и поступал Он так (по объяснению Иоанна Златоуста) для того, чтобы сделать слова Свои более выразительными, облечь истину в живой образ, глубже запечатлеть ее в памяти и как бы представить глазам. Поэтому в притчах надо искать сходства или подобия только в общем, а не в частностях, не в каждом слове, в отдельности взятом. Кроме того, каждую притчу надо понимать в связи с другими однородными и с общим духом учения Христа.

Иисус Христос в Своих проповедях и притчах весьма точно разграничивает Царство Небесное от Царства Божия. Царством Небесным Он называет то Царство Бога, которое назначается исключительно для праведников и начнется после окончательного Суда над родом человеческим. Царством же Божиим Он называет основанное Им на земле Царство верующих в Него и творящих волю пославшего Его Отца Небесного. Царство Божие подготавливает вступающих в него людей к Царству Небесному; началось оно с пришествием Христа, бросившего в сердца людей слово Божие, подобно тому, как и земледелец бросает семя в землю; окончится же тогда, когда наступит время жатвы, когда вполне созреет плод, выросший из посеянного слова Божия. Созреет же этот плод тогда, когда все человечество, населяющее землю, объединится в одно общество верующих, в единое стадо Единого Пастыря; когда все человечество станет одним полем, на котором посеяны добрые семена (рост плевел вместе с пшеницей не нарушит единства поля, как не нарушило единства малого стада Христова присутствие в нем Иуды). Тогда-то начнется Царство Небесное. Видимое участие Иисуса Христа в Царстве Божием выражается в основании Им этого Царства и в посылке жнецов, когда созреет плод. Хотя невидимое руководительство Его этим Царством несомненно теперь для всех верующих в Него, но Апостолы в то время не имели еще такой веры в Него. Им надо было привести из обыденной жизни наглядный пример для пояснения, как начинается и как окончится Царство Божие здесь, на земле. Лучшим примером послужил тот же посев, о котором уже было говорено. Человек, бросивший семя в подготовленную им для того землю, сделал этим все, что от него требовалось; хотя, при желании, он и наблюдает за ростом посеянного, и ограждает его от неблагоприятных сторонних влияний, но, вследствие силы, сокрытой в семени, земля сама собою производит сперва зелень, потом колос, потом полное зерно в колосе. Так и слово Божие, посеянное Иисусом Христом и упавшее на благоприятную почву, вследствие благодатной силы, заключающейся в нем, возрождает человека; и если ни терния, ни плевелы не заглушают его, то оно вырастает и дает плод даже без дальнейшего содействия Посеявшего.

На основании сказанного можно полагать, что в этой притче Сеятель – Сам Христос, семя – принесенное Им на землю слово Божие, а вырастающее из семени растение – Царство Божие. Главная же мысль притчи – действие силы слова Божия, соединяющей людей в единое Царство Божие. Остальные части притчи не следует принимать в расчет при толковании ее, так как они не имеют особого самостоятельного значения (например: и как семя всходит и растет, не знает он) и приводятся лишь для наглядного подтверждения верности главной мысли.

Источник

Гладков Б.И. Толкование Евангелия. Глава 14 - Воспроизведение с издания 1907 года. М.: Столица, 1991. (с дополнениями из издания 1913 г.) - С. 300-2

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 27-27

Спит и встаёт, т. е. живет, не оказывая никакого особенного влияния на произрастание семени. Этими словами Господь говорит, что, как семя дает росток, стебель, цвет и затем плод, это мы видим, но каким образом совершается все это, мы не знаем; так точно же не знаем и того, каким образом совершается в душе человека нравственное его перерождение. Само собой понятно, что из сего нельзя заключить, что будто люди не должны употреблять своих усилий для развития и утверждения в душе своей веры и добродетели; нет, Господь Сам говорит: царствие небесное силою берется, и только употребляющие усилие, восхищают его (12 От дней же Иоанна Крестителя доныне Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его,Мф. 11:12).

Источник

Иоанн Бухарев свящ. Толкование на Евангелие от Марка. М.: 1900. Зач. 17. - С.49

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 27-27

Ты спасаешь нас, Господи, Своими дивными, премудрыми судьбами, а мы не знаем, как Ты нас спасаешь, как Ты возращаешь в нас класы присноживотия.

Источник

Дневник. Том 2. Чтение Нового Завета. Евангелие от Марка.

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 26-29

Ответ ст. 26 и сл. вытекает из предыдущего. Служение Иисуса Христа есть служение мессианское. Прямо это еще не сказано в тех поучениях Христовых, которые уже приведены евангелистом. Но об этом говорит заголовок Евангелия и его раскрытие в вводных стихах. Об этом – прикровенное богоявление в гл. 2–3. Об этом неприкрыто свидетельствуют бесы. Мессианское служение предполагает близкое наступление мессианского царства, т.е. Царства Божия. Иисус, выступая на проповедь, призывает к покаянию, потому что «исполнилось время и приблизилось Царствие Божие» (15 и говоря, что исполнилось время и приблизилось Царствие Божие: покайтесь и веруйте в Евангелие.Мк. 1:15). В гл. 4 на вопрос учеников о значении притчи о сеятеле Он отвечает прямо: «Вам даны тайны Царствия Божия, а тем внешним все бывает в притчах» (ст. 11). Ясно, что произрастающее семя есть слово о Царстве Божием. Царство Божие и есть тот свет, который уже светит – пока еще втайне и немногим. О Царстве Божием «внутрь вас» – о малом, неприметном начале – Господь, по свидетельству Лк. (Мк. 17:21), говорил фарисеям. И разная мера в плодоношении отвечает многим обителям в дому Небесного Отца (2 В доме Отца Моего обителей много. А если бы не так, Я сказал бы вам: Я иду приготовить место вам.Ин. 14:2) и неодинаковой славе небесных светил (1 Кор. 41 которые и тогда, как Он был в Галилее, следовали за Ним и служили Ему, и другие многие, вместе с Ним пришедшие в Иерусалим.Мк. 15:41). Поучительно сопоставление с параллельными местами. В Мф. (19 Ибо в те дни будет такая скорбь, какой не было от начала творения, которое сотворил Бог, даже доныне, и не будет.Мк. 13:19) толкование притчи о сеятеле начинается так: «Ко всякому, слушающему слово о Царствии и не разумеющему, приходит лукавый». В Лк. притча о сеятеле дана в гл. 8. Эта глава говорит о том, как ходил Иисус по городам и селам, проповедуя и благовествуя Царствие Божие (1 После сего Он проходил по городам и селениям, проповедуя и благовествуя Царствие Божие, и с Ним двенадцать,Лк. 8:1). Изложение благовествования начинается притчей о сеятеле (4 Когда же собралось множество народа, и из всех городов жители сходились к Нему, Он начал говорить притчею:Лк. 8:4 и сл.). Вывод не оставляет сомнения.

Дальнейшее чтение Мк. 4 его оправдывает. За притчей о сеятеле следуют две маленькие притчи: о произрастающем семени (ст. 26–29) и о зерне горчичном (ст. 30–32). Обе притчи озаглавлены как притчи о Царстве Божием (ср. 26, 30). Если в притче о сеятеле сплетались два ряда мыслей: о том, что произрастает, и об условиях произрастания, и сопоставление семян погибающих и семян, дающих плод, могло звучать и как предостережение, то новые две притчи говорят только о том, что произрастает. Они содержат учение о Царстве Божием по существу.

Притча о произрастающем семени (ст. 26–29) принадлежит к немногим частям Мк., которые не имеют параллели у других евангелистов. В либеральной науке было высказано мнение, что притча о плевелах в Мф. (24 Но в те дни, после скорби той, солнце померкнет, и луна не даст света своего,25 и звезды спадут с неба, и силы небесные поколеблются.26 Тогда увидят Сына Человеческого, грядущего на облаках с силою многою и славою.27 И тогда Он пошлет Ангелов Своих и соберет избранных Своих от четырех ветров, от края земли до края неба.28 От смоковницы возьмите подобие: когда ветви ее становятся уже мягки и пускают листья, то знаете, что близко лето.29 Так и когда вы увидите то сбывающимся, знайте, что близко, при дверях.30 Истинно говорю вам: не прейдет род сей, как всё это будет.Мк. 13:24-30) представляет собой переработку этой притчи. С таким пониманием согласиться трудно. Притче о плевелах евангельское толкование сообщает ударение эсхатологическое. Притча Мк. говорит о внутреннем законе роста брошенного в землю семени. Толкование представляет некоторую трудность. Если сеятель есть Бог, то Ему ли не ведомо состояние посева (ср. ст. 27)? И дальше неведению сеятеля противополагается сила земли (ст. 28). Построение фраз заставляет думать, что на греческом слове

αὐτομάτη («сама производит») лежит логическое ударение. Но если понимать землю по аналогии с притчей о сеятеле, то земля – это человек. Можно ли допустить, чтобы Бог, заронивши семя в душу человека, оставил его без Своего внимания. Промыслительная деятельность Божия освещается в Евангелии иначе. Перед нами – один из тех примеров, когда отдельные подробности приточного образа имеют значение дополнительное и не допускают толкования. Цель притчи – указать на внутренний закон развития, присущий посеянному семени. Его предел – созревание и жатва. Это – путь Царства в его последовательном раскрытии. Процесс не может быть замедлен. Жатва как предельная точка процесса есть свершение эсхатологическое.

Источник

Лекции по Новому Завету. Евангелие от Марка. Paris 2003. - 144 c.

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 27-27

καθεύδη praes. conj. act. от καθεύδω спать, έγείρηται praes. conj. pass, от εγείρω, pass, подниматься, пробуждаться. Об использовании conj. см. ст. 26. νύκτα асс. sing, от νύξ ночь. Асс. времени. Отход ко сну и пробуждение повторяются постоянно изо дня в день (RG, 470). βλαστφ praes. conj. act. от βλαστάνω расти, μηκύνηται praes. pass. conj. от μηκύνω удлинять; pass, удлиняться, расти (BAGD). ώς после гл. говорения или мысли (Taylor).

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 27-27

Так как день у евреев начинался не с утра, а с вечера, ночь упомянута раньше дня. Итак, ночью земледелец спит, днем встает, то есть он занят своими обычными делами.

Источник

Кузнецова В. Н. Евангелие от Марка. Комментарий. М.: 2002. - С. 92

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 26-34

Чтобы еще больше раскрыть для учеников тайны царствия небеснаго, Спаситель предложил им еще несколько притчей, представляющих собою развитие главной мысли. В притче о сеятеле было объяснено самое насаждение семени, судьба этого семени в разнообразных сердцах. Затем Спаситель объяснил силу произрастания семени в восприимчивой душе. Царство Божие подобно в этом случае зерну горчичному (31 Иную притчу предложил Он им, говоря: Царство Небесное подобно зерну горчичному, которое человек взял и посеял на поле своем,32 которое, хотя меньше всех семян, но, когда вырастет, бывает больше всех злаков и становится деревом, так что прилетают птицы небесные и укрываются в ветвях его.Мф. 13:31-32, 30 И сказал: чему уподобим Царствие Божие? или какою притчею изобразим его?31 Оно - как зерно горчичное, которое, когда сеется в землю, есть меньше всех семян на земле;32 а когда посеяно, всходит и становится больше всех злаков, и пускает большие ветви, так что под тенью его могут укрываться птицы небесные.33 И таковыми многими притчами проповедывал им слово, сколько они могли слышать.34 Без притчи же не говорил им, а ученикам наедине изъяснял все.Мк. 4:30-34), которое, будучи одним из самых мелких семян, когда выростет, бывает больше всех злаков, и становится деревом, так что прилетают птицы небесныя и укрываются в ветвях его. Или еще — оно подобно закваске, которую женщина положила в три меры муки, доколе не вскисло все. Подобно тому, как горчичное семя по самой своей внутренней природе вырастает в великое дерево или закваска непременно квасит все тесто, так и новозаветное царство, не смотря на его скромное начинание, должно было распространить свои ветви по всему миру и проникнуть его своим внутренним духом. Для утверждения его ее потребуется никаких внешних, насильственных переворотов или ожесточенных войн, как могли воображать многие из слушателей. Нет, Спаситель поучал, что царство небесное восторжествует силою истины, заключающеюся в самом его существе, и этою силою — силою веры и любви — оно возродить мир.

Источник

Библейская история при свете новейших исследований и открытий. Новый Завет. С-Пб.: 1895. С. 288-289

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 26-29

О каком это Царствии Божием говорит здесь Господь Иисус Христос? О том, о каком сказал Он: Царствие Божие внутрь вас есть (Лк. 17, 21). Этим сравнением с возрастанием колоса из зерна Он открывает нам великую тайну того, что происходит в каждой душе христианской, когда становится она причастной Царству Небесному. Тогда происходит тот великий таинственный процесс, о котором сказал Он: Царствие Божие внутрь вас есть. Знает ли сеятель, как возрастает из семени колос? Знает ли садовод, как из посеянного зерна возрастает плодовое дерево, как возрастают чудные цветы? Никто этого не знает: это тайна Божия, творящаяся в земле. Знают кое-что ботаники, но знания их ничтожны по сравнению с тем, что им нужно было бы знать, чтобы полностью познать таинственный процесс, при котором из семени вырастает великолепное растение. Есть наука эмбриология. Она занимается исследованием развития зародышей: зародышей человеческих, зародышей животных. Что же выясняет эта наука? Она исследует зародыши в различных стадиях их образования, начиная от первых дней и кончая полным созреванием. Она изучает только те внешние формы, которые последовательно образуются в утробе матери; изучает только постепенное формирование зародыша из оплодотворенного яйца. Но может ли эта наука объяснить те тайны, которыми определяются процессы, происходящие при созревании плода в утробе матери? Может ли она нам объяснить, какой силой передается зародышу, будущему ребенку, всё то, что он наследует от родителей; каким образом передаются все черты сходства ребенка с родителями, иногда удивительного, передаются черты характера и духовные свойства родителей его? Этого никогда, ни при каком развитии эмбриологии выяснить не удастся: эта великая Божия тайна совершенно от нас скрыта. Вот так же таинственно, как вырастают растения и образуются зародыши в утробе матери, начинается и становится реальным в душе христианской Царство Божие. И тайна эта еще более глубока, чем тайна возникновения жизни организмов. Это тайна воздействия на сердце, жаждущее правды, всецело возлюбившее Христа, Божественной благодати. Таинственная сила благодати рождает в нас те добродетели, то духовное совершенство, которое и становится Царством Божиим внутри нас. Мы совсем не знаем, как действует в нас Божественная благодать, мы часто этого совсем не замечаем, а благодать действует, действует постоянно, и Бог созидает в душе нашей Свое великое Царство. Нет тайны более великой, чем эта тайна созидания Царства Божиего в душе человеческой. Мы совершенно не знаем путей благодати Божественной, как не знает сеятель, каким образом возрастает из семени пшеничный колос с крупными зернами пшеницы. Он спит и встает, делает свои дела, а колос растет – он только ждет жатвы. Так и в нашей духовной жизни творится великое дело возрастания в нас добродетелей и совершенства духовного силой Божественной благодати. Я сказал, что мы часто совсем не замечаем, как действует на нас Божия благодать, совершенно не понимаем тех событий жизни нашей, которые отмечены ее несомненной печатью, но когда состаримся и обозрим всю прожитую жизнь, то часто с удивительной ясностью открываются нам необыкновенные пути действия благодати Божией в сердце нашем. Мы вспоминаем события нашей жизни, вспоминаем свои мысли, чувства, свои давно прошедшие ощущения, и всё это представляется нам в совершенно новом свете, и озаряется ум наш познанием путей Божественной благодати. Понимаем, что те мысли, те стремления, те дела, те события нашей жизни, которым мы не придавали никакого значения, когда они происходили, – направлялись Божественной благодатью. Мы увидим, что жизнь наша была удивительным образом направлена Богом к тому, чтобы, прожив эту жизнь, мы вошли в Царство Божие. Так происходит этот таинственный, Божественный процесс попечения Божиего о том, чтобы открылось в сердце нашем Царство Небесное. Будем же внимательны к тому, что происходит в жизни нашей; особенно будем остерегаться роптать на Бога, будем терпеливо переносить горести и страдания, ибо именно путем страданий созидается Царство Божие в сердцах наших. Будем всегда благодарить Бога за всё доброе и за всё злое, что испытываем мы в жизни нашей! Аминь.

Источник

"Избранные творения". Тайна Царства Божия в сердце нашем.

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 27-27

   «И спит, и встает» и пр.: спит ночью, встает утром, т. е. живет как обыкновенно, не оказывая никакого особенного влияния на произрастание семени. Из сего впрочем не должно заключать, что люди не должны употреблять своих усилий для возращения сего семени, для развития и утверждения в душе веры и добродетели; нет, выражение означает только, что люди не знают и не понимают только и не могут определить того способа, как всходит и растет семя, как зачинается, возрастает и укрепляется вера и добродетель в сердце как отдельного человека, так и целых обществ. Заметно, что семя это растет, но как? Внутренний процесс произрастания остается необъяснимым. Семя вещественное дает росток, стебель, цвет, плод, — и простой наблюдатель видит это и знает; ученый наблюдатель знает и условия, и законы прозябания и оплодотворения, но — и только. Как растет — никто не знает. То же и с религией в душе человека и целых обществ. Можно замечать нравственное преобразованием чувствовать нужду молитвы, самоиспытания, чтения Писания, упражнения в разных видах добродетели и пр.: но как раскрывается в духе истина религии, не понимаем.    

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 21-17

Притча о Царстве из Евангелия от Марка о невидимо растущем семени показывает, что никто не видит, как благодать Божия действует в душе человека, духовная жизнь христианина и всей Церкви сокрыта от мира, но, в конце концов, она обнаруживает себя отчасти даже в этой жизни, поэтому христиане становятся «светом миру» и уже «не может укрыться город, стоящий на верху горы. И, зажегши свечу, не ставят ее под сосудом, но на подсвечнике, и светит всем в доме. Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного» (14 Вы - свет мира. Не может укрыться город, стоящий на верху горы.15 И, зажегши свечу, не ставят ее под сосудом, но на подсвечнике, и светит всем в доме.16 Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного.Мф. 5:14-16). Слава христианской Церкви будет обнаружена и в конце веков, при всеобщем воскресении, об этом пишет ап. Павел: «Жизнь ваша сокрыта со Христом в Боге. Когда же явится Христос, жизнь ваша, тогда и вы явитесь с Ним во славе» (3 Ибо вы умерли, и жизнь ваша сокрыта со Христом в Боге.4 Когда же явится Христос, жизнь ваша, тогда и вы явитесь с Ним во славе.Кол. 3:3-4).

Источник

Ю. В. Серебрякова. Четвероевангелие. Учебное пособие. 2-е изд., испр. и доп.. М.: ПСТГУ, 2017. - С. 120

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 26-28

Вторая притча - о семени, которое, будучи брошено в землю, произрастает потом уже без участия земледельца, очевидно, изображает постепенное, правильное созревание Царства Божия в душе отдельного человека, принявшего учение Христа. Проповедники Евангелия, бросающие семена веры в души людей, не могут уже затем в точности уследить за тем, как эти семена вырастают в целые колосья, которые со временем будут сжаты и собраны в Царство Божие. Всякое беспокойство со стороны земледельца во время пребывания семени в земле совершенно излишне. Так и апостолы, которые по большей части были галилеяне и поэтому были склонны к употреблению с своей стороны особых мер к расширению Царства Божия, должны быть спокойными и не волноваться при мысли, что станется с проповеданным ими учением Христа. В свое время, при помощи Божией, оно даст свой плод и принесет пользу - вот главная мысль притчи. Но в конце притча получает характер аллегории. Конечно, было бы неудобно прилагать все частности притчи ко Христу - напр. ст. 27, где сказано, что сеятель "не знает", как всходит посеянное им семя. Но ведь частности притчи большею частью и не рассчитаны на то, чтобы их истолковывать непременно все в приложении ко Христу и Царству Божию: они служат только, как и в других притчах, "для украшения и оживления речи" (еп. Михаил).

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 27-27

Притча о постепенном возрастании из семени пшеницы изображает в отношении к каждому человеку постепенное возрастание потаенного в сердце человека, благодатью Божией засеменяемого и соблюдаемого, а в отношении к человечеству - постепенное увеличение тела Церкви или общества спасаемых в Господе Иисусе Христе, по чину Им установленному. Этою притчею разрешается вопрос: отчего до сего времени христианство не всеобъемлюще? Как человек, бросив семя в землю, спит и встает, семя же прозябает и растет само собою без его ведома, так и Господь, положив на земле семя Божественной жизни, дал ему свободу о себе разрастаться, подчинив его естественному течению событий и не насилуя этих последних; блюдет только семя, содействует ему в частных случаях и дает общее направление. Причина этому в свободе человека. Господь ищет, чтобы человек сам себя подчинил Ему и ждет склонения его свободы; дело и длится. Если бы все зависело только от воли Божией, давно бы все были христианами. Другая мысль: созидаемое тело Церкви созидается на небе; с земли поступают только материалы, образуемые тоже небесными деятелями. Слово с неба проходит по земле и привлекает хотящих. Внявшие и последовавшие поступают, как сырцовый материал, в лабораторию Божию, в Церковь, и здесь переделываются по образцам с неба данным. Переделанные, по исходе из этой жизни, переходят на небо и там поступают в здание Божие, каждый куда годен. Это идет непрерывно и, следовательно, дело Божие не стоит. Всеобщая торжественность христианства и не требуется для сего. Здание Божие созидается невидимо.

Толкование на группу стихов: Мк: 4: 27-27

Бросив его, Он "спит", то есть восшел на небеса; впрочем, Он и "встает ночью и днем". Ибо хотя Бог, по-видимому, и спит, то есть долготерпит, но Он восстает: восстает ночью, когда посредством искушений возбуждает нас к познанию Его; восстает днем, когда наполняет нашу жизнь радостями и утешениями.