yandex

Библия - Евангелие от Марка Глава 14 Стих 32

Стих 31
Стих 33

Толкование на группу стихов: Мк: 14: 32-32

Гефсимания — окруженная маслинами пещера на западном склоне Масличной горы, использовавшаяся осенью для выдавливания оливкового масла, а по весне пустовавшая. Название места обычно возводится к арамейскому гат шемэна «масличное точило».


Источник

Сергей Аверинцев. Собрание сочинений. / Переводы. Евангелия. Книга Иова. Псалмы. К.: Дух і літера, 2005. - С. 291

Толкование на группу стихов: Мк: 14: 32-32

Войдя в сад, Господь остановил учеников, сказав им: «Посидите здесь, пока Я помолюсь».

Толкование на группу стихов: Мк: 14: 32-32

По вечери Иисус с одиннадцатью учениками удаляется в сады, лежащие на горе масличной – в Гефсиманию, где и прежде имел обычай проводить ночь. Восемь вскоре Его здесь оставили, Иисус отпустил их; трое пошли в глубину садов – Петр, Иаков и Иоанн: Иисус взял их с Собой для того, чтобы они были с Ним.

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 219 ++

Толкование на группу стихов: Мк: 14: 32-32

В сказании об этом евв. различаются там, что, по евв. Матфею и Марку, И. Христос, придя в сад Гефсиманский лишь с Петром, Иаковом и Иоанном, углубился внутрь его, прочих же учеников оставил при входе в сад, так что свидетелями молитвы и душевных страданий Иисуса были только те три довереннейших Его ученика 1. Ев. Лука, давая общее, сжатое изображение события, не указывает сего обстоятельства. По той же причине этот евангелист опускает и то указание, что И. Христос трижды удалялся от учеников Своих для молитвы, после каждаго раза возвращаясь к ним и находя их спящими. От этого произошло и то, что речи И. Христа которыми Он возбуждал учеников к бодрствованию, в изображении Луки являются как сказанныя при отходе Его на молитву и по возвращении к ним после молитвы пред появлением предателя. По более обстоятельному преданию евв. Матфея и Марка, Господь, при удалении от всех учеников, просил их только остаться и побыть на указанном месте, пока он уединится для молитвы, а при удалении от Петра и сынов Зеведеевых просил их побыть здесь и бодрствовать с Ним; то что по ев Луке является как сказанное ученикам пред появлением Иуды (упрек, что они не могли и часа бодрствовать с Ним, и призыв к бодрствованию особенно в виду немощи плоти, ср. Рим. 3:14 и д.), было сказано И. Христом при первом возвращении Его с молитвы Петру, Иакову и Иоанну: пред появлением же Иуды Иисус говорит ученикам Своим: спите прочее и попивайте (или: спите и отдыхайте немногое, оставшееся до начала опастностей, время, или: теперь уже спите и почивайте. Мне не нужно ваше бодрствование, потому что борьба душевная Моя кончилась, или: вы еще спите и почивайте, а между тем) ее приближися час, и Сын человеческий предается в руки грешников. Встаньте, идем: се приближися предаяй Мя Но этот же евангелист дает следующия особенныя черты, которыми восполняются сказания первых двух евангелистов: Христос, по преданию ев. Луки, удалился от учеников (по снесению с Мф. и Мк.—от Петра, Иакова и Иоанна) „на вержение камня», во время молитвы Иисуса „явился Ему ангел с небес и укреплял Его"2; чем более сильно действовала внутренняя борьба, происходившая в Его душе3, тем „прилежнее молился Он, и это борение было так сильно, что «был пот Его, как ώσει ср. 3:23) капли крови, падающия на землю»4; ученики же в отсутствие от них Христа спали .от печали» (изнеможенные печалью).


Примечания

    *1 Как прежде они только способны были быть свидетелями высшаго прославления И. Христа на земле—в воскрешении дочери Иаира и в Преображении,—так теперь они только способны без искушения созерцать и глубочайшее уничижение Христа.

    *2 Укреплял Его человеческую природу, изнеможенную от смертельных душевных страданий, подобно тому, как ангелы служили Ему, укрепляя Его телесныя силы после 40-дневнаго поста с пустыне. Мф. 4:11.

    *3 Борьба невольнаго, естественнаго особенно в безгрешном Богочеловеке, чувства отвращения пред смертию и происходившей отсюда смертельной душевной скорбя я осиной готовности п решимости Его воли как испытывать настоящия душевныя страдания, так и предаться смерти согласно с волею Отца. Душевная скорбь вызвала молитву: Отче Мой, аще возможно есть, да мимо идет от Меня чаша сия; готовность же всецело предаться воле Отца высказалась в следующих словах Его молитвы: обаче не якоже Аз хощу, но якоже Ты.

    *4 Или: пот Его был густ и такими крупными каплями падал на землю, как капли крови, иди: капли пота походили на капли крови, падающия на землю, и во виду своему; это могло происходить оттого, что густой пот, с трудом выходя на поверхность тела, на пути захватывал части крови и окрашивался ею.

==


Источник

Руководство к толковому чтению Четвероевангелия и книги Деяний Апостольских. Д. Боголепов. Издание 5. М.: 1910. - С. 341-342

Толкование на группу стихов: Мк: 14: 32-32

Сад, в который вошел Иисус с Апостолами, был Его любимым местом уединения и отдохновения, куда Он часто уходил из Иерусалима. Евангелист Марк говорит, что этот сад был в селении, называемом Гефсимания; поэтому, от названия селения и самый сад назывался Гефсиманским. Войдя в сад, Иисус остановил Апостолов и сказал им: посидите тут, пока Я пойду помолюсь там.


Источник

Гладков Б.И. Толкование Евангелия. Глава 40. - Воспроизведение с издания 1907 года. М.: Столица, 1991. (с дополнениями из издания 1913 г.) - С. 604-5

Толкование на группу стихов: Мк: 14: 32-32

Куда же Ты спешишь ночью, Господи? Еще недавно Ты поучал учеников Своих, чтобы ходили днем, а не ночью: «Кто ходит днем, тот не спотыкается, потому что видит свет мира сего; а кто ходит ночью, спотыкается, потому что нет света с ним» (Ин. 11:9-10). Опасаюсь я, как бы не случилось с Тобой какого-нибудь преткновения, как бы Ты не упал: «Да не когда споткнешься о камень ногой Твоей» (Пс. 90:12). «Ты простираешь тьму, и наступает ночь» (Пс. 103:20). С ужасом помышляю, как бы Ты, Агнец Божий, не попал на свирепых зверей, ибо «в ней» (в ночи) «ходят все звери лесные, молодые львы рыкающие о добыче» (Пс. 103:21). Боюсь я, как бы Ты не впал в какую-либо немощь, в какую-либо болезнь и потом не сказал: «Скорбь и болезнь приобрел» (Пс. 114:3). Ночью ходят злодеи, разбойники, и я так ужасаюсь, Господи, чтобы и Тебя не сочли за злодея и не сказали: «Если бы Он не был злодей, мы не предали бы Его тебе» (Ин. 18:30), чтобы и Тебя не приняли за разбойника и посреди двух разбойников не поставили. Но «благословен грядущий во имя Господне!» (Мф. 21:7) И провожаю Тебя в дорогу с тем приветствием, которым некогда напутствовал Гедеона Ангел: «Господь с тобой, муж сильный! Иди в этой силой твоей и спаси Израиля» (Суд. 6:12, 14)... Входит Иисус в Гефсиманский сад на делание, чтобы вырвать, искоренить, вычистить в нем греховное терние, которое насадил и посеял первый человек в первом райском саду. Некогда царь Еквир, соскучившись на пиршестве, вышел в сад, чтобы там рассеять свою скуку смотря на прекрасные аллеи, богатые виноградники и ароматные сады. Встал и Христос Спаситель с вечери, на которой только что преподал Тело и Кровь Свою драгоценнейшую Своим ученикам, встал уже с душевной скорбью: «Иисус возмутился духом» (Ин. 13:21), – и вошел в сад. Но Он и в нем не находит отрады; вместо утешения испытывает еще большую скорбь: «Начал скорбеть и тосковать».

Источник

35. Поучение на страсти Господа нашего Иисуса Христа («Все проходящие путем, взгляните и посмотрите, есть ли болезнь, как моя болезнь» (Плач. 1:13))

Толкование на группу стихов: Мк: 14: 32-32

Итак, взойдя на Масличную гору, они «пришли в селение, называемое Гефсимания». В этом селении, как мы знаем, был сад. Есть он там и сейчас. В самом Иерусалиме садов не было, так как по обычаю священную почву города нельзя было осквернять удобрением для садов – навозом. Состоятельные люди имели свои сады вблизи города, на Масличной горе. Там они отдыхали. У Иисуса Христа, наверное, был друг, позволивший Ему приходить в сад даже в ночное время. Иисус желал, с одной стороны, близости людей, а с другой стороны близости Божией. «И Он сказал ученикам Своим: посидите здесь, пока Я помолюсь». Для раннего христианства факт молитвы Иисуса Христа означал очень многое: Послание к Евреям вспоминает, что Он «с сильным воплем и со слезами принес молитвы и моления Могущему спасти Его от смерти» (Евр. 5:7). Эти слова ясно показывают, что путь, к которому призывал Иисус Своих последователей, дался и Ему Самому очень и очень нелегко. В тексте Марка это отражено: упоминается Его ужас и слезная тоска. Конечно, Он не хотел умирать. Ему было всего лишь тридцать три года. Он знал, что такое распятие и содрогался при мысли об этом. Но Он должен был заставить Себя идти дальше.

Источник

Беседы на Евангелие от Марка, прочитанные на радио «Град Петров»

Толкование на группу стихов: Мк: 14: 32-32

Гефсимания значит: «долина плодоноснейшая». В ней Он приказал ученикам Своим посидеть немного и подождать Его возвращения, пока Он Господь один помолится за многих.

Толкование на группу стихов: Мк: 14: 32-32

Это было после того, как И. Христос предсказал о соблазне апостолов и об отречении Петровом, по совершении тайной вечери. В селение, называемое Гефсимания. Это место или селение было около Иерусалима за долиной Иосафатовой, при подошве горы Елеонской. Туда Господь любил уединяться с Своими учениками, туда Он удалился из Иерусалима на время ночи в последние дни пред Своими страданиями. Есть предание, что Гефсимания принадлежала священникам и левитам, и что в ней паслись стада жертвенных животных. Отсюда же взяли и повели на заклание и Агнца Божия, И. Христа, внемлющего грехи мира (Воскр. чт. 17 2). Гефсимания значит место выжимания оливок. Такое название произошло оттого, что здесь был сад оливковый и приготовлялось оливковое масло. „В саду Эдемском совершилось грехопадение первого Адама, говорит один духовный писатель; в саду Гефсиманском начинаются и искупительные страдания второго Адама – И. Христа». Сидите зде, дóндеже шед (посидите здесь, пока Я пойду) помолюся тамо (там), т. е. в саду. И. Христос имел обыкновение удаляться для молитвы наедине. Это Он делал, объясняет Златоуст, для того, чтобы научить сохранить во время молитвы безмолвие и покой. Видно, замечает один проповедник, теперь пред наступлением страданий, душа Господа особенно имела нужду в молитве. „Спаситель, молясь в саду Гефсиманском, говорит один из проповедников, тем самым уже открывает нам доступ в рай, заключенный грехом в продолжении многих тысяч лет». (Воскр. Чт. 14 г.). Поят (взял) с Собою Петра, Иакова и Иоанна, – как более любимых и довереннейших Своих учеников. Эти апостолы видели славу Его при преображении (Мф. 17:1 и дал.) и Его всемогущество при воскресении дочери Иаира (Лк. 8:51), и потому менее других могли соблазниться видом Его уничижения (Мих.). С другой стороны, теперь ап. Петр мог убедиться в том, как опасно полагаться на самого себя, а Иаков и Иоанн в том, как горька та чаша, которую они сами вызывались разделить с Господом. Начат (начал) ужасатися и тужити (тосковать). Ужасался, скорбел и тосковал И. Христос потому, что Он, как имевший человеческое естество, боялся смерти. „Смерть вошла в человеческий род не по природе, поясняет блаж. Феофилакт, и потому природа человеческая, хотя бы и безгрешная, какова была в Богочеловеке И. Христе, боится ее, скорбит и тоскует при виде ее. Скорбит Господь вместе и для того, чтобы утаить Себя от дьявола, чтобы дьявол устремился на Него, как на простого человека., а таким образом сам был низложен.


Источник

Иоанн Бухарев свящ. Толкование на Евангелие от Марка. М.: 1900. Зач. 64 - С. 177

Толкование на группу стихов: Мк: 14: 32-32

Γεθσημανί Гефсимания (евр./ арам, "пресс для оливок", Lane; ISBE, 2:457-58; ABD, 2:997-98). καθίσατε aor. imper. act. от καθίζω сидеть, занимать место, προσεύξωμαι aor. conj. med. (dep.) от προσεύχομαι молиться. Conj. в temp. прид.

Толкование на группу стихов: Мк: 14: 32-32

По традиционным представлениям, Гефсимания (евр. Гат-Шмане́ или Гат-шемани́м – «масличный пресс») располагалась на склоне Масличной горы, с восточной стороны Кедронской долины. Как свидетельствует значение этого названия, здесь, вероятно, находилась оливковая роща (ср. Ин. 18:1 – «сад»), в которой также были все приспособления для выжимания масла. Иисус, вероятно, и раньше останавливался там, и это место было знакомо всем Его ученикам.


Источник

Кузнецова В. Н. Евангелие от Марка. Комментарий. М.: 2002. - С. 274

Толкование на группу стихов: Мк: 14: 32-32

Спящие стражи Иисус и Его ученики, вероятно, добрались до Гефсимании к десяти или одиннадцати часам вечера (это считалось поздним временем в той культуре). В пасхальную ночь, по обыкновению, ложились поздно, беседуя об искуплении, которое совершил Бог. Ученики должны были бодрствовать; вероятно, каждый раз на Пасху они долго не ложились спать.

Толкование на группу стихов: Мк: 14: 32-32

После этого Христос двинулся с своими учениками за город, и, спустившись вниз в ложбину Кедронского потока, вошел в сад Гефсиманский. Часть этого сада существует и доселе – между потоком и горой Елеонской, и место его обозначается несколькими маслинами, из которых восьми по крайней мере приписывается маститая древность – не менее двух тысяч лет, так что они были свидетельницами величайшего момента в душевной жизни Христа. Теперь весь сад занимает не более пятидесяти шагов, но в древности он был гораздо больше, и настолько славился изобилием масленичных плодов (олив), что от них получил самое свое название (Гефсимания – пресс или точило для добывания оливкового масла). Деревья в это время находились в нежной, весенней, недавно распустившейся листве, и лунный свет пробирался чрез них своими мерцающими лучами. Все было торжественно тихо и мирно кругом; даже птицы беспечно спали на пушистых ветвях, под покровом звездного неба, где и о них заботился Отец небесный. Позади возвышалась гора Мориа с ее искусственными террасами, ведшими к величественному притвору храма, а впереди за загородью сада начинались склоны горы Елеонской, своей вершиной закрывавшей от взоров благословенный домик в Вифании. Дух Христа был переполнен великими думами о предстоящем, и Он желал уединения, чтобы в молитве в Богу Отцу излить свое сердце.


Источник

Библейская история при свете новейших исследований и открытий. Новый Завет. С-Пб.: 1895. С 475

Толкование на группу стихов: Мк: 14: 32-32

Поток Кедрский, гора Елеонская – кому не известны эти имена? Еще в детстве, в первый раз знакомясь с жизнью древнего богоизбранного народа иудейского, мы слышали их вместе с именами Иордана, Мертвого моря, горы Кармила и др., и глубоко напечатлелось в нашем сознании рядом с ними представление о местности, смежной с центром иудейской жизни, Иерусалимом. Но в то время как из детства привыкли мы рисовать в своем воображении поток Кедрский как поток в собственном смысле слова, быстро и с шумом катящийся среди глубокого каменистого русла с севера на юг на восточной стороне Иерусалима, на самом деле это лишь сухое, безводное, в различных местах неодинаковой глубины и ширины, русло, или долина, окаймляющая Иерусалим с северной, восточной и отчасти с южной стороны. Среди различных названий этой долины См. Dr. T. Toblers Topogr. v. Ierusalem. B. II, s. 16–17. древнейшее и популярнейшее бесспорно библейское имя потока Кедрского, или долины Кедрской קדרין – темный, мрачный. Сюда во времена второго храма был проведен подземный канал из резервуара, устроенного под жертвенником всесожжений. Кровь жертвенных животных этим каналом стекала в другой резервуар, в потоке Кедрском, где ее продавали для удобрения садов. В талмудическом трактате Middoth (III, 2) говорится: «на юго-западном углу жертвенника всесожжений были две ямы, подобные ноздрям, которыми кровь, излитая на западное и южное основание жертвенника, текла в канал и отсюда в поток Кедрский». См. Mischna ed. Surenh. pars V. pag. 355. Сравн. Joma V, 6 (pars II. pag. 236).. Под этим именем упоминается она в Ветхом и Новом Завете, так называют ее Иосиф Флавий, Евсевий, Иероним и др.2 Цар. 15:23; 3 Цар. 2:37. I. Flavii Bell. jud. V, 2, 3; V, 4, 2; VI, 3, 2: ϕάραγξ Κεδρών. Euseb. et Hieron. (onomast. 426): Cedron appellatur torrent sive vallis Cedron juxta Ierusalem. Так, между прочим, называется она и в недавно открытом «Peregrinatio ad loca sancta saeculi IV exeuntis». См. Прав. Пал. Сб. вып. 20, стр. 184. Но уже очень рано христианское предание называет ее долиною Иосафатовою, может быть, относя к ней пророчество Иоиля о суде Божием над языческими народами в долине Иосафатовой (Иоил. 3:12), и это имя после становится столь же распространенным, как и имя долины Кедрской «Долина, называемая Иосафатова», – говорит древнейший из дошедших до нас путеводитель по св. земле, Бордоский путник. См. Прав. Пал. Сб. вып. 2, стр. 30. «Там есть долина Иосафатова», – читаем у Феодосия (ок. 530 г.), – «там будет судить Господь праведных и грешных». См. Itinera hieros. et descr. terrae s., ed. T. Tobler et Aug. Molinier, p. 66. Сравн. соответств. Выражения Аркульфа, Беды, Виллибальда, Бернарда и др. Ibid., pp. 158, 161,220, 265, 291,316 и др..

Начинаясь на севере Иерусалима, недалеко от гробниц судей См. Paläst. v. Ed. Robinson. B. II, s. 32. Tobler. Topogr. B. II, s. 19., долина Иосафатова направляется к востоку, проходит на севере гробниц царских и против северовосточного угла города сразу поворачивает к югу. В этом направлении идет она на всем протяжении восточной стороны города, затем соединяется с долиною Гион и, наконец, под именем Wady en-Nar продолжает свой путь к Мертвому морю. В северной своей части долина представляет широкую котловину, по мере же направления с севера на юг она становится уже и глубже. Западная крутая сторона ее у ворот св. Стефана достигает высоты 100 футов Здесь можно заметить первые правильные следы течения воды или русла потока, который, быть может, когда-то в большой массе наполнял долину Кедрскую, а теперь только в зимы, обильные дождем, бежит он день, много два, в виде небольшого ручейка. Вероятно, он принял теперь подземное течение.. Еще южнее, на месте гроба Авессалома, долина представляет лишь ущелье между горами, в 40–50 шагов шириною Tobler. Topogr. B. II, s. 20..

С самых отдаленных времен долина Иосафатова была местом кладбища. Прах несметных человеческих поколений, начиная с древнейших обитателей Иерусалима, иевусеев, а также прах столько раз подвергавшегося разрушению священного города, обрушиваясь с крутых высот, совершенно засыпал дно долины. Покрывающий ее сплошной пласт мусора так толст, что английский инженер Варрен, производивший здесь раскопки, на глубине 80 футов не мог открыть свежего грунта. Теперь на западной стороне, по откосу Мории, лепятся магометанские могилы, а на востоке склон горы Елеонской усеян гробницами еврейскими. «Фантастический памятник Авессалома и строгая гробница Захарии господствуют над этими грудами надгробных камней, испещренных еврейскими надписями» Путеш. по св. земле Авр. Норова, ч. I, стр. 113. Ср. Erm. Pierotti. Ierusalem explored. Vol. I, p. 168 и др. Th. Hart. Horne. The biblical keepsake, p. 77–81..

Два моста или, точнее говоря, две каменные насыпи устроены в долине Кедрской. Шесть шагов ширины и шестнадцать длины Tobler. Topogr. B. II, s. 35., выгнутый аркою каменный верхний мост лежит под воротами св. Стефана. Другой мост, нижний, находится ниже гробницы Авессалома. Он построен подобно первому, выгнут, несколько шагов в ширину, и его площадь на северной стороне на 11, а на южной на 20,5 футов поднимается над дном долины Ibid., s. 34.. Оба моста ведут на западный склон горы Масличной, или Елеонской, профиль которой красиво обозначается на горизонте. На расстоянии одного субботнего пути от Иерусалима Деян. 1:12. По Иосифу Флавию (Antiqu. XX, 8, 6), Масличная гора удалена от Иерусалима на 5 стадий. По Евхерию, гора Масличная отстоит от Иерусалима на 1000 шагов. См. Itinera hieros. ed. Tobl. et Molin., p. 52. То же говорит и Беда. Ibid., p. 221. Феодосий это расстояние измеряет в 7 стадий, или один миллиарий (Stadia septem, sive milliarium unum). Ibid. p. 66. В Itiner. Bernardi на 1000 шагов удалена от Иерусалима долина Иосафатова. Ibid., p. 316. поднимается она своими тремя округленными вершинами, средняя из которых господствует над двумя другими подобно голове над плечами человеческого тела Real-Encyklop. v. Dr. Herzog. B. 10. Art. Oelberg. v. Arnold.. Возвышаясь на 175 футов над Сионом и на 600 футов над дном долины Кедрской, эта средняя вершина освящена преданием как место вознесения Господа Иисуса Христа Деян. 1:12. и уже Константином Великим отмечена особым памятником Евсевия Памфила «Четыре книги о жизни блаж. ц. Константина» кн. III, гл. 41.. Теперь здесь осьмиугольная мусульманская мечеть и монастырь дервишей, с минарета которого прекрасный вид на Иерусалим и его окрестности. Другая вершина, к северу, издавна носит имя Галилеи или viri galilei. Здесь стояли «мужи галилейские» и долго смотрели на небо, скрывшее от них вознесшегося Учителя и Господа Деян. 1:9–11.. К югу от горы вознесения, третья вершина носит имя горы соблазна как место, с которым предание связывает идолослужение Соломона 3 Цар. 11:7–8..

Западный склон горы Елеонской покрыт кое-где скривившимися от старости, обнаженными оливковыми и фиговыми деревьями. У подошвы ее, тотчас у дороги, ведущей из ворот св. Стефана чрез верхний мост к Вифании и Иерихону, находится четырехугольное пространство, обнесенное высокою каменною стеною, 160 футов в длину на западной стороне и 150 футов в ширину на северной Ierusalem v. Dr. Sepp. B. I, s. 678. Handwörterbuch d. bibl. Altert.v. Dr. Riehm. 1884. B. I, s. 508. Art. Gethsemane.. Вся площадь внутри этой ограды деревянными решетками разделена на несколько палисадников с дорожками, усыпанными песком и симметрично разбитыми цветочными клумбами. Здесь же растут восемь масличных деревьев, самых старших между деревьями горы Елеонской. На своих пнях, 18–20 и даже 21 фут в обхвате Ibid., и на бесчисленных корнях они носят выразительную печать тысячелетнего существования. Их огромные пни состоят из многочисленных толстых отраслей, как бы сросшихся под одною корою в одно дерево и напоминающих собою группу колонн, соединенных вместе. Цветы и различные кустарники растут у самого подножия деревьев и прикрывают собою от солнечного жара их громадные корни, протянувшиеся на несколько саженей по земле. Это сад Гефсиманский. В нем указывают и скалу, где спали ученики Господа во время последней молитвы их Учителя, и место предательского поцелуя Иуды. Несколько шагов к северу от ограды Гефсиманского сада, разделяемый от последнего только дорогой, стоит погребальный вертеп Божией Матери, а направо от него маленькая дверь ведет в пещеру, в которой, по преданию, провел Спаситель томительные часы пред предательством Иуды. Теперь здесь капелла, и вся пещера носит имя antrum agoniae – грот агонии.

Вот та местность, которая 18 с половиной веков назад, в ночь на 14 Нисана 34 года нашей эры, была свидетельницею завязки события, равного которому не может быть в истории. Чрез эту самую долину Кедрскую, или Иосафатову в ту великую ночь с четверга на пятницу перешел Своими стопами Господь Иисус Христос с одиннадцатью из апостолов после пасхальной вечери в сионской горнице. На этом же склоне горы Масличной был тот сад Гефсиманский, который приютил Его на несколько часов, прежде чем поцелуй Иуды Искариотского отдал Его в руки врагов Мф. 26:30–36; Мк. 14:26–32; Лк. 22:39; Ин. 18:1.. Правда, вид этой местности теперь не соответствует той картине, какую представляла она во дни земной жизни Господа Иисуса Христа. По Иосифу Флавию, уже Помпей уничтожил много садов в окрестности Иерусалима Antiqu. XIV, 4, 2.. Тит для сооружения насыпей против крепости Антония, не находя деревьев вблизи города, должен был искать их уже в отдаленной окрестности Bell. jud. V, 12, 4., и римское войско выстригло наголо пространство на 90 стадий вокруг Иерусалима Bell. jud. VI, 1, 1.. На этих же деревьях, и именно на горе Елеонской, были распяты тысячи побежденных иудеев. После нового завоевания, при Адриане, деревья были столь же мало пощажены. Не удивительно, что после стольких опустошений гора Масличная бедна теперь растительностью. Не так было в великую ночь страданий Господа. Темная зелень виноградников, смешиваясь с зеленью фиговых и по местам тутовых деревьев и часто переплетаясь с серебристым блеском оливок, густо покрывала оба склона горы. На западной стороне, залитая мягким лунным светом В полнолуние Нисана, или Авива, соответствующего второй половине нашего марта и первой апреля, праздновали иудеи свою Пасху (Исх. гл. 12, 13, 23. Лев. гл. 23)., она походила на чудный фантастический ковер, который, начинаясь на вершине горы, скатился вниз по ее склону и другим краем своим затерялся в тенистой Гефсимании. Глубоко ошибся бы и тот, кто стал бы судить о картине Гефсиманского сада в ночь страданий Господа по тому месту и тем восьми деревьям, которые носят это имя теперь. Гефсимания, слово, означающее тиски, давильню для добывания масла из оливок נת שׁנמנא. Некоторые, с меньшею вероятностью, производят так: ני שׁמנא – масличное поле. См. Biblisch. Realwörterbuch. v. Dr. Winer B. I, s. 424. Art. Gethsemane. Cp. o Гефсимании Handwörterbuch d. Bibl. Altert. v. Aug. Riehm. B. I, s. 508. Biblisch. Wörterbuch herausg. v. H. Zeller. B. I, s. 494. A Dictionary of the Bible, edit. by Will. Smith. vol. 1, p. 684. Bibel-lexicon v. Dr. Schenkel. B. II, s. 450. «Опыт библ. словаря собственных имен» П. Солярского, стр. 414. The bibl. keepsake by Hartwell Horne p. 101–104. Pierotti, Ierusalem explored. Vol. I, p. 178 и др., тогда служила названием тех масличных рощ, которыми густо было покрыто западное подножие горы Елеонской. Эти рощи составляли собственность святилища, но ничем не огороженные Нынешняя стена Гефсиманского сада построена в 1848 году. См. Ierusalem v. Dr. Sepp. B. I. s. 681., они были доступны для всех и не раз под своею тенью давали приют бедным пришельцам, из разных мест собравшимся на праздник в священный город.

Но если не вид местности, то, по крайней мере, место осталось то же самое. Если восемь старых масличных дерев среди цветочных гряд нынешнего Гефсиманского сада не в состоянии живо пробудить в нашем воображении картину подлинной Гефсимании в ночь страданий Господа, то все же они приблизительно указывают действительное место ее. Предание, на котором лежит печать глубокой древности, никогда не искало Гефсимании где-нибудь в другом месте, а всегда именно здесь, вблизи этих восьми ветеранов. Бордоский путник, не называя Гефсимании, указывает, однако место предательства довольно ясно. «Если идти из Иерусалима, – говорит он, – в ворота, находящиеся на востоке, чтобы подняться на гору Масличную, (есть) долина, называемая Иосафатова. На левой стороне, где виноградники, находится камень, где Иуда Искариот предал Христа... Отсюда всходишь на гору Масличную, где Господь пред страстью учил учеников». Место предательства здесь указывается внизу, в долине Иосафатовой, близ дороги, ведущей из восточных ворот города на гору Елеонскую, т.е. вблизи нынешнего Гефсиманского сада Так понимает эти слова Бордоского путника и издатель его путешествия В. Н. Хитрово. См. Прав. Пал. Сб. вып. 2, стр. 30.. По словам знатной паломницы конца IV века, приходят на место моления о чаше, а потом в Гефсиманию, спустившись с Имвомона (место вознесения Господа на горе Елеонской), а место предательства «находится в начале долины Иосафата» Прав. Пал. Сб. вып. 20, стр. 156–157. 184. Сравн. стр. 251.. В долине же Гефсиманской, «расположенной между горою Сион и горою Масличною, и называющеюся еще долиною Иосафатовою», указывает место предательства и Антонин Мартир Antonini Martyris perambulatio locorum sanctorum XVII. См. Itinera hieros. ed. Tobl. et Molin., p. 100.. Там же, при входе в погребальный вертеп Пресвятой Богородицы, Беда видел на правой стороне «вделанный в стену камень, на котором молился Господь в ту ночь, когда был предан, и следы колен Его отпечатлелись как бы на воске» Beda venerabilis de locis s. c. V. Ibid., p. 221.. Виллибальд, выражаясь в общем смысле, помещает «церковь, где молился Господь пред страданиями Своими, на горе Масличной» In monte Oliveti est nunc ecclesia, ubi Dominus ante passionem suam orabat. Но о церкви вознесения, которую предание всегда указывало именно на горе Масличной, он выражается иначе: et inde venit ad ecclesiam in ipso monte, ubi Dominus ascendit in celum. См. ibid., p. 266.. В «Commemoratorium de casis Dei vel monasteriis» Гефсимания называется весью (villa) и указывается в той же долине Иосафатовой Ibid., p. 302.. В той же «веси» Гефсиманской, в долине Иосафата, помещает вместе с церковью Пресвятой Девы Марии «церковь, в которой Господь был предан», и монах Бернард Itinerarium Bern. mon. Fr. c. XIII. Ibid., p. 316.. Древнейший из наших паломников во св. землю о Гефсимании говорит так: «Гепсимания же есть село, идеже есть гроб святыя Богородицы близь града Иерусалима на потоце Кидарьстем в удоле плачевнем, и есть от Иерусалима межи востока лиць летним и зимным» Прав. Пал. Сб. вып. 3, стр. 35.. В «сказании» Иоанна Фоки Ibid. вып. 23, стр. 44., в «хождении Игнатия Смолнянина» Ibid. вып. 12, стр. 19–20., в «хожении инока Зосимы» Ibid. вып. 24, стр. 22., в «хожении гостя Василья» Ibid. вып. 6, стр. 11., в «рассказе о путешествии по св. местам Даниила митрополита Ефесского» Ibid. вып. 8, стр. 44–45., в «хождении купца Василия Познякова» Ibid. вып. 18, стр. 58. То же и в пересказе его, в «хождении Трифона Коробейникова». Ibid. вып. 27, стр. 40–41., в «Проскинитарии Арсения Суханова» Ibid. вып. 21, стр. 189. и во многих других памятниках место великих событий, окончившихся предательством Иуды, указывается то в долине Иосафатовой, то за потоком Кедрским, то на пути из Иерусалима на гору Елеонскую, т.е. различными выражениями, но, по существу дела, одинаково: приблизительно там же, где указывают его и теперь; причем место это, как и теперь, ставится в связи с храмом Успения Пресвятой Богородицы.

Несмотря на такую древность и такое постоянство предания относительно места евангельского Гефсиманского сада, недавно было высказано мнение, отрицающее подлинность нынешней Гефсимании. Три года назад в одном английском журнале было помещено «сообщение» Эдуарда Фалькенера под заглавием «The site of Gethsemane» См. Proceedings of the Society of Biblical Archaeology. Vol. IX. 17th Sessiou, 7th Meeting, 7th июня 1887, p. 49–358., сущность которого состоит в следующем. Независимо от библейского рассказа, свидетельство в пользу (нынешнего, всеми признаваемого) положения Гефсимании дается только восемью оливковыми деревьями, огороженными на берегу Кедрона. Эти деревья, без сомнения, очень большой древности, но никто не решится сказать, что они существовали 1887 лет назад Ibid. p. 351.. Поэтому, для установления подлинного места Гефсимании, автор статьи обращается исключительно к евангельскому рассказу и – надо отдать честь его изобретательности – толкует слова св. бытописателей совершенно оригинально. Три первые евангелиста говорят, что после тайной вечери Господь с учениками пошел «на гору Елеонскую» Мф. 26:30; Мк. 14:26; Лк. 22:39., между тем, относительно нынешней Гефсимании, которая «находится в долине, у самого потока, проходящего в центре этой долины», никоим образом нельзя сказать, что она находится на горе. Далее, из слов евангелиста Иоанна: «знал же это место и Иуда, предатель Его; потому что Иисус часто собирался там с учениками своими» Ин. 18:2., следует, что место это было уединенное; но этого нельзя сказать о нынешнем месте, чрез которое прежде проходила дорога по направлению к Вифании, Вефаваре и Иерихону. Наконец, большая часть прощальной беседы была произнесена Спасителем уже вне горницы Это ясно из Ин. 14:31.; но такая длинная речь не могла занять лишь то короткое время, какое требовалось для прогулки от этой горницы до места нынешней Гефсимании; притом Иисусу Христу пришлось бы в таком случае вести беседу в то время, когда проходил Он чрез шумный город, окруженный толпою народа, из всех частей страны собравшегося на праздник, и потом когда сходил по крутой тропинке, идущей вниз к Кедрону Proceedings of the society of Biblical Archaeology Vol. IX, p. 352–353..

Создав такие противоречия, Фалькенер устраняет их своим особым построением порядка событий великой ночи. Прервав Свою беседу словами: «встаньте, пойдем отсюда» Ин. 14:31., Спаситель с 11 апостолами отправляется на вершину горы Елеонской. Об этом говорят синоптики, это же естественно нужно допустить и в виду того, что гора Масличная для Господа Иисуса Христа была излюбленным местом, с которым были тесно связаны многие важные события Его земной жизни. Здесь, вдали от городского шума и постороннего взгляда, Он мог беседовать с Богом Отцом, «наслаждаясь спокойною уединенностью места, чистым воздухом и прекрасным видом города» Proceedings, Vol. IX, p. 356.. С этим городом соединялось так много воспоминаний; естественно поэтому желание бросить еще один последний, прощальный взгляд на него, а это можно сделать лишь с вершины горы Елеонской. Здесь продолжает Господь Свою прощальную беседу Ин. гл. 15–17. и, окончив ее, идет «с учениками Своими за поток Кедрон, где был сад, в который вошел (Он) Сам и ученики Его» Ibid. XVIII, 1.. Итак, чрез долину Иосафатову в эту ночь Господь Иисус Христос перешел два раза: когда от сионской горницы направлялся к горе Масличной, и на обратном пути, с горы в Гефсиманию. Место последней поэтому Фалькенер ищет на восточном склоне Сиона, на западной стороне потока Кедрского, не указывая его, впрочем, более точно.

Нетрудно видеть, какое значение могут иметь все эти соображения Фалькенера и основанное на них заключение. Что нынешние 8 оливковых деревьев не существовали во дни земной жизни Господа Иисуса Христа, это очевидно для каждого, и потому напрасный труд еще доказывать эту мысль свидетельствами из И. Флавия К этому прибегает автор статьи. См. стр. 351. Первое упоминание об этих оливковых деревьях мы находим лишь 3 века назад у Маундрелля и Кварезмия. См. A Dictionary of the Bible by W Smith. Vol. 1, p. 684.. Но странно считать эти деревья единственным указателем места Гефсимании, странно после того, как мы видели, какой длинный и непрерывный ряд свидетельств, начиная с IV века, настойчиво говорит о подлинности нынешней Гефсимании. Оставить без внимания эти данные мы не имеем никакого права уже потому, что, руководясь одним евангельским рассказом, нельзя точно указать интересующее нас место. Пример самого автора статьи лучше всего показывает, как произвольно может распорядиться этим материалом ничем не сдерживаемая фантазия, особенно если ею руководит заранее намеченная цель.

Сравнивая повествования всех четырех евангелистов, мы видим, что подробнее говорит о событиях после тайной вечери св. евангелист Иоанн; он один передает всю длинную прощальную беседу Господа с учениками, между тем как первые три бытописателя в своем рассказе очень кратки. Сказав, что после тайной вечери Господь Иисус Христос отправился «на гору Елеонскую», первые два евангелиста из Его речи приводят лишь предсказание об отречении апостола Петра и затем непосредственно продолжают: «пришли в селение называемое Гефсимания, и Он сказал ученикам своим: посидите здесь» и т. д. Только сопоставляя оба эти места (т.е. ст. 30 с 36-м 26 главы Матфея и ст. 26 с 32-м 14 гл. Марка), можно понять истинный смысл выражения «на гору Елеонскую»: оно употреблено лишь в смысле общего обозначения того направления, какое приняли оставившие сионскую горницу, а отнюдь не значит, что Господь с учениками в эту ночь был на вершине горы. Это еще более ясно из хода повествования св. евангелиста Луки. «И вышедши, – говорит он об Иисусе Христе, – пошел по обыкновению на гору Елеонскую. За Ним последовали и ученики Его. Пришедши же на место, сказал им: молитесь, чтобы не впасть в искушение» и т. д. Лк. 22:39–40. Что под «местом» здесь разумеется то самое, что у двух первых евангелистов называется собственным именем Гефсимании, этого не отрицает и сам Фалькенер См. стр. 351.. Где же здесь речь о посещении вершины горы Елеонской, о возвращении с нее и вторичном переходе чрез поток Кедрский? Если евангелист Иоанн говорит, что «сказав сие (т.е. последние слова своей беседы), Иисус вышел с учениками Своими за поток Кедрон, где был сад, в который вошел Сам и ученики Его», то опять же по ходу речи мы можем видеть в этих словах лишь более точное объяснение общего выражения синоптиков «на гору Елеонскую», толковать же их в смысле вторичного, обратного перехода долины Иосафатовой мы не имеем никакого права. Если бы Спаситель действительно был пред великими часами Своих страданий на горе Елеонской и именно там вел большую часть Своей прощальной беседы, то об этом не преминул бы заметить кто-нибудь из св. повествователей, между тем, мы видим совершенно противное: после тайной вечери Господь совершил только один путь – по направлению к горе Елеонской, чрез поток Кедрский, на место Гефсимании. Само собою понятно, какую цену может иметь здесь доказательство, взятое из фантастических соображений о приятности и удобстве места, о желании бросить последний взгляд на город и т. д. В параллель к ним мы считаем себя в праве выставить другого рода соображения: удобное ли было время, да и нужно ли было единородному Сыну Божию, пришедшему в мир совершить волю Своего Отца, любоваться красивым видом города, когда лишь несколько мгновений отделяли Его от окончательного исполнения этой Отчей воли? Те, едва доступные нашему пониманию, муки душевные, какие непосредственно после этого мы видим в саду Гефсиманском, плохо мирятся с этим наслаждением богатою природою и собственными воспоминаниями. Итак, желание Фалькенера видеть Господа Иисуса Христа в эту ночь на красивой горе Елеонской, а тем более – видеть в евангельском рассказе речь о двукратном переходе чрез долину Иосафатову мы считаем лишенным всякого основания.

Такое же достоинство имеют и другие замечания Фалькенера. Так, во 2 ст. 18 гл. Иоанна мы видим указание лишь на то, что место, куда отправился теперь Господь Иисус Христос, было любимым для Него местом, где не раз и прежде «собирался Он с учениками своими», и потому было известно и предателю; на особенную же уединенность, закрытость этого места здесь нет никакого намека. Это место могло быть и невдалеке от дороги, как нынешняя Гефсимания, и в то же время благодаря густым масличным рощам, было очень удобно для дружеской, интимной беседы даже такого большого собрания. Что касается, наконец, расстояния между сионскою горницею и местом нынешней Гефсимании, и его будто бы недостаточности для длинной прощальной беседы Спасителя, то об этом можно сказать следующее. Эту горницу тайной вечери предание, кроме нескольких единичных исключений, всегда указывало на Сионе, в юго-западном углу города, южнее нынешних Сионских ворот Прямо к югу против них, на расстоянии около 50 саженей, находится теперь группа зданий с куполом мечети Неби-Дауд (гроб Давида) («Неби(наби) Дауд» означает не «гроб Давида», а «пророк Давид» (арабск.). – Прим.ред.) посредине. Здесь, по самым древним христианским преданиям, стоял знаменитый храм Сионский, тот «Святый Сион», как называется он паломниками, которым обозначали место многих великих событий в истории земной жизни Спасителя и апостолов. Здесь же, между прочим, предполагается совершение тайной вечери и умовения ног. См. Breviarius de Hieros olyma, в Itinera latina, ed. Tobler et Molin., p. 58. Tbeodosius de terra sancta c. VI, ibid. p. 65. Beda venerabilis de locis sanctis c. III, ibid. p. 218. Itinerarium Bernardi monachi Franci. c. XII, ibid. p. 315. В последнем «церковь к югу, на горе Сион, где Господь омыл ноги ученикам Своим», называется, вероятно, вследствие ошибочного чтения, церковию св. Симеона (ecclesia ad meridiem, in monte Sion, quae dicitur sancti Symeonis, ubi Dominus lavit pedes discipulorum suorum). Наш игумен Даниил об этом месте так говорит: «ныне Сион гора вне стены градныя есть, на юг лиць от Иерусалима Сион. И ту есть был дом Иоанна Богословца на горе Сионьстей и на том месте создана была церкви велика клетьски; и есть от стены градныя яко довержет муж каменем малым до церкви святаго Сиона. И в той церкви Сионьстей ту есть храмина, за олтарем тая церкви, и в той храмине Христос умы ноги учеником Своим». См. Прав. Пал. Сб. вып. 3, стр. 58.. Тому, кто желал отсюда отправиться к месту нынешней Гефсимании, не было никакой необходимости идти шумным городом, как полагает Фалькенер, а нужно было обогнуть южную стену Иерусалима, чтобы потом или южнее, или близ нынешнего верхнего моста перейти долину Иосафатову. В том и другом случае путь был несколько длиннее предполагаемого Фалькенером и – так как мы не имеем никакого основания предполагать, чтобы путники особенно торопились, – мог занять время, достаточное для второй половины прощальной беседы Господа Иисуса Христа.

Итак, мы снова возвращаемся к нынешнему месту Гефсимании как несомненно подлинному. Эти 8 масличных деревьев не видели последней молитвы Спасителя мира, но зато под сению своею они видели сотни тысяч сынов человеческих, пришедших сюда от всех стран света с верою, что именно здесь провел последнюю ночь на земле единородный Сын Божий. И кто может поручиться, что эти восемь ветеранов не выросли, по общему свойству всех маслин, от корней и отпрысков тех самых деревьев, листва которых, залитая серебристыми лучами лунного света, служила Ему покровом в ту великую ночь См. The bibl. keepsake by Hart. Horne, p. 102.? Конечно, подлинный сад Гефсиманский не ограничивался незначительным пространством нынешнего, а был гораздо обширнее его; но что он был именно здесь или, точнее говоря, что и место нынешней Гефсимании входило в него, в этом, кроме древнего предания, убеждает нас, отчасти, и та пещера, которая теперь носит имя грота агонии.

27 шагов длины (на северной стороне) и 14 ширины, antrum agoniae в настоящее время занят капеллою. «Над скромным престолом изображен Спаситель, молящийся на коленях и принимающий чашу из рук Ангела. На боковой стене видны спящие три апостола» «Пут. пo св. земле» A. Норова, ч. I, стр. 118.. Заметные теперь латинские надписи и фрески, по мнению Сеппа, подновлены со времени крестовых походов Ierusalem. B. I, s. 680–681.. Крыша грота подпирается двумя естественными каменными столбами. Но что самое важное – грот до сих пор сохраняет свой первоначальный вид натуральной пещеры с единственным отверстием вверху, которое служит теперь окном. По форме своей он и теперь еще очень напоминает древнюю еврейскую масличную мельницу или давильню для выжимания масла из собранных зрелых маслин, ссыпавшихся в него чрез круглое отверстие вверху. Последнее обстоятельство позволяет видеть в нем ту самую маслобойню, которая дала всей местности имя Гефсимании; допустив же это, необходимо признать, что именно здесь, близ этой пещеры, должен был находиться подлинный сад Гефсиманский, и значит, если не на пространстве нынешней Гефсимании, то, во всяком случае, вблизи ее провел последнюю ночь на земле Господь Иисус Христос.


Источник

Археология истории страданий Господа Иисуса Христа. Киев, "Пролог", 2006. С. 21-37.

Толкование на группу стихов: Мк: 14: 32-32

См. прим. к Мф. 26:36-46.

Толкование на группу стихов: Мк: 14: 32-32

По совершении первосвященнической молитвы Господь Иисус Христос перешел с апостолами поток Кедрон и вступил в сад Гефсиманский, называвшийся так от расположенного тут же селения – Гефсимания. Христос любил это уединенное место и часто уходил сюда из Иерусалима для отдыха и молитвы. И теперь, перед тем как быть взятым воинами и слугами архиерейскими, Христос Спаситель обращается с молитвой к Богу Отцу. Так как эта молитва изложена у первых трех евангелистов, Иоанн Богослов не упоминает о ней и прямо переходит к повествованию о взятии Христа воинами. Для связи событий мы изложим молитву Христа в саду Гефсиманском, согласно первым трем евангелистам (Мф. 26:36–46; Мк. 14:32–42; Лк. 22:39–46).

Придя в сад Гефсиманский, Христос оставил восемь апостолов у входа в сад, а с тремя апостолами – Петром, Иаковом и Иоанном – удалился в глубь сада на расстояние, на какое можно бросить камень (Лк. 22:41). В предведении предстоящих страданий Христос начал скорбеть и тосковать и сказал бывшим при Нем апостолам: Душа Моя скорбит смертельно, побудьте здесь и бодрствуйте со Мною (Мф. 26:37–38). И, отойдя немного, пал на лице Свое (преклонил колена, – Лк. 22:41), молился и говорил: Отче Мой! Если возможно, да минует Меня чаша сия; впрочем, не как Я хочу, но как Ты (Мф. 26:39); не Моя воля, но Твоя да будет (Лк. 22:42).

В Евангельском повествовании о достопамятной ночи перед страданиями Христовыми обращает на себя внимание то различие, с каким изображают евангелисты душевное настроение Христа Спасителя.

По свидетельству св. Иоанна Богослова, Христос спокойно, с радостным чувством исполненного долга идет навстречу страданиям и смерти, так как это отшествие к Отцу есть, вместе с тем, и начало Его Божественного прославления. Этим чувством проникнута первосвященническая молитва Спасителя (гл. 17). По словам же первых трех евангелистов, Христос, по прибытии в сад Гефсиманский, начал смертельно скорбеть и тосковать, и этим скорбным чувством действительно проникнута Гефсиманская молитва Христа Спасителя.

Указанное различие в повествовании евангелистов объясняется тем, что они описывают два различных состояния духа, которые действительно переживал Христос в ночь перед страданиями.

Смерть Господа Иисуса Христа, как победа над исконным врагом рода человеческого – диаволом, была источником спасения людей. Но вместе с тем смерть Богочеловека Христа была и праведным воздаянием за грехи всего мира, начиная с первородного греха Адамова. Невинный и святейший из всех людей, Богочеловек Иисус добровольно принимает на Себя удары праведного гнева Божия, так как Он взял на Себя грехи всего мира (Ин. 1:29). В таком положении высшего драматизма, никогда уже больше в мире не имевшего места, душу Христа Спасителя, конечно, волновали чувства, различные до противоположности. Как Искупитель мира, дарующий Своей смертью спасение и блаженство роду человеческому, Он радуется, что приближается час Его страданий и смерти, и восторженно в первосвященнической молитве благодарит Отца за то, что помог Ему совершить принятое Им на Себя дело спасения людей. Но, как взявший на Себя грехи мира, Спаситель наш изнемогает под тяжестью этих грехов. Вся сила мировой скорби, порожденной грехом, вонзается острым жалом своим в святейшее сердце Христа Спасителя. «Вместо сладостных ощущений действия любви Отчей, сердце Его было растерзано стрелами мщения праведного Судии. Он долженствовал испить до последней капли всю чашу гнева Божия за грехи всех людей» (Филарет, митр. Киевский). «Чаша, которую подает Ему Отец Его, есть чаша всех беззаконий, нами содеянных, и всех казней, нам уготованных, которая потопила бы весь мир, если бы Он один не восприял, не удержал, не осушил ее… Все потоки беззаконий сливались для Иисуса в единую чашу скорби и страдания; весь ад устремился на сию небесную душу; и дивно ли, что она была прискорбна даже до смерти?» (Филарет, митр. Московский).

Трижды возносил Господь Иисус Христос молитву Свою к Богу Отцу. «Чем более усиливалось внутреннее смятение духа, тем прилежнее молился Господь; и был Он в борении, – повествует евангелист (Лука), и был пот Его, как капли крови, падающие на землю…» «Но кто же, Господи, не нанося Тебе ран, так изранил Тебя, что Ты весь обливаешься кровью?» – вопрошает святитель Димитрий, и сам же отвечает: «Это любовь, любовь крепкая, как смерть, к роду человеческому… Два чувства боролись в это время в святейшей душе Богочеловека, Спасителя нашего – это страх и любовь. Страх предстоящих ужасных мучений за грехи всего мира понуждает Его взывать Отцу Небесному: Отче! да мимо идет чаша сия! А любовь жаждет этой чаши страданий, простирает к ней руку свою и говорит: Отче Мой!., буди воля Твоя! Силен страх, крепка любовь, и вот эти-то два чувства борются в Нем и обливают Его кровью».


Источник

Пособие к изучению Священного Писания Нового Завета для школы и семьи. § 18. Третья часть Евангелия Иоанна Богослова – Господь Иисус Христос в кругу Своих учеников в последний день перед страданиями (13–17 гл.)

Толкование на группу стихов: Мк: 14: 32-32

После Первосвященнической молитвы Господь «вышел с учениками Своими за поток Кедрон, где был сад, в который вошел Сам и ученики Его» (Ин. 18:1). В Гефсиманском саду на склоне Елеонской горы, отделенной от Иерусалима узкой долиной с потоком Кедрон, Господь остановился в месте, где «часто собирался там с учениками Своими» (Ин. 18:2). Туда немногим позже приведет воинов Иуда Искариот, прекрасно знавший, где Господь мог находиться. В ожидании прихода Иуды Христос, взяв с собой апостолов Петра, Иакова и Иоанна, удалился для молитвы. Эту молитву мы называем молением о Чаше: «И взял с Собою Петра, Иакова и Иоанна; и начал ужасаться и тосковать. И сказал им: душа Моя скорбит смертельно; побудьте здесь и бодрствуйте. И, отойдя немного, пал на землю и молился, чтобы, если возможно, миновал Его час сей; и говорил: Авва Отче! все возможно Тебе; пронеси чашу сию мимо Меня; но не чего Я хочу, а чего Ты. Возвращается и находит их спящими, и говорит Петру: Симон! ты спишь? не мог ты бодрствовать один час? Бодрствуйте и молитесь, чтобы не впасть в искушение: дух бодр, плоть же немощна. И, опять отойдя, молился, сказав то же слово. И, возвратившись, опять нашел их спящими, ибо глаза у них отяжелели, и они не знали, что Ему отвечать. И приходит в третий раз и говорит им: вы все еще спите и почиваете? Кончено, пришел час: вот, предается Сын Человеческий в руки грешников. Встаньте, пойдем; вот, приблизился предающий Меня» (Мк. 14:33–42). Евангелист Лука дополняет рассказ других евангелистов указанием на явление ангела, укреплявшего Христа (Лк. 22:43), и что напряжение молитвы и смертное томление Христа привели к появлению тяжелого пота, который, как капли крови, падал на землю (Лк. 22:44).

Почти в одно время Господь обращает к Отцу две настолько разные молитвы. Первосвященническая молитва была молитвой победной, утешающей всех апостолов в грядущей разлуке со Христом и показывающей, какие блага ожидают их вследствие смерти Учителя и победы Его над диаволом. Гефсиманская молитва скорбная, но что было причиной неожиданной скорби Христа и почему, в отличие от Первосвященнической молитвы, в свидетели моления о Чаше Господь берет только троих и, собственно, зачем Он их берет? Нет простого ответа на эти вопросы и нет возможности «обещать себе полного постижения тайны Гефсиманского события, которой неприкосновенность нашему испытанию Господь сам ознаменовал тем, что из самых Апостолов только немногих к ней приблизил, и только что приблизил» Филарет Московский, свт. Слово по освящении храма Господа нашего Иисуса Христа в честь и память Его Гефсиманского моления (1845) // Избр. труды, письма, воспоминания. М.: ПСТБИ, 2003. С. 405..

В качестве отправной точки для размышлений припомним слова Христа перед воскрешением Лазаря, когда Он обратился с молитвой к Отцу: «Отче! благодарю Тебя, что Ты услышал Меня» – и затем сказал: «Я и знал, что Ты всегда услышишь Меня; но сказал сие для народа, здесь стоящего, чтобы поверили, что Ты послал Меня» (Ин. 11:41–42). Господь совершает открыто некоторые молитвы ради научения людей. Гефсиманское моление также может рассматриваться как необходимое не для самого Христа, но для Его учеников.

Давайте вначале посмотрим евангельский текст: там говорится, что Господь ужасался, тосковал, скорбел душой, находился в борении. Какого рода было это борение? Когда мы говорили об искушениях в пустыне, то опирались на утверждение прп. Иоанна Дамаскина о том, что Иисус не был борим помыслами, что диавол нападал на Него извне. Исходя из этого, предполагать, что в Гефсимании в личности Христа открылось какое-то греховное раздвоение мыслей и желаний, невозможно. Трудно представить себе и то, что желал избежать смерти и страданий Тот, Кто сказал ученикам: «Не бойтесь убивающих тело».

Святые отцы говорят, что молитва в Гефсимании являет истинность воспринятой Сыном Божиим человеческой природы: «Сказал это по причине немощи, которой был облечен, потому что не в ложном виде, но поистине был облечен ею. А если поистине был немощен и облечен немощью, то и невозможно было, чтобы немощь не боялась и не смущалась. Поскольку принял плоть и облекся немощью, то в голоде подкреплялся хлебом, в труде утомлялся и во сне казался бессильным, и когда пришло время смерти Его, надлежало, чтобы и тогда также воздействовало то, что свойственно плоти; ведь и смущение предстоящей смертью напало на Него для того, чтобы явной сделалась Его природа, именно, что Он был сыном того Адама, над которым, как говорит апостол, царствовала смерть (Рим. 5:14)» Ефрем Сирин, прп. Толкование на Четвероевангелие. 19. С. 285–286.. То есть боязнь смерти во Христе относится к так называемым неукоризненным страстям добровольно воспринятой Им человеческой природы и указывает, как и испытываемая Им жажда, алкание, желание сна на то, что человеческая природа во Христе непризрачна, реальна.

Естественное для всех людей неприятие смерти должно было сильнее проявиться во Христе в силу Его безгрешности. «Я не знал бы, как велико благодеяние и любовь ко мне, грешному, моего Господа и Спасителя, если бы Он не обнаружил предо мною, чего они стоят Ему» (блж. Августин). У нас всех есть опыт ежедневного умирания и приобщения к смерти через грехи, во Христе же смерть не имела себе места. Смерть Христа могла быть только добровольной, Он не имел необходимости умирать. Как Адам до грехопадения мог не умирать, но умер вследствие своего непослушания, так Христос, как новый Адам, исцеляет непослушание Адама, подчиняет человеческую волю воле Божественной и свободно принимает смерть за чужой грех как Агнец Божий (см.: Ин. 1:29). Свт. Филарет Дроздов: «Какую горечь, какую тягость заключала в себе сия таинственная чаша, о которой Он и молился: Да мимо идет, являя тем истинное воспринятое человечество, не чуждое немощи, хотя чуждое греха, и которую в то же время принимал по предвечной воле Отца Своего, глаголя: Не якоже Аз хощу, но якоже Ты. Увы, это горечь наших грехов, это тягость нашей виновности пред Богом и заслуженных нами казней, которые все принял на Себя Агнец Божий» Филарет Московский, свт. Слово по освящении храма Господа нашего Иисуса Христа… С. 406..

Некоторые толкователи говорят, что основной причиной скорби Спасителя был не страх страданий и смерти, а то, как ученики их воспримут: «Взяв с собой Петра, Иакова и Иоанна, Он опечалился. Но до того, как Он привел их с Собой, Он не чувствовал скорби; только вместе с ними появилась скорбь. Итак, печаль Его происходит не от Него самого, но от тех, кого Он взял с Собой. Надо понимать, что Сын Человеческий привел с Собой не кого-нибудь, а тех же самых учеников, которым показал, что войдет в Царство Свое, в тот раз, когда в присутствии Моисея и Илии на горе Он окружен был сиянием Своей вечной славы… Прежде Он говорил: все вы соблазнитесь о Мне в эту ночь (Мф. 26:31). Он знал, что они устрашатся, что они убегут и что они отрекутся. А поскольку хула на Святого Духа не прощается ни здесь, ни в вечности, то Он и опасался, что они будут отрицать, что Он – Бог, когда увидят Его избитым, оплеванным и распятым… Не сама смерть вызывает страх, но время ее, ибо после смерти вера людей укрепится силой Воскресения» Иларий Пиктавийский, свт. Комментарий на Евангелие от Матфея. 31. 5 // Библейские комментарии… Новый Завет. Т. 1 б: Евангелие от Матфея 14–28. С. 318–319.. Блж. Иероним, продолжая ту же мысль, говорит, что Господь страдал не из-за боязни предстоящего страдания, «но из-за жалкого Иуды и соблазна апостолов, из-за отвержения Его народом иудейским, из-за падения несчастного Иерусалима» Иероним Стридонский, блж. Комментарий на Евангелие от Матфея. 4. 26. 37 // Библейские комментарии… Новый Завет. Т. 1 б: Евангелие от Матфея 14–28. С. 319..

В соучастники молитвы («Побудьте здесь и бодрствуйте со Мною» – Мф. 26:38) Господь взял с Собой только трех апостолов, которые на горе Преображения «видели славу Его, славу, как Единородного от Отца» (Ин. 1:14). «Для чего Он не взял всех? Для того, чтобы они не подверглись падению» Иоанн Златоуст, свт. Беседы на Евангелие от Матфея. 83. 1.. Но удержало ли Петра, Иакова и Иоанна знание о Христе от смущения и соблазна в Гефсимании во время моления Христа? Видим, что даже лучшие из апостолов не смогли бодрствовать со Спасителем и поддались духу чрезмерной печали от неизбежности разлуки, несмотря на троекратный призыв Христа собраться с силами и провести это последнее время общения с Ним в молитве, чтобы не впасть в искушение от немощи плоти (в ближайшем смысле подразумевается бегство апостолов, отречение Петра и соблазн Распятия). Евангелист Матфей отмечает, что преимущественно упрек Спасителя обращен к Петру (Мф. 26:40), который только что на Тайной вечере собирался ради Христа даже умереть, а теперь не мог удержаться от сна на короткое время. В богослужении Великого Четверга противопоставляется неразумной самоуверенности и бездеятельности апостолов бдение и активность Иуды: «Господи, на страсть вольную пришед, вопиял еси учеником Твоим: аще и единаго часа не возмогосте бдети со Мною, како обещастеся умрети Мене ради? Поне Иуду зрите, како не спит, но тщится предати Мя беззаконным. Востаните, молитеся, да не кто Мене отвержется, зря Мене на Кресте, Долготерпеливе слава Тебе» Утреня Великой Пятницы. Антифон 6..

Гефсиманское моление Спасителя, помимо всего сказанного, стало руководством молитвенного делания для христиан. Так, свт. Филарет Московский, во-первых, видит в Гефсиманском молении (когда Господь, «приближаясь к пределу Своего земного поприща, дабы принести Богу Отцу молитву, сколь важную и таинственную по предмету, столь же трудную по обстоятельствам, удалился сперва с тремя избранными учениками от собора прочих, а потом и от трех избранных в совершенное уединение, рекши: Седите ту, Дóндеже шед помолюся там|||» Филарет Московский, свт. Слово по освящении храма Господа нашего Иисуса Христа… С. 405.) образ молитвы уединенной «во всевозможном отлучении от всего сотворенного, погружающей душу в единое присутствие Божие» Филарет Московский, свт. Слово по освящении храма Господа нашего Иисуса Христа… С. 405..

Во-вторых, Гефсиманское моление Христово побуждает христианина усилить аскетический подвиг: «Когда подумаешь, что это Единородный Сын Божий, от вечности с Отцом и Святым Духом царствующий на пренебесном Престоле и теперь сего Престола не оставивший, – что Он, облекшись в нашу нищету, немощь, низость, повергается в молитве на землю, чтобы молитвою исходатайствовать нам спасение, а смирением обличить, загладить и уврачевать нашу гордость, тогда пораженная мысль ищет, есть ли в мире довольно униженное место или положение, в которое бы человек мог себя уничижительно повергнуть, дабы ему не слишком стыдно было пред сим Божественным уничижением? При таком размышлении как должны быть для нас легки и сладостны наши молитвенные коленопреклонения и земнопоклонения, которые так тяжкими кажутся иногда для нашей немощи и, может быть, для нашей лености!» Там же. С. 406.

И, наконец, в-третьих, память о «победоносном Гефсиманском поприще Иисусовом», где «сила всех возможных искушений побеждена силою молитвы Христовой, и сия победоносная сила не прешла, но пребывает и пребудет, потому что Иисус Христос вчера и днесь Тойже, и во веки (Евр. 13:8)» Там же. удержит верующего от уныния и безнадежной скорби. «Там, недалеко от Агнца Божия, вземляющего грехи мира, повергнись с твоими грехами, скорбию, тугою, страхом от разверстых челюстей смерти и ада и помяни, что горечь твоей чаши уже наибольшею частию испита в великой чаше Христовых страданий, что под бремя, на тебе тяготеющее, уже подложил Свою облегчающую руку крепкий Гефсиманский Подвижник, что твой Спаситель, совершивший для тебя всецелое дело твоего спасения, ожидает от тебя только сообщения страстей Его (Флп. 3:10), какое возможно для твоей, хотя немощной, веры, любви и благодарности» Филарет Московский, свт. ///Слово по освящении храма… С. 407..


Источник

Ю. В. Серебрякова. Четвероевангелие. Учебное пособие. 2-е изд., испр. и доп.. М.: ПСТГУ, 2017. - С. 298-304

Толкование на группу стихов: Мк: 14: 32-32

 (См. Мф. 26:36).

Толкование на группу стихов: Мк: 14: 32-32

Христос всегда имел обычай молиться наедине, подавая и нам пример, чтобы мы для молитвы искали уединения.

Толкование на группу стихов: Мк: 14: 32-32

Обыкновенным делом было для Спасителя совершать молитву пред Отцем небесным. Но теперь Спаситель приготовляется к чему-то особенному. Он оставляет 8 учеников Своих в Гефсимании и берет с собою в Гефсиманский сад на молитву только трех — Петра, Иакова и Иоанна, тех самых учеников, которые были свидетелями Фаворской славы Его (Мф. 17:2.), тех самых, которым более, чем другим, открывал тайны свои (Мф. 26:37, Мф. 10:3.). Если же Спаситель из числа учеников Своих только трех поставил вблизи того подвига, в который вступает Он, и этих трех поставил только вблизи: то это дает видеть нам, что сей подвиг Его — тайна, тайна, полнаго постижения которой напрасно мы стали бы обещать себе и другим. Остается с благоговением проникать в смысл не многих слов, в каких открыли ее Евангелисты, чтобы извлечь назидание для своих сердец и умов. В сильных чертах изображают Евангелисты Гефсиманския скорби Спасителя. По словам св. Матфея, начат скорбети и тужити — скорбеть и тосковать; по словам св. Марка, начат ужасатися и тужити — ужасаться и тосковать; по словам св. Луки, был в борении и был пот Его, как капли крови, падающия на землю (Лк. 22:44.).

Источник

Беседы о страданиях Господа нашего Иисуса Христа. Часть 2. Беседа 1 (31)