Евангелие от Луки 9 глава 62 стих

Избранные в число сего нового братства не должны были ничем стесняться или удерживаться в исполнении возложенного на них поручения. Один было просился похоронить прежде отца своего, другой проститься с домашними своими: – Господь не позволил.

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 155++

Три разных человека желают следовать за Христом. Один горит желанием немедленно все оставить. Но, кажется, его желание слишком поспешно, он не подумал, что это ему будет стоить. Он дает Христу широкие вдохновенные обещания: «Я пойду за Тобою, куда бы Ты ни пошел». Такой и должна быть на самом деле решимость учеников Христовых. «Они следуют за Агнцем, куда бы Он ни пошел». Но Господь заботливо предупреждает не обещать с самого начала слишком много в этом следовании за Ним. Ибо Сын Человеческий, Сын Адама, приобщившись нашей плоти и крови, принял на Себя предельную нищету. Творец мира не имеет на земле для Себя даже того, что имеют лисицы и птицы, и Ему негде главу преклонить. Когда мы хотим быть со Христом, мы думаем только о небесах нашей веры. Но мы должны знать, говорит Христос, что это будет означать скорби и нищету, и тесноту.

А другой человек говорит, что он бы пошел за Христом, если бы ему прежде позволили пойти и похоронить своего отца. Но Господь сказал ему: «Следуй за Мной, и предоставь мертвым погребать своих мертвецов». На первый взгляд может показаться, что это жестокие слова. Человек обращается ко Христу: «Мой отец при смерти, дай мне исполнить мой священный долг». Однако Сердцеведец Господь видит, что если он сейчас не пойдет за Ним, он никогда не пойдет. Существует такое широкое ученичество — откладывать на другой день начало серьезной христианской жизни. И так мы можем обманываться всю жизнь. Не то, что мы можем пренебрегать нашими естественными обязанностями. Но если самые дорогие и самые близкие люди встают на нашем пути ко Христу, надо, чтобы мы забыли о матери и об отце. Особенно если Сам Христос зовет: «Иди, благовествуй Царствие Божие».

Третий человек хочет следовать за Христом, но ему надо прежде проститься с домашними своими. Для него быть со Христом — тревожное, опасное предприятие. Как будто он собирается умереть. И потому он должен проститься с близкими. Но Господь говорит ему: «Никто, возложивший руку на плуг, не оглядывается назад». Ибо невозможно, так поступая, провести прямую борозду, и земля будет непригодна для сеяния.

Не годится для неба тот, кто, устремляясь к небу, оборачивается назад и смотрит по сторонам. Есть такие люди, которые всегда идут, повернувшись назад, и думают с грустью, что они оставили. Путь христианина — не назад, а вперед. И как кто-то из древних отцов сказал: «Не в сторону заката, а в сторону рассвета». И только тот, кто стоит до конца, спасется.

40. Если кто-либо находится на крыше, то есть взошел уже на верхнюю часть своего дома и на вершину выдающихся добродетелей, пусть не падает снова вниз к земным делам этого мира. Знаю я кровлю, на которой Раав, в прообразовании блудница, а в таинственном смысле Церковь, теперь соединившаяся общностью таинств с языческими народами, спрятала посланных Иисусом Навином разведчиков; если бы они спустились в нижнюю часть дома, они были бы убиты воинами, посланными для их поимки См.: Иис. Нав. 2:1-7. . Итак, кровля — это высокое служение ума и души, покрывающее нагую немощь тела. Поэтому мне кажется, что был святым тот расслабленный, которого четверо юношей с благородной целью спустили через крышу к стопам ХристаСм.: Мк. 2:3-4., потому что произошло это с помощью четырех добродетелей: мудрости, храбрости, воздержания и праведности. Нет ничего выше смирения — превосходя, оно неспособно возвысить себя, так как никто не стремится к тому, что считает ниже себя.

41. Коль мы обратились к суду, не станем спускаться с кровли, чтобы нас не застигло желание вынести сосуды из дома. Не во всяком доме есть утварь золотая или серебряная. В большинстве домов сосуды деревянные См.: 2 Тим. 2:20. , да и не всякий дом полон: есть и пустые — о них знал пророк, когда говорил: Что с тобою сделалось теперь, что ты взошел на дома пустые?Наполнился город вопиющими (Ис. 22:1—2). И прибавил: Все вожди твои бежали (Ис. 22:3). Все, кто был в тебе, ранены и отпали от веры в неверие. Был ранен Савеллий, был ранен Валентин, был ранен Арий, потому что они находились в пустом доме.

42. Хочешь увидеть наполненный дом? Следуй за Петром, который поднялся на верх дома и взалкал См.: Деян. 10:9-16. . Там он познал таинство Церкви — как она соберется, и научился не считать нечистым языческий народ, потому что вера может очистить его от всякой скверны. Сосуды сделаны из глины, следовательно, они означают тело; поэтому смотри, из-за телесных желаний не оставляй высокие устремления ума. Если Петр не понял тайну, пока находился внизу, как поймешь ее ты? Он понял, потому что поднялся вверх, чтобы благовествовать Господа, и не испугался телесных страданий.

43. Кто на кровле... тот не сходи, и кто на поле, не обращайся назад (Лк. 17:31). Как мне понять, что означает поле, если не научит меня Сам Господь? Он говорит: Никто, возложивший руку свою на плуг и озирающийся назад, не благонадежен для Царства Небесного (Лк. 9:62). Праздный сидит в поместье, трудолюбивый сеет в поле — слабый у очага, сильный за плугом. Хорош запах поля, ибо запах Иакова — запах поля полного См.: Быт. 27:27. . Поле бывает полно цветами, полно разнообразными плодами. Поэтому вспахивай свое поле, если хочешь направиться к Царству Божьему. Пусть цветет твоя обильная пашня заслуг! Да будет лоза обильная в стенах дома твоего и новосаждения маслин вокруг трапезы твоей (Пс. 127:3). Пусть скажет душа твоя Христу, уже знающая о своем плодородии, засеянная Словом Божьим и возделанная духовной пахотой: Приди, Брат мой, выйдем в поле (Песн. 7:12); и Он ответит: Я вошел в сад Мой, сестра Моя невеста; собрал Я мирру Свою (Песн. 5:1). А какой урожай лучше, чем урожай веры, в котором запасается плод воскресения и изливается источник вечной радости?

44. Итак, если тебе запрещают оглядываться, тем более тебе запрещается возвращаться за одеждой. Тебе уже открылось, что попросившему у тебя тунику ты должен отдать и верхнюю одежду (Мф. 5:40). На пути к Царству Божьему не ищи богатств и имущества. Знаю я в Писании и об иной одежде: апостол увещевает нас, чтобы, совлекшись ветхого человека с делами его и облекшись в нового (Кол. 3:9—10), мы не искали одежды прежнего заблуждения. Потому и невеста говорит: Ночью я скинула тунику свою. Как мне надеть ее ? (Песн. 5:3). Значит, ты должен не только отречься от грехов, но и стереть всякую память о прежних делах. Также Павел, забывая о прежнем (Флп. 3:13), совлек с себя вину, но оставил покаяние.

Один ев. Матфей передает здесь об этом. Ев. Лука о тех же двух случаях и еще о третьем, повествование о котором находится у него одного, передает в совершенно другой связи: по нему это было во время последняго отшествия И. Христа из Галилеи в Иудею (9:57—62). Очень может быть, что каждый из евангелистов, передавая один из случаев, действительно бывший в описываемое им время, здесь же разсказывает и о другом однородном, но бывшем в другое время. Книжник получил отказ; из этого отказа видна и причина, почему И. Христос не дозволил ему следовать за Собою: книжник имел плотския представления и надежды мессианския, думал, что Иисус скора блестящим образом заявит Себя Мессиею — царем, и разсчде тывал занять в Его царстве место поближе к самому царю; пораньше сделаться последователем Иисуса был у книжника корыстный разсчет. Другой же, не кннжник, а из учеников (в обширном смысле), удостоился со стороны Господа призвания (по Лк.), но просил позволения прежде пойти и похоронить отца своего; на это И. Христос отвечал ему: „предоставь (духовно) мертвым погребать своих (телесных) мертвецов. Каждый получает ответ сообразно с своим душевным настроением. Видимо, что этот ученик был похож на третьяго, о котором ев. говорит Лука: возложив руку на плуг, он еще озирался назад; этот ученик еще не совершенно отрешился духом своим ради Иисуса от всей земной суеты; отпустить его домой для похорон отца значило отдать его под влияние людей, иначе расположенных к И. Христу, и совершенно потерять его из числа своих учеников; напротив же, если он ради Иисуса с перваго же раза совершит великий подвиг самоотречения, то сделается твердым Его последователем.

Время служения

И снова можно вспомнить Господа, который говорил лично каждому, сказавшему: Позволь мне прежде пойти и похоронить отца моего (Мф 8:21): Предоставь мертвым погребать своих мертвецов (Мф 8:22), - а ты иди, бла- говествуй Царствие Божие. А сказавшему: Позволь мне прежде пойти и проститься с домашними моими (Лк 9:61), — ответил с большим порицанием и угрозой: Никто, возложивший руку свою па плуг и озирающийся назад, не благонадежен для Царствия Божия (Лк 9:62). Таким образом, человеческая привязанность, побуждающая хоть и к краткому промедлению в послушании, надлежащем лишенному рассеянности Господу, хотя бы и казалась благовидной, чужда тому, кто желает быть учеником Господа, и достойна сильнейшего порицания.

Отвечая Ему, Христос сравнил с пахарем идущего по пути в жизнь вечную. Пахарь, взявшийся за плуг, должен смотреть вперед, чтобы запряженные в плуг животные тянули ровно, не сбиваясь с борозды, и чтобы плуг шел прямо на надлежащей глубине; только при соблюдении таких условий пахота будет хороша и цель пахаря будет достигнута. А если он будет оглядываться назад, то и животные будут сбиваться с борозды, и плуг будет выскакивать; а через это цели своей пахарь не достигнет. Так точно и человек, решившийся следовать по начертанному Христом пути, должен зорко смотреть вперед, должен постоянно иметь перед собой цель своего шествия, и только тогда он может надеяться войти в те тесные врата Царства Небесного, которые стоят в конце его пути. Но если в нем еще происходит борьба, если он не может отрешиться от соблазнов, если он по временам оглядывается на них, то он не благонадежен для Царствия Небесного, мало того, он не благонадежен и для Царствия Божия здесь, на земле.

Евангелисты умалчивают о том, как поступили эти два ученика: пошли ли за Иисусом, или же поддались искушению. Надо полагать, что если бы они ушли по домам, то Иисус сказал бы по этому поводу поучение Апостолам, но так как и об этом Евангелисты умалчивают, то, вероятно, эти ученики последовали за Господом.

В этом рассказе евангелист следует так называемому «источнику логий», то есть собранию изречений Иисуса Христа. Из этого же источника черпает свой материал евангелист Матфей. Поэтому мы видим параллельное место в его Евангелии (Мф. 8:18-22).

Прежде чем послать на проповедь 70 учеников, о чем будет повествовать следующий эпизод (Лк. 10:1-12), Иисус ставит принципиальные условия тем, кто желают стать Его последователями. «Когда они были в пути» - так начинает свой новый рассказ евангелист Лука, продолжая важный для него мотив «пути». Попутчики Иисуса воплощают Церковь, следующую за своим Вождем, Предводителем. Это она, Церковь, идет путем, который ей проложил Христос сквозь историю. Поэтому ответы Иисуса Христа можно в принципе понимать как условия для его последователей в церковном обществе.

Первый человек (у Матфея «книжник») объявляет о своей безусловной готовности следовать за Иисусом: «я пойду за Тобою, куда бы Ты ни пошел». На это Иисус советует ему взвесить все следствия такого решения. Он указывает ему на суровые условия существования Сына Человеческого: нет ни родного дома, ни приюта, ни защиты, ни безопасности... Он - странник Божий, который постоянно находится в пути. Иисус выражает это, прибегая к простым поэтическим метафорам: «Лисицы имеют норы, и птицы небесные ~ гнезда; а Сын Человеческий не имеет, где приклонить голову». - Эти слова ставят перед каждым из нас вопрос: чувствуем ли мы, что принадлежность к Церкви Христовой предполагает столь жесткие требования, пусть и не буквально те же самые, на которые указывал Иисус Христос.

Другого ученика Господь сам призывает к следованию за Ним. Однако тот желает прежде исполнить свой человеческий долг почтения к родителям и удовлетворить заповеди Закона Моисея: похоронить отца. Иисус отвечает решительным отказом: «Предоставь мертвым погребать своих мертвецов, а ты иди, благовествуй Царствие Божие». Эти слова, как правило, вызывают у современного читателя шок, настолько жестокими они кажутся. Однако мы понимаем их не совсем правильно. Большинство толкователей придерживается мнения, что речь идет не об умершем отце, в погребении которого отказывает Иисус своему ученику. Нет, отец был не просто жив, но мог быть и весьма далек от смерти. «Позволь мне прежде похоронить моего отца» на языке той среды и того времени означало, да и сейчас у семитских народов означает: «Хорошо, я пойду за Тобой, но только после смерти моего отца». И все же, как бы то ни было, даже в этом случае речь идет о разрыве с Законом Моисея, который требует «почитать» родителей, то есть не оставлять их без помощи в дни их старости. То есть Иисус порывает с Законом, с общепринятыми обычаями и нормальными чувствами человека, когда речь идет о призыве Бога в Его Царство из царства земного. Слова Иисуса «предоставь мертвым погребать своих мертвецов» напоминают некоторые места из апокалиптических пророчеств великих пророков Израиля. Например, пророка Иеремии:

...так говорит Господь о сыновьях и дочерях, которые родятся на месте сем, и о матерях их, которые родят их, и об отцах их, которые произведут их на сей земле: тяжкими смертями умрут они и не будууп ни оплаканы, ни похоронены... не входи в дом сетующих и не ходи плакать и жалеть с ними... и не будут погребены, и не будут оплакивать их, ни терзать себя, ни стричься ради них. И не будут преломлять для них хлеб в печали, в утешение об умершем; и не подадут им чаши утешения,, чтобы пить по отце их и матери их (Иер. 16:1-9).

Перед лицом эсхатологического пришествия Божьего теряют всякое значение и законы, и обычаи, и все, связанное с грешным человечеством. Все эго рушится перед Богом, даже власть смерти, ибо «Бог не есть Бог мертвых, но живых» (Лк. 20:38). Это в царстве земном люди умирают, их хоронят и оплакивают. Более того, в этом царстве все люди - потенциальные мертвецы. В Царстве Божьем не умирают, никто никого не оплакивает, и все живы вечной жизнью. Перед новой реальностью Царства Божьего и надежды на воскресение теряют всякое спасительное значение обряды, связанные со смертью и погребением, теряет смысл даже их естественная основа - человеческие гуманные чувства и привязанности. Оставление семьи, исход из социальных связей и обязательств - все это может быть свидетельством решительного следования призыву Божьему и надежды на пришествие Его Царства. Вспомним великие библейские уходы и исходы: Авраама, навсегда покинувшего родину и родственников (Быт. 12:1), братьев Иакова и Иоанна, покинувших своего отца Зеведея (Мк. 1:20).

Да, слова Иисуса часто бывают удивляющими, вызывающими, провоцирующими. Ведь Он говорит о предельных вещах. В них звучит нечто запредельное обыденному, привычному, земному. И это бывает страшно: ведь человеку так трудно вырваться из своего окружения, часто духовно бесплодного и жалкого, чтобы последовать голосу свыше. Но... упусти он эту возможность взлететь, и он может уже никогда не вырваться из земных пут. Нет, Иисус совсем не хотел вызвать страх у слушателей, оттолкнуть их. Но Он стремился пробудить дремлющие в глубине их духа мысли и чувства, встряхнуть их.

Наконец, третий человек заявляет о своей готовности следовать за Иисусом, но прежде сделать самое понятное и общепринятое дело - попрощаться с домашними. На память снова приходят слова Ветхого Завета о пророке Елисее: «И... Елисей побежал за Илиею, и сказал: позволь мне поцеловать отца моего и мать мою, и я пойду за тобою. Он сказал ему: пойди и приходи назад» (3 Цар. 19:20). Но Иисус требует оставить позади семейные и прочие межчеловеческие отношения и с полной решимостью глядеть вперед, на благовестие Царства Божьего. Так пахарь, чтобы сделать борозду ровной и ведущей к цели, не смотрит по сторонам и не озирается назад, но постоянно смотрит вперед. «Иисус сказал, ему: никто, возложивший руку свою на плуг и озирающийся назад, не благонадежен для Царствия Божия». В этом высказывании «не благонадежен» лучше перевести как «непригоден». Иисус Христос связывает «пригодность» для возвещения Царства Божьего с радикальными решениями и радикальным образом жизни. Слова земного Иисуса к общине Его учеников до пасхальных событий страстей и воскресения, по мысли евангелиста Луки, остаются в силе и для современного ему христианства, для зарождающейся Церкви Христовой.

«Следуйте за. Мной» - такими словами, которые не предполагают пи возражения, ни обсуждения, Иисус призывал своих первых учеников и апостолов. Именно это движение вперед и означало для Иисуса Христа повое «покаяние»: «приблизилось Царствие Божие: покайтесь и веруйте в это Евангелие» (Мк. 1:15). Покаяние, то ес ть обращение, поворот, для Него означало не «обращение назад», к праведности отцов и праотцев, как у Иоанна Крестителя, по обращение вперед, на путь самого Хрис та к Царству Божьему.

Требования Спасителя имеют отношение к каждому верующему. Конечно, надо быть здравомыслящими людьми и не понимать слова Иисуса Христа бездумно и буквально. Господь указывает нам на предельные, принципиальные вещи, на такое состояние нашего духа, к которому мы должны стремиться, прекрасно отдавая себе отчет в том, что своими силами достичь идеального предела мы не в состоянии. Это как в математике, когда некая функция стремится к своему пределу при бесконечном изменении аргумента. Стремится, приближается к пределу все ближе и ближе, но... никогда его не достигает. Или, точнее говоря, достигает его только в бесконечности. Для нас, верующих, такой предел - не простой человек, но Богочеловек Иисус Христос.

Никто же возлож руку свою на рало (на плуг) и пр. Выражение положить руку на плуг составляло у евреев народное присловие и означало предприятие какого-либо дела, столь же нелегкого, сколь нелегко пахать. Когда пашут, то, чтобы работа шла хорошо, смотрят не назад, а вперед. Точно так же и в деле последования Христу; кто из последователей Его оглядывается назад, т. е. на мир и его блага, такой не всем сердцем предан Ему, легко может быть отвлечен от Него миром и его благами, и такой, следовательно, неблагонадежен для царствия Божия (Мих.): кто любит отца или мать, сына или дочь более, нежели Меня, тот недостоин Меня, сказал Господь (Мф. 10:37). Епископ Феофан рассуждает при этом так: «Кто думает спасаться, а между тем оглядывается и на то, что должно бросить для спасения. тот не спасается, не идет, не направляется в царствие Божие. Надобно уже окончательно порешить со всем тем, что несовместно с делом спасения. Задумавшие спасаться и сами это видят, но расставанья с некоторыми привязанностями, – продолжает святитель, – все не предпринимают, да так и остаются с ними; примиряются с этим своим положением, и думается им, что это ничего.» «Человек принимает образ зрящего вспять (озирающегося назад), пишет Святит. Филарет, когда пристрастно обращается к предметам земным, которые оставил было позади себя, ради последования Христу, когда от желаний духовных возвращается к вожделениям плотским, от послушания вере к своемудрию и своеволию, от заповедей Божиих к обычаям суетного мира, от спасительного примера Христа и святых Его к пагубным примерам людей чувственных и грехолюбивых».

Только ради высшаго (апостольскаго) призвания можно оставлять заботу об отце, о погребении его, но не всякому бывает такое призвание: Рим. 10:15; 1 Кор. 12:29; зато всякому говорится: 1 Тим. 5 8; Спаситель и на кресте проявил заботу о Матери Своей: Ин. 19:20.

Отрешение от мира

Как нам говорит Господь, предупреждая и уча в Своем Евангелии, чтобы мы не возвращались обратно к дьяволу и миру, от которых отреклись и избавились: никто, возложивший руку свою на плуг и озирающийся назад, не благонадежен для Царствия Божия. И еще: и кто будет на поле, также не обращайся назад. Вспоминайте жену Лотову (Лк 17:31). А чтобы никоим образом никому не препятствовали следовать за Христом ни жадность к имуществу, ни влечение к родным, Он добавляет и говорит: кто не отрешится от всего, что имеет,, не может быть Моим учеником (Лк 14:33).

– Тот, кто взялся за плуг... – вероятно, это пословичное выражение. Даже семейные узы становятся препятствием, тянущим человека назад. Решение следовать за Иисусом должно быть твердым и продуманным.

Какой же урок преподает нам этот рассказ? Иисус не всех брал к себе в ученики, а только некоторых, следовательно, эти предельно жесткие требования распространяются не на всех, а только на тех, кто Им избран. Иисус не отменяет ни семьи, ни сыновних обязанностей, ни заповеди (ср. Мф. 15:4, где заповедь о почитании родителей названа исходящей от Бога). Но есть горстка людей, которые должны, если согласны на это, во всем подражать Ему, а Он ведет битву с силами зла. Призванные Им – это воины, стоящие рядом с Ним в строю. Воин не может оставить смертельную схватку только потому, что у него что-то случилось в семье. Долг воина – выше всего остального, правила военного времени отличаются от правил времени мирного. Если Елисею было позволено попрощаться с родителями перед тем, как занять место Ильи, то сейчас иные обстоятельства, они не терпят даже короткого отлагательства, и, кроме того, перед нами не Илья, а сам Сын Божий. Те, кто с Иисусом, должны подражать Ему во всем. Он же требует от Своих ближайших сподвижников того, что Он сам уже сделал. Он не вступил в брак (не из аскетических соображений, но потому, что целиком посвятил себя Своей деятельности), а ведь брак рассматривался как исполнение Божьей воли (Быт. 2:24). Он оставил Свою мать, хотя долг сына заключался в том, чтобы заботиться о ней. Он жил, не имея ни собственного дома, ни постоянного пристанища, ночуя где придется. Иисус требует от Своих учеников того, что Он сам уже осуществил в Своей жизни. Да, это трудно, но Господь не обещал легкого, проторенного пути, Он обещал трудный путь и узкие ворота, и сам Он шел таким путем. Запрет ученику отлучиться на время похорон стоит в одном ряду с другими, не менее трудными и шокирующими словами, такими, например, как то, что Его достоин только тот, кто любит Его больше отца или матери; что Он пришел принести не мир, но меч; что первым и самым важным будет тот, кто станет последним и будет всем слугой. Вот почему так важно теперь в понятии «Богочеловек» ставить на первое место Его человеческую природу. Тогда мы сможем воспринимать Его слова всерьез, не пытаясь придумывать обходные пути, не ища себе оправданий: мы, дескать, всего лишь люди, слабые, грешные, а Он Бог, Он все может, а мы нет... Только тот, кто не откажется следовать за Ним, ничего не устрашась, вдруг поймет, что эти, казалось бы, невозможные для исполнения слова Иисуса каким-то странным образом не вступают в противоречие с другими Его словами – о том, что заповеди Его просты и ноша Его легка (Мф. 11:30).

Иисус требует полной самоотдачи, безраздельного посвящения себя Богу, вплоть до мучительного и невыносимого разрыва уз, соединяющих людей с теми, кто им дороже всего. Здесь уместно вспомнить и о том, что первосвященникам и левитам было запрещено прикасаться к телам умерших, включая даже своих родителей. Соратники Иисуса – это народ первосвященников и левитов.

+++Кузнецова В. Н. Евангелие от Луки. Комментарий. М.: 2004. С. 245-247++

Подобный же ответ дан был и третьему искателю Его ученичества. Тот также просил об отсрочке, желал не тотчас же присоединиться к Христу во время Его путешествия, а сначала проститься с своими домашними и друзьями. На это последовал ответ, ставший пословицей для всех последующих времен: «Никто, возложивший руку свою на плуг и озирающийся назад, не благонадежен для царства Божия». «Кого, по прекрасному изречению бл. Августина, зовет восток, тот должен отвратить свои мысли от гаснущаго запада». Этою именно возвышенною мыслью ободряли и подкрепляли себя те великие святители и подвижники церкви, которые отказывались от всяких семейных привязанностей и ради Христа оставляли все связи мирския.

 Когда шли, некто приблизился к Иисусу Христу и просил позволения следовать за ним, но Господь отвечал ему то же, что и прежде при подобном случае, указывая на то, что и сам не имеет пристанища (Мф. 8:19–20); а другого Господь позвал: ходи вслед Мене, но он, выражая колебание мысли и недостаток решимости, отвечал: Господи, повели ми, да шед прежде погребу отца моего. – Остави мертвыя, – сказал Господь, – погребсти своя мертвецы; ты же шед возвещай царствие Божие. и еще некто сам вызвался следовать за Господом: иду по Тебе, Господи! – но с таким условием: прежде же повели ми попроститися с сущими в дому моем. – Никтоже, – отвечал ему Господь, – возложь руку свою на рало и зря вспять, управлен есть в Царствии Божии. Для более наглядного выражения своей мысли Господь употребил сравнение, взятое из простого сельского быта, понятного слушателям: земледелец, работая плугом на ниве, не озирается назад, не засматривается по сторонам, но внимательно смотрит вперед, чтобы борозда шла прямо, и в таком только случае труд его yспешен; так и последователь Христов для yспеха в своем святом деле не должен оглядываться на блага мира, которые могут отвлечь его от избранного им спасительного пути, не должен возобновлять в себе тех привязанностей, которыми пожертвовал преимущественной любви к Богу (Мф. 10:37).

Некоторых людей Господь не допускал к этому служению; так было в случае некоего книжника, желавшего стать благовестником: «Учитель! я пойду за Тобою, куда бы Ты ни пошел» (Мф. 8:19). Ответ Христа: «Лисицы имеют норы и птицы небесные – гнезда, а Сын Человеческий не имеет, где приклонить голову» (Мф. 8:20), обличает истинное намерение этого книжника, он хотел стать апостолом «не ради Иисуса, а ради хлеба куса» (свт. Димитрий Ростовский). «Видя многие знамения, он подумал, что Иисус получает от того прибыль: посему старается сделаться последователем Его, чтоб и самому получать» Феофилакт Болгарский, блж. Благовестник. Толкование на Евангелие от Матфея, 8: 19–20.. Господь, по сути, отказывает книжнику, показывая, что Сын Человеческий, а следовательно, и Его ученики отказываются от того блага, которое Бог предоставляет даже диким животным, лисицам и птицам небесным, – от земного убежища и приюта, собственно, вообще от места, которое можно считать своим.

Отказывает Господь в апостольстве и другому человеку, который просился стать учеником, но перед этим хотел «проститься с домашними» (Лк. 9:61). Эта просьба указывает на неготовность и даже, по словам блж. Феофилакта, неспособность к Царству Небесному: «Ибо такой человек обнаруживает в себе привязанность к миру и отсутствие апостольского расположения; ибо апостолы, как услышали призвание от Господа, тотчас последовали за Ним, ничем иным уже не занимались, а оставили даже и прощание с родными» Феофилакт Болгарский, блж. Благовестник. Толкование на Евангелие от Луки, 9: 57–62.. Поэтому Христос говорит этому человеку: «Всякий озирающийся назад, – то есть человек, который дорожит путями своей прежней жизни до желания вернуться к ней – не благонадежен для Царства Божия» (Лк. 9:62).

 Но, о, возлюбленный, стой в том, что начал! Вспоминай жену Лотову и не озирайся вспять на Содом и Гоморру. «Никто, возложивший руку свою на плуг и озирающийся назад, не благонадежен для царствия Божия» (Лк. 9:62). И притом помни написанное: «Сын мой! Если ты приступаешь служить Господу Богу, то приготовь душу твою к искушению» (Сир. 2:1). Пойдет в след тебе, как фараон вслед Израиля, диавол с кознями, от рабства которому ты освободился, и будет стараться опять покорить тебя. Ты стой, не бойся, не унывай, призывая Всесильного Избавителя душ наших Иисуса. И увидишь спасение Его, и радостным духом воспоешь Ему: «Помощник и Покровитель, был мне во спасение. Сей мой Бог, и прославлю Его» (Исх. 15:2). И когда будет ввергать тебя тот же враг в разожженную печь искушения, молись с тремя святыми отроками. И тут к тебе приспеет Иисус, Сын Божий, на помощь, как к тем святым отрокам приспел в «образе Ангела», и прохладит тебя, как и тех прохладил (Дан. 3:49-50). Совершай дело, которое начал, с помощью Христа. Счастлив ты, что такое начало положил. Но совершенно счастлив будешь, когда счастливо и окончишь. Многие начинают, но не многие совершают. «Много званых, но мало избранных» (Лк. 14:24). Посему говорит тебе Начальник и Совершитель спасения нашего Иисус: «Будь верен до смерти, и дам тебе венец жизни» (Откр. 2:10). «Не остави мене, Господи, Боже мой! Не отступи от Мене; вонми в помощь мою, Господи спасения моего» (Пс. 37:22-23). «Не давай споткнуться ноге твоей: не воздремлет Хранящий тебя. Вот, не воздремлет и не заснет Хранящий Израиля. Господь сохранит тебя; Господь – покров твой с правой руки твоей. Днем солнце не обожжет тебя, ни луна ночью. Господь сохранит тебя от всякого зла; сохранит душу твою Господь. Господь будет охранять вхождение твое и исхождение твое отныне и до века»12 (Пс. 120:3-8).
    

 Никто же возложь руку свою на рало, и зря вспять, управлен есть в царствии Божии (Лк. 9:62).
Если бы каждого из множества предстоящих здесь спросить, желает ли он быть управлен в царствие Божие: без сомнения, каждый отвечал бы, что желает. Но если бы далее спросить каждого, находит ли он себя действительно управленным в царствие Божие: то многие, думаю, затруднились бы дать на сие ответ; а некоторые, более внимательные, и менее расположенные льстить себе, признались бы, что находят себя очень неблизкими к царствию Божию, и не довольно твердыми на правом пути.
От чего ж это происходит, что между желанием, которому естественно надлежит быть столь же сильным и действительным, сколь оно справедливо и Богоугодно, и между исполнением, столь вожделенным, оказывается иногда слишком великое расстояние, а иногда открывается и пропасть? И как могло бы наше направление к царствию Божию сделаться действительным, верным, упроченным? – О сем наставление можем почерпнуть из притчи Господней: «никто же возложь руку свою на рало, и зря вспять, управлен есть в царствии Божии». Упоминание о «рале» дает разуметь, что притча заимствована от земледелия. Земледелец, «возложив руку свою на рало», то есть, предприняв пахать свое поле, должен постоянно смотреть вперед, дабы вести рало, или соху, правильно и с надлежащим углублением, и, таким образом, приготовить землю к принятию и произращению семени и к принесению плода. Но если он будет оглядываться и смотреть назад: то не приметит, как рало пойдет, или без потребного для семени углубления, или без пользы неоднократно по одной и той же борозде, или уклонится, и оставит часть земли невспаханною, и, таким образом, труд окажется бесплодным.
Что же значит сия притча в отношении к царствию Божию? Что значит «возложить руку... на рало»? Что значит «зреть вспять»? Чтобы изъяснить сие несомненно по разуму Христову, надлежит принять в соображение случай, по которому изречена притча. На пути Христа Спасителя в Иерусалим подошел к Нему некий человек, и сказал Ему: «иду по Тебе, Господи: прежде же повели ми отвещатися, иже суть в дому моем» (Лк. 9:61). Ответом на сие была притча, в которой словам: «иду по Тебе, Господи», соответствуют иносказательныя слова: «возложь руку... на рало», а словам: «повели ми отвещатися, иже суть в дому моем», слова: «зря вспять»: и, наконец, о людях, сею последнею чертою ознаменованных, уже без иносказания произносится суд: «никто же» из таковых «управлен есть в царствии Божии». Итак, под образом «возлагающаго руку... на рало» представляется человек, который желает идти во след Христа, жить и поступать по вере в Него, по заповедям Его, по примеру Его, который предприемлет подвиг возделывать землю своего сердца учением Христовым, чтобы насеять ее добрыми помышлениями, святыми молитвенными желаниями, Божественными созерцаниями, дабы она могла приносить плоды добрых духовных дел, питательные для жизни вечной. Доселе сей человек на правом пути. Он направляется к царствию Божию.
Но сей же человек может принять образ «зрящаго вспять», когда пристрастно обращается к предметам земным, которые оставил было позади себя, ради последования Христу, когда от желаний духовных возвращается к вожделениям плотским, от послушания вере к своемудрию и своеволию, от заповедей Божиих к обычаям суетного мира, от спасительного примера Христа и Святых Его к пагубным примерам людей чувственных и грехолюбивых; и, таким образом, развлекая и расстроивая сам себя, лишает землю своего сердца правильного духовного возделывания, а следственно, и спасительного плодоношения. Очевидно, это уже неправый путь, неверное направление к царствию Божию. «Никто же» из таковых людей «управлен есть в царствии Божии».
Теперь спрашивайте: от чего у некоторых людей, желающих быть управленными в царствие Божие, между сим желанием и исполнением оказывается слишком великое расстояние, или даже пропасть? – На основании слова Христова ответствуем: от того, что они, «возложив руку... на рало, зрят», более или менее, «вспять», не стараются око душевное постоянно и преимущественно иметь обращенным на путь царствия Божия, к духовным предметам, обязанностям и подвигам, ко Христу и Его учению и примеру, но, взирая иногда к небу, гораздо чаще обращаются к миру, и засматриваются на его прелесть и суету; на духовное смотрят равнодушно, а на плотское и мирское пристрастно; вступают в подвиг для Бога, и обленяются, и предаются самоугождению.
Что же надобно, чтобы наше направление к царствию Божию сделалось действительным, верным, упроченным? – Опять на основании слова Христова ответствуем: надобно, чтобы «возложивший руку... на рало не смотрел вспять», чтобы воззревший благочестивым желанием к Богу не пригвождал уже пристрастных взоров к тварям, чтобы вступивший в подвиг для своего спасения не изменял ему разленением и непостоянством. Если же поврежденная природа, не совсем побежденная недобрая привычка, соблазн, как бы невольно уклоняют мысль его к не богоугодному: он должен неукоснительно и крепко возтягнуть себя от худшаго к лучшему, угрожая себе судом Христовым, что «зрящий вспять не будет управлен... в царствие Божие». Помыслим, братия, каждый о себе, не бываем ли мы в положении оного человека, которого Христос Спаситель обличил, как находящегося в противоречии с самим собою, и признал не управленным в царствие Божие.
Скорбно восчувствовал ты свое греховное состояние, и тягость оного для совести; и прибегнул к покаянию, в следствие которого можешь с утешением рещи Богу словами Псалмопевца: «беззаконие мое познах, и греха моего не покрых; рех: исповем на мя беззаконие мое Господеви, и Ты оставил еси нечестие сердца моего» (Пс. 31:5). Через сие ты вступил на добрый путь. Ты «возложил руку... на рало»: приближился к Богу и начал благоугождать Ему. Но что потом? Продолжаешь ли идти в предняя? Тщательно ли хранишь приобретенную чистоту души? Не возвращаешься ли небрежно и беззаботно к расположениям и делам, которые ты осудил и отвергнул в покаянии? Если так: то берегись и страшись. Ты «зришь вспять»; и, следственно, теперь ты не «управлен... в царствии Божии».
Ты уразумел ничтожность земных благ, неудовлетворительность мирских утешений, преимущество жизни удаленной от мира, достоинство целомудрия, потребность самоотвержения, свободу нестяжательности: и расторгаешь, или уже расторгнул союз с миром, чтобы все свое время и труд употребить на благоустроение своей души и на благоугождение Богу, в обществе подобных, под руководством сведущих и опытных в сем любомудрии. Прекрасно. Ты возлагаешь или «возложил руку... на рало» с такою полною решительностию и силою, что почти неуместным представляется опасение, чтобы ты не вздумал обращать взоры вспять. Однако же, опыт открывает, что и здесь есть место сему опасению. За бегущими от мира бегут мирские помыслы, и невольно иногда обращают их взоры вспять, как то случилось с блаженным Иеронимом, который, убегая от суетного мира, удалился из Рима в Святую землю, но который признавался, что и оттуда взоры неукрощенного воображения его возвращались к суетным и страстным зрелищам Рима. Итак, удаляющийся от мира, и «возлагающий руку... на рало» духовного подвижнического делания, с усиленным вниманием и осторожностию должен блюсти свое око, дабы прилежно возводить оное горе – к Богу, устремлять впредняя – к дальнейшему упражнению и усовершению в благочестии и добродетели, и не давать оному свободы обращаться «вспять» – к видам плоти и мира, по-видимому, легко занимающим, но неприметно прельщающим и пленяющим. Что, если озришься на Содом? – Можешь превратиться в столп слан. Что, если помыслишь возвратиться в Египет? – можешь умереть в пустыне, не достигнув земли обетованной.
Маловерие и леность могут приводить нас в уныние мыслию, можно ли так неуклонно взирать к Богу, и на путь царствия Его, чтобы не озираться вспять. Что на сие сказать? – Преподобне отче Сергие! Обличи наше маловерие и леность, возбуди нас, вразуми, поощри, укрепи твоим примером и благодатию. Еще младенчествующую В рукописи автора прежде стояло: «младенческую».  «руку возложил" ты «на рало» подвижнического делания, удерживаясь от млека матерняго для поста, и до глубокой старости не ослабил твоих подвигов. Если ты, изъявив, не тотчас исполнил желание пустынножительствовать: это не значило зреть «вспять»; потому что ты взирал на заповедь Божию: «чти отца и матерь» (Мф. 15:4). Вступя в пустынножительство, ты не обращался к миру не только для достижения каких-нибудь облегчений и утешений, но и для приобретения необходимого. Во время скудости хлеба в твоей обители, ты ожидал его не от людей, а от Бога. В скудости хлеба для тебя самого ты доволен был тем, что своею работою от одного из своей братии приобрел загнивший хлеб. Начальство приял ты потому только, что не мог уклониться от него без нарушения послушания В рукописи автора сначала этих слов не было. , без вреда для многих душ: и когда начальствовал над обителию, получившею уже знаменитость, твой труд, твоя худая одежда, твое смиренное слово представляли тебя низшим из братии. Так вел ты «рало///» духовного подвига, так сеял слезами, чтобы родились, возрасли и созрели плоды духовные и видимые, которыми доныне питаемся.
Богу, дивному во Святых Своих, но и всех, усердно ищущих царствия Его, дивно милующему и спасающему, слава и благодарение В рукописи автора сначала этих слов не было.  во веки. Аминь.

Что пристрастный к жизни временной не может успешно совершить последования Христу, сие видно в Апостолах, которые, и после довольно долгаго у Него учения, и после столь многих чудес, не только Им, но и ими, по дару Его, соделанных, обратились от последования Ему в бегство, когда на пути Его встретились с опасностию жизни. Что пристрастный к благам жизни временной не способен последовать Христу, сего печальный опыт представляет Евангельский юноша, который хотя и сам желал вступить на путь к животу вечному, и Самим Христом призываем был последовать Ему, не последовал, но «отъиде скорбя, бе бо имея стяжания многа» (Мф. 19:22), и не хотел с ними разстаться. Наконец, пристрастный к телу и его удовольствиям, очевидно, есть худой последователь Христу: ибо изнеженному, обременяемому, разслабляемому оными, ему трудно подниматься на гору Господню; он охотнее обратится под гору, или воздремлет в цветах, и не далек от того, чтобы погрязнуть в блате нечистых страстей и похотей. Кратко сказать, пoелику все, что есть в сыне Адамовом, доколе не очищено, или лучше, не новосоздано Христом, обыкновенно подвержено употреблению пристрастному: то желающий быть истинным и верным последователем Христовым все, что в себе усвояет и любит, должен оставить, не в отношении к употреблению, но в отношении к пристрастию. И сие-то сокращая еще более, Господь сказал: «да отвержется себе».