Евангелие от Луки, Глава 11

Евангелие от Луки. Глава 11
Евангелие от Луки. Глава 11. Протоиерей Олег Стеняев (1:19:45)
Читая 11 главу отец Олег Стеняев комментирует молитву Господню "Отче наш", рассматривает чудеса Спасителя и осуждение Христом фарисейства. Смотрите видео лекцию, читайте толкования на нашем сайте Экзегет.ру
Евангелие от Луки. Глава 11. Священник Антоний Лакирев
Евангелие от Луки. Глава 11. Священник Антоний Лакирев. Священник Антоний Лакирев (34:14)
11 глава Евангелия от Луки - Поучение о молитве, о знамении Ионы пророка, притча о зажженной свече, осуждение фарисейства. Сейчас мы поговорим об одиннадцатой главе Евангелия от Луки, вернее, о самом первом фрагменте главы. В начале первой главы евангелист Лука помещает молитву «Отче наш». Это единственная молитва, которую Господь Иисус предлагает Своим ученикам. О содержании этой молитвы написаны огромные тома и, понятно, что это содержание глубоко и объёмно. Но хотя бы в первом приближении попытаемся посмотреть, что же это такое. Во-первых, заслуживает внимания самый первый вопрос, с которого начинается разговор. Ученики приступают к Господу Иисусу и говорят Ему: «Господи! научи нас молиться, как и Иоанн научил учеников своих» (Лк. 11:1). Вопрос этот опирается на простой исторический факт. Молитвенная культура в народе Божьем существует долгие столетия и представлена удивительными песнопениями, гимнами, пророческими текстами, прославляющими Бога, но в бытовой повседневной практике, за исключением псалмов, молятся своими словами. И лишь за короткое время перед Рождением Господа Иисуса Христа, может быть, в первой половине первого века до н.э., фарисеи, которые были людьми с весьма специфическим сознанием, решили, что нужно ответить на вопрос о том, что значит, исполнить молитвенный долг? Что нужно сделать, чтобы считать себя в достаточной мере помолившимся? В качестве ответа на этот вопрос фарисеи изобрели такой феномен, который в сегодняшней жизни называется молитвенное правило. Вот оттуда оно происходит. Но ко времени описываемых событий (разговор, наверно, происходит в 27 году) молитвенное правило не стало общепринятым. То есть вопрос о том, как должен быть устроен диалог с Богом у нормального человека, оставался открытым. Судя по тому, что ученики вынуждены к Господу Иисусу с этим вопросом приступать, Он не собирался предлагать им это молитвенное правило. Обратите внимание, что инициатива исходит от учеников, а не от Господа. Но всё-таки, будучи спрошен об этом, Он предлагает им некоторый исключительно компактный текст. Кстати сказать, попытки обратного перевода молитвы «Отче наш» на арамейский и древнееврейский языки свидетельствуют о том, что, скорее всего, это был текст стихотворный, поэтический. Он представляет собой некий конспект того, что может входить в этот наш диалог с Богом, о чём может происходить разговор между Богом и учениками Господа Иисуса Христа. По содержанию Господь предлагает Своим ученикам следующее. Начинается молитва с обращения: «Отче наш, сущий на небесах!» (Лк. 11:2). Русскоязычным людям следует обратить внимание на то, что не бросается в глаза в русском переводе, что Господь Иисус Христос предлагает обращаться к Богу по имени. Сущий – в данном случае имя Божие. На славянский и на греческий языки это имя переведено как «Тот, Кто есть». Но на самом деле, Господь предлагает обращаться по имени. Это личный диалог, разговор между лицом и лицом. Господь Иисус Христос предлагает обращаться к Тому Богу, Который Сам открыл Себя народу Израилеву, Богу Библии. Сущий, Яхве – Тот, Кто назвал Себя, открыл людям возможность диалога с Ним. И далее, Господь предлагает ученикам некоторые фразы: «Да святится имя Твое; да приидет Царствие Твое» (Лк. 11:2). Очень важно то, что имя Божие, которое мы называем в начале молитвы – это великая святыня. Возможность обратиться к Богу по имени – это щедрый и незаслуженный дар Божий нам. Эта великая святыня, по мнению современников Господа Иисуса, апостолов в том числе, через которую непостижимым образом мы прикасаемся к тайне Бога. Далее, Господь научает молиться, говоря: «Да приидет Царствие Твое» (Лк. 11:2). Как принято в иудейской поэзии и вообще в поэзии тех времён и языков, одну и ту же вещь пытаются сформулировать по-разному для того, чтобы показать объёмность явления. Поэтому «да приидет Царствие Твое» (Лк. 11:2) и «да будет воля Твоя и на земле, как на небе» (лк. 11:2) – это два способа сказать об одном и том же, эти фразы оттеняют друг друга. Господь говорит о том, что, быть может, основная задача человека – согласие на Царство. Пусть оно придёт. Да, я согласен. Бог не приходит туда, куда Его не зовут. Как бы тяжко нам не казалось, как часто мы мечтаем, надеемся, а потом обижаемся на то, что Бог не видит, не слышит, не вмешивается в мою трагическую ситуацию, но Он не приходит туда, где Его не зовут. При всей кажущейся банальности этого выражения: «да приидет Царствие Твое» (Лк. 11:2) – абсолютно, жизненно необходимо, без него невозможно никак обойтись. Если ты не в состоянии, не говоришь этого Богу, то ничего не получается. Это не просто просьба, потому что, как потом Господь скажет: «Ибо знает Отец ваш, в чем вы имеете нужду, прежде вашего прошения у Него» (Мф. 6:8). Выражение согласия Богу на то, чтобы Он, действительно, был нашим Богом, Господином нашей жизни – это серьёзный нравственный поступок. Господь продолжает, говоря: «Да будет воля Твоя и на земле, как на небе» (Лк. 11:2). Это подразумевает то, что мы просим и соглашаемся на приход Царства в эту реальность, где мы сейчас существуем. Опять-таки наше стереотипное и совершенно ошибочное представление подразумевает, что Царство Небесное – это где-то там, на облаках, после смерти, когда-нибудь. И ещё, когда говорим «Царство Небесное», то добавляем «вечный покой». Но то, что Господь говорит о Царстве – это вообще не об этом. Он говорит о другом. Пусть Царство Божие придёт сюда. Это не там, где чудный климат, порхают Серафимы, нектар и амброзия. Это в эллинском парадизе на горе Олимп, где всякие боги без штанов шныряют, там может быть нектар и амброзия. Но Царство, о котором говорит Евангелие, оно здесь, на земле. В него невозможно войти нигде в другом месте. Тут, только в этой жизни, только на земле, поэтому мы просим, чтобы воля Божия осуществлялась здесь. Главное отличие Царства Бога от всего остального заключается в том, что в Царстве Божьем Бог главный, и Его воля реализуется беспрепятственно. Мы просим, чтобы в нашей жизни, здесь, куда мы зовём Его, воля Божия реализовывалась беспрепятственно. Здесь, на земле, так же, как это происходит на Небе.Эта молитва оказывается совершенно свободной от каких-либо эскапистских попыток избавиться от этой жизни, этого мира. Следующее прошение этой молитвы – тоже исключительно сложное и почти не поддающееся переводу: «Хлеб наш насущный подавай нам на каждый день» (Лк. 11:3). У этого выражения есть простой, прямой и понятный смысл. Конечно, мы просим Бога о хлебе, о том, что поддерживает нашу жизнь. Опять повторюсь, что хотя Господь говорит: «Знает Отец ваш, в чем вы имеете нужду, прежде вашего прошения у Него» (Мф. 6:8) – тем не менее, всё равно мы просим Бога о том, чтобы Он даровал нам пищу. В современном мире подразумеваем, конечно же, возможность заработать на эту пищу. Но вместе с тем, греческий текст молитвы «Отче наш» не даёт нам право ограничиться простым, линейным пониманием этой фразы, потому что в греческом языке это слово, которое мы переводим как «насущный» – в смысле жизненно необходимый – устроено сложнее. И может быть, правильно можно было бы попытаться перевести его как хлеб жизни – то, что питает полноту человеческой жизни, не чисто физиологический источник энергии (белки, жиры и углеводы), а то, чем действительно питается сердце человека. У Екклесиаста есть такое выражение: «Все труды человека для рта его, а душа его не насыщается» (Еккл. 6:7). Возможно, хлеб наш насущный – это тот хлеб, который мог бы насытить человеческое сердце. Иногда это слово пытаются перевести как «надсущный», но по-русски это не понятно и менее правильно грамматически. Это трудное слово, которое мы, с одной стороны, привыкли произносить каждый день, а с другой стороны, его трудность заставляет нас задумываться над этим словом. Финальные несколько строк, прошений молитвы «Отче наш», где Господь предлагает Своим ученикам просить у Бога прощения и помощи, чтобы удерживаться от зла. Ученики Иисуса призваны жить в реальности, в той настоящей жизни, какая есть, а не в какой-то выдуманной красивой картинке. В реальности мы совершаем грехи, ошибаемся и часто оказываемся перед нравственным выбором, который нам вообще не по силам, который мы не можем сделать правильно. «Прости нам грехи наши» (Лк. 11:4) и «не введи нас в искушение» (Лк. 11:4) – это просьба о помощи в этой реальности нашего несовершенства. В этих прошениях содержится тоже чрезвычайно важный нравственный поступок, как и в призвании Царства Божьего. Если мы призываем, соглашаемся на это Царство, нам необходимо сделать какое-нибудь движение, чтобы в него войти. Это движение души человеческой заключается в словах «ибо и мы прощаем всякому должнику нашему» (Лк. 11:4). Очень нелегко бывает реализовать это в своей жизни, сделать так, чтобы эта просьба молитвы «Отче наш» и в самом деле была правдой, тем, что ты, действительно, делаешь в своей жизни. Нам гораздо легче сказать, что мы прощаем должникам нашим, чем на самом деле это сделать. Тем не менее, когда мы произносим эту молитву, которую Иисус Христос предлагает всем Своим ученикам, мы пытаемся это сделать, просим Бога помочь, чтобы это не оставалось только пустыми словами. В завершение этой молитвы Господь говорит удивительную вещь о Боге. Он говорит, что всякий просящий у Бога, получает, ищущий находит, тот, кто стучится в Царство Небесное, ему отворят (Лк. 11:9). Это серьёзная вещь, к которой Он несколько раз возвращается. Он говорит, что сердце Отца Небесного открыто к нам, и Он ждёт, чтобы мы, действительно, пришли к Нему. Далее, продолжая собирать вместе разные фрагменты разговоров Господа Иисуса Христа с учениками и окружающими Его людьми, евангелист Лука рассказывает некоторые истории о том, как Господь действует. В первую очередь, Он рассказывает, как Господь изгнал беса. Это вызвало распри, споры. Потому что кому-то кажется, что вот Иисус изгнал беса, совершил какое-то исцеление, после которого человек тяжелобольной вдруг стал нормальным, здоровым – и это чудо Божие. Другим, кому меньше нравится Иисус, кажется, что Он изгоняет бесов силой князя бесовского. Кстати, это очень показательный момент, потому что нельзя сказать, чтобы обсуждающие эту проблему, были экспертами в вопросах князей бесовских и в технологии изгнания бесов. Ну что мы можем в этом понимать?.. На самом деле, отношение это определяется тем, как они относятся к Иисусу. Это очень важный и для Евангелия определяющий момент. Лука приводит фрагмент дискуссии, и аргументы представлены не по порядку. Господь спрашивает их, как изгонять бесов могут обычные люди? Как они это делают? И говорит слушающим, спорящим, что это знак того, что достигло вас Царство Божье: «Если же Я перстом Божиим изгоняю бесов, то, конечно, достигло до вас Царствие Божие» (Лк. 11:20). Помните, в начале Евангелия Господь выходит на проповедь и говорит о том, что Царство Божие теперь близко? «Иисус начал проповедовать и говорить: покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное» (Мф. 4: 17). Вот «достигло до вас Царствие Божие» (Лк. 11:20) – это другой способ выразить ту же самую идею. Царство Божие не где-то далеко, в абстракции, а рядом с нами, в нашей жизни. Заканчивает эту часть разговора Господь Иисус Христос известными словами: «Кто не со Мною, тот против Меня; и кто не собирает со Мною, тот расточает» (Лк. 11:23). В первую очередь, обязанность христианина отличать эту фразу от того, что Господь говорит ученикам. Потому что ученикам Господь говорит: «Кто не против вас, тот за вас» (Лк. 9:50). Очень часто нам кажется, что все, кто с нами не согласны, они все против Иисуса и расточают. Нет, об этом речь не идёт. Господь Иисус Христос говорит о том, что определяющий фактор в отношениях человека с Богом, чудо в отношении спасения – это то, как человек принимает Иисуса. Не друг друга, не нас с вами, учеников или кого-то ещё, а именно Иисуса. Иисус без сомнений исключительная личность, потому что взаимоотношения человека с Богом проверяются во взаимоотношениях человека с Иисусом и больше ни в чём другом. Это важно помнить, во-первых, чтобы не ставить себя на место Иисуса, не пытаться за Него обижаться или оскорбляться. А во-вторых, себя проверять, в самом ли деле мы с Ним, собираем ли мы с Ним, а не расточаем? Это вопрос, который надо задавать себе и никому другому. Дальше Господь рассказывает удивительную притчу о том, что очищение сердца, которое теми или иными путями происходит, даётся человеку иногда в итоге громоздких подвигов – это ещё полдела. Он говорит о том, что если нечистый дух выходит из человека и если сердце не наполняется чем-то живым, подлинным и настоящим, не наполняется присутствием Бога во Христе Иисусе, то вернётся не только тот нечистый дух, но ещё и семь злейших – «и бывает для человека того последнее хуже первого» (Лк. 11:26). Это ещё один аспект того, что Иисус говорит о Себе. Недостаточно просто заставить себя удерживаться от очевидных подлостей. Это надо делать, иначе ты не будешь считать себя человеком, а останешься бесшёрстным бабуином. Это не значит подняться к Небу. Потому что для этого необходимо принять Христа лично в своё сердце, в свою жизнь. Евангелист Лука приводит ещё пророческое слово Христа – по-видимому, одно из многих пророческих слов Господа. В частности, это слово о знамении Ионы пророка (Лк. 11:29). Дело в том, что нам ведь ужасно интересно увидеть что-то необыкновенное, это всё-таки человеческое свойство. В современном мире есть телевизор, а в древнем мире его не было, поэтому с развлечениями там было всё гораздо сложнее. Хотя не редко за этим стояли не менее безобидные вещи. Фарисеи в качестве доказательства просили Христа сотворить чудо, знамение, которое будет знаком, что Он исшёл от Бога. Буквально в греческом переводе Лука, как и синоптики, использует здесь слово «dynamis» – «проявление силы». То есть они требуют показать то, в чём явится сверхчеловеческая сила. Иисус Христос говорит удивительную вещь: «Род сей лукав, он ищет знамения, и знамение не дастся ему, кроме знамения Ионы пророка» (Лк. 11:29). Обратите внимание, что во всех случаях, когда Иисус совершает чудеса, Он говорит исцелённым, тем, кто оказывается свидетелями этого чуда, никому не рассказывать. Иисус Христос принципиально и практически всегда отказывается использовать чудо как некий миссионерский аргумент. Он ни в коем случае не стал бы предлагать посмотреть, какие нисходят с Неба знаки. С Его точки зрения, что-то другое необходимо для того, чтобы человек в сердце своём встретился с Богом. Итак, Он говорит, что «знамение не дастся ему, кроме знамения Ионы пророка» (Лк. 11:29). Лука этого не делает, а евангелист Матфей расшифровывает, что здесь имеется в виду. Знамение Ионы пророка заключается в том, что «ибо как Иона был во чреве кита три дня и три ночи, так и Сын Человеческий будет в сердце земли три дня и три ночи» (Мф.12:40). Речь идёт о знамении Воскресения Господа Иисуса Христа. Для христиан важно услышать, что никакого другого знамения нам не будет дано. Жить по этому слову трудно, потому что хочется опереться на какие-то известные чудеса. Разговор о Воскресении неотделим от смерти, значит, он начинается задолго до того, как эта перспектива гибели и Воскресения становится понятной окружающим. Сам Господь видит это и в каких-то формах пытается говорить об этом со Своими учениками, слушателями. В Евангелии от Луки, в отличие от Евангелия от Матфея, Иисус Христос поясняет: «Ибо как Иона был знамением для Ниневитян, так будет и Сын Человеческий для рода сего» (Лк. 11:30). Иона пришёл в Ниневию, свидетельствовал о правде Божией. Его почти никто не услышал, и он сбежал. И лишь потом, после чуда, он вернулся и проповедовал. Иона – это человек, который приходит исключительно потому, что такова воля Божья. Смысл этого литературного произведения, а сама по себе Книга пророка Ионы представляет собой притчу, в том, что пророк приходит не потому, что ему вздумалось, а потому, что такова воля Божья о спасении людей. Заключительной фразой в этой книге, в которой Иона обиделся на Бога за то, что Он пожалел ниневитян, смилостивился над ними, являются слова Бога: «Мне ли не пожалеть Ниневии, города великого, в котором более ста двадцати тысяч человек» (Иона 4:11). Книга пророка Ионы – это книга о пощаде, о том, что сердце Бога жалеет людей и, может быть, в отличие от Матфея, для Луки важно именно это: знамение Ионы пророка – это знак того, что сердце Бога жалеет нас и открывается нам это в жизни, слове, смерти и Воскресении Господа Иисуса. Заключительная часть Евангелия от Луки посвящена диалогу Господа с фарисеями, которые всё время вокруг Него присутствуют, по крайней мере, в первой половине Его служения, до весны 29 года, и обращаются к Нему с разными вопросами. Им, действительно, интересно Его мнение. И вот в некоторой ситуации фарисей увидел, как Иисус, придя в дом перед обедом, не совершил традиционный, положенный, с точки зрения религиозного закона, обряд очищения. И вдруг здесь выясняется, что к тому, что мы обычно называем очищением, чистотой, Господь относится совсем не так, как фарисеи и люди древнего мира. Он говорит о том, что в первую очередь важна чистота сердца, внутренняя чистота. Он говорит: «Не Тот же ли, Кто сотворил внешнее, сотворил и внутреннее?» (Лк. 11:40). Важно то, что в человеческом сердце. В другом месте, Он говорит, что одно с другим тесно связано: внешнее соблюдение тех или иных правил, происхождение которых для нас не ясно, это лишь малая часть, менее важная, чем чистота души, сердца. При этом Господь вовсе не имеет в виду, что внешние вещи совсем не важны. Но в первую очередь, нужно думать о внутреннем. Он говорит фарисеям, что они думают формально соблюсти предписания, а на самом деле важны суд и любовь Божья. Это определяет и судьбу человека, и содержание его жизни. Собственно говоря, в этой дискуссии, которая здесь пунктирно намечена, содержится грядущий неразрешимый конфликт между фарисеями и Господом Иисусом. Продолжая этот разговор, Он обращается к книжникам, которые тоже здесь присутствуют, что вы «налагаете на людей бремена неудобоносимые, а сами и одним перстом своим не дотрагиваетесь до них» (Лк. 11:46). Речь идёт о том, что профессиональные верующие той эпохи – фарисеи и книжники (это две разные категории) – были уверены, что они знают, как правильно исполнять Закон. А для остальных они придумали свод условно понятных для простого неграмотного народа правил, за которыми суд и любовь Божья не видны. С точки зрения фарисеев, если ты эти правила исполняешь, то можешь считать себя правым перед Богом. Это и называлось «устная Тора», а в Евангелии это обозначается понятием «предание старцев». Это некоторый кодекс, свод правил, соблюдая которые человек может разрешить себе считать себя праведным перед Богом. Фарисеи не считали для себя обязательным соблюдать устную Тору, потому что они, в отличие от простолюдинов, знали Закон. Но Христос говорит им, что так не получается, невозможно при помощи внешних правил соблюсти праведность перед Богом. Христос категорически не согласен с этой идеей устной Торы. То, что Он возвещает Своим современникам, ученикам, нам с вами – что угодно, только не свод правил. Естественно, что это вызывает ужасное негодование фарисеев и книжников.
Евангелие от Луки. Глава 11
Евангелие от Луки. Глава 11. Сергей Худиев (35:30)
Господь поучает об истинной молитве и дает образец для всякой молитвы - "Отче наш". Также, прочитаем ряд притч и осуждение фарисейства. Комментирует публицист Сергей Худиев.
Потерял работу. Что мне делать? Священник Павел Островский.
Потерял работу. Что мне делать? Священник Павел Островский.. Священник Павел Островский (2:10)
В сегодняшнем видео, вместе со священником Павлом Островским, отвечаем на вопрос: "Потерял работу. Что мне делать?" и касаемся следующих тем: Что необходимо сделать перед тем как искать работу? О причинах потери работы. О прощении и молитве. Толкование "просите и дано будет". О гордости и борьбе с праздностью.