1-ое послание к Коринфянам ап. Павла, Глава 7

Исполнение супружеских обязанностей В Древнем мире существовали разные точки зрения на безбрачие. Большинство древних авторов осуждали его; многие еврейские учителя даже считали безбрачие грехом, поскольку производство потомства было делом первостепенной важности, а брак был сдерживающим средством против сексуальных отклонений и расстройств, вызванных подавляемым вожделением. (Считалось, что заповедь «наполняйте землю» была адресована всем израильтянам. Аборты и оставление детей были в древности обычным явлением; по римскому закону новорожденный не считался человеком до тех пор, пока отец не признавал его членом своей семьи. Но древние иудеи и христиане — наряду с некоторыми языческими моралистами — единодушно осуждали и то и другое как действия, лишающие человека жизни.) Однако некоторые философские течения и религиозные секты, в том числе большинство ессеев в еврейской среде, выступали за безбрачие. Некоторые философы отрицали брак, но считали допустимымудовлетворение своих половых потребностей с гетерами, поскольку такие отношения не связывают человека ненужными узами (ср. коммент. к 6:12—20). Пренебрегая несущественными деталями, все эти воззрения можно разделить на три группы: 1) брак и производство потомства обязательны для всех, кто физически способен на это (точка зрения большинства); 2) брак — это помеха, и мудрец не должен жениться, за исключением тех редких случае, когда избранница полностью разделяет его философские убеждения (позиция "киников); 3) брак — благо для большинства людей, но следует делать исключение для тех, кто настолько поглощен духовными поисками, что не можетуделять время семье (точка зрения раввинов начала II в.). В наставлении Павла сочетаются элементы второй и третьей точек зрения. Павел приступает к разбору позиции коринфян, о которой они сообщили ему в своем письме, — «хорошо не касаться женщины». Некоторые члены церкви могли разделять убеждение, присущее многим греческим мыслителям: секс хорош до тех пор, пока человек не связывает себя браком (ср.: 6:12—20). Другие — те, к кому обращается здесь Павел — уже состоят в браке (7:2—5) и воздерживаются от половых сношений. Павел говорит, что слишком поздно выбирать целомудрие после заключения брака (ср. ст. 5).

Греческая идиома «иметь» подразумевает «иметь половые сношения». Евреи считали, что половые сношения между супругами — лучшее средство избежать распутной жизни, и Павел с этим согласен (см.также: Прит. 5:19,20).

Брачные контракты у евреев налагали определенные обязательства и на мужа, и на жену; одной из главных супружеских обязанностей мужа были половые сношения. Павел рассматривает секс в браке как«обоюдную обязанность».

Греческие авторы иногда рассматривали любовь и половые отношения как подчинение одного человека другому.

Еврейские учителя, пытавшиеся сформулировать законы, отражающие новые реалии, расходились во мнении относительно допустимого периода воздержания от половых сношений; одна школа настаивала на двух неделях, другая — на одной. В отличие от них, Павел не считает длительное воздержание поводом для развода (7:10—13), но советует, чтобы даже вопрос о воздержании супруги решали по обоюдному согласию. Об «искушении» см. в коммент, к 7:2,9.

Учитывая несовершенство человека, еврейский закон допускал послабления; здесь Павел не требует, а позволяет периодически воздерживаться от половых сношений, подразумевая, что слаб именно тот, кто хочет воздержаться от половых сношений (а не тот, кто не хочет). Воздержание в браке — это их идея, а не его.

Павел признает, что не все призваны к безбрачию и подготовлены к нему.

Вступать в брак или оставаться в браке Ст. 8, 9 представляют собой отступление, в котором Павел проводит различие между одинокими людьми, заинтересованными в сохранении своего холостого состояния (7:8,9), и женатыми людьми, которые хотели бы стать одинокими (7:10—16). 7:8. Безбрачие имеет свои преимущества; см. коммент. к 7:32—34. Но не каждый готов к такому образу жизни; многим лучше вступать в брак (7:9).

Выражение «разжигаться» широко использовалось в древней беллетристике для описания страсти, охватывающей человека, пронзенного (метафорически) пылающей стрелой Купидона. Если греко-римскаялитература ничего дурного в таких страстях не усматривала, то Павел считает, что они уместны только в браке, и рекомендовал два пути: либо самоконтроль, либо супружество.

Этот запрет развода — фактически единственный в древности, — исходит от Господа, из речений Иисуса (Мк. 10:11,12). Следует отметить, что в еврейской Палестине жена могла только «оставить» мужа, но не «развестись» с ним; в римском обществе возбудить дело о разводе мог любой из супругов.

В 7:12—16 Павел должен показать, как применять учение Иисуса в конкретных ситуациях; общие принципы всегда уточнялись и разъяснялись при проведении их в жизнь. Как быть, если один из супругов хочет развестись против воли другого? (По законам, действовавшим в еврейской Палестине, для развода было достаточно заявления со стороны мужа; по римским законам право на развод имел каждый из супругов.) Поскольку большинство христиан первого поколения обратились в веру, уже состоя в браке (каковой по большей части устраивался родителями), этот текст не указывает на то, что христиане сознательно предпочитали браки с язычниками.

И в греко-римском, и в еврейском праве уделялось внимание положению детей, рожденных в социально смешанных союзах; в еврейском законе рассматривалось также положение детей, родители которых исповедовали разные религии. Павел утверждает, что дети в таких смешанных браках находятся в сфере влияния Евангелия и не могут быть использованы в качестве предлога для развода.

Павел рассматривает ситуацию, не освещенную в учении Иисуса о разводе, на которое он ссылается выше (7:10,11): невиновная сторона имеет право на новый брак (см. коммент. к 7:12,13). Выражение «не связаны» перекликается с формулировкой еврейского разводного документа, который сообщал женщине: «Отныне ты свободна и можешь вступить в брак с любым другим мужчиной» и далее констатировал факт развода точно такими же словами, какими удостоверялось освобождение из рабства. Если бы она была «связана», то по-прежнему считалась бы замужней в глазах Бога; будучи «не связанной», или «освобожденной», она имела право на новое замужество.

Хотя Ветхий Завет провозглашает верность Бога семьям Своих служителей, несомненно и то, что у благочестивых родителей могут быть нечестивые дети и нечестивые родители могут иметь благочестивыхдетей (ср., напр.: 2 Пар. 23—36, повсюду). Павел здесь соглашается с тем, что обращение одного из супругов не гарантируется.

Довольствуйтесь существующим положением Независимо от того, состоят люди в браке или нет, они должны примириться со своей участью, хотя это не означает, что человеку не дано ее изменить (7:21). Рассуждения Павла столь явственно напоминают учениекиников и стоиков, что сведущие в философии читатели, вероятно, почтительно согласились с его точкой зрения. Греческие философы, особенно стоики, подчеркивали необходимость примиряться со своим положением. Но если стоики отождествляли Бога, Который распоряжался их жизнью, с Роком, то Павел доверяет Богу как любящему Отцу.

Греки занимались физическими упражнениями в обнаженном виде, и вместе с римлянами рассматривали обрезание как увечье. На протяжении столетий некоторые иудеи, жившие среди людей преимущественно греческой культуры, стыдились своего обрезания и иногда подвергали себя небольшой хирургической операции, которая скрывала его следы.

Многие древние философы считали, что рабы и господа равны в нравственном и духовном отношении, но этим философам приходилось считаться с положением, в котором жили рабы. Даже когда философы приходили к власти (напр., Марк Аврелий, римский император II в.), они не навязывали свою стоическую этику обществу. Каждая попытка восстания рабов жестоко подавлялась, так что это единственный практический совет, который мог дать им Павел.

Отпущенный на свободу раб должен был исполнять ряд обязанностей по отношению к своему прежнему господину, хотя по закону он был свободен. Прежний хозяин оставался его патроном (покровителем), который помогал ему в финансовом и политическом отношениях; вольноотпущенник оставался клиентом, в обязанности которого входило соблюдение интересов и забота о репутации прежнего хозяина. Вольноотпущенники оставались домочадцами своего бывшего господина.

Рабы стоили дорого. Они могли быть куплены для перепродажи в храм («отпущены» для служения богу) или, что случалось чаще, новому хозяину.

Совет относительно девства Переходя к следующему вопросу, Павел, как обычно, делает отступление (7:8,9; 11:2-16), на этот раз — чтобы показать связь темы девства с предыдущим обсуждением (7:12—16). Понятие, переведенное как «девство», обычно использовалось по отношению к женщинам, каковым, в отличие от мужчин, в греко-римской культуре не разрешалось вступать в половые отношения до замужества. Павел, по-видимому, относит это понятие и к мужчинам, и к женщинам, как и некоторые позднейшие авторы.

Евреи считали, что концу света будет ' предшествовать время тяжких испытаний и великой скорби; в этот период брак и деторождение едва ли будут иметь смысл. Этот принцип был актуален и в другие трудные времена, когда вероятность потери ближайших родственников была особенно велика (напр.: Иер. 16:2; но это не было нормой — ср.: Иер. 29:6).

Выражение «остался без жены» может означать «развелся» или «овдовел». По причинам, ясно выраженным в контексте, Павел отговаривает как от повторного брака (ст. 27), так и от выдачи девиц замуж, но разрешает и то, и другое.

Угроза бедствий, которая нависла над ними, повлияет на все обычные человеческие отношения; см. коммент. к 7:26.

Киники принципиально избегали брака (но не половых отношений), рассматривая его как обузу и отвлекающий фактор; впрочем, исключения допускались, если избранница полностью разделяла убеждения философа и не мешала ему вести кинический образ жизни (единственный известный пример — это Гиппархия, жена Кратеса). Из контекста явствует, что Павел излагает здесь общий принцип, а не правило, не допускающее исключений; см. коммент. к 9:5. Павел признает, что некоторым лучше вступать в брак (7:2,5,9), но при этом снова повторяет мысль о пользе безбрачия — для тех, кто на него способен.

Исследователи расходятся во мнениях относительно того, кому адресован этот отрывок, — отцам девиц или их женихам; текст допускает двоякое толкование. Браки устраивали родители, обычно с некоторым участием самих детей; отец был главным авторитетом в этом деле. «Зрелый возраст» может означать лет 15—17 (заключавшиеся родителями брачные договоры позволяли парам сочетаться в более раннем возрасте, чем принято в современной культуре), но обычно это понятие означало «не первой молодости», и, следовательно, могло указывать на старую деву. Мы не располагаем сведениями о существовании в тот период «духовных обручений» без осуществления брачных отношений, получивших распространение в позднейшем христианстве, — вероятно, благодаря прочтению этого отрывка как адресованного жениху.

Вдовы и новое замужество «связанности» и «свободе» см. в коммент. к 7:15,27; в спорах о разводе и вдовстве понятие «свободна» всегда означало «свободна для вступления в новый брак». (В греческом тексте использованы различные слова для обозначения «связанности» в 7:15 и «оставшегося без жены» в 7:27, но они являются синонимами, использование которых было обычным риторическим приемом, встречающимся по всему Новому Завету.) Те, кто утверждает, будто первая строка этого стиха исключает возможность нового брака для всех разведенных, не принимают во внимание не только 7:15,27,28, но и особенности языка древности: после законного развода никто не считал бывшего супруга женщины «ее мужем». Наставление о том, что вдовы и вдовцы должны жениться только «в Господе», означает, что Павел не одобряет браки христиан с неверующими (ср.: Втор. 7:3; Суд. 3:6; Езд. 9:2); в отличие от девственниц (чей брак устраивали родители), вдовы и разведенные хорошо представляли, за кого они собираются выйти замуж.

Хотя Павел высказывает свой «совет» гораздо менее строго, чем учение Иисуса, которое он излагал выше (7:10— 12), он не считает, что по этой причине его слово менее авторитетно. Дух обычно ассоциировался с пророками прошлого, но здесь Павел заявляет о своей убежденности в том, что его весть богодухновенна, как и древние пророчества (ср.: 14:37).