«НЕ ТЕМ, ГОСПОДЬ, МОГУЧ, НЕПОСТИЖИМ…».

Не тем, Господь, могуч, непостижим

Ты пред моим мятущимся сознаньем,

Что в звёздный день твой светлый серафим

Громадный шар зажёг над мирозданьем

И мертвецу с пылающим лицом

Он повелел блюсти Твои законы,

Всё пробуждать живительным лучом,

Храня свой пыл столетий миллионы.

Нет, Ты могуч и мне непостижим

Тем, что я сам, бессильный и мгновенный,

Ношу в груди, как оный серафим,

Огонь сильней и ярче всей вселенной.

Меж тем как я — добыча суеты,

Игралище её непостоянства, —

Во мне он вечен, вездесущ, как ты,

Ни времени не знает, ни пространства.

Описание произведения.

Стихотворение «Не тем, Господь, могуч, непостижим...» Афанасия Афанасьевича Фета композиционно разделено на две части. В первой речь идёт о Божьем могуществе. Поэт погружает читателя в атмосферу величия Божьего созидания: «звёздный день» — метафора четвёртого дня творения (эпитет «звёздный» говорит о бесконечно долгой продолжительности Дня). Господь на четвёртый день зажигает Солнце «над мирозданьем» и заставляет небесное светило «блюсти <...> законы». (Быт.1:14-18). Метафорой дневного светила в стихотворении является «мертвец с пылающим лицом». Этим образом Фет хотел показать, что хоть Солнце и существует миллионы лет, пробуждая всё «живительным лучом», но по сути оно мертво. Солнце лишь исполняет веления Бога, но не имеет своей воли, не устанавливает своих законов.

Поэт находит подлинное величие Бога не в том, что Он возжёг Солнце, а в том, что сотворил человека. «Бессильный и мгновенный» человек, «добыча суеты», носит в груди некий таинственный «Огонь сильней и ярче всей вселенной». Поэт удивляется, что в нём, смертном, «добыче суеты», присутствует тот же «вездесущий» огонь Бога, который «ни времени не знает, ни пространства». Именно это удивление составляет основу второй части стихотворения (третьей и четвёртой строфы).

Что же это за таинственный огонь, который делает человека творением более удивительным, чем Солнце? — «Он вечен, вездесущ, как ты, / Ни времени не знает, ни пространства». «Мгновенный» человек, нося в груди вечный огонь, может постигать не только тайны времён, но и познавать вечность и бесконечность Бога. «Вездесущ, как ты» — слабый и маленький, человек проникает разумом в глубь миров, понимает их непостижимое многообразие. Но, главное, искра Божьего огня в груди человека делает его похожим на того серафима (Ис.6:5-7), который зажёг во вселенной Солнце («как оный серафим»). — Человеку дана творческая сила Бога-Творца, что делает людей «венцом» Божьего творения, но ставит мир в зависимость от произвола существа «непостоянного» и «суетного». (Ин.1:12-14).

В стихотворении А. Фета нет никаких выводов — только удивление «непостижимости» Бога и раздумье о судьбах человечества и вселенной.

История создания.

В 1873 году А. А. Фету, наконец, возвращают дворянство. Стремление вернуть утраченное положение было навязчивой идеей поэта ещё со студенческой скамьи. День, когда ему возвратили фамилию Шеншин, Фет считает счастливейшим в своей жизни. После этого поэт оставляет заботы о своём общественном положении. Начинается новый период его творчества.

Стихотворение «Не тем, Господь, могуч, непостижим...» включено в цикл «Элегии и думы» сборника «Вечерние огни», который публикует после двадцатилетнего творческого перерыва. К тому времени Фет мирится с тем, что его поэзия — «для немногих»: «Людям не нужна моя литература, а мне не нужны дураки», — говорил он.

Николай Страхов, прочитав стихи Фета, пишет в 1879 году Льву Толстому: «Бедный Фет!.. Один везде...» Ведя уединённую жизнь помещика, поэт размышляет о жизни, мире, Боге.

Отношение автора к вере.

Фет и в зрелые годы не отрицал своих атеистических взглядов. Учёный спор о том, был ли поэт неверующим, и в наши дни остался неразрешённым. Ярким эпизодом этого спора была дискуссия между Никитой Струве и Ефимом Эткиндом, развернувшаяся на страницах «Вестника Русского Христианского Движения» в 1980-е годы. Как утверждает Э. Эгеберг в статье «Библейские мотивы в лирике А.А. Фета», спор этот не имеет смысла, и «следует исходить не из предвзятых точек зрения, а из желания установить место религиозных мотивов в лирике поэта».

Молодой Фет часто обращался к библейской тематике. Однако в его первой книге «Лирический пантеон» стихи о тоске по «потерянному раю» («Тоска по невозвратном») соседствуют с языческими образами («К Лешему»). Поэту близко чувственное видение мира.

Зрелый Фет, последователь движения «искусства ради искусства», к Библии относится своеобразно. Э. Эгеберг утверждает, что в поэзии Фета «религия служит красоте». С этим нельзя согласиться в полной мере, — в поэтическом творчестве Фет ищет способ примирить материальное с идеальным, духовное с чувственным. Философия ему ближе, чем вера, и Библия помогала Фету в его размышлениях над судьбами мира и человека. Фет хочет разгадать тайну красоты, но понимает, что в области разума эта загадка неразрешима.

Фет глубоко вчитывался в тексты Священного писания. Синодальный перевод он считал весьма несовершенным, и потому собирался переводить Библию на русский язык. Священные тексты, видимо, сильно задевали поэта, но свидетельствуют об этом только его лирические стихи. В обществе Фет предпочитал замалчивать тему своей веры или своего неверия.

Биография.

Будущий поэт, мыслитель, публицист, переводчик, Афанасий Афанасьевич Фет (Фёт) родился 5 декабря (23 ноября по старому стилю) 1820 года в усадьбе Новосёлки, Мценского уезда, Орловской губернии. В том же году крещен по православному обряду. В метрической книге записан как сын Афанасия Неофитовича Шеншина.

В происхождении новорождённого разобраться непросто. А.Н. Шеншин, находясь в Германии, имел роман с Шарлоттой Фёт. Она носила фамилию Фёт по первому мужу, с которым развелась. Когда влюблённые приехали в Россию, Шарлотта была беременна. Четырнадцать лет спустя, духовные власти Орла обнаружили, что ребёнок родился до венчания родителей. Афанасий был лишён права носить фамилию отца и наследовать его дворянство. Это событие ранило впечатлительную душу ребёнка, и он почти всю свою жизнь переживал двусмысленность своего положения.

Вернуть утраченное положение стало навязчивой идеей его зрелых лет. Учился в немецкой школе-пансионате в городе Верро (ныне Выру, Эстония), затем в пансионе профессора М.П. Погодина, в который поступает для подготовки в Московский университет. Успешно учится в университете, сначала на юридическом, а затем на филологическом факультетах. В 1840 году издаёт отдельной книгой свои первые произведения.

Особое положение в семье повлияло на дальнейшую судьбу Афанасия Фета. — Ему пришлось выслуживать дворянские права, которых лишила его церковь, и в 1845 году Фет поступает на военную службу в один из южных полков.

В 1850 в некрасовском «Современнике» публикуются стихотворения Фета. Они вызывают восхищение критиков всех направлений. Фет принят в круг известнейших писателей: Некрасов, Тургенев, Лев Толстой, Боткин, Дружинин, Григорович, Панаев и др. Благодаря литературным заработкам, улучшилось его материальное положение, что дало ему возможность совершить путешествие по Европе.

В 1856 году печатается третий сборник стихотворений Фета под редакцией И.С. Тургенева.

В 1857 в Париже женится на дочери богатейшего чаеторговца, сестре своего почитателя критика В. Боткина — М. Боткиной.

В 1858 году поэт выходит в отставку в чине гвардейского штаб-ротмистра и поселяется в Москве. Служба в армии не вернула Фету дворянский титул. В то время дворянство давал только чин полковника.

В 1863 году – публикуется двухтомное собрание стихотворений Фета.

В 1873 году Фету возвращено дворянство и фамилия Шеншин, но литературные произведения и переводы поэт и в дальнейшем подписывает фамилией Фет.

В 1877 году Афанасий Афанасьевич покупает в Курской губернии имение Воробьёвка и проводит там остаток своей жизни, уезжая на зиму в Москву.

В конце 1870-х Фет с новой силой пишет стихи. Выпускает в свет сборник стихотворений «Вечерние огни».

Смерть настигла поэта 21 ноября 1892 года в Москве в своем доме на Плющихе. Фет скончался от сердечного приступа. Афанасий Афанасьевич был похоронен в родовом имении Шеншиных в с. Клейменово Орловской губернии.

Автор текста: Горюнов Валерий Валерьевич.