(Евангелие от Иоанна, 12 зачало, глава IV, стихи 5-42) Сегодня мы вспоминаем, как Господь наш Иисус Христос беседовал с самарянкой. Беседа их проходила у колодца, который существует и по сей день, место это известное. Сегодняшнее евангельское чтение не описывает какого-либо сотворенного Господом чуда, однако и оно доказывает Божественность Иисуса Христа: во-первых, тем, что Он рассказал прошлое этой женщины, во-вторых, и самое главное, необыкновенным откровением Его о том, как нужно поклоняться Богу. Это евангельское зачало очень пространно, и для полного изъяснения его потребовалось бы много времени. Поэтому я вынужден обратить внимание лишь на самое главное или, вернее, на то, что мне кажется самым главным, ибо только Бог знает, кому какое евангельское слово нужно в данный момент. Что одному человеку представляется второстепенным, то для другого является словом, пробуждающим в нем веру, покаяние и ревность. Спаситель, беседуя с самарянкой и рассказав ей о ее прошлой жизни и грехах, сначала возбудил в ней веру в Себя как в пророка и тем самым заставил задать самый существенный вопрос – о богопочитании: «Как правильно почитать Бога?» Мы видим, что самарянка, хотя и была грешница, но, несмотря на свою греховную, нерадивую жизнь, имела в себе самое главное – любовь к Истине. Любовь же к Истине, живущая даже в грешном человеке, приводит его в конечном счете к покаянию и спасению. А те люди, которые живут как будто бы добродетельно, внешне следуют заповедям, являются праведниками, но не имеют в себе любви к Истине, в конце концов отпадают от добра и становятся даже откровенными врагами Христовыми. В Евангелии прежде всего мы видим это на примере фарисеев: все почитали их за праведников, а они оказались врагами Божиими. И наоборот, те, кто в глазах людей были грешниками: эта самарянка, мытари, блудница, помазавшая Господа миром, разбойник, приговоренный к казни и в муках умирающий на кресте, – все они оказались друзьями Божиими, потому что сохранили в своей душе важнейшую черту – любовь к Истине. Итак, эта любовь и побудила самарянку задать самый главный для нее, а вместе с ней и всех нас вопрос. «Женщина говорит Ему: Господи! вижу, что Ты пророк. Отцы наши поклонялись на этой горе, а вы говорите, что место, где должно поклоняться, находится в Иерусалиме» (ст. 19–20). Самаряне – это потомки иудеев, смешавшихся с язычниками, и халдеев, переселенных ассирийскими царями. Религия самарян была не истинная, а смешанная: что-то в ней было истинно, а что-то – от язычества. Когда иудеи после вавилонского пленения строили в Иерусалиме на месте разрушенного Соломонова храма новый храм, самаряне также построили себе храм и в нем совершали богослужения. После того, как он был уничтожен, они продолжали приносить жертвы на той горе, где он стоял. Вот почему самарянка и спрашивает: «Где нужно поклоняться: на горе или в Иерусалиме?» Этот вопрос нам сейчас кажется наивным, поскольку мы знаем, что Бог находится везде, и, следовательно, поклонятся Ему нужно на всяком месте. Но в то время многие этого не понимали. Во-первых, потому, что верили во множество ложных богов, поклонялись им в разных местах и считалось, что у каждой местности есть свое божество. Во-вторых, потому, что те, кто имел истинную веру, поклонялись Богу в одном месте ради того, чтобы множеством храмов и святых мест не дать повода к тому же многобожию, ибо люди тогда были еще очень немощны. Иерусалимский Храм был символом единобожия и единственно правильного поклонения Богу. Господь Иисус Христос, отвечая на наивный вопрос самарянки, говорит о том, каково должно быть истинное богопоклонение. «Иисус говорит ей: поверь Мне, что наступает время, когда и не на горе сей, и не в Иерусалиме будете поклоняться Отцу. Вы не знаете, чему кланяетесь, а мы знаем, чему кланяемся, ибо спасение от Иудеев» (ст. 21–22). С одной стороны, Он свидетельствует, что приближается время, когда поклоняться Богу можно будет на любом месте, а с другой – делает оговорку: «Не потому Я это говорю, что и мы, и вы не правы. Нет, иудеи правы, но наступает время, когда истина откроется в большей полноте». «Но настанет время и настало уже, когда истинные поклонники будут поклоняться Отцу в духе и истине, ибо таких поклонников Отец ищет Себе. Бог есть дух, и поклоняющиеся Ему должны поклоняться в духе и истине» (ст. 23–24). Иные толкователи Евангелия подчеркивают догматическую сторону слов Спасителя о поклонении Богу «в духе и истине». Они говорят, что Богу Отцу нужно поклоняться «в духе», то есть вместе с поклонением Духу Святому, и «в истине», то есть с поклонением Истине – Сыну Божию. Но есть и другое понимание, не противоречащее первому, а дополняющее его, ибо слова Священного Писания имеют смысл и буквальный, и таинственный, и догматический, и нравственный. И мне хочется, обратив ваше внимание именно на нравственную сторону толкования, поговорить о молитве. «Настанет время и настало уже, когда истинные поклонники будут поклоняться Отцу в духе и истине, ибо таких поклонников Отец ищет Себе» (ст. 24). Не нужно думать, что Бог находится только в одном месте, как считали иудеи. И не нужно думать, что Бог находится только в православном храме, как полагают некоторые христиане, и потому, выйдя из церкви, оставляют молитву. Иные даже считают, что есть такие места, в которых вообще нельзя молиться. Но Спаситель говорит иначе: «Богу нужно поклоняться на всяком месте в духе и истине». Не только голову и колени преклонять, но поклоняться Ему духом и истиной, преклонять перед Господом свой дух. Как же дух может преклониться, ведь он не тело и своего положения в пространстве не меняет? Дух преклоняется пред Богом, когда человек осознает свое ничтожество и смиряется, когда признает над собой господство всемогущего Бога и то, что все совершается по Божественной воле, которую он обязан исполнять. Вот что значит поклоняться духом. Но этого мало. Нужно поклоняться и духом, и истиной. Потому что человек, как будто бы смиряющийся перед Богом, осознающий свою полную зависимость от Его воли и покоряющийся ей добровольно, если не будет поклоняться при этом еще и истиной (то есть правильно исповедовать Бога) – не сделается тем Его поклонником, который Ему угоден. «Что же есть истина?» Этот вопрос задал Понтий Пилат, но не захотел выслушать ответа, хотя перед ним стояла живая Истина – Тот, Кто о Себе сказал: «Я есмь путь и истина и жизнь» (Ин. 14, 6). Истина заключается в том, чтобы исповедовать Иисуса Господом, Христом и Сыном Божиим: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий…». А поклонение состоит в словах: «помилуй мя грешнаго», выражающих наше смирение, покаяние, преклонение перед Богом. Итак, мы кланяемся Богу в своем духе – духовно, а не телесно, – исповедуя Истину: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешного». Вот что значит поклоняться Богу духом и истиной. И таким образом поклоняться Ему мы должны не только в православном храме, когда стоим и слушаем богослужение, но и во время совершения своих обычных дневных трудов, в дороге и во время еды, даже когда мы находимся в тех местах, которые кажутся неприличными для молитвы, то есть когда исполняем обычную человеческую нужду. Нужно молиться всегда и везде, как учат святые отцы. Везде и всюду нужно поклоняться Богу духом и истиной, ибо Бог – везде. Нет такого места, где мы имели бы право забыть о Нем, где мы не должны были бы исполнять Его волю и смиряться перед Ним. Нет такого места, где можно было бы отказаться от обычного рассуждения о том, чтό есть добро и чтό есть зло. А там, где человек может делать и добро и зло, должно присутствовать покаяние. Поэтому «на всяком месте владычества Его», как сказано, «благослови, душе моя, Господа» (см. Пс. 102, 22). «Истинные поклонники будут поклоняться Отцу в духе и истине, ибо таких поклонников Отец ищет Себе» (ст. 23). Недостаточно поклоняться Богу только телом, недостаточно молиться лишь устами, не внимая сердцем той истине, которая содержится во всех православных молитвах, а не только в молитве Иисусовой. В молитве именем Иисуса заключена как бы квинтэссенция истины, в ней наиболее кратко, откровенно и полно выражена истина, но это не означает, что ее нет в других молитвословиях. Если мы низко кланяемся, вычитываем все молитвы, простаиваем все службы, но при этом не имеем внимания, то есть поклоняемся Богу не духом, а только внешне, то Он наше поклонение не принимает. Ибо «Бог есть дух» (ст. 24). Ему важно отнюдь не то, что мы наклонили голову или опустились на колени, но Он воспринимает такое поклонение, когда пред Ним преклоняется человеческий дух. Это не значит, будто я, подобно сектантам, отрицаю преклонение колен перед Богом или преклонение перед иконами. Нет, я лишь хочу сказать, что внешнее должно быть наполнено внутренним содержанием. Преклонение головы, колен должно воздействовать на наш дух, так как положение тела часто влияет на внутреннее состояние и настроение человека. Церковь, святые отцы потому именно и рекомендуют те или иные положения тела во время молитвы, чтобы настроить дух на правильное отношение к Богу, чтобы и дух преклонить. Однако и у нас, как у древних иудеев, есть наклонность к фарисейству, и часто мы, соблюдая внешнее, опускаем внутреннее. Приходим в храм, а умом находимся вне храма; преклоняем колени, а в душе у нас беспечность, безразличие, нет ни покаяния, ни сокрушения. Я рассуждаю об этом так смело потому, что и сам страдаю такой болезнью. Я не упрекаю и не обличаю, а говорю с вами подобно тому, как больные говорят друг с другом о том, что у них болит и какие лекарства им помогают. Нужно понуждать себя к тому, чтобы поклоняться Богу не только внешне, но и духом, то есть заботиться о своем внутреннем состоянии, о сердечном сокрушении, о покаянии, помнить о Боге всегда и всюду. И если мы именно так будем Ему поклоняться, то уже не сможем поклониться одновременно и дьяволу; поклонение Богу вытеснит поклонение дьяволу, которое состоит в подчинении тому или иному греху. Нам гораздо проще будет исполнять волю Божию: мы получим орудие, средство для того чтобы понудить себя к этому. Один подвижник сказал: «Бог внимает уму». Если мы читаем многие молитвы без внимания, то мы лишь колеблем воздух и Бог нас не слышит. Не потому, что Он перестал быть всеведущим, но потому, что эти молитвы, не наполненные нашим вниманием и настроением, нашими чувствами, остаются пустыми словами. Хотя Богу хорошо известно, чтó мы говорим и делаем, Он знает наши мысли, наше будущее, но Он не слышит нашу невнимательную молитву именно как молитву, потому что наши слова не являются ею. У буддистов есть такой обычай: они на барабанчике пишут огромное количество разных молитв и заклинаний и очень быстро этот барабанчик прокручивают (иногда он движется от действия ветра, наподобие небольшой ветряной мельницы), считая, что они тем более будут угодны тому, кому таким образом молятся, чем больше в одну минуту прокрутится этих заклинаний-молитв. Нечто подобное получается и у нас. Прочитав огромное количество молитв: три канона, два акафиста, несколько кафизм, – человек хвалится перед своими знакомыми, как он сегодня хорошо помолился. А если у него хватает мудрости скрывать свои молитвенные «подвиги», то он хвалится в душе сам перед собой: «Сегодня-то я ведь хорошо помолился». Но стоит этому человеку попытаться понудить себя именно к молитве Иисусовой, как он замечает, что после пяти минут Иисусовой молитвы ему становится необыкновенно скучно. Голова его полна самых разнообразных помыслов, пустых, а порой и явно греховных. О чем это говорит? От молитвы ли Иисусовой пришли эти помыслы? Нет. Но во время ее он увидел то, что с ним происходит всегда. Читая каноны, акафисты и развлекаясь многообразием словесных выражений, он не замечал, что его мысли совершенно не вникают в читаемое. Первые два слова канона он понял, потом отвлекся, «улетел» умом, а вернулся уже на следующем тропаре; потом опять его что-то впечатлило, например стих псалма, и вновь мысль его отлетела, чтобы вернуться по прочтении половины или даже целого псалма. И на основании ничтожных душевных переживаний и впечатлений, производимых теми или иными стихами канонов или псалмов, человек воображает, что он умиленно помолился. Но он просто не имеет понятия о том, что есть истинная молитва. Занимаясь же именно молитвой Иисусовой, человек познает свою несостоятельность, видит, что на самом деле он совершенно не умеет молиться. Многие люди бросают Иисусову молитву, говоря: она вредная, от нее много помыслов, которых у меня не было, когда я читал каноны. Утверждающему это можно ответить: тогда ты их не видел, ты не знал своего состояния, а сейчас просто малодушествуешь и ищешь легкого пути. Это не значит, что чтение канонов, псалмов и других церковных молитвословий бесполезно, но важнейшим занятием всякого христианина, не только монаха, но и мирянина, должна быть Иисусова молитва. Церковные молитвословия только настраивают человека на тот или иной лад, возбуждают в нем молитвенное настроение, допустим, заставляют его размышлять о страданиях Христовых, если он читает канон Страстям Христовым, или о тех благодеяниях, какие Господь излил через Божию Матерь, если читает канон или акафист Божией Матери. Но подобного настроения мало, должны быть собственно внимание, собственно молитва, должно быть поклонение духом и истиной, а не одними устами, потому что уста – это также часть тела. Произнося молитву устами без внимания, мы, таким образом, тоже кланяемся Богу одним лишь телом. Иисусову молитву обязательно должен читать всякий христианин, ибо это есть, по выражению святителя Игнатия (Брянчанинова), школа молитвы. Святитель даже говорит, что монахи, читающие только каноны и псалмы и отрицающие необходимость Иисусовой молитвы, находятся в прелести. Конечно, полезно, в особенности новоначальным христианам, живущим в миру, читать и какие-нибудь настраивающие на молитвенный лад молитвословия, но мы должны уделять время и молитве Иисусовой, стараться творить ее всегда и всюду, на всяком месте, непрестанно. Так мы постепенно приобретаем внимание и потом, когда возьмемся за обычное свое молитвенное правило, когда будем стоять в храме и внимать богослужению, когда станем читать Священное Писание, увидим, какой плод мы приобрели от Иисусовой молитвы. Мы увидим, что приобрели то внимание, которое делает нашу молитву истинной молитвой. «Бог есть дух», и Ему нужно поклоняться духом и истиной, а это состояние приобретается только вниманием, потому что дух не способен совершать поклонение, если он не собран сам в себе. Собраться же сам в себе он может только исповедуя Истину, то есть произнося выраженное в той или иной форме учение об истинном богопочитании. Наиболее же полно дух человеческий собирается в себе при помощи молитвы Иисусовой, а потому она – самый легкий и эффективный путь к достижению того состояния, о котором говорит Спаситель: поклонения Богу духом и истиной. 12 мая 1996 года
