Толкование Притчи Соломона 9 глава 5 стих - Экзегет

Об этом помышляй и любомудрствуй возвышенно в высоких палатах ума, чтобы без труда внимать и остальному, и разумно слышать великую проповедь и призывание гостей на пир. Ибо говорится: послала слуг своих, созывая с возвышенною проповедью на чашу, говоря: кто неразумен, обратись ко мне. И скудоумным она сказала: идите ешьте мой хлеб и пейте вино, которое я растворила вам. 7. Пища, уготованная мудростью великаго Бога, делится на двое, то есть на пищу твердую и вполне достаточную, и более мягкую и водянистую. Одна, по выражению псалмопевца, укрепляет сердце человека (Пс. 103:15) и есть нечто совершительное, в питаемых ею мысленно восполняя недостающее в них; ибо совершенным свойственна твердая пища (Евр. 5:14), говорит Павел, приготовитель ея и возвышеннейший проповедник. А текучая и жидкая различно и многовидно, сама одна и таже, изливает желающим ее и росу и воду, и вино, и молоко и мед, как говорит божественное Писание, применяясь к расположению и вкусу каждаго (Прем. 16:21) из принимающих ее, и разнообразно приводя всех к одному концу, то есть истинному познанию Бога, так как и¹ путей, ведущих в царство Божие, много. При таком положении вещей, как теперь проповедию гости предварительно призываются на чашу? Ибо говорится: Премудрость послала слуг своих сзывая с возвышенным проповеданием, говоря: кто неразумен, уклонись ко мне. Как же это, упомянувши прежде о жертве и заколении, о чем и мы пред сим много разсуждали, теперь не на них зовет, и не говорит: ешьте мою жертву и предлагаемыя мяса, а говорит: ешьте мой хлеб (Притч. 9:5)? Приложи внимание, чтоб тебе уразуметь это. Чаша, говорит один² из мудрых богословов, будучи круглою и открытою, пусть будет символом открытой и вместе простирающейся на все безначальной и нескончаемой промыслительности обо всем. Потому что и стоит чаша, говорит он. Стоит, то есть, сама по себе; давая от себя безопасно черпать берущим, не будучи переносима туда и сюда, подобно как это делается с амфорами, покалами и прочими сосудами при трапезе угощаемых. Так как, говорит, и промылительность Божия, простираясь на все, пребывает в самой себе и стоит водруженная в неподвижном и вполне неизсякающем тожестве своем постоянно и непрерывно. Итак, поелику чаша по своей открытости и круглоте, из которых второе представляется не имеющим ни начала, ни конца (ибо таково очертание круга), а открытость показывает легкость и удобство к участию в чаше; пот. что не чрез дыру, и не чрез трубочку и что-нибудь подобное изливает влагу, как усматриваем в иных сосудах, но вся всем существом как бы открыта и доступна. Итак поелику и чрез это, и чрез устойчивость и неподвижность, как мы уже сказали, она многими признавалась символом безначальнаго и нескончаемаго, простирающагося на все и в себе тогдаже пребываюшаго великаго промышления Божия, то прилично на чашу главным образом зовет гостей Премудрость, и в нее щедро включает всякия яства и пития, так как Божественный промысл все всем и во всем уделяет каждому и достаточно и сообразно (с нуждами), но изложенным уже мною соображениям о чаше. Посему и Христос говорит: кто жаждет, иди ко Мне и пей. Кто верует в Меня, у того из чрева потекут реки води живой (Ин. 7:37, 38). И еще говорит; приходящий ко Мне не будет алкать, и верующий не будет жаждать никогда (Ин. 6:35). Как будто призывал на открытую чашу Премудрости, сказавшей: пpиидитe, ешьте мой хлеб и пейте вино, которое я растворила вам. А что речь, упомянувши сперва о заколении и жертвах, теперь, при проповеди и призывании, опустивши то, вместо них упоминает о xлебе только и вине, то вопервых можно сказать, что как одно и тоже питье есть и вино, и вода, и молоко, и мед, подательницею их Премудрости приспособляемое соответственно состоянию и силе каждаго, как уже и пояснила предшествовавшая речь, так и одна и таже снедь есть и хлеб, и зелень, и мясо, применяясь к расположению и состояние каждаго пользующаяся ею; и называется то тем, то сим, а в иное время иначе. Затем кстати, думаю, сказал бы кто либо и так, и не удаляясь от цели божественнаго Писания, что только в первый раз созываемых на cию таинственную трапезу надлежало бы пока звать на хлеб и вино, обще всем по природе пригодные и обычные, чтобы кто из званных не поразился необычайностию и не растерялся, слыша с самаго начала о крови и yбиeнии, и прочем таком. Ибо до крови и смерти подвизаться сражаясь со грехом (Евр. 12:4), и быть в состоянии говорить с Павлом: я не желаю хвалиться, разве только Крестом Христовым которым для меня мiр распят, и я для мiра (Гал. 6:14), и ежедневно представлять свидетельство совести о себе (2 Кор. 1:12), как о мертвых для греха, а живых для Христа (Рим. 6:11), и прочее, на что указала речь его, свойственно не допускаемым и в первый раз только приглашаемым к общению в таинственной мудрости, но часто уже евших хлеб усердной деятельности в слезах и поте лица своего (Быт. 3:19), и отселе уже оторвавшимся от пристрастий низменных и телесных, и поэтому могущим представить тела свои, опять выразимся с великим Павлом (Рим. 12:1), в жертву живую, святую, благоугодную Богу. Ибо это значит приобщаться трапезы и таинственных яств истинной Мудрости не мысленно, а на самом деле испытывая оное блаженное ощущение³, не слыша только о нем; что особенно неприятно вводимым в науку и в занятие мудростию божественною, а лучше сказать — и невозможно еще, как я сказал. И по этому-то, думаю, пока на хлеб зовет их Премудрость. А что это истинно и не без цели полагает так речь, гляди и на следующее. Всех вообще и неограниченно Премудрость зовет громким проповеданием чрез своих рабов на чашу. Ибо, говорит, послала слуг своих, созывая с возвышенным провозглагшением на чашу. Так как чаша все в себе заключает и всем соответственно доставляет средства питания, возмужалым и совершенным, а также и начинающим и младенцам, как уже пред сим выяснила речь. А делая различие между призываемыми, совсем неразумных и почему либо несмысленных в предметах божественных зовет не на жертву, не на хлеб и вино, и не на чтолибо иное из приготовленнаго на трапезе, но что говорит? Кто неразумен, пусть уклонится ко мне! Довольствуется пока одним удалением их от зла, и обращением и вступлением к ней. Ибо говорит псалом: уклоняйся от зла и делай добро (Пс. 33:15) По этому самому началом добра считает уклонение к ней отчуждившагося и незнакомаго. Ибо знает, что не остановится окончательно на этом, но теперь пока, как немощный и младенец, будет есть овощи (Рим. 14:2) и молоко трапезы вместе с Коринфянами (1 Кор. 3:2); затем мало помалу возрастая дойдет до пищи твердой (Евр. 5:14) и пребывающей (Ин. 6:27), доколе придет в мужа совершеннаго, в меру полнаго возраста Христова (Еф. 4:13). И к сим так возглашает Премудрость. А к слабоумным, то есть погрешающих в выборе деятельности, не хорошо иногда оценивающим добродетель, послушаем что говорит Премудрость чрез священных проповедников своих. 8. И скудоумным, говорится, она сказала: идите, ешьте мой хлеб, и пейте вино, которое я растворила вам. Видишь, какое различие с обоих сторон! О жертвах и заколении оном нисколько пока не говорит им, имея в виду, как я сказал, немоществование их и несовершенство, хотя немного ранее сама для этого приготовила и жертву, и растворение вина; но умолчавши о том, теперь первоначально приглашает на хлеб и вино. Ибо речь не усвояет совершеннаго неразумия и этим, как тем прежде упомянутым, но так сказать некоторую недостаточность и слабость ума и мыслительной способности, потому что не хорошо и не с надлежащим мужеством стоять против страстей, но иногда добродетели последуют, иногда по малодушию и худой привычке уступают страстям, и то созидают, то разрушают, как сказал некто (Еккл. 3:3), и к разсудительности несмысленно примешивают глупость. Ибо говорит: оставьте неразумиe, и будете жить. Думаю — подобно тому (оставьте неразумие), к которому говорил возлюбленный богослов, что он ни холоден, ни горяч; о если бы, говорит, ты был или холоден, или горяч (Откр. 3:15)!
*** 14. Послала слуг своих звать с возвышенным провозглашением на чашу, говоря: кто неразумен, обращайся ко мне! И скудоумным сказала: идите ешьте мой хлеб и пейте вино, мною для вас растворенное. Кто это избранные глашатаи и слуги Премудрости, и на каком основании проповедь их названа возвышенною, мы сказали прежде; теперь же по порядку в том же размере разсмотрим и дальнейшее. И прежде всего, почему, тогда как на трапезе предлагаются многия и различная угощения, Премудрость созывает первоначально на чашу? Ибо, говорится, послала звать с возвышенным провозглашением на чашу. Мы сказали уже, что двоякое и двойственное некое значение имеет эта чаша, то есть — божественныя ребра Спасителя: потому что таже чаша таинственнаго пития, то есть животворящей крови, и сообщает питиe освященным, и предварительно соделывается купелию крещения и возрождения для всех приемлющих божественную проповедь о вере во Христа. И так как посему рождение верующих есть дело важнейшее и возвышеннейшее (ибо надлежит нам, по божественным изречениям, родиться свыше: Ин. 3:7. и кто не родиться от воды и Духа, не может войти в царствие Божие: Ин. 3:5. И блаженный Павел говорит в послании к Римлянам: мы погреблись с Ним крещением в смерть, дабы, как Христос воскрес от мертвых славою Отца, так и нам ходить во обновлении жизни — (Рим. 6:4): то Премудрость Божия прилично и основательно зовет всех предварительно на чашу, то есть на таинственный, источник и начало божественнагo возрождения. Ибо надлежало сперва действительно и родиться, и прийти к свету и жизни, и соответственно питаться от Ней и влажною и детскою, и твердою и совершеннейшею пищею (Евр. 5:12—14), пока придут, по выражению того же апостола, в мужа совершеннаго, в меру полнаго возраста Христова (Еф. 4:18). Почему Христос, по воскресении из мертвых, посылая сих проповедников и апостолов на проповедь и всемирное cиe призываниe, прежде иного чего побуждает всячески созывать на эту чашу, то есть на источник божественная крещения. Ибо говорит: идите по всему миру и проповедывайте Евангелие всей твари. Кто будет веровать и креститься, спасет будет; а кто не будет веровать, осужден будет (Мк. 16:16). И опять. Идите, говорит, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына, и Святаго Духа (Мф. 28:19), — поставляя это прежде, так как оно, по сказанному, и начало всего иного. Затем прилагая и следующее, говорит: уча их соблюдать все, что Я повелел вам (Мф. 28:20). На это указывают и яства и напитки на трапезе Премудрости, как пояснила предшествовавшая речь. 15. Обрати внимание и на дальнейшия действия Премудрости, прекрасно согласуется с упомянутыми уже. Ибо неразумных, совсем то есть несведущих в вере и вдали негде стоящих от священных оград, к Себе уклониться пока требует только от неразумия, то есть от неверия. Потому что действительно неразумнее всех тот, кто невежда в благочестии и истинном познании Бога. Ибо говорится: сказал безумец в сердце своем: несть Бог (Пс. 13:2). Итак уговаривает таковых обратиться к Ней, чтобы стяжать, по сказанному тем же опять псалмопевцем, благо (Пс. 118:72), чтобы, предварительно удостоившись общей чаши, то есть источника крещения и пакибытия (так как на нее сзывала прежде всего возвышенная оная проповедь), приходили к оживлению и жизни и прекрасно просвещались светом знания (2 Кор. 4:6), при помощи котораго с великим дерзновением (1 Тим. 3:13) возмогут преуспевать и в последующем. Ибо говорит он же опять: приходите к Нему и просвещайтесь, и лица ваши не постыдятся (Пс. 33:6). 16. И к сим так взывает. А к скудоумным, чрез крещение и веру приобретшим знаниe о Боге и благочестии, но по причине лености (Евр. 6:12) и вялости не имеющим охоты к изучению заповедей Владычних и иснолнению их, а посему разслабленным в силах ума и души, немощны (1 Кор. 11:30), говорит: идите ешьте Мой хлеб, и пейте вино, которое Я растворила для вас. Ибо, так как, по выражению Писания божественнаго, хлеб укрепляет сердца человека, и вино, опять, веселит (Пс. 103:16), то естественно сим немощным по причине недостатка смысла и знания Премудростию Божественною дается в пищу и питиe животворящий хлеб и вино, чтобы восполнить все недостающее, снова укрепивши слабость и удобопревратноcть рассудка и помыслов, и возвеселивши сердце, изъязвленное печалию от страстей и греха (2 Кор. 7:10). Ибо плоть Моя истинно есть пища, и кровь Моя истинно есть питие (Ин. 6:55), сказал Христос иудеям. И опять. Хлеб же, который Я дам вам, есть плоть Моя, которую Я отдам за жизнь мира (Ин. 6:51). Идите, говорит, ешьте Мой хлеб, и пейте вино, которое растворила Я вам, — чрез выражение "растворила вам" указывая прямо на сверхъестественно истекшую для нас из божественных ребр кровь и воду. И Христос, желая открыть cиe иудеям, как сведущим конечно в законе и изучающим божественныя Писания, и укрепить немощь душевную и восполнить скупость разумения, сказал: Я есмь хлеб жизни. Приходящий ко Мне не будет алкать, и верующий в Меня не будет жаждать никогда (Ин. 6:35). Потому что, говорит, не Моисей дал вам хлеб с неба, а Отец Мой дает вам истинный хлеб с небес (Ин. 6:32). Я хлеб живой; кто ест от хлеба сего, будет жить вовек (Ин. 6:51). А так как примечал, что они постоянно разумели слова Его в смысле низменной и преходящей пищи и не могут нисколько усмотреть нечто большее, то, уясняя речь, говорит: если не будете есть плоти Сына человеческаго и пить крови Его, то не будете иметь в себе жизни. Ядущий Мою плоть и пьющий Мою кровь имеет жизнь вечную; и Я воскрешу его в последний день (Ин. 6:53, 54). 17. Но слепотствующие при свете и невежды относительно мудрости, по выражению сказавшаго так мудраго мужа, тогда как должны бы с двух поводов, то есть из первых и вторых сих слов, ничего темнаго или загадочнаго в себе не заключающих, уразуметь истину, а к сему еще имея и древния эти речения, соответствующая тем словам и предметам, нимало не захотели этого, говоря: как Он может дать нам есть плоть Свою (Ин. 6:52)? Странныя это слова; кто может слушать это (Ин. 6:60)? И поелику они сомкнули глаза свои, и ушами, по написанному, слышали с трудом (Мф. 13:15), и стали уже не скудоумными и способными к исцелению от злобы, но как бы от перемены мыслей решительно безумными и нечестивыми, сказавшими в сердце своем: нет Бога! (Пс. 13:1): то соответственно и справедливо Божия Премудрость сокрыла Себя от них (Мф. 11:25), и оправдана чадами Своими (Мф. 11:19), по предречениям о том. И тогда как Премудрость Божия сокрыла это от мудрых и разумных, по Ея изречению (ибо называя себя мудрыми, обезумели, по выражению мудраго: Рим. 1:22), то по справедливому своему распределению (Сир. 1:8—10) открыла то кажущимся младенцам, все управляя и разделяя по мере, весу и весовым чашам (Сир. 40:12) правды. Ибо на последней оной трапезе взяв хлеб, сказал ученикам: приимите, ядите; сиe есть тело Мое, за вас ломимое, во оставление грехов. Подобно и чашу с вином, говоря: пейте из нея все; это есть кровь Моя новаго завета, за вас и за многих изливаемая, во оставление грехов. Как бы сказал: «придите ешьте Мой хлеб и пейте вино, которое Я растворил для вас». Но упорные иудеи, и открыто так слыша от Христа о хлебе по словоупотреблению конечно Премудрости, и снова о плоти и теле, и обетовании жизни, нисколько не вняли сему, как я сказал; а ученики, слыша от Него за трапезою о теле и крови, и что это самое есть то, о котором то есть часто Я говорил иудеям, хотя видели в предлагаемом не плоть и кровь, а именно хлеб и вино, не остались неверующими вовсе, но слово и показание Христово сочли достовернейшим и несомненнейшим собственных своих чувств, так что и последующим за ними предлагается то по тому же примеру (ибо говорит: сие творите в Мое воспоминание — Лк. 22:19) и Церковь Его таким образом принимает от Него пищу и питиe (Ин. 6:55) даже и доныне, и чрез священное приобщение и принятие их живет и здесь жизнию действительно боговдохновенною, и уповает несомненно чрез них же достигнуть вечной оной и неразрушимой, по неложным Его обетованиям. 18. Таковы жертвы Премудрости Божией, и к ним хлеб, вино и чаша; и таково значениe участия и участвующих в них. Древним нередано было это прикровенно, словами символическими (условными), а нам открыто в последняя времена (1 Пет. 1:12, 20), так как символы и гадания разрешились после того, как явилась благодать Божия, спасительная для всех человеков (Тит. 2:11), и сидящим во тьме и тени (Ис. 9:2) возияло Солнце правды (Мал. 4:2), Христос, ипостасная Премудрость и Сила Божия (1 Кор. 1:24). 19. Но снова повторяя несколько туже речь, спросим: почему Притча во множественном так числе произнесла речь о жертве, говоря «заколола свои жертвы», а не свою жертву, тогда как закланная за всех жертва была единая и единственная, разумею оное тело Владычнее? Можно бы ответить, по самой простой и сподручной причине. Потому что трапеза и проповедь оная стали общими и всемирными. Ибо, говорит, по всей земле прошел голос их, и до пределов вселенной слова их (Рим. 10:18). Опять и Христос говорит: хлеб, который Я дам, есть плоть Моя, которую Я отдам за жизнь мира (Ин. 6:51), — о чем явно предсказал в древности и чрез Малахию мудраго, говоря: на всяком месте будут приносить фимиам имени Моему и жертву чистую (Мал. 2:11). Итак, поелику и жертва и призвание таким образом сделались весмирными, то и надлежало так именно во множественном числе сказать о жертвах, и показать изобилие и щедрость трапезы, чтобы и гостей призывала больше. Ибо тот же Агнец и один и многие: первое по первой причине и смыслу бытия личнаго, так как многие возводятся к Оному единому и единственному⁴; второе же, опять, по причине умножения Одного, на всяком месте и постоянно приносимаго в жертву, так что один Он бывает многими и почти безчисленными. Ибо, говорится, полны неба и земля славы Его (Ис. 6:3); и хвалы Его полна земля (Авв. 3:3, Пс. 71:19), говорит опять хвалебная песнь.