Евангелие от Луки 16 глава 22 стих

По смерти Лазаря, душа его была отнесена Ангелами на лоно Авраамово. Не сказано «в рай», потому что рай был отверзт только страданием и воскресением Господа Иисуса Христа, но выражается лишь та мысль, что Лазарь, как истинный сын Авраама, разделил с Авраамом его посмертный жребий, улучив состояние, полное утешительных надежд на будущее блаженство, ожидающее всех праведников. Лазарь заслужил эти «вечные кровы», без сомнения, своим тяжким и безропотным страданием. «Умер и богач и похоронили его». Упоминается о похоронах, вероятно, потому, что они были роскошны, в то время как труп Лазаря был просто выброшен на съедение диким зверям.

И вот умер нищий и отнесен был в лоно Авраама. Видишь ли попечителей¹ праведнаго бедняка и исполнителей преставления его? – Ангелы были охранителями, взирая на него ласково и кротко и своим видом предъуказуя ожидающее его попечение и успокоение. Унесенный, он был положен в лоне Патриарха, – что́ для любителей изследовать глубины Писания представляет повод к недоумению. В самом деле: если бы всякий умирающий праведник уносился в одно и тоже место, то обширным каким-то и в безконечность простирающимся было бы лоно это, так как оно должно будет служить вместилищем всего множества святых. Если же это совершенно невозможно (ибо полое лоно с трудом и одного взрослаго человека и двух младенцев вместить может), то здесь мы имеем иносказание², под образом чувственнаго лона руководствующее к некоему духовному умосозерцанию. Что же означает изречение это? – Авраам, говорится, приемлет тех, кои вели благоустроенную жизнь. Итак, скажи же, богодухновенный Лука (как к присутствующему и видимому обращаюсь со словом к тебе), почему ты, при существовании многих (других) праведников и старейших Авраама, сию честь уделил человеку последующаго поколения, умолчав об Енохе, Ное, – или (будь это) и другой кто, следовавший им по жизни? Но я, кажется, уразумеваю тебя³ и мои мысли не удаляются от цели (Евангельскаго повествования). Поелику Авраам был слуга Христов и преимущественно пред другими людьми он приял откровение касательно явления Христа, и тайна Троицы достаточно была прообразована нам в шатре сего старца, когда он угощал трех Ангелов, как мужей путешествуюших, – и вообще по многим таинственным прообразам он стал свой человек (у) Бога, облекшагося впоследствии времени плотию, и чрез посредство этого человеческаго покрова ясно беседовавшаго с людьми: то посему лоно его, говорится, есть как бы некая тихая пристань и место невозмутимаго упокоения праведников, ибо во Христе спасение всех нас и надежда будущаго века, – во Христе, произшедшем от плоти Авраама по человеческой последовательности. И мне кажется, что честь этого старца имеет отношение⁴ к Спасителю, Судие и Мздовоздаятелю за добродетель, попечительным гласом призывающему праведников и говорящему: приидите, благословенные Отца Моего! наследуйте уготованное вам царство (Мф. 25:34). Умер нищий. Двоякое значение имеет нищенство: оно указывает, во-первых, на недостаток необходимаго (для жизни) и, во-вторых, на смиренномудрие и скромность нрава. Посему имеющий недостаток в средствах, нуждающийся в деньгах и одетый в жалкое рубище да не присвояет себе похвалу добродетели и да не думает, что для спасения ему будет достаточно (одной) бедности. Бедный по неволе не заслуживает похвалы, но добровольно умеряющий свои помыслы, вызывает удивление к себе; так как для просто лишь бедствующих, а нрав имеющих беcпорядочный и неисправный, подневольная бедность бывает средством ко многим и дурным делам. Все подкапывателей стен и работорговцев, также грабителей и воров, даже самых человекоубийц видал я, когда присутствовал на суде архонта, – из бедных, незнатных, бездомных, беcприютных. Из сего, таким образом, явствует, что Писание теперь ублажает такого нищаго, который несет нужды любомудрою душею, обнаруживая благородную твердость к обстоятельствам жизни и не совершая ничего дурнаго для того, чтобы доставить телу наслаждение роскошью. Такого (нищаго) яснее описывает Господь в первом блаженстве, говоря: блаженны нищие духом (Мф. 5:3). Итак, не всякий нищий праведен, но такой как Лазарь; и не всякий богач отвержен, но живущий с таким настроением, какое имел современник Лазаря, – и (когда) такой его жизни на самом деле существуют очевидныя свидетельства. Что богаче божественнаго Иова? Однакож огромное имущество не отвратило сего мужа от праведности и, вообще сказать, не отдалило от добродетели. Что беднее Искариота? Ничем не воспользовался он от бедности для спасения, но живя с одиннадцатью бедняками и любомудрыми, даже с Самим Господом, добровольно обнищавшим ради нас, – увлеченный злою волею к сребролюбию, он вследствие сего и предание совершил легкомысленно. Достойно благоразумнаго изследования и погребение⁵ обоих умерших. Нищий почивший имел ангелов (своими) охранителями и попечителями, ведшими его с доброю надеждою в место упокоения. Богач же умерший⁶, сказано, погребен был⁷. Ничего нет лучше, как воспользоваться изречением самого Писания, в одном слове достаточно раскрывающаго безславную кончину богача. Да, умирающий грешник действительно погребается, будучи перстным по телу и земным по душе, – сочувствием к телу естественное достоинство ея (души) низводя к материи, не оставляя никакого полезнаго памятника своей жизни, но покрываясь безславным забвением и кончаясь смертию скотов. Гроб овладевает телом, а ад – душею: – две темныя тюрьмы, уделяемыя нечестивцу в наказание. И кто не упрекнет несчастнаго (богача) в безразсудстве? Когда он был на земле, то чванился, величался, презирал всех сожителей и единоплеменников своих, обращавшихся с ним чуть не обзывал муравьями и червями, терзался пустыми помыслами о кратковременной славе. Когда же он отторжен был от жизни и как негодный раб отстранен от чужаго имения, котораго владыкою он, по глупости, считал себя: то спускается до равносильнаго (прежнему) высокомерию унижения и, расточая сетования плачущейся старухи, долго и безполезно взывает к Патриарху, говоря: Отче Аврааме! смилуйся надо мною и пошли Лазаря, да омочит конец перста своего в воде и прохладит язык мой, ибо я мучусь в пламени сем, – ища милости, которой не дал, когда имел легкую возможность благодетельствовать, – упрашивая, чтобы помощником к нему против огня прибыл Лазарь, – умоляя обсосать перст прокаженнаго, немного орошенный водою. Таковы безумства плотоугодников! Вот конец любостяжательных и сластолюбивых! Но человеку разсудительному и пекущемуся о будущем, считая эту притчу как бы за предохранительное некое лекарство от болезни, надлежит избегать опыта подобных зол и оказывать сострадание и человеколюбие, как вину (или средство для достижения) будущей жизни. Как бы на действительном событии⁸ и применительно к определенным лицам Слово Божие излагает нам это вразумление, дабы мы, живо и наглядно наученные закону благоустроенной жизни, никогда не пренебрегали заповедей Писания, как на слове только устрашающих, но не доводящих угрозу до (действительнаго) наказания. Знаю, что многие из людей, обольщаемые таковыми помыслами, предоставляют себе безпрепятственную власть грешить. Но всецело противоположному научаемся мы из предложеннаго места Писания, – (именно тому) что ни снисхождение какое-либо не облегчает наказания тамошняго суда, ни человеколюбие не уменьшает определеннаго возмездия, – если речениям Партиарха надо давать должное значение. После долгих молений к нему со стороны богача и выслушав многое множество жалобных воззваний, он не преклонился на эти сетования и терпевшаго тяжкое наказание не изъял от мук, но с строгою мудростию подтвердил праведный суд, сказав, что каждому но достоинству определил Бог участь (его); – и тебе, при жизни усладившемуся вопреки чужим бедам⁹, (теперь) положено то, что терпишь, как наказание за прегрешение, – а измучившемуся там и попранному и переносившему горькую жизнь во плоти, назначено здесь некое сладостное и радостное состояние. При том же и пропасть, говорит, великая служит препятствием сообщению их друг с другом и разделяет наказуемых от награждаемых, дабы те и другие жили совершенно врозь друг от друга, отдельно вкушая блаженство и муки. Думаю, что чувственная притча служит прикровением¹⁰ духовнаго созерцания. Не можем же мы на самом деле представлять там ров, выкопанный ангелами, подобно как в лагерях бывает среднее пространство между неприятелями. Но Лука употребил образ пропасти, описывая нам то разделение, каким отдалены друг от друга жившие согласно добродетели и жившие иначе. Размышление это нам запечатлевает и Исаия, говоря приблизительно так: неужели рука Господа не может спасти? или Он отягчил слух Свой, чтобы не услышать? Но грехи наши разделяют между (нами и) Богом (Ис. 59:1–2).

Но случилось так, что тот и другой померли. Богатый, одевавшийся в порфиру и виссон, низринут в ад, а Лазарь отнесен был Ангелами на лоно Авраамово. Что значит лоно Авраамово, если не тайное успокоение отцов? О нем Истина говорит: говорю же вам, что многие придут с востока и запада и возлягут с Авраамом, Исааком и Иаковом в Царстве Небесном (Мф. 8:11, 12). Ибо одетый в порфиру и виссон справедливо называется сыном царствия.

<...> предлагается тебе совет не ослабевать в борьбах с искушениями, но взирать на конец — победы, то есть, на вчинение в Ангельский лик и твоей души, очищенной приражением искушений. Так, слышим от Господа, было и с Лазарем, который, поелику терпением страданий на целом поприще жизни сохранил себя непадшим, по разрушении на нем этой скинии после победы над боровшимся с ним на жизненном поприще, немедленно оказался среди Ангелов; ибо сказано: «бысть умрети нищему, и несену быти Ангелы» (Лк. 16:22). Вот ликование — совершение пути с Ангелами, и лоно патриарха, приемлющее на себя Лазаря, и само представляющееся не чуждым сего радостного согласия с ликом. Ибо не погрешит, кто, услышав слово: «лоно», представит себе, что это полнота благ, какою наименован патриарх, подобно какому-то обширному объему моря, и в ней-то пребывает Лазарь; — потому что у отличившихся подобными подвигами ни у кого нет ничего собственного, но благо общим делается для всех, одною и тою же добродетелью достигших равного блага.

Рай и ад

Григорий: Итак, что же, спрашиваю, этот огонь, или эта бездна, или прочее из сказанного, если оно не то, чем называется?

Макрина: ...этими подробностями Евангелие обозначает некие догматы, касающиеся вопросов о душе. Ибо патриарх Авраам, сказав прежде богатому: «В плотской жизни ты получил часть благих», сказал также и о бедном: «И он исполнил служение, причастившись в жизни зол»; затем, продолжая о бездне, которой они отделяются друг от друга, через это, по-видимому, указывает словом на нечто великое. <...>

Итак, вот что, по моему понятию, значит бездна, которая образуется не разверзшейся землей, но которую производит суждение, разделявшееся в жизни на противоположные произволения. Ибо однажды избравший приятное в этой жизни и не уврачевавший неразумия покаянием после этого делает недоступной для себя область блага, выкопав перед собой эту неминуемую необходимость, словно некую зияющую и непроходимую бездну. Поэтому, мне кажется, и благое состояние души, в котором слово Божие упокоевает подвижника терпения, названо лоном Авраама (εις τον κόλπον Αβραάμ, Лк 16:22). Ибо этот первый из бывших когда-либо патриарх, как повествуется, на надежду будущих благ обменял наслаждение настоящими; совлекшись всего, что было у него первоначально в жизни, он имел пребывание среди чужих, настоящим злостраданием искупая чаемое блаженство.

Итак, как то или иное очертание моря по некоему несобственному словоупотреблению мы называем лоном (κόλπον), так, по-видимому, слово Божие обозначает указание на те безмерные блага именем лона (κόλπον, Лк 16:22), где все добродетельно переплывающие настоящую жизнь, когда отойдут отсюда, упокоевают души на добром лоне, словно в тихой пристани.

.

"Умер нищий, и отнесен был Ангелами на лоно Авраамово". С премирными почестями, как ратоборец, препровождается нищий для получения венцов. Господь же, выставив богача не спасающегося, тотчас указывает нам и спасенного богача; а таков Авраам. Но не называет его богатым, потому что имел нечто лучшее богатства, добродетель, так как всем оказывал любовь отеческую и благорасположенность. Посему и именуется от того лучшего, что имел, то есть от добродетели; потому что слово Авраам в переводе значит "отец множества". А тот богач не обладал ничем лучшим кроме земного и преходящего богатства; потому и назван по нему. Но не из-за богатства не достиг спасения, а из-за любви к наслаждениям и бессердечия. Потому что и Авраам был богат; но чрез боголюбие, милосердие и странноприимство не только сам получил спасение, но сделался и местом спасаемых. Посему и Лазарь умерший препровожден был ангелами (ибо они, по выражению Павла ап., посылаются на служение для имеющих наследовать спасение - Евр. 1:14), - препровожден же был ими на лоно Авраамово. А лоно Авраамово есть страна живых, жилище вечно веселящихся, обилие вечных благ. "Умер и богач, и похоронили его". Может быть Лазарь по смерти и не был похоронен прилично, так как и не имел кто бы позаботился о том. Посему в речи о нем нисколько не упомянул о погребении, а здесь присовокупляется, что умерший богач и похоронен был, - а вместе и для того упомянуто об этом, чтобы указать на блеск и роскошь при самом погребении богачей. Ибо, говорится, похоронили богатого...

Умер нищий и отнесен был Ангелами на лоно Авраамово. Дабы, увидев странника Лазаря рядом со страннолюбивым Авраамом, ненавидящий странников богач имел это в обличение своего негостеприимства. Обрати же внимание, что если у грешников души требуют отдать со всей строгостью, ведь сказано: «Безумный! в сию ночь душу твою возьмут у тебя» (Лк. 12:20), то души праведников уводятся с почтением, сопровождаемые Ангелами. Умер и богач, и похоронили его. Хотя о нищем Он не сказал, что его похоронили, поскольку гробницы нищих оставлены без присмотра, о богаче – сказал, и весьма кстати, ввиду дороговизны гробниц у богатых.

Смерть богатого и Лазаря была одинакова, но различно оказалось воздаяние по смерти Лазаря. Тот, к которому некогда не желали подойти даже слуги, был прославлен мышцами Ангелов. Поскольку богатый не дал ему места в доме своем, то лоно Авраамово сделалось местом его упокоения... Итак, не те живы, которые живут, и не те мертвы, которые похоронены.

Плоды прощения

Иисус изобразил священников израильского народа через богача , одетого в порфиру (Лк 16:19), и не было блистательнее его. А учеников

креста Он изобразил через Лазаря, и не было униженнее его. Он явил в Лазаре имя Своих друзей, имя же Своих врагов он изволил явить, говоря: если Моисея и пророков не слушают (Лк 16:31), и далее. Таким образом, нет живых, которые не были бы живы, и погребенных, которые не были бы мертвы.

Посмотри: сколь более роскошно жил богач, настолько же смирялся Лазарь, и сколь более унижался Лазарь, настолько же становился прекраснее его венец. И почему же среди всех остальных праведников именно Авраама и Лазаря на его лоне увидел богач? Он увидел Авраама потому, что тот был милостив к нищим, и тем самым научил нас не надеяться на прощение грехов на страшном суде, если нет в нас плодов прощения. Если и Авраам, который был милостив к странникам и проявил милосердие к Содому, не смог смиловаться над тем, кто не сжалился над Лазарем, то как мы можем надеяться, что получим прощение грехов? Богач звал Авраама отче, а Авраам назвал его чадом, но помочь ему не смог, сказав: чадо, вспомни, что ты получил уже доброе твое в жизни твоей, а Лазарь - злое (Лк 16:25).

Второе действие начинается в аду, где богач и Лазарь меняются ролями. Теперь Лазарь возлежит на «лоне Авраамовом»: это выражение, не известное из более ранних еврейских источников, указывает на место, в котором, по вере иудеев, находили упокоение праведники после смерти. Отражение этой веры находят в библейских выражениях «приложиться к народу своему» (Быт. 25:8, 17; 35:29}}}; 49:33}}}; Чис. 27:13; Втор. 32:50) и «почить с отцами своими» (1 Цар. 1:21; 2:10}}}; 11:21}}}). Свою посмертную участь евреи рассматривали исключительно в общем контексте судьбы своего народа: ощущая себя частью народа на земле, они хотели видеть себя его частью и после смерти. При этом подразумевалось, что Израиль как богоизбранный народ сохранится и в загробном существовании, где будет отделен от язычников так же, как на земле.
Поучения Иисуса о посмертной судьбе людей ниспровергают представление о «лоне Авраамовом» как месте, отведенном исключительно для сынов Израилевых. К негодованию и возмущению фарисеев, Иисус говорил о том, что «многие придут с востока и запада и возлягут с Авраамом, Исааком и Иаковом в Царстве Небесном; а сыны царства извержены будут во тьму внешнюю: там будет плач и скрежет зубов» (Мф. 8:11-12). Иногда это предостережение Он адресовал Своим слушателям напрямую: «Там будет плач и скрежет зубов, когда увидите Авраама, Исаака и Иакова и всех пророков в Царствии Божием, а себя изгоняемыми вон. И придут от востока и запада, и севера и юга, и возлягут в Царствии Божием» (Лк. 13:28-29). Критерием, по которому овцы будут отделены от козлов на Страшном суде, оказывается не принадлежность к народу израильскому, а добрые дела (Мф. 25:31-46).
Слово κόλποι, переводимое как «лоно», представляет собой множественное число от существительного κόλπος, означающего «грудь». Этим же существительным в греческом языке обозначают материнское лоно. Использование термина κόλποι в данном контексте в сочетании с представлением о том, что праведники в Царстве Небесном «возлежат» вместе с Авраамом, соответствует позе наиболее приближенного к хозяину гостя на трапезе, за которой принято было не сидеть, а полулежать. Этот же термин (в единственном числе) употреблен в рассказе о том, как любимый ученик на Тайной вечере возлежал у груди Иисуса (Ин. 13:23).
Безвестный нищий оказывается, согласно притче, в непосредственной близости к Аврааму — отцу израильского народа. Вместе с Авраамом он возлежит на пиру, подобно тому, как богач при жизни возлежал на пирах ежедневно. Богач же оказывается «в муках» и «в пламени». Подобно тому, как нищий некогда мечтал о крохах со стола богача, богач теперь молит Авраама послать к нему Лазаря, чтобы облегчить его страдания. Но Авраам озвучивает приговор, не подлежащий обжалованию: богач уже получил все блага при жизни; ему больше не на что надеяться. И добавляет слова о непреодолимой пропасти между теми, кто находится на его лоне, и находящимися в аду.
Эта пропасть разверзается под ногами человека еще при его жизни. Блеск и великолепие богатства затмевают духовные очи человека и не позволяют ему видеть реальность, ожидающую его после смерти. Ему кажется, что его дом крепко построен, ворота наглухо закрыты, и он может спокойно наслаждаться жизнью. Только смерть раскрывает ему глаза на истинное положение вещей. Оказывается, что его дом был построен даже не на песке: он стоял на краю пропасти, в которую и обрушивается вместе со всем содержимым.

Я удивлялся вам, возлюбленные, когда недавно предлагал слово о Лазаре, что вы и хвалили терпение бедного и осуждали жестокость и бесчеловечие богатого: это - не малые доказательства доблести. Если мы, даже и не стяжав добродетели, однако хвалим добродетель, то, конечно, можем и стяжать ее; и если не избегаем порока, однако порицаем порок, то конечно можем и избегнуть его. Итак, если вы приняли с великим благорасположением ту беседу, то теперь я предложу вам и остальное. Тогда вы видели Лазаря в воротах богатого, сегодня посмотрите на него в лоне Авраама; видели его облизываемого псами, посмотрите на него несомого ангелами; видели его тогда в бедности, посмотрите теперь на него в наслаждении; видели в голоде, посмотрите в великом изобилии, видели подвизающимся, посмотрите на венчаемого; видели его труды, посмотрите на его награды, - (посмотрите) и богатые и бедные: богатые, чтобы вам не почитать великим богатство без добродетели; а бедные, чтобы вам не почитать бедности злом; для тех и других он стал учителем. Ибо, если он в бедности не роптал, то какое получат прощение делающие это в богатстве? Если он в голоде и стольких бедствиях благодарил, то какое будут иметь оправдание те, которые в достатке не хотят стяжать такой же добродетели? С другой стороны, какое получат прощение бедные, которые от нищеты негодуют и ропщут, тогда как он в голоде и бедности, в беспомощности и постоянной болезни, живя в доме богатого, оставаясь в пренебрежении от всех и не видя другого страдавшего подобно ему, оказывается столь любомудрым? От него научимся богатых не называть блаженными, а бедных несчастными; а лучше, если правду сказать, богат не тот, кто имеет многое, но тот, кто не нуждается во многом; и беден не тот, кто ничего не имеет, но тот, кто желает многого; это должно считать мерою бедности и богатства. Итак, если ты увидишь кого желающим многого, то считай его беднее всех, хотя бы он владел имениями всех; и с другой стороны, если увидишь кого не нуждающимся во многом, то считай его богаче всех, хотя бы он не имел ничего. Мы обыкновенно судим о бедности и богатстве по расположению души, а не по мере имущества. Как мы не назовем здоровым одержимого непрестанною жаждою, хотя бы он имел во всем достаток, хотя бы находился при реках и источниках (ибо что пользы от этого обилия воды, когда он остается в неутолимой жажде?); так будем относиться и к богатым: непрестанно желающих и жаждущих чужого никогда не будем считать здоровыми и наслаждающимися довольством. Кто не может удержать своего желания, тот хотя бы владел имениями всех, как будет когда-либо в избытке? А тех, которые довольствуются своим и остаются при своем, не засматриваясь на чужое имущество, хотя бы они были всех скуднее, должно считать благоденствующими более всех; ибо тот и благоденствует более всех, кто не нуждается в чужом, а с любовью довольствуется своим. Впрочем, если угодно, обратимся к предположенному предмету. “Умер, - говорит Господь, Лазарь, - и отнесен был Ангелами”. Здесь хочу я исторгнуть из вашей души злой недуг. Многие из простых людей думают, будто души умерших насильственною смертью делаются демонами. Нет, нет. Демонами делаются не души умерших насильственною смертью, но души живущих во грехах, не потому, чтобы переменилось их существо, но потому, что воля их подражает злобе демонов. Указывая на это, и Христос говорил иудеям: “Ваш отец диавол” (Ин. 8:44); сынами диавола Он назвал их не потому, чтобы они изменились в существо его, но потому, что совершали дела его; поэтому Он и присовокупил: “И вы хотите исполнять похоти отца вашего” (Ин. 8:44). Также Иоанн говорит: “Порождения ехиднины! кто внушил вам бежать от будущего гнева? Сотворите же достойные плоды покаяния и не думайте говорить в себе: отец у нас Авраам” (Лк. 3:7-8). Писание обыкновенно называет узами родства не те, которые бывают от природы, но которые - от добродетели и порока; и с кем кто одинаков в нравах, того Писание называет и сыном и братом его. Но для чего диавол вселил такое дурное мнение? Он хотел поколебать славу мучеников. Так как они умирают насильственною смертью, то он, желая распространить дурное мнение о них, употребил это средство, но не успел в этом; ибо они продолжают сиять своею славою. Он же сделал другое тягчайшее зло, убедив этими мнениями служащих ему чародеев убивать многих простых юношей, в надежде, что они сделаются демонами, и потом будут служить им. Но это неправда, неправда! Почему же, скажешь, демоны говорят: "я душа такого-то монаха"? - Поэтому я и не верю, что говорят это демоны; потому что они обманывают слушающих. Посему и Павел заградил им уста, хотя они и правду говорили, чтобы они, воспользовавшись случаем, к истине не примешали и лжи, и не показались заслуживающими доверия. Так, когда они говорили: “Сии человеки - рабы Бога Всевышнего, которые возвещают нам путь спасения” (Деян. 16:17); то (Павел), наскучив этим, запретил прорицательному духу, и повелел ему выйти; между тем, что худого они говорили? “Сии человеки - рабы Бога Всевышнего”. Но так как многие из простых людей не умеют всегда обсуживать то, что говорят демоны, то (Павел) прямо лишил их доверия. Ты, говорит он, из числа отверженных, не смеешь говорить, молчи, онемей: не твое дело проповедовать; это - право апостолов; для чего похищаешь чужое? Молчи, ты отвержен. Так сделал и Христос. Когда демоны говорили Ему: “Знаю Тебя, кто Ты” (Мк. 1:24; Лк. 4:34), Он весьма строго запретил им, научая никогда не верить демону, хотя бы он говорил тебе что-либо здравое. Зная это, не будем ни в чем верить демону, но, хотя бы он говорил что-либо истинное, отвратимся и убежим от него; потому что здравое и спасительное учение можно узнать верно не от демонов, но из божественного Писания. А (то), что душа, вышедшая из тела, не подлежит насилию демонов, об этом послушай, что говорит Павел: “Умерший освободился от греха” (Рим. 6:7), т. е. уже не грешит. Если диавол не может сделать насилия душе, обитающей в теле, то, очевидно, - и вышедшей из тела. Как же, скажешь, грешат (души), если не терпят насилия? По своей воле и своему желанию предавая (греху) сами себя, а не по принуждению, не насильно; это доказали все те, которые преодолели козни диавола. Так Иова, сколько ни смущал, диавол не мог заставить произнести какое-либо богохульное слово (Иов. 2:9-10). Отсюда ясно, что мы властны следовать и не следовать его внушениям, и что не подлежим никакому принуждению и насилию со стороны его. Впрочем, не только из сказанного, но и из предложенной притчи очевидно, что, вышедши из тела, души не остаются здесь, но тотчас отводятся, и послушай, как. “Умер нищий, - говорит (Господь), - и отнесен был Ангелами”. Но туда отводятся души не только праведных, но и живших порочно; это видно из примера другого богача. Когда “у одного богатого человека был хороший урожай в поле; и он рассуждал сам с собою … И сказал: вот что сделаю: сломаю житницы мои и построю большие” (Лк. 12:16-18). Нет ничего жальче такой мысли. Точно, он разорил свои житницы; потому что безопасные житницы суть не стены, но утробы бедных; а он, оставив эти, заботился о стенах. Что же говорит ему Бог? “Безумный! в сию ночь душу твою возьмут у тебя” (Лк. 12:20). Посмотри, там сказано: “отнесен был Ангелами”, а здесь: “возьмут”; этого отвели, как узника, а того понесли с торжеством, как увенчиваемого. Как получившего на ристалище много ран и обагренного кровью, потом украшенного венцом, стоящие пред ристалищем с великою славою берут и отводят домой, рукоплеща, восхваляя, удивляясь: так и Лазаря отвели тогда ангелы; а душу богача взяли некоторые страшные силы, может быть посланные для этого; ибо душа не сама собою отходит в ту жизнь, так как это и невозможно. Если мы, переходя из города в город, имеем нужду в руководителе; то тем более душа, исторгнутая из тела и переселяющаяся в будущую жизнь, нуждается в путеводителях. Поэтому часто она, готовясь выйти из тела, то возвышается, то ниспадает, и страшится и трепещет. Сознание грехов и всегда мучит нас, но особенно в тот час, когда предстоит нам быть отведенными на тамошние истязания и страшное судилище. Тогда похитил ли кто, или присвоил себе что-нибудь, оклеветал ли кого-нибудь, или враждовал против кого-нибудь несправедливо, или сделал другое какое-либо зло, - весь этот ряд грехов возобновляется; предстает пред глазами и мучит душу. И как живущие в темнице всегда бывают унылы и печальны, но особенно в тот день, в который они должны быть выведены и приведены к самым дверям судии, а стоя пред решетками судилища и слыша внутри голос судии, задыхаются от страха и бывают нисколько не лучше мертвых; так и душа, хотя и в самое время греха весьма скорбит и мучится, но гораздо более тогда, когда она должна быть исторгнута и отведена отсюда. Вы молчите, слушая это? Благодарю вас за это молчание более, нежели за рукоплескания; рукоплескания и похвалы делают меня славнейшим, а это молчание делает вас благоразумнейшими. Знаю, что слова мои огорчают, но и доставляют великую и невыразимую пользу. Если бы тот богач имел кого-нибудь, кто преподал бы ему подобное наставление, а не льстецов, которые предлагали все советы в угождение ему и влекли его к веселью, то он не был бы отведен в геенну, не подвергся бы невыносимым мучениям, и не раскаивался бы потом безутешно; но так как все говорили в угодность ему, то и предали его огню. О, если бы возможно было всегда и непрестанно так любомудрствовать и говорить о геенне! “Во всех делах твоих, - говорит (премудрый), - помни о конце твоем, и вовек не согрешишь” (Сир. 7:39). И еще: “Соверши дела … окончи их на поле твоем, и потом устрояй и дом твой” (Притч. 24:27). Если ты у кого похитил что-либо, возврати, и скажи подобно Закхею: “Воздам вчетверо” похищенное (Лк. 19:8). Если ты оклеветал кого, если сделался врагом кому-либо, примирись до судилища. Все окончи здесь, чтобы тебе без забот увидеть то седалище (судии). Доколе мы здесь, дотоле имеем добрые надежды; а когда отойдем туда, то уже не в нашей власти будет покаяться и смыть с себя грехи. Посему должно приготовляться непрестанно к исходу отсюда. Что, если Владыке угодно будет позвать нас вечером? Что если завтра? Будущее не открыто нам, чтобы мы всегда были озабочены и готовы к отшествию туда, подобно как Лазарь постоянно был в скорби и терпении; за то и отведен был с такою честью. “Умер и богач, и похоронили его” ; душа его закопана была в теле, как в могиле, и носила на себе плоть, как гроб. Он был связан, как бы какими оковами, пьянством и чревоугодием, потому и душу свою сделал недеятельною и мертвою. Не оставляй без внимания, возлюбленный, слов: “похоронили его”; но представь здесь посребренные столы, постели, ковры, покрывала, все прочие домашние вещи, масти, ароматы, множество вина, разнообразные яства, сласти, поваров, льстецов, оруженосцев, рабов и всю прочую роскошь - померкшею и исчезнувшею. Все - пепел, все - прах и пыль, слезы и вопли; никто уже не может ни помочь, ни возвратить отшедшую душу. Тогда обличилась сила золота и великого богатства. От такого множества прислужников он отводим был нагим и одиноким, бессильным унести отсюда что-нибудь из такого богатства, оставленным всеми, беспомощным; не было при нем никого из служивших, кто бы помог ему и избавил его от наказания и мучения, но отторгнутый от всех, он один влеком был на невыносимые муки. Подлинно, “Всякая плоть - трава, и вся красота ее - как цвет полевой. …Трава засыхает, цвет увядает, а слово Бога нашего пребудет вечно” (Ис. 40:6, 8). Пришла смерть, и все это истребила, и, как пленника, взяла и отвела его, поникшего долу, покрытого стыдом, оробевшего, трепещущего, устрашенного, как будто во сне насладившегося всем прежним весельем... Слово 2 о Лазаре Умер богач, и был похоронен; отошел и Лазарь; не скажу: умер; потому что смерть богача была действительно смертью и погребением, а смерть бедного - отношением и представлением к лучшему, переходом с поприща борьбы к наградам, из моря в пристань, от сражения к торжеству, от подвигов к венцу. Отошли оба туда, где предметы имеют истинный вид; театр закрылся и маски сняты. На здешнем театре в самый полдень употребляются завесы, и многие являются на сцене в чужом виде и с масками на лице, пересказывают старую басню и повествуют о тогдашних делах; иной представляется философом, не будучи философом; иной царем, не будучи царем, но только имея вид царя по содержанию басни; иной - врачом, не умея управиться и с деревом, но только надевши платье врача; иной - рабом, будучи свободным; иной - учителем, не зная и грамоты; представляются не тем, что они суть на самом деле, а что они действительно, тем не показываются: показывается врачом тот, кто вовсе не врач; показывается философом тот, кто только на маске имеет философскую прическу; показывается воином тот, у кого только платье воина; но как ни обманчив вид маски, он не изменяет природы, которой действительность извращает; маски держатся, пока увеселяющиеся сидят (в театре); но когда наступит вечер, театр закроется, и все разойдутся, тогда маски сбрасываются, и кто в театре представлялся царем, вне его оказывается медником; маски сброшены, обман прошел, открылась истина: и оказывается вне театра рабом, кто внутри его представлялся свободным; внутри (театра), как я сказал, обман, а вне - истина; настал вечер, кончилось зрелище - и открылась истина. Так и в жизни и при кончине. Настоящее - театр; здешние предметы - обманчивая внешность, и богатство, и бедность, и власть, и подвластность, и тому подобное; а когда окончится этот день и наступит та страшная ночь, или лучше - день: ночь для грешников, а день для праведников; когда закроется театр; когда обманчивые виды будут отброшены; когда будет судим каждый со своими делами, не с богатством своим, не с властью своею, не с почестями и могуществом своим, но каждый с делами своими - и начальник, и царь, и женщина, и мужчина; когда (Судия) спросит нас о жизни и добрых делах, а не о важности званий, не о низком состоянии бедности, не о высоком состоянии надменности, (и скажет): подай Мне дела, хотя ты был раб, лучшие, чем у свободного, хотя ты была женщина, более мужественные, чем у мужчины; когда отброшены будут обманчивые внешности: тогда обнаружится и богатый и бедный. И как здесь, по окончании театра, иной из сидевших вверху, увидев в театральном философе медника говорит: э, не был ли этот в театре философом? - а теперь вижу его медником; этот не был ли там царем? - а здесь вижу в нем какого-то низкого человека; этот не был там богачом? - а здесь вижу его бедным; так будет и там. Не распространяю речи, чтобы слушателя не привести в замешательство обилием сказанного; но хочу представить обманчивость зрелища только в двух лицах. Я представлял два лица, чтобы чрез них проложить вам дорогу и дать направление. Я расширил мысль вашу изображением настоящей жизни, чтобы каждый мог познать различие вещей. Итак, два лица: одно представлял богатый, а другое бедный; лицо бедного - Лазарь, лицо богатого - богач; видимые предметы - мнимые лица, а не действительные. Оба они отошли туда, и богатый и бедный; Лазаря приняли ангелы, после псов - ангелы, после ворот богача - лоно Авраамово, после голода - нескончаемое изобилие, после скорби - непрестанная радость... Слово 6 о Лазаре Посмотрим же на конец их обоих, как тот пришел к тесному концу, а тот к широкому и исполненному великой отрады, чтобы, хорошо узнав это, нам не домогаться всячески широкого пути и не стараться входить пространными вратами, но искать врат узких и идти по пути тесному, дабы достигнуть доброго и отрадного конца. Когда пришел конец жизни каждого (богатого и Лазаря), посмотри, что говорит (Господь) прежде о том, который шел скорбным путем. “Умер нищий и отнесен был Ангелами на лоно Авраамово”. Может быть, ангелы отводили его, предшествуя ему и окружая его, а после многих скорбей и тесного шествования препровождая в страну покоя. Видишь ли, какой простор открывается в конце узких врат и тесного пути? Посмотри потом и на гибельный конец широкого пути. “Умер и богач, - говорит (Господь), - и похоронили его”. Никто не предшествует ему, никто не окружает, никто не путеводит его, как Лазаря. Так как он всем этим наслаждался на широком пути, имел много окружавших его и угождавших ему, т. е. льстецов и тунеядцев; то, когда пришел к концу, лишился всего и остался одиноким после многих прежних удовольствий, или лучше, после краткого довольства и благоденствия; потому что вся настоящая жизнь кратка в сравнении с будущим веком. Итак, после кратковременного довольства, которым он наслаждался, идя по широкому пути, он вступил в страну тесноты и скорби. Тот покоился на лоне патриарха, получая воздаяние за труды и многие страдания, и после голода, ран и лежания в воротах, наслаждался неизреченною и неизъяснимою отрадою; а этот, после веселья и довольства, после великого пресыщения и пьянства, подвергшись неизбежному наказанию, страдал в пламени. Слово 7 о Лазаре И что же? Каковы заслуги каждого, таково и воздаяние. «Умер нищий и отнесен был Ангелами на лоно Авраамово». Едва избегнув тягостей и треволнений бедности, он прибыл в тихую пристань Авраама. «Умер нищий и отнесен был Ангелами на лоно Авраамово». Видишь, как за порогом этой жизни бедность окружается попечением ангелов? «Умер и богач, и похоронили его». Относительно богатого тотчас упоминается и гроб, согласно со словами Давида: «и гробы их жилища их на век» (Пс. 48:12). Поэтому и говорится тебе: бедный, не бойся, «когда богатеет человек, когда слава дома его умножается: ибо умирая не возьмет ничего; не пойдет за ним слава его» (Пс. 48:17—18). Все оставит он здесь — рабов, прислужников, угодников, прихлебателей, льстецов, колесницы, златоуздых коней, бани, поместья, дома с раззолоченными потолками и мозаичными полами, царство, могущество, власть, — все это оставит он здесь и уйдет отсюда нагим. О Лазаре и богаче. Творения, приписываемые св. Иоанну Златоусту, и отнесенные в издании Миня к разряду Spuria.

THE blessed prophet Isaiah has somewhere introduced those who by faith in Christ have been won unto life, as calling out eagerly, so to speak, unto one another, and saying; "Come, let us go up unto the mountain of the Lord, and unto the house of the God of Jacob, and they shall teach us His way, and we will walk in it." Now by the mountain here we affirm to be meant not any earthly mountain; for to imagine this would be foolish: but rather the church which Christ has rescued for Himself. For it is high and conspicuous to people everywhere, and, so to say, exalted, because there is nothing in it which brings men down to earth. For those who dwell within it care nothing for the things of earth, but rather desire those things that are above: and, as the Psalmist says, "They are exalted far above the earth;" as being altogether brave and courageous, and practising uninterrupted endeavours after all things whatsoever which please God. And such we believe you to be; and your earnest desire after instruction is a plain proof thereof. For you have come of course to seek the fulfilment of the promise given unto you: but neither have we forgotten what we promised, but pay our debt, adding on to what has been already said that which is still wanting to the parable of Lazarus and the rich man. "For it came to pass, He says, that Lazarus died, and was carried by angels to Abraham's bosom: and the rich man also died, and was buried." Observe carefully the Saviour's words. For of the poor man, He says, that he was carried by angels to Abraham's bosom: but of the rich man there is nothing of the sort, but only that he died and was buried. For those who have hope towards God find in their departure from the world a deliverance from anguish and pain. And something like this Solomon also has taught us, saying, "In the sight of men they seemed to die, and their departure was considered an injury and their going from among us a breaking to pieces: but they are at peace, and their hope is full of immortality." For there is given unto them a measure of consolation commensurate with their labours: or even perhaps one which surpasses and exceeds their toils: for Christ has somewhere said, that "good measure, pressed down, and heaped up, and running over shall they give into your bosom." For like as ships that sail upon the sea stand the shock of savage waves, and struggle with the violence of mighty winds, but afterwards arriving at tranquil havens fit for their rest, cease there from tossing; so in like manner I think that the souls of men, when they emerge from the turbulence of earthly things, enter the mansions that are above, as into a haven of salvation. "Lazarus then, He says, was carried by the holy angels unto Abraham's bosom: but the rich man died and was buried." For to that rich man who had shewn himself harsh and unmerciful the separation from the body was death. For he was going from pleasure to torment: from glory to shame: from light to darkness. Such were the things that the rich man must suffer, who had been voluptuous, and close-handed, and unready for mercy.

έγένετο aor. ind. med. (dep.) от γίνομαι становиться, случаться, с inf. (см. 2:1). άποθανεΐν aor. act. inf. от άποθνήσκω умирать, άπενεχθήναι aor. pass. inf. от άποφέρω уносить, κόλπος лоно. Имеется в виду почетное место на пиру (см. Ин. 13:23; Jeremias, Parables; SB, 2:225-27). άπέθανεν aor. ind. act. έτάφη aor. ind. pass, от θάπτω χοροнить.

Но вот оба они умерли. Мучения Лазаря закончились со смертью: ангелы отнесли его на небо и предложили ему место почетного гостя рядом с праотцом Авраамом (дословно: «отнесли на лоно Авраама» – ср. Ин. 13:23) на небесном пиру праведников. Некогда он лежал голодный и униженный, но теперь он пирует, восседая на почетном месте.

+++Кузнецова В. Н. Евангелие от Луки. Комментарий. М.: 2004. С. 376++

В иудаизме часто говорится о праведниках, которых уносят ангелы; Иисус щадит Своих слушателей, не рассказывая всем известные истины о нечестивых, которых уносят бесы. Каждый человек, даже беднейший из бедных, должен быть похоронен достойным образом; не быть погребенным считалось страшным несчастьем (напр.: 3 Цар. 14:13). Но Лазарь, который никогда не имел ни богатых родственников,ни покровителей, не был похоронен, тогда как богачу были устроены пышные похороны. Считалось, что истинные израильтяне, и особенно мученики, пребудут в мире ином вместе с Авраамом. Наиболее почетное место на пиру было рядом с хозяином, так что ближайший гость мог склонить голову к нему на грудь.

Умер богач, и похоронили его пышно, с почестями. Умер и нищий, которого люди презирали, и его закопали без всякого почета. Но так происходит у людей, у Бога же все наоборот,– Ангелы похоронили его и перенесли его из юдоли горя в вечную радость.

«Отнесен был Ангелами»: т. е. душа его была отнесена Ангелами. Таково было верование иудеев, что души праведных людей относятся на небо ангелами, и Господь подтверждает это верование. Нет нужды здесь видеть образное выражение, а нужно принимать его в буквальном смысле. Если Ангелы суть служебные духи, на служение посылаемые хотящим наследовать спасение (Евр. 1:14), то, служа человеку, как хранители, в продолжение его жизни, они не могут конечно оставлять его в самые важные минуты по смерти. — «На лоно Авраамово», т. е. в Царство Небесное. Образ выражения взят от возлежания на вечерях, при чем возлежать на персях было знаком особенной близости между собой так возлежащих (ср. прим. к Мф. 23:6-7). Как иудеи не сомневались, что Авраам, друг Божий, блаженствует в раю: то сказать, что Лазарь возлежал на лоне Авраамовом, значит то же, что сказать — Лазарь удостоился блаженства в Царстве Небесном (ср. прим. к Мф. 8:11). — «Похоронили его»: о нищем этого не сказано; предполагается, что похороны бедного были бедны и о них нечего и упоминать; похороны же богатого были великолепны, и о них упоминается, дабы показать, что и при жизни и при смерти богач получил «вся благая» (ст. 25) жизни этой. Зато загробное состояние богача и бедного представляется совсем в обратном отношении: нищий на лоне Авраамовом, а богач — в аду, в муках. Ад представляется в притче в следующих чертах: 1) это — место отдаленное от места блаженства праведных; 2) место мучений; 3) отделенное пропастью великой от места пребывания душ святых (26); 4) мучения там велики (24).

По какой причине умолчал о имени богатого, показал же имя бедного? Да явит недостойными Божия напоминовения имена нечестивых людей, каковым был богач притчи сея, достойны же Божеского напоминовения имена праведников, каковым был нищий Лазарь. Грешников имена в сей жизни токмо помнятся и пишутся на гробах их: «нарекоша имена своя на землях» (Пс. 48:12); праведников же «написана суть на небесех» (Лк. 10:20) и в книге жизни (Флп. 4:3). Злочестивых имена ниже достойными судил устного произношения Пророко-царь Давид: «ни помяну имен их устнама моима» (Пс. 15:4), благих же имена достойными памяти и чести пред Богом назвал: и «хвально имя» их пред Ним (Пс. 112:3). Смотри же, как в лице Лазаря многие и великие соединяет болезни, в лице же богатого — богатство и ежедневные удовольствия, да терпение убогого и жестокосердие богатого видя, великодушному поревнуем, жестокосердого же отвратимся. Нищ Лазарь, настолько нищ, что желал крупиц, падающих от трапезы богатого; нищ и убог так, что не имея ни дома, ниже прибежища, лежал близ врат двора богатого; нищ и немощен, не токмо же немощен, но и гноем пораженный и недвижимый, так что псы, приходя, облизывали раны его. Столько же терпя, ниже хулил, ниже роптал на Божественный промысл, ниже поносил богатого жестокосердие, но так как другой Иов, великодушно и мужественно перенес. Сие же явствует из сего: ибо если бы он таковым не был, то бы Ангелы не относили душу его на лоно Авраамово. Богатый же, порфирою и виссоном одевающийся и роскошными столами увеселяясь, видя Лазаря страждущего толико жалостными болезнями, ниже ввел его в дом свой, ниже снабдил его когда одеянием или пищею, ниже мало сострадал о болезни его.

См. (Прем. 3:1)

Ложе патриарха

Но, пока Ты, Боже, восстанавливаешь и преображаешь тленное тело, в какой области прикажешь покоиться чистой душе?

На лоне святого старца будет

она возлежать,

как Елеазар, на которого,

со всех сторон окруженного цветами,

богач, пылая, смотрит издалека.

++Пруденций, Гимны на всякий день 7.51-55++

- Отнесен был Ангелами. Конечно, отнесена была душа нищего Ангелами, которые, по иудейскому представлению, относят в рай души праведных. - Лоно Авраамово. Так у евреев обозначалось райское блаженство праведных. Праведники пребывают по смерти в теснейшем общении с патриархом Авраамом, покоясь головою на груди его. Однако лоно Авраамово не тоже, что рай - это, так сказать, избранное и лучшее положение, какое в раю занял нищий Лазарь, нашедший здесь себе тихое убежище в объятиях своего предка (образ здесь взят не от вечери или трапезы, о которой, напр., упоминается у Мф. 8:11 и у Лк. 13:29-30, а от обычая родителей согревать в своих объятиях детей; ср. Ин. 1:18). Конечно, рай здесь берется не в смысле царства славы (как во 2 Кор. 12:2 и сл.), а только как обозначение беспечального состояния праведников, отшедших из земной жизни. Это состояние - временное, в котором праведники будут находиться до второго пришествия Христова.

Что же? Лазарь, находясь в таком бедственном положении, хулил Бога, поносил роскошную жизнь богача? Осуждал бесчеловечие? Роптал на Промысл? Нет, ничего такого он не помышлял, но переносил все с великим любомудрием. Откуда это видно? Из того, что, когда умер, его приняли Ангелы. Ибо если бы он был ропотник и богохульник, он не удостоился бы такой чести — сопровождения и несения Ангелами. "Умер и богач, и похоронили его". Еще при жизни богача душа его была поистине зарыта, она носила плоть как бы гроб. Поэтому и по смерти его он не Ангелами возводится, но низводится в ад. Ибо не помышлявший никогда ни о чем высоком и небесном достоин самого низшего места. Словами "похоронили его" Господь намекнул на то, что душа его получила в удел преисподнее и мрачное место. (2) Что же далее? Народ еврейский умер для Бога, и кости его омертвели, так как он не делал никакого движения к добру. И Лазарь, что есть народ языческий, умер для греха. Иудеи, умершие в грехах своих, сожигаются пламенем зависти, ревнуя, как говорит апостол, о том, что язычники приняты в веру (Рим. 11:11). А язычники, прежде бедный и бесславный народ, по справедливости живут в недрах Авраама, отца язычников. Авраам, быв язычником, уверовал в Бога и от служения идолам перешел к богопознанию. Поэтому и те, кои стали участниками в его обращении и вере, справедливо покоятся в его недрах, наследовав такую же, как и он, участь, обители и восприятие благ.

 То, что слова сии принадлежат к притче, не должно быть поводом к сомнению о их значении: потому что и приточныя лица изображаются чертами действительной природы. Как смерть и погребение богатаго суть черты действительной природы: так несение Ангелами умершаго нищаго, в терпении стяжавшаго душу свою, есть черта действительнаго созерцания.