Проповедь: Любовь к ближнему как путь в Царство Небесное. 13 окт. 1996 года

(Лк., 26 зач., VI, 31–36) Сегодняшнее евангельское чтение посвящено проповеди Спасителя о любви. В настоящее время мы, наверное, находимся в еще худшем состоянии, чем современники Господа: люди совсем забыли о том, что такое любовь, в чем она состоит. Мы перестали понимать, как можно чистым, искренним сердцем любить ближнего, и потому Спаситель дает такое мерило, которым может воспользоваться любой, даже каменносердечный человек. Он говорит: «Как хотите, чтобы с вами поступали люди, так и вы поступайте с ними» (ст. 31). Конечно, никто не желает себе зла, а если человек – христианин, то он не желает себе и чего-то душевредного. Этот принцип может применять не любой человек, а лишь тот, кто имеет некоторое понятие о нравственности, о смысле жизни, об истине. Слова эти, безусловно, относятся к людям верующим, потому что если их применит человек, который наслаждается грехами и видит в них смысл жизни, то он, желая ближнему того же самого, что и себе (допустим, чтобы другой так же, как он сам, наслаждался пьянством), принесет ему вред. «Поступайте с другими так, как хотите, чтобы с вами поступали». Поступайте не так, как люди поступают с вами, а так, как вы хотите, чтобы они с вами поступали. Мы, люди грешные, в основном придерживаемся другого принципа: поступаем с другими так, как они сами поступают с нами, то есть если люди относятся к нам плохо, то и мы отвечаем им тем же, если относятся хорошо, то и мы отвечаем добром. Притом и этого-то принципа (отвечать на зло злом, а на добро – добром) придерживаются не все, а лишь те люди, которых считают хорошими. Есть и такие люди (и их очень много), которые, не имея даже чувства благодарности, и на добро отвечают злом. Итак, мы видим, что этот как будто бы универсальный нравственный принцип в определенном отношении очень ограничен: во-первых, нашей греховностью, во-вторых, тем, что многие из нас не понимают, чего они, собственно, хотят. Если бы мы хотели себе самим добра, то есть спасения души, вечной жизни, благодати, мира, смирения, покаяния, то мы желали бы того же и ближним. Но мы (даже верующие!) желаем лишь приобретения земных благ, почти забываем о вечности и искренно молимся не тогда, когда нам нужно бороться с грехом, когда речь идет о спасении души, а когда дело касается наших земных скорбей: болезней, каких-либо других неприятностей. Таким образом, как будто бы имея принцип, который можно применить к себе и другому человеку при любых обстоятельствах, мы не умеем и не можем его применить. Мы не просто не знаем, чего мы хотим, но даже, собственно, не знаем, чего нам нужно хотеть, и часто желаем приобрести то, что для нас губительно и вредно. Чтобы научиться любви, чтобы желать людям того, чего мы бы хотели себе, нужно прежде всего научиться желать добра самим себе. Если бы мы хотя бы теоретически приняли христианские принципы, вооружились ими, то мы смогли бы заставить себя поступать с ближними при самых неудобных обстоятельствах так, как заповедует нам Спаситель. Пусть в нашем окаменелом сердце нет никаких чувств и мы совершенно безразличны к ближнему, нас не трогают его беды, заботы, душевные или телесные скорби, но мерило у нас есть: как мы хотим, чтобы люди поступали по отношению к нам, так и мы должны поступать с ними. Содержа в уме этот принцип, мы можем заставить себя «измерить» отношение к ближнему самими собой. Вот мерило, которое предлагает нам Господь. Каждый человек любит себя, каждый человек желает, чтобы к нему относились снисходительно, по-доброму, прощали его грехи и ошибки. Когда мы выясняем отношения с ближними: друзьями ли, семейными ли нашими, то всегда находим себе оправдание, снисходим к себе, а вот других людей судим строго. Однако так, как мы снисходим к себе, мы должны снисходить и к ближним. Пусть, еще раз говорю, в нашем сердце нет никаких чувств, но умом мы должны отмерить: я прощаю себе эту ругань, почему же я не прощаю ее своей жене? Я прощаю себе вот эти колкости и обиды, которые я нанес своим друзьям, почему же я не прощаю колкости, сказанные в мой адрес? Я нашел себе оправдание в том, что не могу вовремя отдать долг, почему же я не могу найти оправдание моему должнику? Вот мерило: как мы хотим, чтобы относились к нам, так будем относиться к другим людям. А ведь себя мы, конечно же, любим, снисходим к себе и как бы совершенно естественно, даже без всякого рассмотрения всегда предпочитаем себя ближнему. Истинная же христианская любовь действует по такому принципу: снисходить к ближнему и предпочитать его себе или, по крайней мере, ставить его на равных с собой, ибо считать ближнего лучше себя, считать его более достойным всякого блага – это удел людей высоко преуспевших. Будем же относиться к ближнему хотя бы как к равному. Если мы критически посмотрим на свои дела, на образ мыслей, чувства, то увидим, что мы возвышаем себя над всеми людьми. Казалось бы: обыкновенный человек, допустим работает на заводе, ведет самый заурядный образ жизни, однако же он предпочитает себя многим и многим великим и знаменитым людям, от которых зависят даже судьбы народов. О себе он думает больше, чем о них, его не волнует, что происходит с другими людьми, это его как бы не касается. Так неприметным образом гордость живет в каждом человеке. Мы ставим себя выше всякого человека, желаем блага только себе, в лучшем случае – еще своим семейным, то есть самым близким людям. Но и тут обратим внимание на такой феномен: мы часто обнаруживаем пренебрежение к тем людям, которые нас окружают, даже самым близким. Например, приходит горе в семью – смерть близкого человека. Мы скорбим, плачем, но продолжаем исполнять свои обязанности, наслаждаться жизнью и постепенно об этом горе забываем, не понимая, что когда-то и нам придется пережить ту же страшную скорбь, переход из временной жизни в вечную. Значит, и в этом случае мы любим себя больше другого человека, ставим себя выше ближнего, даже если он тяжело болен или его постигла смерть. Вот как глубоко въелась гордость, презрение к ближнему в сердце каждого из нас: это стало нашим естеством. И дело тут не в том, что одни люди лучше, добрее, а другие хуже, а в том, что каждый из нас является врожденным, как бы природным эгоистом – человеком, который живет только для себя. Поэтому Господь наш Иисус Христос нам, безнравственным и уже от рождения как бы изуродованным, предлагает этот принцип любви: «Как хотите, чтобы с вами поступали люди, так и вы поступайте с ними» (ст. 31). Если мы будем следовать этим простым словам, исполненным, тем не менее, необыкновенной мудрости, то постепенно будем развивать в себе чувство любви и сможем дойти до такой безграничной любви, что будем готовы ради ближнего пожертвовать жизнью, как это делали некоторые великие угодники Божии. Об одном таком палестинском подвижнике рассказывает в своей книге «Луг духовный» Иоанн Мосх. Предсказывая будущее, этот подвижник сказал двум монахам: «Чада мои, я буду царствовать». Они возразили ему: «Не только из твоего рода, даже из этой страны никто никогда не царствовал». Он ответил: «Нет, чада мои, поверьте, я буду царствовать». Они приписали эти слова его простоте и пропустили их мимо ушей. Потом на страну, в которой они жили, совершили набег варвары и пленили нескольких подвизавшихся там монахов. Варвары обещали выпустить их за определенную сумму. Одного из них они отпустили в город для того, чтобы он попросил у Патриарха денег. Однако нашлась только треть нужной суммы, и монах, будучи человеком слова, был вынужден вернуться обратно. Тогда подвижник, который говорил о том, что он будет царствовать (звали его авва Лев), пошел к Патриарху, взял у него эту треть нужной суммы и пошел к варварам. Он уговорил их отпустить захваченных монахов (которых было трое), так как они были немощны и не могли работать, а сам обещал работать за них, и сверх того передал принесенные деньги. Варвары поддались его уговорам, отпустили монахов, а его взяли в рабство. Через некоторое время, после изнурительных трудов и скорбей, которые авва Лев испытал в плену, он совершенно обессилел, стал неспособен ни к какому труду, и варвары отсекли ему голову. Только тогда монахи поняли его пророчество: «Поверьте, чада, я буду царствовать», ибо авва Лев воцарился со Христом, проявив любовь к ближнему. Есть слова об этом и в Евангелии: «Нет больше той любви, как если кто жизнь свою положит за друзей своих» ( Ин. 15:13 ). Ветхозаветная заповедь говорила: «Люби ближнего твоего, как самого себя» ( Лев. 19:18 ). Новозаветная же заповедь сводится к следующему: возлюби ближнего более, чем самого себя. Но Спаситель не требует этого от всех, потому что это – высочайшее совершенство. А вот любить ближнего как себя, то есть положить мерилом любви к ближнему любовь к себе, – обязанность каждого христианина. В этом случае мы исполняем только ветхозаветное правило, и ничто не будет служить нам извинением, если мы будем им пренебрегать. «Как хотите, чтобы с вами поступали люди, так и вы поступайте с ними». В любом месте: в общественном ли транспорте, на улице, среди случайных прохожих, на работе ли, дома ли, в общении с друзьями, вообще при общении со всяким человеком – всегда будем помнить эти слова. Как хотим мы, чтобы с нами поступали (не так, как с нами поступают, а как мы хотели бы), так и мы будем поступать с людьми. Придерживаясь этого принципа, мы сможем любить и тех, кто нас ненавидит. «Если любите любящих вас, какая вам за то благодарность? ибо и грешники любящих их любят. И если делаете добро тем, которые вам делают добро, какая вам за это благодарность? ибо и грешники то же делают» (ст. 32–33). Нам будет легко исполнить и следующие заповеди Спасителя, мы сможем делать добро тем, кто нам ничего доброго не делает, ибо мы будем относиться к ним так, как хотим, чтобы относились к нам. «И если взаймы даете тем, от которых надеетесь получить обратно, какая вам за то благодарность? ибо и грешники дают взаймы грешникам, чтобы получить обратно столько же. Но вы любите врагов ваших, и благотворите, и взаймы давайте, не ожидая ничего; и будет вам награда великая, и будете сынами Всевышнего; ибо Он благ и к неблагодарным и злым. Итак, будьте милосерды, как и Отец ваш милосерд» (ст. 34–36). Вот в чем состоит уподобление Богу – в любви к ближнему. Даже подвижники, уединявшиеся в глубочайшей пустыне, придерживались этого принципа. Преподобный Антоний Великий, который считается учителем отшельников и основателем отшельнической жизни, говорил, что ближний – это наша жизнь и смерть. Можно и в пустыне ненавидеть ближнего или любить его. Не думайте, что если вы удалитесь от людей, которые вас как будто искушают, раздражают, то таким образом вам будет легче исполнить заповедь о любви. Нисколько не легче! Напротив, гнев, презрение к ближним еще более в вас укрепятся. Находясь в обществе людей, общаясь с ними, мы, так сказать, «искушаемся», то есть в нас обнаруживаются страсти, и мы начинаем с ними бороться. При желании, хотя и с трудом, мы можем выйти победителями. Если же мы будем избегать общения с людьми ради того, чтобы избавиться от соблазна, то это порочный путь. Страсть от этого в нас только укрепится и при первом удобном случае начнет действовать с сокрушительной силой, так что мы падем страшным падением. Поэтому не будем объяснять свое безразличное или раздражительное и немилосердное отношение к ближним тем, что наши ближние плохие и что у нас нет возможности приобрести любовь. Везде и всюду православный христианин может и обязан исполнять заповеди. Спаситель не только говорит о том, что нужно жить по евангельским заповедям, но и указывает средства к их исполнению. Если идеалом милосердия для всякого христианина является милосердие Небесного Бога Отца, то средством к достижению этого идеала является та заповедь, которую я пытался истолковать в проповеди: «Как хотите, чтобы с вами поступали люди, так и вы поступайте с ними». Будем придерживаться такого правила, и тогда в этих немногих словах нам откроется путь в Царство Небесное, путь к совершенству; тогда мы поймем, как полюбить ближнего. Неуклонно следуя этому принципу, мы сами удивимся происходящим в нас изменениям и неожиданно обнаружим, что сердце наше ожило, перестало быть каменным, мы стали сочувствовать людям и нам уже не нужно что-то объяснять, рассказывать, в чем-то убеждать нас, потому что мы сами сострадаем человеку и ищем, как ему помочь. Тогда мы будем не бежать от людей, а стремиться навстречу им (не физически, конечно, не телом, а душою, сердцем). А начинается все с этого простого принципа: «Как хотите, чтобы с вами поступали люди, так и вы поступайте с ними» . 13 октября 1996 года