Проповедь: Неделя 16-я по Пятидесятнице. Притча о талантах. Автор Авраам (Рейдман) схиархим.

2 Кор. 181 зач. (6, 1–10) Мы же, как споспешники, умоляем вас, чтобы благодать Божия не тщетно была принята вами. Ибо сказано: во время благоприятное Я услышал тебя и в день спасения помог тебе. Вот, теперь время благоприятное, вот, теперь день спасения. Мы никому ни в чем не полагаем претыкания, чтобы не было порицаемо служение, но во всем являем себя, как служители Божии, в великом терпении, в бедствиях, в нуждах, в тесных обстоятельствах, под ударами, в темницах, в изгнаниях, в трудах, в бдениях, в постах, в чистоте, в благоразумии, в великодушии, в благости, в Духе Святом, в нелицемерной любви, в слове истины, в силе Божией, с оружием правды в правой и левой руке, в чести и бесчестии, при порицаниях и похвалах: нас почитают обманщиками, но мы верны; мы неизвестны, но нас узнают; нас почитают умершими, но вот, мы живы; нас наказывают, но мы не умираем; нас огорчают, а мы всегда радуемся; мы нищи, но многих обогащаем; мы ничего не имеем, но всем обладаем. «Се, ныне время благоприятно...» Во имя Отца и Сына и Святаго Духа! В сегодняшнем чтении из Послания святого апостола Павла говорится о том, что присутствие благодати Божией в человеке, как ни странно, может оказаться напрасным, тщетным. Конечно, странным это кажется тем людям, которые не знают, насколько сложна духовная жизнь и сколько в ней трудностей. Иногда даже благодать Божия, как мы знаем из исторических примеров, может послужить поводом для падения человека, потому что и от этого он может поддаться гордости. Апостол Павел говорит так: «Мы же, как споспешники, умоляем вас, чтобы благодать Божия не тщетно была принята вами» (ст. 1). Нужно иметь в виду, что это сказано коринфянам. В другом месте апостол Павел, как о чем-то обыденном, говорит им, что если во время их собраний кто-нибудь говорит на таинственных языках, человеческих или ангельских, то должен быть «истолковывающий» и что предпочитать нужно тех, которые пророчествуют (см. 1 Кор. 14:1–14). Эти люди обладали столь обильной благодатью, что апостол Павел назидает их в подобных вещах, как если бы с нами кто-то беседовал о соблюдении церковного устава и объяснял, что на богослужении сначала нужно читать такой-то тропарь или что такие-то каноны соединяются с такими-то. Именно этим своим ученикам апостол говорит о том, что благодать Божия может быть принята ими тщетно. Конечно, речь идет о благодати Таинств святого Крещения и Миропомазания, о благодати веры, но эта благодать проявляется определенным образом. Мы, возможно, захотим возразить. Например, у преподобного Серафима Саровского была такая благодать, что при молитве лицо его сияло, как солнце, а преподобный Сергий Радонежский во время совершения Божественной литургии был объят огнем. Неужели мы должны сравнивать себя с этими подвижниками? Но нам необходимо понимать, что та благодать, которая действовала, казалось бы, необыкновенным, чудесным образом в подвижниках благочестия, — я напоминаю общеизвестную вещь — на самом деле есть та же самая благодать Крещения и Миропомазания, которая присутствует во всех нас, только подвижники благочестия в себе ее раскрывают, дают ей свободно в себе действовать, а в нас она едва теплится. Мы имеем возможность духовно преуспевать наравне с любым подвижником благочестия, даже наравне со святыми апостолами, только бы мы проявляли должную ревность. И потому мы должны устрашиться слов апостола «...умоляем вас, чтобы благодать Божия не тщетно была принята вами» . Ученики апостола Павла, коринфяне, имели великую благодать Божию, так что говорили на различных языках, пророчествовали, и тем не менее он поучает их тому, что нужно приобрести еще бóльшую добродетель — любовь. Если бы эти люди не послушали своего великого учителя, святого апостола Павла, то могло бы оказаться, что они совершено напрасно, тщетно приняли благодать. Мы можем чувствовать в себе действие благодати, если только не ошибаемся, — случается и такое по немощи нашего ума. Но, допустим, мы точно знаем, что действие благодати проявляется у нас в особенно внимательной или умилительной молитве. Наверное, почти всякий во время молитвы испытывает умиление, ощущает близость Божию. И этим мы утешаемся: мы если и не спасены, то, по крайней мере, находимся на пути к спасению. Но оказывается, что и подлинная благодать Божия может быть тщетно принята нами, если мы не будем вести себя, как того требует святой апостол Павел и апостольское Предание. «Ибо сказано: во время благоприятное Я услышал тебя и в день спасения помог тебе. Вот, теперь время благоприятное, вот, теперь день спасения» (ст. 2). Осознаём ли мы, в каком состоянии, в каких обстоятельствах мы находимся? Осознаём ли, что сейчас «время благоприятное» ? Может быть, из-за своего нерадения, невнимания мы упускаем это время. По-разному можно понимать эти слова: как время нашей жизни вообще, как нынешний век, когда уже прозвучала апостольская проповедь и потому действительно продолжается «время благоприятное» , которое мы должны использовать. А может быть, эти слова касаются какого-то конкретного дня или краткого периода нашей жизни. Почему мы так нерадиво и спокойно относимся к тому, что день проходит за днем, год за годом? Мы всё чего-то ждем, не подвизаемся. Я имею в виду не столько подвиги телесные, не для всех возможные, сколько внутренний подвиг, подвиг очищения своего сердца. И хотя в нас есть некие начатки благодати, но, поскольку мы не пользуемся этой благодатью для своего спасения, не каемся, не боремся с должной ревностью со своими страстями, постольку «время благоприятное» для нас проходит. А кто знает, может быть, пройдет несколько лет или гораздо более короткий срок, и это драгоценное время для нас окончится, и мы уже не сможем подвизаться. Например, не будет возможности пользоваться наставлениями или не будет каких-либо других благоприятных для духовной жизни обстоятельств. А самое главное то, что мы можем привыкнуть к своему нерадивому, теплохладному состоянию и упустим то время, когда и благодать у нас была, и ревность еще действовала. Оно закончилось, потому что мы привыкли быть такими, какие мы есть, несмотря на множество страстей и дурных привычек. Мы остались довольны собой, потеряли ревность и желание стремиться к большему. И потому можно сказать, что свой день спасения мы пропустили, «прозевали». Спохватимся, захотим подвизаться, понуждать себя, а сил уже нет. Захотим встать, а не сможем, захотим покаяться, а силы духа нет, захотим усердно помолиться, а уже не получается. Мы закоснели в нерадении и пропустили время, благоприятное для нашего спасения. «Мы никому ни в чем не полагаем претыкания, чтобы не было порицаемо служение» (ст. 3). Далее апостол Павел оправдывает себя для того, чтобы показать, что он, как истинный апостол, ничего не сделал соблазнительного, препятствующего спасению своих духовных чад. Конечно, мы о себе такого сказать не можем (я имею в виду себя и других ваших духовных руководителей). К сожалению, мы иногда «полагаем претыкание» , соблазняем вас своим страстным поведением и ошибками. Но вы должны понимать, что (если говорить о себе) я, отец Авраам, не являюсь собственно учителем. Учителем, по Евангелию, является прежде всего Господь Иисус Христос (см. Мф. 23:10). И христианство насаждено не мною, а святыми апостолами. И если я, может быть, в чем-то и «положил претыкание», послужил соблазном, то апостол Павел такого не делал. Не осуждая тех людей, которые Промыслом Божиим в данный момент поставлены нашими руководителями, будем взирать на тех, кто положил основание христианской Церкви своей проповедью и сверхъестественным подвигом. Я имею в виду апостола Павла и других апостолов. «Мы никому ни в чем не полагаем претыкания, чтобы не было порицаемо служение, но во всем являем себя, как служители Божии, в великом терпении, в бедствиях, в нуждах, в тесных обстоятельствах, под ударами, в темницах, в изгнаниях, в трудах, в бдениях, в постах, в чистоте, в благоразумии, в великодушии, в благости, в Духе Святом, в нелицемерной любви, в слове истины, в силе Божией» (ст. 3–7). Апостол Павел перечисляет иногда сходные, иногда противоположные обстоятельства: например, иное проповедовать «в нуждах» , иное «в силе Божией» . Но этим он показывает, что, несмотря на все препятствия, он проповедовал неискаженное слово истины и ничто не могло заставить его замолчать. О себе мы такого сказать, конечно, не можем, и, если бы у кого-то вдруг возникло желание проповедовать, он должен был бы трезво на себя посмотреть и рассудить, способен ли он проповедовать при таких скорбях и трудностях, какие были у апостола Павла, и пребывать при этом в таком душевном состоянии, в каком пребывал он? Иначе говоря, способен ли он, с одной стороны, быть «под ударами, в темницах, в изгнаниях, в трудах» , а с другой — «в чистоте, благоразумии, великодушии, благости, Духе Святом, нелицемерной любви, в слове истины, в силе Божией, с оружием правды в правой и левой руке» (см. ст. 6–7)? Под оружием правды апостол Павел подразумевает, скорее всего, следующее: подобно воину, который сражается правой рукой и держит щит в левой, он поражает врагов истины и защищает истину от ложных учений. «В чести и бесчестии, при порицаниях и похвалах: нас почитают обманщиками, но мы верны» (ст. 8). «В чести и бесчестии». Кто способен проповедовать, равно перенося и то и другое? В чести можно соблазниться и поддаться гордости, в бесчестии — унынию и ропоту, при порицаниях — усомниться: раз люди тебя не одобряют, то, вероятно, ты что-то неправильно делаешь? А при похвалах можно предаться самолюбованию и тщеславному удовольствию, что также оскверняет человека и лишает его милости, благодати Божией. «Нас почитают обманщиками, но мы верны» . Ты учишь, и кто-то тебя принимает, а кто-то считает обманщиком, и, несмотря на такое отношение, ты должен по-прежнему совершать свое служение. Кто может это перенести? Это очень трудно. Я хочу даже прибегнуть к сравнению, конечно, весьма относительному, с теми, кто наставляет вас. Хотя мы немощные и грешные люди, но тем не менее мы тоже что-то терпим ради того, что вас назидаем: и демоны невидимо нападают, и через людей бывают скорби. Переживания доставляют душевные страдания, которые иногда приводят и к телесным. Все это нам приходится испытывать на себе, хотя мы терпим и не такие тяжкие скорби, какие терпел святой апостол Павел, не такие великие несем труды. Говорю это не с целью похвалиться, но с целью усовестить вас, заставить до некоторой степени осознать, как тяжело служение наставника, чтобы вы более ревностно подвизались и чтобы наши труды не были напрасны. Ведь очень горько, когда ты трудишься, скорбишь и даже телесно страдаешь, а оказывается, что человек еле-еле преуспевает. И даже не то чтобы преуспевает, а ты и тому рад, что он не падает. «Мы неизвестны, но нас узнают; нас почитают умершими, но вот, мы живы; нас наказывают, но мы не умираем» (ст. 9), — апостол Павел говорит о тех гонениях, которые он на себе испытал. «Нас огорчают, а мы всегда радуемся» (ст. 10) — к сожалению, мы, ваши наставники, не можем иметь такого душевного расположения. «Мы нищи, но многих обогащаем, мы ничего не имеем, но всем обладаем» (ст. 10). «Нищие», потому что апостол Павел, странник, зарабатывавший себе на пропитание тем, что ночью делал шатры, конечно, был нищим и ничего не имел, но всех обогащал сокровищами Царства Небесного. Итак, помимо того, что мы должны бояться потерять благодать Божию и сделать ее действие в нас напрасным, нужно думать еще и о том, чтобы не напрасно были положены за нас труды. Я имею в виду труды не таких грешных людей, как я, но святых апостолов, святого апостола Павла и прочих апостолов, которые, конечно, могли бы о себе сказать то же самое, что и он. Сегодняшнее чтение из Послания к коринфянам начинается следующими словами: «Мы же, как споспешники, умоляем вас» . Споспешники кому? Споспешники, или соработники, сотрудники, Богу. Пусть никого не удивляет такое выражение, потому что, например, в постановлении апостольского Собора звучали следующие слова: «Изволися Духу Святому и нам» (см. Деян. 15:28). И Сам Господь сказал: «Дух Святой будет свидетельствовать о Мне, и вы будете свидетельствовать» (см. Ин. 15:26–27). В этом соединении человеческих трудов с действием благодати состоит Промысл Божий о нашем спасении. Так совершается наше спасение. Мы должны дорожить благодатью Божией, действующей в нас, и ценить труды, ради нас положенные. Апостол Павел имеет право так говорить, в отличие, например, от меня. Кто знает, как я закончу свое течение, а он закончил его славно, прославил его мученической кончиной. Как сам он сказал, «течение совершил, веру соблюл» (см. 2 Тим. 4:7). Соблюл не только в себе, но и в тех, кому он проповедовал. Соблюсти веру до конца — совсем немало, даже если бы речь шла об одном человеке. И потому на этот призыв, укор апостола Павла мы не должны смотреть только как на историческое свидетельство о том, что апостол Павел когда-то, по какому-то конкретному поводу написал Послание к коринфянам. И города этого давно уже нет, и люди те давно ушли в иной мир — получается, что все эти слова имеют значение лишь как некий исторический, литературный памятник? Будучи православными христианами, мы не можем так относиться к Священному Писанию. Это слово Божие, звучащее через все времена и услышанное нами. Нужно, чтобы оно достигло не только нашего слуха, но и сердца. К нам, равно как и когда-то к коринфянам, обращается апостол Павел. И мы должны принять этот укор, устрашиться того, что, даже если мы имеем столь же обильную благодать Божию, какая была у коринфян, мы можем ее лишиться, а само действие этой благодати может оказаться напрасным. Напрасным, если мы будем пребывать в нерадении и упустим день своего спасения, или, выражаясь обыденным языком, если будем день ото дня откладывать свое исправление. В таком случае наступит момент, когда благоприятное время пройдет и нам, даже при желании, измениться будет чрезвычайно трудно. Призыв апостола Павла должен всегда звучать в нашем сердце и побуждать нас к деятельному покаянию и вере. Никакие благодатные ощущения пусть не успокаивают нас и не приводят к мысли, что все у нас уже хорошо. Наоборот, действие в нас благодати Святого Духа пусть побуждает нас стремиться к большему. Наше сердце должно внимать этим словам апостола Павла: «Вот, теперь время благоприятное. Вот, теперь день спасения». Аминь. 1 октября 2006 года