<i>«Трудно богатому войти в Царство Небесное</i>,» – сказал Христос ученикам. Если помните, еще в прошлое Воскресенье вот этим местом и заканчивалось благовествование Евангельское. Юноша подошел к Христу и спросил, что сделаю, чтобы получить Царствие Небесное? Господь ему тогда ответил: исполняй заповеди, А когда юноша сказал, что он это сделал, тогда Господь, видя его сердце, сказал: раздай то, что ты имеешь. А юноша был богат, и для него богатство было той силой, которая давало ему положение в обществе, и потому он, склонив голову, отошел. Вот Христос и говорит ученикам: <i>«Истинно говорю вам, трудно богатому войти в Царство Небесное.»</i> Как это? Почему? И вот, если возьмете сегодняшнее благовествование, то вы увидите, почему… Притча сегодняшнего дня говорит нам о том, как Господин насадил виноградник и послал в виноградник своих рабов, которые должны были обрабатывать этот виноградник, и давал им содержание для их жизни. Но рабам тем было так хорошо пребывать и трудиться в этом винограднике, что это место они стала чувствовать своим, и все то довольство, которое они могли иметь, и все то, что они могли иметь от винограда, который так обильно рос в винограднике, который им не принадлежал, они все больше и больше стали считать своим, и хозяин виноградника постепенно стал забываться. Хозяин давал им нужное для их содержания, для их жизни, но они это стали принимать как должное. У них было другое: они имели возможность пользоваться и виноградом и всей красотой этого земного блага, которое дает Господь человеку. Это их так захватило, что они совершенно забыли, или лучше сказать, не думали о том, что это все временно, и что пройдут годы, и наступит час, когда они должны будут уйти отсюда. И все то, что находится в винограднике, останется здесь, а они отойдут. А ведь от них требовалось другое: при возделывании виноградника они должны были возделывать и то, что дано человеку. А что же было дано человеку? У человека есть тело, которое требует пищи, питья, движения, покоя, то, что мы называем жизнью телесной. Но у человека есть и дух, который стремится всегда к идеалу. И как ни хороша будет жизнь земная, – а она может быть так хороша, что лучше и быть не может, лучше, как будто ничего и нет, – в сердце человека всегда будет копошиться что-то такое, что будет ненасытимо тем, что нас окружает. И будет появляться тоска, и совесть будет говорить ему, что он не то сделал, потому что Образ Божий есть в человеке, в его духе, а дух требует тоже жизни. По плоти виноградоделателям было хорошо, но по духу… Но духовную жизнь они исказили и жили по похоти. И этим было заглушено то, что есть совесть. Совесть была, но она была закрыта. И тут оправдалось то, что говорилось юноше: трудно войти в Царствие Небесное надеющемуся на богатство. Очи закрыты, совесть затемнена, внешне он пребывает в хорошем состоянии, а внутренне совесть его гложет и гложет. Ни надежды, ни утешения. И человек все пробует: вот поеду на какой-нибудь курорт, поеду путешествовать, создам для себя все удобства, устрою свою семейную жизнь, будут дети, буду наслаждаться… А тут, в лучшем случае подходит старость, в худшем случае, болезнь; вот когда наступают эти критические дни, то ничто не успокоит. Сколько ни будет красоты земной, сколько ни будет благ земных, – совесть будет терзать. Это то, что говорится в сегодняшней притче. Рабы и наследника убили, лишь бы не отказаться от довольства виноградником, но все равно наступило изгнание из виноградника. Куда? Это то, что мы называем страданием совести, которое ничем не утолишь. Тоска, тоска безысходная. Вот сегодняшнее Евангелие как бы дополняет прошлонедельное Евангелие и говорит нам: Братья, смотрите, чтобы не случилось с вами так, что земная красота, в которой мы живем, не превратилась бы в тот приточный виноградник! На что нам этот виноградник, эти виллы, автомобили, если сердце будет разрываться? Начнем жить по Заповедям Блаженства, и тогда наше сердце наполнится миром, любовью, дыханием рая… и с этой полнотой сердца мы перейдем в вечную жизнь. А если мы не осознаем себя, то будем как Иудеи. Иудеи ждали Мессию, который должен был быть владыкою мира и всех покорить под начало иудейского ига, которое понималось талмудом. И они ждали этого Мессию. И когда явился Христос, Который имел все силы: и море укрощал, пятью хлебами пять тысяч насыщал, и болезни исцелял… Лучшего начальника для иудейского воинства в их тогдашнем понимании нельзя было найти. Не нужно было интендантства, не нужно было никаких запасов, никаких санитарных пунктов и лазаретов. Христос все мог сделать. И вот они ждали: как будет дальше. И Христос вошел на гору и в первый раз начал говорить публично: «<i>Блажены нищие духом, блажены плачущие, блажены кроткие, блажены изгнанные…</i>» Евреи ждали силы, могущества, а Христос говорил о нищете, кротости, страданиях. Конечно, евреи должны были отойти: Христос говорил о чем-то совсем другом, чем то, чего они ждали, не о том владычестве. Что если пойти по Его стопам? Что получится? – недоумевали они. А получится то, что нам то и нужно: будет мир сердечный, с которым и в этой жизни легко, и в вечную жизнь вступить не страшно.
