Синодальный перевод

Толкование на группу стихов: Дан: 9: 24-27

24

И утвердит завет для многих одна седмина, а в половине седмины прекратится жертва и приношение, и на крыле [святилища] будет мерзость запустения, и окончательная предопределенная гибель постигнет опустошителя".

Семьдесят седмин сокращены для народа твоего и для святого города твоего, чтобы прекратилось (соnsummetur) преступление, и окончился грех, и заглажено было беззаконие, и приведена была правда вечная, и завершилось (impleatur) видение и пророчество и помазан был Святый святых. Итак знай и вникни, что от выхода слова о восстановлении Иерусалима до Христа Вождя будет семь седмин и шестьдесят две седмины, и снова обстроятся улицы (рlatea) и смены, [но] в трудное время. И после шестидесяти двух седмин будет предан смерти Христос, и не будет Его (народом тот, который отречется от Него), а город и святилище разрушит народ вместе с вождем, который придет, и концом его будет разорение и по окончании войны определенное [для него] запустение. И утвердит завет для многих одна седмина, а в половине седмины прекратится жертва и приношение (sacrificium). И будет в храме мерзость запустения, и до самого конца (usque ad соnsummаtiоnem еt finem) продолжится запустение. Так как пророк сказал: Ты вывел народ Твой, и имя Твое было наречено над городом Твоим и над народом Твоим, то Гавриил от лица Бога говорит: не Божий народ, а твой народ, и не святый Божий город, а святый, как ты говоришь, для тебя. Нечто подобное читаем мы в Исходе, когда Бог говорит к Моисею: cниди, беззаконоваша бо людие твои (7 И сказал Господь Моисею: поспеши сойти [отсюда], ибо развратился народ твой, который ты вывел из земли Египетской;Исх. 32:7), то есть не Мои люди, ибо они оставили Меня. Итак, поелику ты просишь за Иерусалим и молишься за народ иудейский, то выслушай следующее, что́ в течение семидесяти седмин лет произойдет с народом твоим и городом твоим. Я знаю, что об этом вопросе различно рассуждали ученейшие мужи и что каждый, сообразно с своими умственными дарованиями, высказал то, что думал. Поэтому, так как опасно судить о мнениях учителей Церкви и отдавать предпочтение одному пред другим, то я скажу, что́ каждый [из них] думал, предоставляя читателю решить, чьему объяснению должно следовать. Африкан в пятой книге „Времен“1 буквально так сказал о семидесяти седминах: „Отдел, который мы читаем у Даниила о семидесяти седминах, содержит много удивительного, о чем теперь долго было бы говорить; но мы скажем [только] о том, что́ относится в настоящему труду, – о временах. Никто не сомневается в том, что это есть предречение о пришествии Христа, который явился в мире после семидесяти седмин и после которого прекратились пороки, и окончился грех, и заглажено было беззаконие, и возвещена правда вечная, победившая правду закона, и окончилось видение и пророчество, потому что закон и пророцы до Иоанна Крестителя (16 Закон и пророки до Иоанна; с сего времени Царствие Божие благовествуется, и всякий усилием входит в него.Лк. 16:16), и помазан был Святый святых. Все это, прежде принятия Христом человеческого тела, более ожидалось, нежели имелось. Говорит же сам ангел, что семьдесят седмин лет, то есть четыреста девяносто лет, начинаются с выхода слова об ответе и об обстроении Иерусалима, в двадцатый год царя персидского Артаксеркса. Ибо Неемия, виночерпий его, как мы читаем в книге Ездры, просил царя и получил ответ, чтобы был обстроен Иерусалим. И вышло слово, дававшее позволение обстроить и обнести стенами город, который до того времени был открыт для нападений соседних народов. Ибо по повелению царя Кира, давшего позволение желающим возвратиться в Иерусалим, первосвященник Иисус и Зоровавель, а впоследствии священник Ездра, и прочие, пожелавшие отправиться вместе с ними, пытались построить храм. и город и стены его, но окрестные народы препятствовали исполнению дела, как будто бы царь не приказывал этого. Поэтому работы оставались неоконченными до Неемии и до двадцатого года царя Артаксеркса. (Таким образом, плен до владычества персов продолжался семьдесят лет). В это время протекло сто пятнадцать лет владычества персов, со времени же взятия Иерусалима это был сто восемьдесят пятый год. Тогда впервые повелел Артаксеркс обстроить Иерусалим; над этими работами начальствовал Неемия; и застроены были улицы и обнесены стенами. Если считать с этого времени, то окажется семьдесят седмин лет до Христа. Если же за начало брать другое время, то и времена не совпадут, и много противоречий окажется. Ибо если будем считать семьдесят седмин с Кира и с первой его милости (indulgentia), чрез которую был ослаблен плен иудейский, то найдем сто или более того лет, превышающих определенное число семидесяти седмин, и гораздо более, если [будем считать] с того дня, в который ангел говорил Даниилу, и еще большее число прибавится, если за начало седмин брать начало плена. Ибо персидское царство до начала македонского [царства] продолжалось двести тридцать лет, сами же македоняне царствовали триста лет; отсюда до пятнадцатого (έκκαιδέκατον) года Кесаря Тиверия, когда пострадал Христос, насчитывается шестьдесят лет, которые вмеcте составляют пятьсот девяносто лет, так что получается лишних сто лет. От двадцатого же года царя Артаксеркса до Христа получается полных семьдесят седмин по лунному счислению евреев, которые считают месяцы по движению не солнца, а луны. Ибо от сто пятнадцатого года владычества персов, когда Артаксеркс, царь этого государства, имел двадцатый год своего царствования, и когда был четвертый год восемьдесят третьей олимпиады до двести (или сто) второй олимпиады и до второго года той же олимпиады и пятнадцатого года Цезаря Тиберия составляется четыреста семьдесят пять лет, составляющих четыреста девяносто еврейских лет по лунным (как мы сказали) месяцам, которые, по их счислению, могут в каждом месяце состоять на двадцати девяти (или двадцати восьми) с половиною дней, так что солнечный круг в течение четырехсот девяносто лет был бы более, [как заключающий в каждом году] триста шестьдесят пять дней и четверть дня2, и в двенадцати месяцах каждого года получилось бы более на одиннадцать дней с четвертью дня. Поэтому греки и иудеи к каждым восьми годам прибавляют три вставочных месяца (ἐμβολίσμους). Ибо если одиннадцать с четвертью помножить на восемь, то получится девяносто дней, то есть три месяца, а в четырехстах семидесяти (или сорока) пяти годах окажется пятьдесят девять восьмеричных годов с [вставочными] тремя месяцами, которые составляют около пятнадцати лет; если же прибавить их к четыремстам семидесяти пяти годам, то получится семьдесят седмин лет, то есть четыреста девяносто [лунных] лет“. Это Африкан сказал в тех же самых словах, какими изложили мы. Перейдем к Евсевию Памфилу, который В восьмой книге Εὐαγγελικῆς `Αποδείξεως (Евангельского Доказательства) высказывает такого рода предположения: «Мне кажется, что не напрасно разделены семьдесят седмин, так что сначала сказано семь, потом шестьдесят две и, наконец, прибавлена одна седмина, которая также разделена на две части. Ибо написано: знай и уразумей, что от выхода слова об ответе и обстроении Иерусалима до Христа Вождя семь седмин и шестьдесят две седмины. И после другого, сказанного в средине, стоит в конце: Утвердит завет для многих одна седмина. Очевидно, что ангел дал такой ответ не напрасно и не без божественного вдохновения. Это замечание (оbsеrvаtiо) требует, по-видимому, осторожного и внимательного обсуждения (sollicitam rationem), чтобы читатель тщательно вник и исследовал причину разделения (или видении). Если же и нам необходимо высказать свое мнение, то, сообразно с другим объяснением настоящего места, мы в словах ангела: от выхода слова об ответе и обстроении Иерусалима до Христа Вождя разумеем [под Христом Вождем] не иного кого-либо, как тех начальников (prиncиpeз), которые после этого пророчества и по возвращении из плена управляли иудейским народом, то есть архиереев (ἀρχιερεῖς) и первосвященников, которых Писание называет христами3, потому что они были помазываемы, из которых первым был Иисус, сын Иоседеков, великий священник, и которые были до пришествия Господа Спасителя. На них указывает пророческое предвещание, в следующих словах: от выхода слова об ответе и обстроении Иерусалима до Христа Вождя сем седмин и шестьдесят две седмины, то есть: семь cедмин и потом шестьдесят две, составляющие четыреста восемьдесят три года, должны считаться со времени Кира. А чтобы не казалось, что мы только высказываем столь смелое мнение, но не подтверждаем того, что говорим; то перечислим тех христов, то есть помазанных на первосвященство, которые начальствовали над народом после Иисуса, сына Иоседекова, до пришествия Господа. Итак первым после Даниилова пророчества, бывшего при царе Кире, и по возвращении народа из Вавилона был, как мы уже прежде сказали, Иисус, сын Иоседеков, великий священник, и Зоровавель, сын Салафиала, которые положили основания храма; но так как работам препятствовали самаряне и другие окрестные народы, то прошли семь седмин, то есть сорок девять лет, в течение которых постройка храма оставалась неоконченною и которые пророчество отделяет от остальных шестидесяти двух седмин. Поэтому и иудеи вследствие такого мнения говорят Господу в Евангелии: четыре десять и шестию лет создана бысть церковь сия, и Ты ли треми денми воздвитеши ю (20 На это сказали Иудеи: сей храм строился сорок шесть лет, и Ты в три дня воздвигнешь его?Ин. 2:20)? Ибо столько именно лет прошло с первого года царя Кира, давшего позволение иудеям, которые пожелают, возвратится в отечество, до шестого года царя Дария, при котором окончены были все работы в храме. Затем Иосиф прибавляет еще три года, в которые окончены были περ´βολοι [ограждения] храма и нечто другое, что оставалось недоконченным: чрез прибавление их к сорока шести годам составляется сорок девять лет, то есть семь седмин лет. Остальные же шестьдесят две седмины считают с седьмого года того же Дария. В это время Иисус, сын Иоседеков, и Заровавель, бывшие уже в старшем возрасте, начальствовали над народом; при них пророчествовали Аггей и Захария; после них Ездра и Неемия, пришедши из Вавилона, построили стены города, в то время, как первосвященником был Иоахим, сын Иисуса, именовавшегося Иоседековым; после него был священником Елиасув, потом Иодай [Iоiаdе], затем Иоанн, после него Иаддуй, при жизни которого Александр, царь македонский, построил Александрию, как говорит Иосиф в книгах Древностей4: „и пришел в Иерусалим и заклал жертвы в храме“. По смерти же Александра, в сто тринадцатую олимпиаду, в двести тридцать шестой год царства персидского, начавшегося в первый год пятьдесят пятой олимпиады, когда Кир, царь персидский, победил вавилонян и халдеев, и по смерти священника Иаддуя, управлявшего храмом при Александре, сделался первосвященником Ония. В это время Селевк, подчинив себе Вавилон, возложил па свою голову диадему всей Сирии и Азии, [именно] в двенадцатый год по смерти Александра. До этого времени насчитывается всех годов со времени правления Кира двести сорок восемь. С этого времени [первая] книга (sсriрtura) Маккавейская считает царство греческое. После Онии управлял иудеями первосвященник Елеазар. В это время семьдесят толковников, как говорят, перевели в Александрии Священные Писания на греческий язык; после него был другой Ония; преемником его был Симон, во время управления которого народом Иисус, сын Сирахов, написал книгу, которая по-гречески называется Παναρετὸς и многими ложно приписывается Соломону. Преемником его по первосвященству был еще другой Ония, во время которого Антиох принуждал иудеев приносить жертвы языческим богам. По смерти его Иуда Маккавей очистил храм и уничтожил статуи идолов. Его преемником был брат его, Ионафан, а после него управлял народом Симон, брат их обоих, со смертию которого исполнился двести семьдесят седьмой год сирийского царства. История до этого времени заключается в первой книге Маккавейской. Насчитывается же с первого года Кира царя персидского до конца первой книги Маккавейской и до смерти первосвященника Симона четыреста двадцать пять лет. После него Иоанн в течение двадцати девяти лет был первосвященннком. По смерти его один год управлял народом Аристовул, который первый, по возвращении из Вавилона, принял вместе с саном первосвященника диадему, как отличие царской власти. Преемником его был Александр, бывший также царем и вместе первосвяшенником и управлявший народом двадцать семь лет. Насчитывается же до этого времени с первого года царя Кира и со времени возвращения пленных, пожелавших отправиться в Иудею, четыреста восемьдесят три года, которые составляют семь и шестьдесят две седмины, то есть вместе: шестьдесят девять седмин. И во все это время народом иудейским управляли первосвященники, которые, как я теперь полагаю, называются христами – вождями. По смерти же последнего из них, Александра, народ иудейский, не имевший вождя, настолько был ослаблен разделением на различные партии и раздорами, что Александра, называвшаяся также Салиною, супруга того же Александра, достигла власти, и первосвященство предоставила своему сыну Гиркану, а царскую власть передала другому сыну, Аристовулу, которою он обладал десять лет. Когда братья, при внутренних усобицах, вели борьбу между собою и склоняли народ то в одну сторону, то в другую, неожиданно пришел Гней Помпей, вождь римского войска, и, взяв Иерусалим, вошел во внутреннюю часть (аdyta) храма, называвшуюся святая святых, и отправил Аристовула связанного (или побежденного) в Рим, удержав его для своего триумфа, а брату его Гиркану передал первосвященство. Тогда в первый раз народ иудейский сделался данником римлян. После него Ирод, сын Антипатра, но умерщвлении Гиркана, воцарился по определению сената над иудеями, и первый из иноплеменников стал управлять иудеями. Он не передавал, по Моисееву закону, первосвященство, по смерти родителей, детям, а чужим и притом не на долгое время, из-за приязни и за плату, вопреки повелениям божественного закона“. Тот же Евсевий представляет и другое объяснение, которое если бы мы захотели переводить на латинский язык, то расширили бы объем книги. Смысл его толкования следующий: с шестого года Дария, царствовавшего в Персии после Кира, и сына его, Камбиза, когда были окончены работы относительно храма, до Ирода и Цезаря Августа он насчитывает семь и шестьдесят две седмины, которые составляют четыреста восемьдесят три года, когда был умерщвлен Иродом Христос, то есть Гиркан, последний первосвященник из рода Маккавеев, и прекратилось преемствование первосвященников по закону Божию. Также город и самое святилище были опустошены под начальством римского вождя римским войском или самим Иродом, который чрез римлян незаконно (indebitum) присвоил себе власть над иудеями. Следующие же слова: Ибо утвердит завет для многих одна седмина, а в половине седмины прекратится жертва и приношение он так объясняет, что в царствование Ирода над Иудеею и Августа над римлянами родился Христос, который в течение трех лет и шести месяцев, по евангелисту Иоанну, проповедовал евангелие и утвердил для многих служение истинному Богу, конечно, вместе с апостолами и верующими; после же страдания Господня, опять в половину седмины, прекратилась жертва и приношение. Ибо все то, что после того делалось в храме, было не жертвоприношением Богу, а служением диаволу, когда все сообща вопили: кровь Его на нас и на чадех наших (25 И, отвечая, весь народ сказал: кровь Его на нас и на детях наших.Мф. 27:25), и: не имамы царя, токмо Кесаря(15 Но они закричали: возьми, возьми, распни Его! Пилат говорит им: Царя ли вашего распну? Первосвященники отвечали: нет у нас царя, кроме кесаря.Ин. 19:15). Более подробное объяснение этого места ревностный читатель может найти в Хронике того же Евсевия, которую мы много лет тому назад перевели на латинский язык. А что от окончания храма до десятого года императора Августа, когда, но умерщвлении Гиркана, Ирод овладел Иудеею, насчитывается семь и шестьдесят две седмины, то есть четыреста восемьдесят три года, это мы можем подтвердить следующим образом: в первый год шестьдесят шестой5 олимпиады, то есть в шестой год Дария окончилось построение храма, а в третий год сто восемьдесят шестой олимпиады, то есть в десятый год Августа, Ирод получил власть над иудеями, что́ составляет четыреста восемьдесят три года при счете каждой олимпиады в четыре года. Тот же Евсевий излагает и другое мнение, которого отчасти и я не отвергаю (или и он не отвергает), – что многие одну седмину лет расширяют до семидесяти лет, считая каждую седмину в десять лет, и утверждают, что от страдания Господня до царствования Нерона прошло тридцать пять лет, когда римляне в первый раз подняли оружие против иудеев, и что это и есть половина семидесятилетней седмины. Затем от Веспасиана и Тита и далее от сожжения Иерусалима и храма до Траяна прошло еще тридцать пять лет. Это и есть та седмина, о которой ангел говорит Даниилу: и утвердит завет для многих одна седмина. Ибо по всей земле было проповедуемо евавгелие апостолами, прожившими до этого времени, потому что в церковных историях передается, что евангелист Иоанн прожил до времен Траяна. Но я не знаю, почему предшествующие семь и шестьдесят две седмины мы должны принимать за седмилетия, а эту одну за десятилетия, то есть за семьдесят лет. Так [говорит] Евсевий. Ипполит6 относительно тех же седмин был такого мнения: он насчитывает семь седмин до возвращения народа и шестьдесят дне седмины по возвращении до рождества Христова. Но времена их не соответствуют этому. Ибо царство персидское считается в двести тридцать лет и македонское в триста и после них до рождества Господа тридцать лет, то есть от начала Кира, царя персидского, до пришествия Спасителя пятьсот шестьдесят лет. Последнюю же седмину он относит к концу мира и разделяет ее на времена Илии и антихриста, так что в три с половиною года последней седмины утвердится познание Бога. О ней сказано: утвердит завет для многих одна седмина. А в три другие года при антихристе прекратится жертва и приношение. По пришествии же Христа и по истреблении беззакония духом уст Его до самого конца продолжится запустение. Аполлинарий же Лаодикийский, освобождая себя от всякого вопроса о прошедшем, простирает взоры (vota) на будущее и рискованно произносит суждение о неизвестном. Если те, которые после нас будут жить, увидят, что это в определенное время не исполнилось, то они будут вынуждены искать другого решения и уличить учителя в заблуждении. Вот его слова в буквальном переводе, чтобы не показалось, что я возвожу на него то, чего он не говорит. „В четыреста девяносто лет грехи и все пороки, происходящие от грехов, будут уничтожены; после того настанет добро (bоnа), и мир примирится с Богом в пришествии Христа. Сына Его. От исхода Слова, когда Христос родился от Девы Марии, до сорок девятого года, то есть до конца семи седмин, было ожидаемо покаяние Израиля. После же того, с восьмого года Клавдия Цезаря, против иудеев было поднято оружие римлянами. Ибо на тридцатом году Своей жизни во плоти Господь начал, по евангелисту Луке (Лк. 3), проповедовать евангелие и потом чрез три пасхи, по евангелисту Иоанну (Ин. 2 и Ин. 11), прожил еще два полных года, затем насчитывается шесть лет Тиберия, четыре Гая Цезаря, именовавшегося Калигулою, и восемь Клавдия, то есть вместе сорок девять лет, составляющих семь седмин лет. Когда же истекут после сего четыреста тридцать четыре года, то есть шестьдесят две седмины, тогда Илиею, который придет но слову Господа Спасителя (Лк. 1), чтобы возвратить сердце отцов детям, в последнюю седмину будут обстроены Иерусалим и храм в три с половиною года, и придет антихрист и, по апостолу (2 Фес. 2), сядет в храме Божием, но после борьбы против всех святых будет убит духом Господа Спасителя, и будет так, что средина седмины утвердит завет Божий со святыми и снова средина предвозвестит прекращение жертв при антихристе, который установит (роnet) мерзость запустения, то есть идола и статую собственного бога в храме, и будет крайнее опустение и осуждение народа иудейского, презревшего истину Христову и принявшего ложь антихриста». Тот же Аполлинарий утверждает, что он принял это мнение относительно времен потому, что Африкан, написавший „Времена“, объяснение которого я выше изложил, свидетельствует, что последняя седмина будет при конце мира, и что не может быть, чтобы соединенные времена могли быть разделяемы, но все времена по пророчеству Даниила должны быть соединяемы. Климент, ученейший муж, пресвитер александрийской церкви, мало придавая значения числу лет, говорит, что от Кира, царя персидского, до Веснасиана и Тита, императоров римских, исполнились семьдесят седмин лет, то ест четыреста девяносто лет; присоединив к этому числу две тысячи триста дней, о которых мы выше сказали, он старается в пределах этих седмин исчислить времена персов, македонян и Цезарей, между тем как по самому тщательному вычислению с первого года Кира, царя персидского и мидийского, когда царствовал и Дарий, до Всепасиана и разрущении храма насчитывается шестьсот тридцать лет. Ориген, помогая нам в этом отделе, советовал нам спрашивать о том, чего мы не понимаем, и так как здесь не имела места аллегория, при которой свободно можно рассуждать, то держась истины исторического толкования, сделал следующее краткое замечание в десятой книге Строматов: «с особым старанием должны быть исследуемы времена с первого года Дария, сына Ассуирова, до пришествия Христова: сколько лет и о каких событиях в них говорится, и нужно обратить внимание на то, можем ли мы согласовать их [с временем] пришествия Господня“. Что говорил Тертуллиан, это мы можем узнать из той книги, которую он написал против иудеев. Слова его следует вкратце привести. «Но каким образом мы можем доказать, что Христос пришел по истечении (intra) шестидесяти двух седмин? Мы начнем исчисление с первого года Дария, потому что в это именно время было показано Даниилу самое видение. Ибо ему было сказано: знай и сообрази, что от возвещения слова, [в котором] я даю тебе следующий ответ. Поэтому мы должны начать счет с первого года Дария, когда Даниил увидел это видение. Посмотрим же, каким образом исполняются годы до пришествия Христова. Дарий царствовал девятнадцать лет; Артаксеркс сорок лет; Ох, он же и Кир, двадцать четыре года: Аргус один год; другой Дарий, именовавшийся также Мелою, двадцать один год: Александр Македонский двадцать лет. Потом, после Александра (который царствовал и над побежденными им мидянами и персами и утвердил свое царство в Александрии, назвав ее также своим именем) царствовал там в Александрии Сотер тридцать пять лет; преемником его был Филадельф, царствовавший тридцать восемь лет; после него Евергет царствовал двадцать пять лет; потом Филопатор семнадцать лет и после него Епифан двадцать четыре года; также другой Евергет двадцать девять лет; Сотер тридцать восемь лет; Птоломей тридцать семь лет, Клеопатра двадцать лет и пять месяцев. Также вместе с Августом царствовала Клеопатра тринадцать лет. После Клеопатры Август еще царствовал сорок три года, ибо всех лет царствования Августа было числом пятьдесят шесть. Итак мы можем видеть, что Христос родился в сорок первый год правления Августа, царствовавшего по смерти Клеопатры, и что тот же Август прожил после рождества Христова еще пятнадцать лет. Остальные же времена лет до дня рождества Христова, до сорок первого года Августа, по смерти Клеопатры, составят четыреста тридцать семь лет и пять месяцев. Таким образом до дня рождества Христова исполнились шестьдесят две седмины с половиною, составляющие четыреста тридцать семь лет и шесть месяцев. И явилась правда вечная, и помазан был Святый святых, то есть Христос, и запечатано было видение и пророчество и отпущены были грехи, что́ чрез веру во имя Христово дается всем верующим в Него. Что же означают слова: запечатается видение и пророчество? Так как все пророки предвозвещали, что Он должен прийти и пострадать, то [Даниил] и сказал, что но исполнении пророчества чрез пришествие Его запечатается видение и пророчество, потому что Он есть печать всех пророков и исполнение всего того, что прежде предсказывали о Нем пророки. Ибо после пришествия и страдания Его (или Христа) уже нет ни видения, ни пророчества (или пророка), которыми предсказывалось бы пришествие Христа“. И немного спустя [Тертуллиан] говорит: „посмотрим, каким образом исполнились другие семь с половиною седмин, в которых сделано подразделение по отделении от предшествующих седмин. Август после рождества Христова прожил еще пятнадцать лет. Ему наследовал Тиберий Цезарь и царствовал двадцать два года, семь месяцев, двадцать восемь дней. В пятнадцатый год его правления пострадал Христос, имея во время Своих страданий около тридцати трех лет. Также Гай Цезарь, он же и Калигула, [царствовал] три года, восемь месяцев, тринадцать дней; Нерон девять лет, девять месяцев, тринадцать дней; Гальба семь месяцев, двадцать восемь дней; Отон три месяца, пять дней; Вителлий восемь месяцев, двадцать восемь дней. Веспасиан в первый год своего правления покорил иудеев. Из этого образуется число в пятьдесят два года и шесть месяцев. Ибо он царствовал одиннадцать лет, и таким образом над иудеями в день завоевания их исполнились семьдесят седмин, предсказанных Даниилом“. Изложу вкратце то, что евреи думают относительно этого места, оставляя ответственность за достоверность излагаемого за теми, коими это было сказано. Будем говорить в перифразе (παραφραστικῶς), чтобы смысл был яснее. Знай, Даниил, что с этого дня, в который я тебе теперь говорю (это был первый год Дария, убившего Валтасара и перенесшего халдейское царство к мидянам и персам), до семидесятой седмины лет включительно, то есть в четыреста девяносто лет, следующее одно за другим произойдет с народом твоим. Сначала будет милостив к тебе Бог, к которому ты теперь обращаешься с усердными молениями, и истребится грех и окончится беззаконие. Ибо теперь, по опустошения города и по разрушении храма до основания, народ находится в плаче, но спустя немного времени он будет восстановлен. И в течение этих семидесяти седмин не только будет построен город и восстановлен храм, но и родится Христос, то есть правда вечная. И запечатается видение и пророчество, так что не найдется ни одного пророка в Израиле, и будет помазан Святой святых, о котором в Псалтыри мы читаем: сего ради помаза Тя, Боже, Бог Твой елеем радости паче причастник Твоих (8 Ты возлюбил правду и возненавидел беззаконие, посему помазал Тебя, Боже, Бог Твой елеем радости более соучастников Твоих.Пс. 44:8). Он и в другом месте говорит о Себе: святи будите, яко Аз свят есмь (2 объяви всему обществу сынов Израилевых и скажи им: святы будьте, ибо свят Я Господь, Бог ваш.Лев. 19:2). Итак знай, что с того дня, в который я говорю теперь тебе и по слову Божию обещаю возвращение народа и восстановление Иерусалима, до Христа Вождя и до вечного запустения храма нужно считать шестьдесят две седмины и еще другие семь седмин, в течение которых по порядку произойдут те два события, о которых я уже прежде сказал тебе, – возвращение народа и обстроение улиц Неемиею и Ездрою. В конце седмин исполнится определение Божие в трудные времена, когда снова будет разрушен храм и будет взят город. Ибо после шестидесяти двух седмин будет убит Христос и не будет Его народом тот, который отречется от Него, или, как они говорят, не будет у него (или у них) власти, которую они надеялись удержать. И что я говорю об убиении Христа и о полном оставлении народа без помощи Божией, когда город и святилище разрушит парод римский, который придет вместе с Веспасиапом, как вождем? После смерти Его, по истечении семи седмин, то есть через сорок девять лет, Элии Адриан, которым впоследствии из развалин Иерусалима был построен город Элия, победит (или победил) возмутившихся иудеев в войне, (ведшейся против них) под предводительством Тима Руфа. И тогда прекратится жертва и приношение, и до самого конца мира продолжится запустение. При этом нас, говорят они, не должно смущать то, что сначала считается семь седмин, потом шестьдесят две и затем снова одна, которая разделяется на две части. Ибо это есть особенность (idioma) еврейской речи и латинского языка древних, что прежде считается меньшее число, а потом большее. Так напр. мы теперь, вопреки свойству нашего языка, говорим: „Авраам жил сто семьдесят пять лет“, а те, напротив того, говорят: „Авраам жил пять и семьдесят и сто лет». Поэтому не так исполняется, как читается, но как все вместе считается, так и оканчивается. Не безызвестно нам также, что некоторые из них говорят, что одна седмина, о которой написано: утвердит завет для многих одна седмина, разделяется по отношению к Веспасиану и Адриану, потому что по истории Иосифа Весиасиан и Тит в продолжение трех лет и шести месяцев были в мире с иудеями. Три же года и шесть месяцев при Адриане считаются с того времени, когда Иерусалим совсем был разрушен и иудейский народ массами избивался, так что иудеи даже изгонялись из пределов [страны] Так говорят евреи, мало обращая внимания на то, что с первого года Дарии, царя персидского, до последнего разрушения Иерусалима, происшедшего с ними при Адриане, считается сто семьдесят четыре олимпиады, то есть шестьсот девяносто шесть лет, составляющих девяносто девять еврейских седмин и три года, когда предводительствовавший иудеями Кохба был побежден и Иерусалим разрушен до основания.

Примечания

  • 1 Этот отрывок из творения Африкана на греческом языке находится у Евсевия в Demonstrat. Evang. lib. VIII
  • 2 Лунный же год, по исчислению Африкана, состоит только из 354 дней.
  • 3 То есть помазанниками.
  • 4 Иосиф в Древностях (кн. X гл. 8) говорит о прибытии Александра в Иерусалим и о принесении им жертвы в храме, но не упоминает при этом о построении Александрии этим царем.
  • 5 Здесь и ниже следует читать: седьмой олимпиады вместо шестой.
  • 6 В толкованиях на Даниила или в творении "об истории Сусанны"

Источник

Творения блаженного Иеронима Стридонского. Часть 12. Киев, 1894. С.79-96 (Библиотека творений св. отцов и учителей Церкви западных, издаваемые при Киевской Духовной Академии, Кн. 21.)

Добавил: Сепфора

Отредактировал: Сепфора