Толкование Евангелие от Марка 16 глава 1 стих - Экзегет

Прежде всего, когда прочитаешь все евангельские повествования о воскресной ночи, самое общее и самое первое впечатление получается такое, что евангелисты, имея в виду одно и то же событие, тем не менее передают его различно.

Чем же это различие можно объяснить, не подвергая при этом ни малейшему сомнению правдивости самих евангелистов? Только и единственно тем, что, значит, рассказы о воскресной ночи шли к ним от различных лиц, то есть в данном случае от различных жен-мироносиц как непосредственных свидетельниц события, потому что не могли же евангелисты, будучи верны истине, один и тот же рассказ передать до несравнимости различно.

Но отчего сами эти свидетельницы одного и того же события могли быть несогласны между собою, если они безусловно правдивы? Как ни странным покажется, но не может быть ни малейшего сомнения, что это несогласие могло произойти и произошло именно от их безусловной правдивости. Вчитываясь в евангельские рассказы, мы видим, что св. жены-мироносицы, желая быть совершенно верными истине, с удивительной силой ни на одну минуту, ни на одну черту не дают воли своей фантазии и своим догадкам относительно того, как произошло все событие в его целом объеме, само по себе, помимо их личного опыта. Каждая из них рассказывает исключительно только то, что сама видела и сама испытала, участвуя в одной какой-либо части события и в том или другом его моменте. Такая необычайная и настойчивая точность свидетельств сама собой ведет к их разнообразию.

•••

Евангелист Лука говорит о Марии Магдалине, Марии Иаковлевой и Иоанне с бывшими с ней другими галилейскими женами, но так как опять его повествование совсем иное, чем у других евангелистов, то мы и источником его не можем предполагать ни Марию Магдалину, потому что ее собственный и совершенно отличный рассказ мы находим у евангелиста Иоанна, ни Марию Иаковлеву, потому что она упоминается, как сейчас скажем, у евангелиста Марка тоже при ином рассказе, следовательно, естественнее всего предположить, что евангелист Лука записал свои известия со слов Иоанны во главе с другими, с ней бывшими галилейскими женами.

Нам остается сказать о путешествии на гроб и обратно тех галилейских жен во главе с Иоанной, от которых почерпал свои сведения евангелист Лука. Их путь и движения были очень просты. Как мы прежде видели, они еще с пятницы запаслись благовониями. Проведя субботу по закону в покое, они вслед за Марией Магдалиной, когда рассвет начал уже чуть-чуть брезжить, пришли ко гробу. Затем они видят двух ангелов, которые и сообщают им о Воскресении Господа и напоминают пророчество Его об этом, когда Он был еще в Галилее. От гроба они возвращаются обратно к себе и возвещают все это апостолам и всем прочим (Лк. 23:56; Лк. 24:1-9). К ним присоединились и Мария Магдалина и Мария Иаковлева, тоже подтвердившие их весть о евангельском явлении и благовестии (Лк. 24:10).

Перед нами теперь общее очертание путей святых жен. Вечер субботы. Из дома апостола Иоанна идут Мария Магдалина и другая Мария посмотреть гроб. Мария Магдалина возвращается обратно и с Саломией и Марией Иаковлевой покупает ароматы. Другая Мария остается у гроба и становится свидетельницей землетрясения и сошествия ангела с неба, который отваливает камень от гроба. После полуночи Мария Магдалина опять уходит из дому и, вероятно, идет по пути к другим женам, или же обгоняет их, идущих ко гробу. Когда мрак ночи царил еще вполне, она была уже у гроба. Увидев, что он пуст, она бежит к Петру и Иоанну. В это время, в самом начале рассвета, приходят галилейские жены и тоже в недоумении видят, что Тела Господа нет; затем им являются два ангела и возвещают о Его Воскресении. Когда они пошли опять к себе, чтобы рассказать ученикам о случившемся, приходят ко гробу с Марией Магдалиной Петр и Иоанн, вероятно, от дома Иоанна, так как к нему Мария Магдалина отправилась уже после извещения Петра; удостоверившись, что Тела Господа действительно нет, они уходят обратно к себе, а Мария Магдалина, оставшись, удостаивается видения двух ангелов и вслед за этим — Самого Господа. Когда она шла возвестить о сем, приходят ко гробу, уже при восходе солнца, Саломия и Мария Иаковлева, к которым присоединяется и другая Мария. Они видят ангела и получают благовестив от него о Воскресении Господа и повеление идти и возвестить ученикам и Петру, что Он предваряет их в Галилее. Мария Иаковлева, обратив внимание, что повелено сказать Петру, объятая страхом и трепетом, направляется к его жилищу, а остальные жены идут к себе, то есть к дому апостола Иоанна, и по пути удостаиваются явления Самого Господа. Между тем Мария Магдалина идет к ученикам и застает там галилейских женщин, рассказывающих о явлении им ангелов, и, вместе с пришедшей сюда же Марией Иаковлевой, присоединяется к их известиям и подтверждает их (Лк. 24:10). Апостол Петр, выслушав, вторично бежит на гроб и, наклонившись, опять видит только лежащие пелены и возвращается назад, полный удивления и недоумения.

Здесь мы не можем не обратить внимания на одну глубоко знаменательную и характерную черту. Галилейские жены видели только явление ангелов и слышали только их благовестив о Воскресении; ангелы им ничего не говорили, чтобы ученики шли в Галилею и что Господь там их предварит. Мария Иаковлева пришла к Петру и ученикам уже после того, как получила повеление идти к ним и послать их в Галилею. Мария

Магдалина была уже удостоена явления Самого Господа. И однако, как та, так и другая только присоединяются к рассказу галилейских женщин и говорят лишь о явлении ангелов, ничего не говоря о другом, более важном, что они знали. Что это было так, мы видим из слов евангелиста Луки. Он, сообщив то, что видели галилейские жены, говорит: То были Магдалина Мария, и Иоанна, и Мария, мать Иакова, и другие с ними, которые сказали о сем (то есть о том, что слышали и видели галилейские жены) Апостолам. Затем и другой раз он подтверждает то же, сообщая, что эммаусские путники, слышавшие женщин-благовестниц, знали от них только о явлении ангелов, которые говорили, что Иисус жив (Лк. 24:22-23). Что бы значило это молчание Марии Магдалины и Марии Иаковлевой? Это разъясняет нам евангелист Марк. Он говорит, что жены, услышавшие повеление сообщить ученикам и Петру, чтобы они шли в Галилею, где предварит их Господь, были объяты «трепетом и ужасом и никому ничего не сказали, потому что боялись» (Мк. 16:8). Очевидно, апостол Петр здесь отмечает это событие именно потому, что оно ближе всего касалось его: ему не сообщили повеление Господа; и причиной этого была боязнь. Значит, Мария Иаковлева и Мария Магдалина, придя в дом, где пребывал Петр с остальными учениками, и услышав от галилейских жен их рассказ о виденном ими, не осмелились сообщить прямо и открыто пред всеми о том, чему они одни удостоены были быть свидетелями. Мария Иаковлева была и так объята страхом; Мария Магдалина тоже боялась сказать все; ей, вероятно, представлялся вопрос, почему ангелы не сказали того же повеления и галилейским женам, если это должны знать все? почему Господь не явил Себя всем им, если бы это было сейчас необходимо? вправе ли она предупреждать волю Господа? не лучше ли подождать со своим рассказом, пока соберутся только одни одиннадцать Его учеников? Тогда воля Господа будет исполнена точно. Она не должна являть Его открыто, потому что Он не явил Себя так. Открыть всем тайну Господа, без воли Господа, казалось ей дерзновенным. И она молчала. Таковы могли быть соображения и таковы причины боязни, сомкнувшие уста Марии Магдалины и Марии Иаковлевой в присутствии всех жен и учеников. Изумительно, что мы можем находить некоторые косвенные указания у самого же евангелиста Марка на то, что Мария Магдалина, умолчав в общем собрании всех, сообщила потом обо всем, когда собрались одни ближайшие ученики Господа. Упомянув о том, что жены ничего не сказали о повеленном им (Мк. 16:8), он затем говорит совершенно неожиданно, как будто без связи с предыдущим: «Воскреснув рано в первый день недели, Иисус явился сперва Марии Магдалине, из которой изгнал семь бесов, она пошла и возвестила бывшим с Ним, плачущим и рыдающим» (Мк. 16:9-10). Очевидно, тут связь есть, именно связь впечатлений. Сперва, то есть в присутствии всех, Мария Магдалина и Мария Иаковлева молчали о виденном и слышанном ими, потому что боялись неточно исполнить волю Господа. Потом, когда собрались одни бывшие с Ним, то есть ближайшие Его ученики, Мария Магдалина рассказала о явлении ей воскресшего Господа.

•••

Такова была воскресная ночь. Так происходили разнообразные движения жен-мироносиц; так получались ими различные и друг от друга обособленные впечатления, и так создавался материал для их, не похожих один на другой, рассказов, передаваемых евангелистами.

Может быть, кто-нибудь подумает, что трудно представить себе, как это жены не встречались между собою на дороге, двигаясь то туда, то сюда? Естественно ли думать, что в продолжение немногих часов на небольших расстояниях, при участии в одном и том же событии, получились четыре различных группы свидетелей, каждая со своим особым путем, со своими особыми впечатлениями и описаниями?

Чтобы допустить это и признать вполне естественным, нужно помнить, что все это было на Востоке, почти две тысячи лет тому назад, в большом восточном городе, с его темными перепутанными улицами и пересекающимися без всякого порядка запутанными переулками; что все происходило ночью и, конечно, при полном отсутствии всякого искусственного освещения; что время было пасхальное, когда сотни тысяч пришедших богомольцев наполняли город и окрестности. Как раз с вечера должна была происходить церемония сжатия первого снопа и ранним утром торжественное принесение его в жертву; конечно, миллионная толпа двигалась в предрассветном сумраке по всем путям по направлению к храму, и отдельным лицам, которые проходили сквозь эту толпу, несравненно труднее было встретиться, чем не встретиться.