Толкование Евангелие от Луки 1 глава 73 стих - Экзегет

Раздел 1. Обобщающее толкование

Святые отцы, чьи толкования приведены к этому стиху (святитель Кирилл Александрийский, блаженный Феофилакт Болгарский, святитель Иннокентий Херсонский, святитель Филарет Московский и монах Евфимий Зигабен), единодушно видят в словах Захарии о «клятве, которою клялся Аврааму» указание на непреложность Божественного обетования. Бог не просто дал обещание, но закрепил его клятвой, чтобы у людей не оставалось сомнений в его исполнении. Все отцы подчёркивают, что эта клятва относится к пришествию Мессии – Христа, Который происходит из семени Авраамова и через Которого благословляются все народы.

Святитель Кирилл Александрийский особо останавливается на том, что Божия клятва – не человеческая. Если люди клянутся, чтобы подтвердить истинность своих слов, то Бог Своей клятвой не прибавляет ничего к Своей истине, но удостоверяет нас, чтобы мы твёрдо верили в обязательность исполнения Его обещания. Он сравнивает это с выражением «гнев Божий», которое не означает страсти, но обозначает карательную силу. Так и клятва Божия есть лишь способ убедить нас в неизменности Его воли.

Блаженный Феофилакт Болгарский связывает эту клятву с обетованием, данным Аврааму в Быт. 22:17: «благословляя благословлю тебя и умножая умножу семя твоё». Он указывает, что это умножение совершилось теперь, когда через веру все народы стали сынами Авраама. То есть исполнение клятвы – не только в плотском потомстве, но в духовном – в Церкви, собранной из всех народов.

Святитель Иннокентий Херсонский поднимает вопрос: почему Бог как бы особенно милует Авраама и его потомков, не проявляя лицеприятия? Он отвечает, что Бог всегда готов явить Себя в полноте, но люди по-разному принимают эту полноту в зависимости от своей веры и жизни. Праведники, подобные Аврааму, становятся проводниками Божьего благословения для других. Он также касается того, что обетования о чувственных благах не исполнились над Израилем во времена Христа, потому что условие – служение Богу «преподобием и правдой» – не было выполнено. Тем самым он подчёркивает, что исполнение клятвы зависит от верности человека, хотя Бог всегда верен Своему слову.

Святитель Филарет Московский в своей проповеди применяет это пророчество к современной ему ситуации, но в обобщающем смысле он утверждает, что цель Божьей клятвы – даровать нам возможность бесстрашно служить Ему в святости и правде. Это служение есть конечная цель всех Божественных обетований.

Монах Евфимий Зигабен замечает, что слово «помянет» (вспомнит) здесь означает исполнение, а «клятва» – подтверждение обетования. Он также отмечает грамматическую особенность: у глагола «помнить» дополнение может стоять в родительном или винительном падеже, и в пророческих речах это обычно.

Все отцы сходятся в том, что клятва, данная Аврааму, есть твёрдое основание для нашей надежды на спасение. Она свидетельствует о неизменной верности Бога и о том, что Христос, родившийся от семени Давидова, есть исполнение этого древнего обетования. И эта клятва обращена к нам, наследникам веры Авраамовой, чтобы мы, избавленные от врагов, служили Богу без страха, в святости и правде.

---

Раздел 2. Частные замечания Святых Отцов

Святитель Кирилл Александрийский поясняет, что клятва Бога не есть страстное действие, а способ удостоверить нас в непреложности Его обещания. Он предостерегает от привычки клясться, ссылаясь на пример Бога, ибо Божья клятва – это Его слово, уверяющее слушателей.

Блаженный Феофилакт Болгарский указывает конкретное место клятвы – Быт. 22:17, и говорит, что умножение семени Авраамова произошло через веру всех народов, которые стали его сынами по духу.

Святитель Иннокентий Херсонский размышляет о том, что Бог не лицеприятен, но праведники привлекают на род человеческий Божие благословение. Он также замечает, что пророчество о чувственных благах не исполнилось над Израилем из-за их неверия, но это не отменяет верности Бога.

Святитель Филарет Московский акцентирует, что клятва дана для того, чтобы мы, избавленные от врагов, служили Богу «преподобием и правдою» во все дни жизни. Это служение есть главная цель Божественного домостроительства.

Монах Евфимий Зигабен обращает внимание на грамматику: у глагола «помянет» в греческом тексте дополнение может стоять в разных падежах, и это свойственно пророческим речам. Он определяет «клятву» как подтверждение обетования.