Проповедь: Неделя 15-я по Пятидесятнице. Какая наибольшая заповедь?. Автор Александр Свирелин прот.

Ст. 35—36. Некоторый законник подошел, к Иисусу и, искушая Его, спросил, говоря: Учитель! Какая наибольшая заповедь в законе? Фарисеи были часто посрамляемы Иисусом Христом за их ложное учение и мнимую праведность. Из зависти и досады они часто собирались около Христа, задавали Ему разные вопросы с тем, чтобы уловить Его в слове и унизить Его пред людьми. Один из таких фарисеев, особенно искусный в слове и знании законов, потому и называвшийся законником, подошел к Иисусу Христу с тем же намерением и предложил Ему вопрос о том, какая самая большая заповедь в законе. Вопрос этот у иудеев считался спорным: одни считали самою большею заповедь о жертвах, другие — об обрезании, иные — об очищениях. Законнику хотелось испытать, как Христос решит этот вопрос, не выскажет ли Он чего несогласного с законом Моисеевым, чтобы, таким образом, найти случай к обвинению Его. Ст. 37—38. Иисус сказал ему: Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим и всею душою твоею и всем разумением твоим: сия есть первая и наибольшая заповедь. На вопрос законника Господь ответил, что заповедь о любви к Богу есть первая и большая заповедь, ибо Бог есть существо Высочайшее по Своему бытию и совершенствам, от Него мы получили бытие, и исходит всякое даяние благо и всяк дар совершен. Мы должны любить Бога всецело — всем сердцем — всею полнотою сердечной жизни; наше сердце должно безраздельно принадлежать Богу и ничем на свете не услаждаться больше. Всею душою, т.е. не только сердце, но все силы души, как, например, память, воображение, разум, воля, должны быть всецело устремлены к Нему. Всею мыслию, чтобы любовь сия была не слепая, не безотчетная, но разумная и ясная. Ст. 39. Вторая же подобная ей: Возлюби ближнего твоего, как самого себя. Второю заповедью Господь наименовал любовь к ближнему. Под именем ближнего разумеется всякий человек, ибо всякий человек как бы сродник нам и брат: во-первых, по естеству и происхождению, так как все сотворены от единого Бога, имеем одинаковую природу; во-вторых, по возрождению духовному, так как все христиане от единого Христа возрождены во святом крещении, питаются единым телом Его и кровью, призываются к единению с Богом и к вечной жизни на небесах. Эта вторая заповедь о любви к ближним по важности подобна первой, потому что требует той же искренней и бескорыстной любви, как и первая заповедь о любви к Богу. Ст. 40. На сих двух заповедях утверждается весь закон и пророки. Все, что требует закон Моисеев, что предписывали и чего требовали пророки — все это основано на сих двух заповедях — любви к Богу и ближнему. Так что если в законе и у пророков и есть что-нибудь большее, то все это составляет или развитие сих двух заповедей, или пример исполнения их, или побуждение к исполнению их, или, наконец, обличение за неисполнение их. Ст. 41—42. Когда же собрались фарисеи, Иисус спросил их: Что вы думаете о Христе? Чей Он сын? Говорят Ему: Давидов. Когда Господь окончил ответ законнику и когда, по сказанию евангелиста Марка (Мк. 12:34) и Луки (Лк. 20:40), уже никто не смел ни о чем спрашивать Его — тогда фарисеи стали собираться к одному месту, вероятно, для какого-нибудь совещания или нового вопроса. Чтобы показать, как они малосведущи в писании, смирить их гордость и исправить их ложные понятия о Мессии, Господь Сам предлагает им вопрос о происхождении ожидаемого Мессии, от какого Он рода должен произойти по писаниям пророков? Они отвечали: Давидов, т.е. простой человек, из потомства Давида. Ст. 43—45. Говорит им: Как же Давид, по вдохновению, называет Его Господом, когда говорит: cказах Господь Господу моему: cеди одесную Меня, доколе положу врагов Твоих в подножие ног Твоих (Пс. 109:1)? Итак, если Давид называет Его Господом, как-же Он сын ему? Вопросом этим Иисус Христос хотел внушить фарисеям, что Мессию должно считать не простым человеком, обыкновенным потомком Давида, но Господом. «Если Мессия только потомок Давида, то как Давид называет Его своим Господом? Никакой земной отец не смеет назвать сына своего Богом, Господом своим. Если же Мессия есть потомок Давида и есть Господь, то это значит, что Он есть Сын Человеческий, по плоти происходящий от Давида, и вместе есть Бог, Сын Божий, поборающий всех врагов и владычествующий над всем миром. Это совершенно истинно, ибо Давид говорит не сам от себя, а по внушению Духа Божия: рече Духом Святым (Мк. 12:36)». Ст. 46. И никто не мог отвечать Ему ни слова; и с того дня никто уже не смел спрашивать Его. Вопрос, предложенный Иисусом Христом фарисеям, ясно и убедительно указывал на Божественное происхождение Мессии; но они никак не могли понять, что в ожидаемом ими Мессии два естества: Божеское и человеческое, что по человеческому происхождению Он есть потомок Давида, а по Божескому — Он есть Сын Божий, есть Господь Давида; и потому, не могши примирить этого пророчества в своем уме, не отвечали ни слова и не смели более предлагать Иисусу Христу вопросов.