Толкование Откровение ап. Иоанна Богослова 2 глава 17 стих - Экзегет

Ст. 17. «Побеждающему дам ясти от манны сокровенныя». Что означает эта символическая сокровенная манна? В решении этого вопроса толкователи разделяются на две группы. Одни отыскивают предмет, обозначаемый символ манны, в настоящей жизни: по Андрею и Арефе, «манна сокровенная есть хлеб жизни небесный, с небес для нас сшедший и сделавшийся для нас едомым», то есть Христос, Которого верующие приобщаются в таинстве Евхаристии; по мнению Бернарда Клервосского, манна означает неизреченную сладость, которая соединяется с мистическим созерцанием Божественного существа и дел Божиих; по С.a Lapide, это — сладостное ощущение душевного мира, подаваемое верующим свыше для утешения в скорбях настоящей жизни; по другим — благодать, спасающая избранных, Слово Божие. Другая часть толкователей с полным правом и основательностью относит награду к будущей блаженной жизни. В этом случае манна означает или вообще сладость вечного блаженства праведников, или Самого Христа как источник жизни и блаженства. Последнее объяснение заслуживает предпочтения во многих отношениях. Духовная манна, поддерживающая жизнь духа у верующих во время земного странствования и составляющая залог вечной жизни (Ин. 6:51), есть Евхаристия, в которой верующие под видом хлеба и вина вкушают истинное Тело и истинную Кровь Христовы с верою и надеждою на преискреннее приобщение Христа в невечернем дне Царствия Его. Земное приобщение Христа по причине телесного состояния членов Церкви сокрыто под чувственными и вещественными образами хлеба и вина, которые возводят ум к иному, высшему и духовному преискреннему приобщению, ожидаемому в жизни вечной. Небесная вечная Евхаристия и есть таинственная сокровенная манна, обетованная в награду верующим. Это будет духовное непосредственное насыщение Христом, источником жизни (ср. Откр. гл. 21). Манна именуется сокровенной, потому что до откровения вечного Царства вознесшийся Христос, в духовном вкушении Которого будет состоять вечная Евхаристия, сокрыт в Боге. В какой форме будет совершаться вкушение сокровенной манны, об этом можно составить некоторое понятие из слов 16-го псалма, где описывается блаженство праведника сравнительно с грубыми чувственными утехами грешника: в то время как люди мира, для которых высшее благо заключается в пределах земной жизни, наполняют чрево свое, праведник в правде взирает налицо Божие и насыщается образом Божиим (Пс. 16:15). Другой вид награды, обетованной христианам Пергама: «И дам ему камень бел, и на камени имя ново написано, егоже никтоже весть, токмо приемляй». Ψήφος λευκή (буквально — «камешек белого цвета») у древних обозначал счастливый жребий, где бы он ни выпадал: в суде, на играх, на выборах. Белым камешком древние отмечали счастливые дни и их же выдавали победителям на играх. Они же употреблялись на выборах, при баллотировках, в качестве избирательных шаров. Из этих трех значений необходимо принять истолкование Арефы и видеть в ψήφος λευκή наградный жребий победителя на играх, скачках, в театре, и т.п. В языческом мире победа на каком бы то ни было состязании ставилась весьма высоко и увенчивалась щедрыми наградами. Пергам знаменит был своими гладиаторскими играми и звериными травлями. Любовь к зрелищам, без сомнения, не была чужда многим и из членов христианской Церкви; может быть, некоторые из них и сами принимали личное участие в состязаниях в надежде получить победную награду. Как бы то ни было, участие в безнравственных и кровавых зрелищах языческих должно было служить для христиан сетью, которая снова могла увлекать их в язычество; театральные зрелища сближали христиан с язычниками, заставляли смотреть снисходительнее на языческие пороки, вынуждали участвовать в их религиозных церемониях и жертвоприношениях, которые соединялись со зрелищами, а это было переходной ступенью к николаитизму. Таким образом, вторая награда заимствуется из сферы, знакомой всем жителям Пергама, и имеет, подобно первой, теснейшую связь с николаитским движением, вызванным некоторыми отличительными особенностями местной жизни. Согласно данному объяснению, новое имя, известное только получающему, должно обозначать известный род и степень блаженства в будущей жизни, различные для каждого победителя соответственно различным степеням нравственного совершенства и различным родам подвигов (1 Кор. 15:41). Имя каждой отдельной награды есть имя новое, потому что небесная награда не имеет ничего общего с суетными, тленными и скоропреходящими благами, которые выпадают на долю победителей в состязаниях языческих. «Чт. в общ.», 1891