Толкование Евангелие от Матфея 15 глава 0 стих - Экзегет

Приход к Иисусу книжников и фарисеев

Собрались к Нему фарисеи и некоторые из книжников. Выражение Евангелиста (Мк. 7:1) — собрались к Нему — дает основание полагать, что собралось много фарисеев и что сборище это было не случайное, а заранее подготовленное и имевшее целью уличить Иисуса в нарушении закона и преданий.

И что же? Как только они пришли, тотчас же увидели страшное, по их мнению, нарушение учениками Иисуса преданий старцев: они ели хлеб неумытыми руками! Для фарисея, полагавшего всю святость в точном соблюдении всех обрядов, установленных законом и преданием, было ужасно то преступление, над совершением которого они застали ближайших учеников Иисуса, и которое они, конечно, совершали с ведома или даже дозволения своего Учителя, поэтому они тотчас же стали укорять таких нарушителей преданий.

Вероятно, Апостолы ничего не ответили фарисеям на их упреки. Не получив никакого ответа, фарисеи и книжники спрашивают Самого Иисуса: зачем ученики Твои не поступают по преданию старцев, но неумытыми руками едят хлеб?

Во всех, подобных этой, беседах с фарисеями и книжниками Иисус не отвечает прямо на их вопросы, но или Сам задает им такой вопрос, ответом на который разрешается и предложенный Ему, или говорит им притчу, вынуждающую их сознаться в своей неправоте. Так было и в данном случае. Не порицая, но и не освящая Своим словом предание, на которое ссылались враги Его, не осуждая, но и не хваля Своих учеников, нарушающих это предание, Иисус спрашивает книжников и фарисеев: зачем и вы преступаете заповедь Божию ради предания вашего? Что выше: закон, данный Богом, или ваше предание? — Книжники и фарисеи забыли, что Моисей, повторяя отцам их данные Богом законы, сказал: ///Все, что я заповедую вам, старайтесь исполнить; не прибавляй к тому и не убавляй от того/ (//Втор. 12:32). Они прибавили от себя к закону Моисея множество дополнений и приписали их самому Моисею; они уверяли народ, что Моисею на горе Синай даны два закона, из которых один записан им, а другой устно передан народу, потом преемственно передавался следующим поколениям и известен под названием преданий старцев. Вот на эти-то предания книжники и фарисеи опирались всегда, когда им было выгодно нарушать закон, данный Богом через Моисея.

Книжники и фарисеи упрекнули учеников Иисуса в том, что они нарушают предания, а Иисус указывает им на сознательное нарушение ими Закона и на умышленно-неправильное толкование Закона народу. Зачем и вы преступаете заповедь Божию ради предания вашего?

Закон, данный вам, гласит: почитай отца и мать, и угрожает смертью тому, кто злословит их. А вы? Вы учите отказывать родителям в помощи под предлогом намерения пожертвовать Богу то, что они просят; и кто поступает так, соблюдая ваше предание, того вы освобождаете от исполнения важнейшей заповеди! ¹

«Фарисеи учили юношей, под видом благочестия, презирать отцов. Если кто из родителей говорил сыну: дай мне овцу, которую ты имеешь, или тельца, или иное что, то им отвечали: то, чем ты желаешь от меня пользоваться, я отдаю в дар Богу, и ты не можешь получить этого. Отсюда происходило двоякое зло: и Богу не приносили, и родителей, под предлогом приношения Богу, лишали дара; и оскорбляли родителей под предлогом обязанности к Богу, и Бога — под предлогом обязанности к родителям» (Свт. Иоанн Златоуст. Беседы на Евангелие от Матфея. 51).

Все заботы фарисея были направлены к тому, чтобы казаться не таким, каким он в действительности есть. Он хотел казаться благочестивым, праведным; но так как быть действительно благочестивым нелегко, то он измышлял всевозможные способы обходить суровые предписания закона, толковать их превратно в свою пользу и даже заменять их обычаями, установленными такими же, как и он, лицемерами.

Лицемеры! хорошо пророчествовал о вас Исайя, говоря: эти люди чтят Бога и молятся Ему только наружно; уста их говорят одно, а сердце чувствует другое; сердце их далеко от Бога. Они отвергают Его заповеди и заменяют их своими, заповедями человеческими. Напрасно же они думают, что таким путем могут угодить Богу; напрасно они учат тому же и других.

Фарисеи, изобличенные в лицемерии и отступничестве от Закона, молчат, ничего не отвечают на вопрос Иисуса. Не желая бросать жемчуга Своего перед свиньями,

Учение о том, что оскверняет человека

Иисус оставляет фарисеев с их затаенной злобой и ничего более не говорит им; но, не желая оставлять в недоумении стоявший тут же, сзади фарисеев, народ, объясняет народу, а не фарисеям, что входящее в уста человека не оскверняет его, не делает его через это нечистым, а оскверняет его то, что выходит из уст (см. толкование ниже).

Сказав это, Иисус вошел в дом (Мк. 7:17), за Ним последовали ученики Его. Фарисеи же, озлобленные на Иисуса за всенародное обличение их в лицемерии, остались с народом и, вероятно, тотчас же стали разъяснять ему, что слова Иисуса — соблазн для истинных иудеев, желающих быть благочестивыми и в точности соблюдать все предания старцев. Ученики Иисуса, входившие за Ним в дом и слышавшие эти рассуждения фарисеев, сказали потом Иисусу: знаешь ли, что фарисеи, услышав слово сие, соблазнились?

По мнению Иоанна Златоуста, ученики говорили это не потому, что заботились о фарисеях, а потому, что сами смутились от слов Иисуса, но признаться в этом не решались. А что они действительно и сами соблазнились, видно из того, что Петр подходит и говорит Иисусу: Изъясни нам притчу сию. Открывая свое душевное смущение, но не осмеливаясь явно сказать — я соблазняюсь, он просит изъяснения притчи (Свт. Иоанн Златоуст. Беседы на Евангелие от Матфея. 51).

Заметив смущение учеников Своих, Иисус обратился к ним с притчей. Он сравнил слово Божие с семенем, которое садовник сеет, а возрождение человека от действия слова Божия — с ростом вырастающего из семени растения. Садовник зорко следит за ростом посеянного им; всякое растение, вырастающее помимо его воли, то есть не им посеянное или посаженное, а случайно выросшее там, где ему не следует быть, он вырывает и выбрасывает из сада. Так и всякое учение, не содержащее в основе своей правды Божией, будет рано или поздно отвергнуто. Всякое растение, которое не Отец Мой Небесный насадил, искоренится; оставьте их: они — слепые вожди слепых; а если слепой ведет слепого, то оба упадут в яму. Вас смущает, что Я отвергаю учение фарисеев о преданиях, к которым вы так привыкли; но ведь это учение человеческое, оно не от Бога исходит, оно даже явно противоречит воле Божией и потому не может устоять перед истиной. Знайте же, что всякое учение, не согласное со словом Божиим, — ложно, и ложь его рано или поздно разоблачится. Не бойтесь же фарисеев и не следуйте их лжеучению; оставьте их. Как слепого не заставишь видеть, так и их ничем не вразумишь. Они слепые вожди. Если же вы будете следовать их учению, то есть если сами сделаетесь как бы слепыми, то что же произойдет? Слепой будет вести слепого? Да ведь они оба упадут в яму.

Читая это изречение Иисуса, можно, пожалуй, подумать, что Он вполне равнодушно говорит о предстоящей гибели не только слепых вождей народа еврейского, но даже и тех, кого они ведут за собой. Но такое заключение будет ошибочно. Если бы Христос относился равнодушно к гибели одних только врагов Своих, слепых вождей народа, то не стал бы так настойчиво и при всяком случае вразумлять их, открывать глаза их, чтобы они видели и понимали все; между тем мы знаем, что Он даже в последний день Своего открытого служения хотел спасти их, и когда они все-таки упорствовали и не хотели ничего видеть, Он, с воплем и сокрушением сердечным, воскликнул: Иерусалим, Иерусалим, избивающий пророков и камнями побивающий посланных к тебе! сколько раз хотел Я собрать детей твоих, как птица собирает птенцов своих под крылья, и вы не захотели! (Мф. 23:27) — А если это так, если Господь до последнего дня употреблял все усилия, чтобы спасти слепых вождей от падения в яму, то следует признать, что в разбираемом нами изречении Его нельзя видеть даже и малейшего намека на равнодушие Его к гибели желающих оставаться слепыми; нет, здесь — только предостережение не идти за слепыми вождями, не вверяться их водительству, так как они идут ложным путем, ведущим к гибели. Оставьте их, желающих оставаться слепыми! Не следуйте за ними. Если они сами сознательно идут в яму, если ничто не могло отвратить их от этого пути, то не идите же вы за ними, не идите уже потому, что вместе с ними упадете в эту яму!

По мнению Иоанна Златоуста, что они действительно и сами соблазнились, видно из того, что Петр подходит и говорит Иисусу: Изъясни нам притчу сию. Открывая свое душевное смущение, но не осмеливаясь явно сказать — я соблазняюсь, он просит изъяснения притчи (Свт. Иоанн Златоуст. Беседы на Евангелие от Матфея. 51).

Неужели и вы так непонятливы? сказал Христос. Неужели не разумеете, что ничто, извне входящее в человека, не может осквернить его? (Мк. 7:18). Не оскверняет оно, потому что не в сердце его входит, а в чрево, и выходит вон, чем очищается всякая пища (Мк. 7:19). А исходящее из уст — из сердца исходит — сие оскверняет человека ; ибо извнутрь, из сердца человеческого, исходят злые помыслы, прелюбодеяния, любодеяния, убийства, кражи, лихоимство, злоба, коварство, непотребство, завистливое око, богохульство, гордость, безумство, — все это зло извнутрь исходит и оскверняет человека (Мк. 7:21—23), а есть неумытыми руками — не оскверняет человека.

К этому объяснению Иисусом Христом Своих слов нечего прибавить: все ясно. Однако, основываясь на этих словах, многие полагают, что Христос отвергал посты. С таким мнением нельзя согласиться. Пост, как полное воздержание от употребления пищи, или же как употребление пищи в количествах, едва необходимых для поддержания жизни, всегда признавался могучим средством в борьбе с плотскими страстями. Многие люди, желавшие жить не скотской, а разумной жизнью, всегда стремились обуздать свои страсти, подчинить их своему разуму (духу); сознавая же, что обильное питание вообще, а также употребление некоторых видов пищи (например, мяса, вина) сильно возбуждает страсти и делает человека глухим к голосу совести, — такие люди прибегали или к полному на некоторое время воздержанию от всякой пищи, или к воздержанию от употребления мяса и вина, или же вообще к крайне умеренному питанию. Сам Христос призывал Своих последователей к борьбе с плотью и, для примера нам, Сам постился сорок дней в пустыне. Поэтому из слов Его — не то, что входит в уста, оскверняет человека, — нельзя выводить заключения о том, что Он отвергал полезность и необходимость поста. Он говорил лишь о том, что оскверняют человека, делают его недостойным Царства Небесного ¹, злые помыслы и дурные дела, а не пища и не употребление ее без соблюдения чтимой фарисеями внешней чистоты: есть неумытыми руками — не оскверняет человека, сказал Он и этими заключительными словами рассеял всякие недоумения относительно истинного смысла этой беседы.

Путешествие в пределы Тирские и Сидонские

После того Иисус пошел в пределы Тирские и Сидонские, то есть в языческую страну Финикию, расположенную на берегу Средиземного моря, главные города которой были Тир и Сидон. Ушел Он из Галилеи, вероятно, с целью удалиться на некоторое время как от врагов Своих, так и от возбужденной толпы, и дать народу возможность успокоиться, занявшись обычными делами. На эту цель путешествия отчасти указывает Евангелист Марк, говоря, что Иисус, войдя в дом, не хотел, чтобы кто узнал о Его пришествии, но не мог утаиться (Мк. 7:24).

Слава о Нем распространилась далеко за пределы Галилеи и Иудеи, и везде встречали Его, как великого Чудотворца.

Женщина эта, увидев Иисуса, издали кричала Ему: помилуй меня, Господи, сын Давидов, дочь моя жестоко беснуется. Но Он не отвечал ей ни слова . Это молчание не было, конечно, следствием равнодушия к страданиям кричавшей и ее дочери, но было испытанием ее веры. А она, не смея еще приблизиться к Иисусу, продолжала кричать и молить Его, надеясь, что будет услышана. Она так неотступно и громко молила об исцелении своей дочери, что Апостолы подошли к Иисусу и просили Его отпустить ее.

Желая продолжить испытание веры хананеянки, Иисус сказал Апостолам: Я послан только к погибшим овцам дома Израилева. Слова эти нельзя понимать буквально, так как Сам Иисус много раз говорил, что Царство Его, Царство Божие на земле, вместит в себе все народы земли, а не одних только евреев; посылая, после Воскресения Своего, Апостолов на проповедь, Он послал их благовествовать всему миру, а не одним только евреям. Но так как евреи были избранным народом и пришествие Избавителя было обещано им, а не другим народам, то понятно, что и весть о приближении Царства Божия должна была быть объявлена прежде всего евреям. В этом смысле и надо понимать слова Иисуса о том, что Он послан только к погибшим овцам дома Израилева. Он послан спасти прежде всего евреев, а затем и всех прочих людей, населяющих землю, а так как спасение евреев еще не совершилось и ими окончательно еще не отвергнуто, то обращение язычников казалось преждевременным.

Постепенно приближаясь к Иисусу, хананеянка наконец подошла к Нему и, по словам Евангелиста Марка, припала к ногам Его... и просила Его, чтобы изгнал беса из ее дочери (Мк. 7:25, 26). Она... кланялась Ему и говорила: Господи! помоги мне. Иисус все еще испытывал ее веру и молчал, а затем на неотступную мольбу ее ответил: Нехорошо взять хлеб у детей и бросить псам .

Подтверждая ту же мысль, что благовествовать надо прежде всего евреям, чадам Божиим, и что благовествование это нельзя считать оконченным, Христос сказал хананеянке: «Дай прежде насытиться детям (Мк. 7:27), дай Мне окончить Мое дело у тех, которым обещано было Мое пришествие; как нехорошо отнимать хлеб у детей и бросать его псам, так нельзя и Мне спасать язычников, когда не все еще сделано для спасения евреев».

Творя так, Христос не имел намерения выразить язычникам то презрение, какое питали к ним евреи. По учению Его, все люди равны перед Богом; все, несмотря на происхождение и принадлежность к той или другой народности, могут идти к Нему и, творя выраженную Им волю Божию, войти в Царство Небесное. Сказал же это Он с целью испытать веру язычницы и показать Апостолам Своим силу этой веры.

Тронутый смирением и силой веры хананеянки, Иисус воскликнул: о, женщина! Велика вера твоя; да будет тебе по желанию твоему . Пойди домой, бес вышел из твоей дочери (Мк. 7:29).

И исцелилась дочь ее в тот час. И, придя в свой дом, она нашла, что бес вышел, и дочь лежит на постели (Мк. 7:30). Не нужно было ни прикосновения к больной, ни непосредственного воздействия на одержавшего ее злого духа. Достаточно было властных слов Христа — да будет! И мгновенно совершилось заочное исцеление.

Хананеянка заслужила такую милость к ней Христа: она верила в Его всемогущество, верила, что Он и в отсутствие ее беснующейся дочери может исцелить ее, если захочет; она надеялась, что Он не откажет ей в этом исцелении; с непоколебимой верой и сильной надеждой, она приступила ко Христу и молила Его; она не остановилась в своих мольбах, когда заметила, что Иисус как бы не обращает на них никакого внимания; она продолжала молить Его, когда ходатайство за нее самих Апостолов не увенчалось успехом; она припала к ногам Его и не переставала кланяться Ему, несмотря на такой отказ Его, который мог показаться ей даже обидным, после которого все дальнейшие просьбы могли показаться бесполезными; вера ее и надежда не поколебались и от такого ответа; она со смирением продолжала молить... и достигла цели. Христос сжалился над ней и исцелил дочь ее.

Как часто мы, обращаясь к Богу с какой-либо просьбой и не получая скоро просимого, охладеваем к молитве и говорим: «Я молился, просил, но ничего из этого не вышло, и потому перестал молиться». Перестанем же рассуждать и говорить так, и научимся примером хананеянки неотступно просить Бога; будем помнить всегда, что если мы и не получаем от Бога просимого, то причиной того — мы сами: Бог, как беспредельное Добро и Любовь, подает всем по вере и делам; поэтому, если мы не получаем просимого, то или имеем недостаточную веру, которая не может воспринять дар Божий, или по грехам своим недостойны этого дара. Постараемся же укрепить свою веру, поменьше грешить, а побольше делать добрых дел, и тогда будем смиренно, терпеливо и неотступно, по примеру хананеянки, просить Бога с непоколебимой уверенностью, что рано или поздно получим просимое. Просите, — сказал Христос, — и дано будет вам (Мф. 7:7).

Возвращение Иисуса в Галилею через десятиградие

Как долго оставался Иисус в Финикии — неизвестно. Евангелист Матфей говорит, что Иисус, возвращаясь из Финикии, пришел к морю Галилейскому, а Евангелист Марк добавляет к этому, что Иисус шел к морю Галилейскому через пределы Десятиградия ¹. На основании свидетельств Плиния и Иосифа Флавия надо полагать, что Десятиградием назывался союз десяти городов, большая часть которых, в том числе Гадара, Иппос и Пелла, были на восточной стороне Галилейскаго озера, один лишь Скифополь был на правом берегу Иордана. Страна Десятиградия была прежде населена евреями и входила в черту обетованной земли; во время нахождения евреев в плену ассирийском она заселилась язычниками, и после того оставалась страной по преимуществу языческой.

Видевшие исцеляемых таким образом прославляли Бога Израилева, то есть прославляли Бога. Называли евреи Бога Богом Израилевым потому, что считали себя народом, избранным Самим Богом из всех народов земли, а Бога — исключительно своим Богом.

Вторичное чудесное насыщение народа

Три дня продолжалось пребывание Иисуса с народом на пустынном берегу Галилейского моря. Запасы хлеба истощились, купить его негде было. Тогда Иисус, призвав Апостолов, сказал им: жаль Мне народа, что уже три дня находятся при Мне, и нечего им есть; отпустить же их неевшими не хочу, чтобы не ослабели в дороге. Ибо некоторые из них пришли издалека (Мк. 8:3).

Апостолы, недавно еще видевшие совершенное Иисусом чудо насыщения более чем пяти тысяч человек пятью хлебами и двумя рыбами, сами раздававшие народу хлеб и собравшие двенадцать коробов остатков, теперь как бы забыли это чудо и, по маловерию своему, опять высказывают недоумение: откуда нам взять в пустыне столько хлебов, чтобы накормить столько народа?

Евангелист Марк, передавая вполне согласно с Евангелистом Матфеем подробности вторичного умножения хлебов, выражает недоумение Апостолов в следующих словах: откуда мог бы кто взять здесь в пустыне хлебов, чтобы накормить их?. Вопрос их — кто мог бы? — доказывает, как они далеки были от непоколебимой веры во всемогущество Иисуса.

Недоумение Апостолов тотчас же рассеялось: Иисус совершил второе чудо умножения хлебов и насыщения ими народа.

На этот раз насыщено было четыре тысячи человек, кроме женщин и детей, и собрано остатков семь корзин.
(см. толкования на рассказ о первом насыщении под Мф. 14:15-21)

Прибытие Иисуса в пределы Магдалинские

Иисус не хотел отпустить от Себя голодных, но когда накормил их, то отпустил, а Сам с Апостолами (как говорит Евангелист Марк, Мк. 8:10) сел в лодку и отправился к западному берегу моря в пределы Магдалинские, или, как говорит Евангелист Марк, в пределы Далмануфские. Далмануфа — небольшая деревня близ города Магдалы, расположенного на западном берегу Галилейского моря, поэтому пределы Магдалинские можно назвать также и пределами Далмануфскими.