Толкование Евангелие от Матфея 11 глава 0 стих - Экзегет

"Окончив наставления, Господь Сам уклонился от учеников Своих на время, чтобы дать им возможность делать то, что Он повелел. Ибо если бы Сам Он находился с ними неразлучно, то никто не захотел бы идти к ученикам." И действительно, апостолы проходили селения, благовествуя и исцеляя всюду, проповедуя покаяние, и многих бесов изгоняли, и помазывали маслом многих больных и исцеляли…

Грозный обличитель неправды людской, великий проповедник покаяния, Господень Предтеча Иоанн уже заканчивал своё земное поприще; умолк его могучий глас в пустынях Иордана: Ирод Антипа, этот сластолюбец, прозванный современниками лисицей, не вынес его открытых обличений за то, что отнял жену у своего родного брата Филиппа, и вот великий пророк, ненавидимый фарисеями, был изменнически предан ими и заключён беззаконным четверовластником в мрачную темницу в крепости Махера, на границах Аравии, за Мёртвым морем.

Ты ли Тот, Который должен придти, Тот, о Котором говорили пророки: "Грядущий приидет и не умедлит," или ожидать нам другого? Или и Ты только предтеча Другого, Который придёт за Тобой? Не вопрошает прямо: Ты ли Христос, а прикровенно, чтобы не дать врагам Иисуса Христа повод обвинить Его пред Римлянами, если бы Христос ответил прямо на этот вопрос. "Что же это значит, — вопрошает св. Златоуст: — тот, который знал Иисуса ещё до чудес, извещён был о нём от Святого Духа, слышал от Отца. Проповедовал о Нём пред всеми, посылает теперь узнать от Самого, Он ли это или нет? Но если сам не знаешь, продолжает святитель-толковник, то как же сказал ты своё мнение о Неизвестном? Не ты ли говорил: "…у Которого я недостоин развязать ремень обуви"? (Лк. 3:16). Не ты ли говорил: "Я не знал Его; Но Пославший меня крестить в воде сказал мне: на кого увидишь Духа сходящего и пребывающего на нём, Тот есть крестящий Духом святым"? (Ин. 1:33). Разве ты не видал Духа в виде голубя? Разве не слыхал гласа Отца? Разве не ты удерживал Его, говоря: "Мне надобно креститься от Тебя, и Ты ли приходишь ко мне"? (Мф. 3:14). Разве не ты говорил ученикам: "Ему должно расти, а мне умалятся"? (Ио. 3:30). Разве не ты учил весь народ, что Он есть "Агнец божий, Который берет на Себя грех мира"? (Ин. 1:29). Не проповедовал ли ты всего этого прежде знамений и чудес? Как же теперь, когда Он всем стал известен, и мертвые воскресали, и бесы изгнаны, и столько произведено знамений, ты посылаешь спрашивать у Него? — Что же это значит? Неужели все слова Иоанна были какой-нибудь обман, басня? Но кто сказал бы это, находясь в полноте ума? Не говорю уже об Иоанне, который взыграл во чреве матернем, проповедовал Христа прежде своего рождения, был гражданином пустыни, показал образец ангельской жизни. Напротив, если бы он был даже одним из людей обыкновенных и самых ничтожных, то не мог бы сомневаться после многочисленных свидетельств, данных как им самим, так и другими. Из сего ясно, что Иоанн посылал не по сомнению, спрашивал не по неведению. Но — для чего же тогда Иоанн посылал спрашивать? — Древние святые Отцы и учители Церкви объясняют это так: Как не отдалённо, как ни крепко был заключён Иоанн, однако же преданные ему ученики приходили к нему и сюда, сообщая ему обо всём, что желал он знать. А в то время вся Иудея и Галилея, Самария и прочие окрестные страны были полны рассказами о Спасителе, о Его необычайном учении, о Его власти над сердцами людей и над всею природой, о Его дивной любви и милосердии к грешникам… мог ли не желать обо всём этом слышать в подробностях тот, кто первый указал на Иисуса, как на обетованного Мессию, кто не считал себя достойным быть последним Его слугой, кто прямо говорил своим ученикам: "Он — Жених, а я — только Его друг: я радуюсь Его радостью, ему подобает расти, мне же умаляться…" Все мысли святого узника — Пророка и Предтечи Христова были сосредоточены на едином Христе, Которого он исповедовал Сыном Божиим, о Котором он говорил, что верующий в Него имеет жизнь, а неверующий не увидит жизни, но гнев Божий пребывает на нём (Ин. 3:35). И тот, кого Сам Христос назвал большим в рожденных жёнами, без сомнения, с благоговением слушал рассказы своих учеников о славных делах Христовых, и радовался духом, и всем сердцем желал, чтобы его ученики стали учениками и последователями Иисуса Христа. Но не все ученики способны были доверчиво и в простоте сердца принимать слова своего великого учителя и следовать за Господом; были между ними такие, которые в слепой, хотя и глубокой привязанности к нему, принимали его слова только за выражение крайнего его смирения и никак не хотели допустить мысли, что их учитель ниже Иисуса, о Котором он же — Иоанн — свидетельствовал… Слава Иисусова скорбно действовала на ревновавших к славе своего учителя сердца учеников Иоанна, тем более, что их столь любимый учитель теперь томился в заключении, а Иисус творил столько дивных чудес и затмевал ими славу Иоанна… "Ученики Иоанновы, — говорит св. Златоуст, — как всякий может приметить, не расположены были к Иисусу, и всегда Ему завидовали, что видно из их же слов своему учителю: "Тот, Который был с тобой при Иордане, и о Котором ты свидетельствовал, вот, Он крестит, и все идут к Нему" (Ин. 3:26). Как в другом случае Иоанновы ученики, пришедши к Иисусу Христу, говорили: "почему мы и фарисеи постимся много, а Твои ученики не постятся?" (Мф. 9:14).И вот, когда Господь воскресил сына вдовы наинской, когда все, поражённые этим чудом всемогущества Божия, с благоговением заговорили, что Бог посетил людей Своих, некоторые из учеников Иоанновых невольно задумались: не есть ли в самом деле Христос — этот дивный Чудотворец Иисус?. Но чрезмерное пристрастие к своему любимому учителю Иоанну подавляло в них возникавшую веру. Пророк Божий видел их душевное состояние, предвидел и свою близкую кончину. Он стал опасаться, как бы ученики его, по слепой к нему привязанности, не остались неверующими во Христа, и потому, когда ученики рассказали ему о воскрешении юноши наинского, Предтеча решил воспользоваться этим случаем, чтобы утвердить в них своё неизменное учение о Христе Спасителе уже не одним только словом, но и их собственным свидетельством дел Иисусовых. "Если бы, — говорит св. Златоуст, — он стал просто говорить им: пойдите к Нему, Он лучше меня, то этим не убедил бы людей, которые были привязаны к нему самому; напротив, они думали бы, что он говорит это из скромности, и прилепились бы к нему ещё более. А если бы стал молчать, то опять ничего бы не вышло. Что-то он делает? Выжидает случая от самих услышать, что Иисус творит чудеса, и тут сам не даёт им советов, посылает не всех, но только двоих, о которых может быть знал, что они способнее прочих уверовать, дабы вопрос не был подозрителен, и дабы они из самых дел увидели разность между ним и Иисусом," "Иоанн, заключённый в узах, говорит Блаженный Иероним, — посылает своих учеников к Иисусу Христу для того, чтобы под видом разрешения своих недоумений, окончательно рассеять их неверие; и зная о близкой своей кончине, хочет обязать их следовать за Тем, на Которого сам указывал прежде не ведущим." Предтеча послал учеников к Божественному Врачу, чтобы они могли у Него найти врачевство от своего душевного ослепления. Он как бы на самого себя принял их сомнение, и их неверие приписывает самому себе. "Таким образом, — говорит св. Илларий, — не сам Иоанн хотел просветиться, но уврачевать неведение своих учеников. Как отец, предвидящий свою близкую кончину, заботится дать попечителя своим детям, так Иоанн Креститель хотел привлечь своих учеников к Спасителю. Самым живым предсмертным его желанием было видеть своих учеников, что они стали одушевлены твёрдою и горячею верой в Иисуса Христа. Иоанн посылал своих учеников к Сыну Человеческому, как учитель, которому на время были поручены чужие дети для того, чтобы образовать их и потом возвратить Тому, Кто есть истинный отец." Он был уверен, что Господь Иисус Божественною премудростью Своею исправит погрешительное их мнение; поэтому, разделяя с учениками их немощи, под покровом собственного недоумения, посылает их с вопросом ко Господу. Вот совершенный образец истинных слушателей слова Божия, которые не только не ищут славы своей, но и боятся ее и больше всего заботятся о том, чтобы вся слава служения их принадлежала Богу. Итак, слова учеников Предтечи, по изъяснению святых отцов, надобно понимать так: "Иоанн Креститель послал нас к Тебе, говоря: я знаю, что Ты — Мессия, это я доказал своими о Тебе свидетельствами, но народ ещё не знает этого. Для чего же Ты медлишь вразумить его и объявить Себя таким? Кто Ты? Дай о Себе свидетельство ясное и для всех очевидное; покажи Своими делами, что Ты Христос, и что иного ожидать не должно." Сердцеведец знал, с какою целью посланы ученики; вместо слов он благоволил ответить им делами. Св. Евангелист Лука говорит, что в это время, в присутствии учеников Иоанновых, Господь многих исцелил от болезней и недугов, и от злых духов, и многим слепым даровал зрение. Его чудеса были как бы лучами Солнца правды, сокрытого под завесой плоти; они были знамением могущества, Божественности и святости Христовой и показывали, что Он и есть истинный Мессия. Творили чудеса и древние пророки, но не своею силою, а силою Божией, которую испрашивали у Бога пламенною молитвой. А Господь Иисус Христос совершал их Своим Божественным могуществом и властью.

Вспомните древнее пророчество Исаии: "...вот Бог наш… Он придёт и спасёт нас. Тогда откроются глаза слепых, и уши глухих отверзутся. Тогда хромой вскочит, как олень, и язык немого будет петь… Дух Господа Бога на Мне, ибо Господь помазал меня благовествовать нищим, послал Меня исцелять сокрушенных сердцем, проповедовать пленным освобождение и узникам — открытие темницы" (Ис. 35:3-5; 61:1). "сами видите, что это пророчество исполнилось на Мне.

Нищие, смиренные сердцем Мои Апостолы, и все эти труждающиеся и обременённые, жаждущие слышать слово спасения, радуются духом, приемля благовестие о спасении, и другим о том благовествуют. Возвестите об этом Иоанну, и он даст вам ещё большее свидетельство обо Мне. И, проникая в глубину их сердечных сомнений и колебаний, привлекая их к Себе словом любви, Он присовокупил: и блажен, кто не соблазнился о Мне, чья вера в Меня так же непоколебима, как вера Моего Крестителя. Блажен тот, кто останется верующим в Меня, несмотря на Моё уничижение, на предстоящую Мне крестную смерть!" Господь не сделал обычного Ему в таких случаях указания на Писание: как написано, — Он знал, что Его друг и без этого поймёт силу ответа, потому что Исаия был любимым пророком Иоанна. "Если бы Он, — говори св. Златоуст, — сказал: Я точно Христос, то это могло навести на мысль подобно Иудеям, которые некогда говорили Ему: "Ты Сам о Себе свидетельствуешь" (Ин. 8:13). Поэтому Он предоставляет им самим заключать обо всём из чудес, делая чрез то учение Свое не подозрительным и очевидным. А вместе и их обличил тайным образом: они соблазнялись о Нём. И вот Он, обнаруживши их болезнь, и предоставив то одной их совести, никого не сделал свидетелем этого обличения, кроме их самих, которые одни поняли это." Поражённые необыкновенными чудесными действиями Спасителя, обличённые и исцелённые от тяготившего их сомнения, ученики Иоанновы возвратились к своему любимому учителю с полной верой во Иисуса Христа, и по кончине Предтечи, присоединились к Его последователям.

Так как народу неизвестна была цель посольства учеников Иоанновых, то и вопрос их мог породить много недоуменных сомнений. "Многие, — говорит св. Златоуст, — могли рассуждать сами с собою, и говорит так: тот, который с такой силой свидетельствовал об Иисусе, ныне переменил мысли свои и сомневается: сей ли или другой есть грядущий? Не научила ли его темница быть осторожнее? Неужели он напрасно прежде свидетельствовал об Иисусе?" Господь поспешил уничтожить подобные сомнения и подкрепить немощь народа: когда же они пошли, когда два ученика Иоанновых удалились, Иисус начал говорить народу об Иоанне. "Но почему же не говорил Он в присутствии учеников Иоанновых? — дабы не подумали, — говорит св. Златоуст, — что Он льстит Иоанну." Ученики Иоанновы и без похвал были преданы своему учителю. "Но исправляя сомневающихся из числа народа, Он не обнаруживает их сомнения, а только разрешает смущающие их помыслы, показывая тем, что Он знает тайные мысли всех. Он не говорит им, как некогда Иудеям: "для чего вы мыслите худое" (Мф. 9:4), потому что, если они думали так, то думали не по злобе, но только потому, что не понимали сказанного. Потому-то Спаситель не укоряет их, но только исправляет их мысли, и защищает Иоанна, показывая, что он не переменил прежнего своего мнения. Ибо он человек не легкомысленный и переменчивый, но твёрдый и постоянный, и не может в вверенном ему быть неверен"… Господь ссылается при этом на их собственное свидетельство об Иоанне: что смотреть ходили вы в пустыню? "Для чего, оставив города и дома свои, толпами текли вы в пустыню Иудейскую? Неужели для того, чтобы видеть какого-нибудь бедного и непостоянного человека? Нет, такое множество народа из столь многих городов не устремилось бы с таким усердием в пустыню на берега Иордана, если бы не надеялось увидеть такого великого, удивительного и твёрдого, как камень, мужа!" Там, на берегах Иордана, много растёт тростнику, тонкого, гибкого, колеблемого и небольшим ветерком: этому тростнику подобны люди легкомысленные и переменчивые, которые говорят ныне то, а завтра другое, и ни чем не останавливаются. Трость ли, такую, ветром колеблемую ходили вы смотреть? Питомцу ли дикой пустыни, закалившему свой дух в подвиге, быть легкомыслимым? неужели вы думаете, такому тростнику подобен Иоанн, что мог он переменить свои мысли о Том, кого прежде превозносил похвалами, называя Агнцем Божиим, вземлющим грехи мира, а теперь стал спрашивать для себя же: "ты ли Тот, Который должен придти, или ожидать нам другого"? Конечно, нет!

Но если не это, если Иоанн не походил на тростник, что же смотреть ходили вы? Человека ли изнеженного, одетого в мягкие, в тонкие, лёгкие одежды? Своим усердием вы доказали, что Иоанн не был по природе непостоянен; но и того никто не может сказать, что он впоследствии сделался слаб, предавшись роскоши. Нося грубую одежду из верблюжьего волоса, он не сменил её на лёгкую, мягкую, из тонкого льна; питаясь акридами и диким мёдом, он доселе не ищет никаких роскошных яств; привыкший жить в пустынной пещере, он не нуждается ни в каких великолепных палатах. Нет, Иоанн — не раб роскоши! Носящие мягкие одежды, одевающиеся пышно и роскошно, находятся в чертогах царских! Не в весёлых чертогах царских, а в дикой пустыне проводил свою жизнь великий отшельник; не тонкий и мягкий лён, а грубую шерсть верблюда носил строгий подвижник; не отборные яства, но акриды с диким мёдом были обычною пищею сурового аскета. Человек с такой могучей волей и закалённым характером, конечно, не мог возроптать на тяжесть тюремной жизни и изменить свои убеждения; не только в тюрьме, но даже и пыткам, даже смерти самой не сломить подобную натуру. Если бы он хотел носить дорогие одежды, то жил бы не в пустыне и не в темнице, но в чертогах царских. Он одним молчанием мог бы достигнуть величайших почестей. Ибо если Ирод столько уважал его и тогда, когда он обличал его и находился в узах, то тем более не стал бы подвергать его казни, если бы он молчал. Итак, могут ли падать такие подозрения на того, кто самим делом доказал свою твёрдость и постоянство? Конечно, нет.

Если не так, то что же смотреть ходили вы? Пророка? Каким был Илия Фесвитянин, который жил в диких пещерах угрюмого Кармила и подобно туче налетал оттуда по временам, чтобы громить развратный народ, низвергать и поставлять царей, разить жрецов идольских? Действительно, своим суровым отшельничеством, своими мощными и громовыми обличениями, своим огненным словом, своим бесстрашием перед сильными мира сего, вообще всею личностью своею Иоанн всего более напоминал грозный образ могучего Ильи. Да, говорю вам: вы не ошиблись, вы ходили смотреть и слушать Пророка, и больше Пророка, он больше всякого ветхозаветного пророка, потому что он ближе всех пророков ко Мне, он — Мой Предтеча. Пророкам дано было только провидеть Моё пришествие, а сей и крестил Меня воплотившегося, сей — первый из пророков имел счастье проповедать о том, что царствие Божие уже наступило. Многие пророки и праведники желали видеть то, что видел Иоанн, и не видели, и слышать то, что слышал он, и не слышали. Он ещё во чреве матери познал Меня; он перстом указал на Меня, как на Агнца Божия, вземлющего грехи мира.

Пророки возвещали дела Божии, но ни об одном пророке не было пророчества, а об Иоанне было пророкам же предсказано: ибо он тот, о котором написано у Пророка Малахии: се, Я, глаголет Бог Отец Сыну, посылаю ангела Моего пред лицем Твоим, который приготовит путь Твой, уровняет его пред Тобою. Иоанн был Ангелом-вестником и по жизни, и по служению своему. Как во время путешествия царей, — те которые славнее других, идут близ их колесниц, так и Иоанн явился пред самым пришествием Моим.

А потому истинно говорю вам: из рождённых жёнами, из всех людей, не восставал больший, высший, лучший, совершеннейший Иоанна Крестителя; ни одна жена не родила человека, который был бы больше его! Так торжественно, с особым, как бы клятвенным подтверждением, Господь произнёс величайшую похвалу Своему Крестителю. Премудрый сын Сирахов даёт правило: прежде смерти никого не называй блаженным; но воплощённая премудрость Божия — Сын Божий, Которому принадлежит Божественное право суда над людьми, делает исключение из этого правила для друга Своего предизбрания. Когда слышится хвала из уст людей, в душе нашей остаются ещё некоторые следы неизвестности и сомнения: не преувеличена ли эта похвала ласкательством, не уменьшена ли нерасположением; но когда Сам Господь прославляет человека, то истина господствует во всей ее полноте и широте, потому что нет судьи, равного Ему по всеведению и правосудию. И если величие похвалы оценивается достоинством того, кто произносит её, то какова должна быть слава Предтечи Господня, которому устами Самого Иисуса Христа произнесена полная и величайшая похвала! Вот почему наша святая Православная Церковь в своих молитвословиях и песнопениях поставляет Пророка Предтечу и Крестителя Господня Иоанна в первом чине прославляемых ею святых Божиих после Пречистой Девы Богоматери и бесплотных Сил. Апостолы не могут равняться в своей славе с Предтечею Господним, потому что все они уже были возрастными в то время, когда Божественная истина изрекла слова: "Из рождённых жёнами не восставал больший Иоанна Крестителя." Этими же словами Спаситель отличил и Себя от Иоанна, и показал, что Его не должно сравнивать с Иоанном, ибо хотя Он был рождён плотью, но не от жены, а от Девы, необыкновенным и чудным рождением. И чтобы великие похвалы не породили неправильного мнения об Иоанне, смотри, как Господь предотвращает и это зло, чтобы Иудеи не стали Иоанна предпочитать Ему Самому. В числе тогдашних слушателей могли быть и такие, которые знали, что Сам Он смиренно просил некогда от Иоанна крещения Себе. Потому и это Он исправляет говоря: но меньший в царстве небесном, меньший по возрасту и по мнению других, смиривший Себя до образа рабского, Тот, о Котором говорили, что Он — ядца и винопийца, что Он не больше, как тектонов сын, друг мытарей и грешников, Сей в царствии небесном больше его, Иоанна, ибо Он есть Царь этого духовного царства. Но говоря о Себе Самом, Спаситель справедливо скрывает лице Своё, чтобы не подумали, что Он слишком превозносит Себя. Христос называет Себя большим не по сравнению с Иоанном, равно и Иоанн, когда говорил, что Христос — Сильнейший меня, то не сравнительно говорил так. И Сам Спаситель, когда говорил: "и вот, здесь больше Соломона," конечно не сравнивает Себя с Соломоном. И в Ветхом Завете о несравненном говорилось сравнительно, например, когда говорится: "нет между богами, как Ты, Господи" или "кто бог, так великий, как Бог наш"…(Пс. 85:8; 96:14).

Итак, Христос пришёл, царствие Божие уже открылось, Иоанн Предтеча, возвестивший Его пришествие, уже принадлежит не столько Ветхому сколько Новому Завету: от дней же Иоанна Крестителя, с того времени. Как он указал всем на пришедшего Христа, доныне, и теперь Царство Небесное уже не ожидается только, как грядущее, но и силою берётся, с такой ревностью берётся, как берутся города приступом, потому что оно уже наступило, и все употребляющие усилие над собой, восхищают его. Его восхищают все кающиеся грешники, которые с сердечной болью расстаются с лестными для них ожиданиями Мессии (завоевателя и чувственного блаженства в Его царстве) — и обрекают себя на покаяние и трудную перемену всей своей нравственной жизни.

Ибо все пророки и Моисеев закон, с которого начались пророки, и который пророчествовал о Мне жертвами, как прообразами, прорекли до Иоанна: до него простирался ряд пророков, им кончились все пророчества и открылось самое исполнение их в царстве Божием… пророки не перестали бы являться, если бы не пришёл Я. Итак, не ожидайте другого Мессии, Я есть Грядущий, и вот, смотрите, с какой ревностью толпы народа стремятся ко Мне, чтобы только послушать Моей проповеди о царстве небесном, чтобы потом восхитить его… И до конца веков так будет, и всегда будет нужно перенести подвиги покаяния и употребить все усилия над своей природой, чтобы войти в Моё блаженное царство.

Знаю, что слово Моё покажется вам невероятным, но если будете внимательно смотреть на события, и если хотите принять, — если здраво, беспристрастно рассудите, то сами увидите, что Иоанн — он есть Илия, которому должно придти, хотя на самом деле он не есть воскресший древний пророк Илия, который должен явиться пред вторым Моим славным пришествием на Страшный Суд; Иоанн пришёл с духом и силой древнего Илии.

И пусть тот из вас, кто способен понимать не для всех доступный таинственный смысл некоторых событий и значение некоторых священных лиц, пусть тот вдумается, вспомнит и поймёт, что если Иоанн как Мой Предтеча, свидетельствует, что Я — Христос, и чтит Меня, как Сына Божия, и Спасителя мира, значит, должно веровать, что Я действительно Христос: кто имеет уши слышать, да слышит! Имеющий не заглушенную совесть, да внемлет, что вещает она! Этим воззванием, обычным присловьем учителей иудейских, Господь заключил Свою похвалу Предтече Своему. Св. Евангелист Лука, передавая речь Господа, замечает, что весь народ, слушавший Спасителя, в том числе и мытари, воздали славу Богу, крестившись крещением Иоанновым. А фарисеи и законники отвергли волю Божию о себе, не крестившись от него. Значит, народ и мытари поняли слова Господа об Иоанне и возблагодарили Господа, что не ошиблись в своём мнении о нём и сподобились от него крещения в покаяние. Возблагодарим и мы Господа, что сподобляемся в благодатных таинствах Церкви Православной духовного обновления и освящения, тогда как современные нам фарисеи и книжники, разные суемудрые лжеучители, отвергают эти таинства, будто бы для спасения не нужные… Если в то время для вступления в царство Божие нужно было крещение Иоанново, не имевшее благодатной силы возрождать человека, а только располагавшее его волю к покаянию, то сколько же нужно иметь гордости, чтобы отвергать Самим Господом установленные и преданные Церкви святые таинства нашей веры православной?…

Простой народ, который фарисеи называли невеждою в законе, и мытари, которых они презирали наравне с язычниками, прославили Бога за то, что Он послал великого пророка Иоанна, возвестившего пришествие Христа Спасителя, и засвидетельствовали свою веру в проповедь Предтечи крещением от него. Но книжники и фарисеи не уверовали в проповедь Иоанна, не крестились от него и тем отвергли волю Божию о своём спасении. В скорбном чувстве негодования на такое упорство Своих современников — иудеев Господь воскликнул: Но кому уподоблю род сей? Что это за странные люди!

Эти люди похожи на тех своенравных детей, которые вышли на улицу вместе с другими детьми, и которым никак не могут угодить их товарищи. Начинают ли для них весёлую игру в свадьбу, или печальную — в похороны — они не довольны ни тем, ни другим.

Так и этот народ не хотел слушать ни строгого подвижника пустыни — Иоанна, ни кроткого и смиренного сердцем Сына Человеческого — Господа Иисуса Христа. Ибо пришёл Иоанн, ни ест, ни пьёт, ни хлеба ни ест, ни вина не пьёт, как и подобало вести себя Назарею, строгому проповеднику покаяния, чтобы все видели в нём самом пример сетования и плача, но, вместо того, чтобы с благоговением внимать такому проповеднику, они укоряют его за строгость, и говорят о нём: в нём бес, он одержим духом нечистым, от того он и ведёт такой мрачный образ жизни.

Но вот — пришёл Сын Человеческий, ест и пьёт, Он вкушает обычную пищу и не уклоняется от вина; он с любовью готов разделить умеренную трапезу с мытарями и грешниками, только бы их привлечь к Себе и спасти, но и Им недовольны, и о Нём говорят: вот, человек, который любит есть и пить вино, друг мытарям и грешникам. Чего не сделано для спасения этих людей? "Что ещё надлежало бы сделать для виноградника Моего, чего Я не сделал ему?" (Ис. 5:4). "Я и Иоанн пришли противоположными путями и поступили подобно ловцам, которые, желая поймать неудоболовимого зверя с двух противоположных сторон, становятся друг против друга, каждый на своём пути, и гонят его от себя, дабы таким образом он непременно впал в руки того или другого. Так поступили и Мы с Иоанном: "мы играли вам на свирели" — Я вёл жизнь нестрогую, "и вы не плясали" и вы не покорились Мне; "пели вам печальные песни" — Иоанн проводил жизнь строгую и суровую, "и вы не рыдали," и вы не внимали ему. У нас обоих была одна цель — ваше спасение, хотя мы и шли к этой цели противоположными путями. Но вам не нравилась ни Моя жизнь, ни жизнь Иоаннова." "Не удивляйся, — говорит св. Златоуст, — что Господь употребляет простые и не возвышенные сравнения": то есть Себя и Предтечу Своего приравнивает к детям, играющим на свирели или плачущим в игре: "Он говорит так, приспособляясь к немощам слушателей." И оправдана божественная премудрость чадами ея, сказал Он в заключение: вы уже не можете теперь обвинять Меня, как и об Отце Моём говорит пророк Давид: "так что Ты праведен в приговоре Твоём" (Пс. 50:6). Бог с Своей стороны сделал Свое, чтобы, по выражению св. Златоуста, "людям бесстыдным не оставить ни малейшего повода к безрассудным сомнениям," и чада Премудрости, то есть, те, которые всем сердцем искали пути ко спасению, на деле показали, что его легко было найти: они уверовали в Христа, воплотившуюся Премудрость Божию, и тем самым показали, что и прочие Иудеи могли, но не захотели уверовать.

Сколько чудес милосердия совершил Господь в Галилее, и особенно в окрестностях озера Галилейского, в прибрежных городах: Хоразине, Вифсаиде и Капернауме! И несмотря на это (св. Златоуст) "море чудес," несмотря на дивную силу Своего Божественного учения, способного обновлять сердца, — сердца старейшин народных, книжников и фарисеев, этих вождей народа, оставались ожесточёнными: они упорствовали в своём неверии. И вот Господь начинает укорять их, начинает "оплакивать," что, по замечанию св. Златоуста, ещё важнее угроз.

Если бы даже в этих языческих городах, где царило идолопоклонство, явлены были чудеса, явленные в вас, то давно бы они во вретище и пепле покаялись. "Тиряне и Сидоняне преступили закон только естественный, только тот закон, который вложен Творцом в природу, в совесть человека, а вы нарушили кроме того и Закон, данный Богом чрез Моисея. Те не видели чудес Моих, а вы видели и только хулили их (бл. Феофилакт).