Толкование Евангелие от Матфея 1 глава 1 стих - Экзегет

Евангелие от Матфея начинается со слов: «Родословие Иисуса Христа, Сына Давидова, Сына Авраамова» (Мф. 1:1), после которых приводится длинный перечень имен людей — предков Иисуса по плоти — в непривычной для современного читателя форме: «Авраам родил Исаака; Исаак родил Иакова; Иаков родил Иуду и братьев его» (Мф. 1:2). Завершается этот перечень словами: «Иаков родил Иосифа, мужа Марии, от Которой родился Иисус, называемый Христос. Итак всех родов от Авраама до Давида четырнадцать родов; и от Давида до переселения в Вавилон четырнадцать родов; и от переселения в Вавилон до Христа четырнадцать родов» (Мф. 1:16-17).

Евангелист Матфей называет Иисуса «Христом», то есть Помазанником Божиим, или Мессией, с первой же строки говоря о Нем как о Том, о Ком предсказывали пророки. Однако, в отличие от Марка, который в первом стихе своего Евангелия говорит об «Иисусе Христе, Сыне Божием» (Мк. 1:1), Матфей делает акцент не на Его божественном, а на Его человеческом происхождении, называя Иисуса Христа Сыном Давида и Сыном Авраама. В то же время он, как и Марк, подчеркивает Его мессианский статус, употребляя термин «Христос» наряду с личным именем Иисус.

Евангелие от Матфея, как уже говорилось, было адресовано прежде всего читателям-иудеям, и его автор ставил перед собой задачу вписать Иисуса в контекст не просто человеческой истории,а истории конкретного народа, представителями которого был он сам, его герои и его читатели. Для того, чтобы последние могли воспринять Иисуса как своего, надо было представить Его прежде всего потомком ключевых деятелей истории еврейского народа.

Современники Иисуса называли себя «семенем Авраамовым», с гордостью говоря о себе: «отец наш Авраам» (Ин. 8:33-39); именно с ним Бог заключил завет, на основании которого евреи считали себя богоизбранным народом. Этот завет переосмысливается христианами как Ветхий, в противовес Новому, заключенному через Иисуса Христа, «Сына» Авраамова.

Родословие Иисуса по Евангелию от Матфея охватывает около двух тысяч лет ветхозаветной истории, из которых одна тысяча приходится на период от Давида до Иисуса. Начиная свое Евангелие с родословия, Матфей как бы вписывает Иисуса в эту историю, подчеркивая, что Его служение является ее продолжением.

Не менее важным для Евангелиста было сразу же показать мессианское происхождение Иисуса. Читатели Матфея хорошо знали, что Мессия должен был произойти от колена Иуды, согласно пророчеству: «Не отойдет скипетр от Иуды и законодатель от чресл его, доколе не приидет Примиритель, и Ему покорность народов» (Быт. 49:10). В пророчестве Валаама Мессия представлен как потомок Иакова (Израиля): «Вижу Его, но еще нет; зрю Его, но не близко. Восходит звезда от Иакова, и восстает жезл от Израиля» (Числ. 24:17). Иаков (Израиль) был отцом Иуды, а Авраам его прадедом.

В Книге пророка Исаии обетование о Мессии связывается с домом Иакова (Ис. 2:2-4). В той же книге Мессия назван «отраслью от корня Иессеева» (Ис. 11:1). Иессей, происходивший из Вифлеема Иудейского, был отцом царя Давида (1 Цар. 17:12), о котором в Ветхом Завете неоднократно говорится как о том, чьим потомком будет обетованный Мессия. В мессианском смысле толковались слова Нафана, обращенные к Давиду от лица Бога: «Когда же исполнятся дни твои, и ты почиешь с отцами твоими, то Я восставлю после тебя семя твое, которое произойдет из чресл твоих, и упрочу царство его. Он построит дом имени Моему, и Я утвержу престол царства его на веки. Я буду ему отцом, и он будет Мне сыном» (1 Цар. 7:12-14). Так же воспринимались стихи из псалма: «Я поставил завет с избранным Моим, клялся Давиду, рабу Моему: навек утвержу семя твое, в род и род устрою престол твой» (Пс. 88:4-5). Наконец, не менее важную роль в формировании представления о Мессии играло пророчество Иеремии: «Вот, наступают дни, говорит Господь, и восставлю Давиду Отрасль праведную, и воцарится Царь, и будет поступать мудро, и будет производить суд и правду на земле. Во дни Его Иуда спасется и Израиль будет жить безопасно; и вот имя Его, которым будут называть Его: Господь оправдание наше!» (Иер. 23:5-6).

Таким образом, Мессия, согласно пророчествам, должен был быть прямым потомком Давида, а потому упоминание о Давиде было необходимо для автора родословной Иисуса. Выражение «Сын Давидов» многократно встречается у Матфея и в параллельных повествованиях других синоптиков. Сыном Давидовым называли Иисуса те, кто обращался к Нему с просьбой об исцелении (Мф. 9:27; Мф. 15:22; Мф. 20:30-31). К Иисусу применяли выражение «Христос, Сын Давидов» (Мф. 12:23); при входе в Иерусалим Его встречали словами «Осанна Сыну Давидову» (Мф. 21:9). Уверенность иудеев в том, что Мессия должен произойти из рода Давида, подтверждают слова фарисеев: «Не сказано ли в Писании, что Христос придет от семени Давидова?» (Ин. 7:42). Синоптики приводят спор Иисуса с иудеями о том, является ли Мессия сыном Давидовым:

Когда же собрались фарисеи, Иисус спросил их: что вы думаете о Христе? чей Он сын? Говорят Ему: Давидов. Говорит им: как же Давид, по вдохновению, называет Его Господом, когда говорит: сказал Господь Господу моему: седи одесную Меня, доколе положу врагов Твоих в подножие ног Твоих? Итак, если Давид называет Его Господом, как же Он сын ему? (Мф. 22:41-45; ср.: Мк. 12:35-37; Лк. 20:41-44).

Как видно из этого рассказа, Иисус не опровергал веры иудеев в то, что Мессия должен произойти из рода Давидова. Но Он подчеркивал, что по отношению к Давиду Мессия является Господом: Он не только прямой потомок Давида, но и его Господь.

После Воскресения Иисуса эту тему подхватили апостолы, сделав ее одной из центральных в своих доказательствах мессианства Иисуса. В Деяниях апостольских приводится речь апостола Петра, произнесенная в день Пятидесятницы и имеющая программный характер: в ней Петр излагает суть того Евангелия, которое он и апостолы намереваются проповедовать. Важное место в этом изложении отводится Давиду:

Ибо Давид говорит о Нем: видел я пред собою Господа всегда, ибо Он одесную меня, дабы я не поколебался... Ты не оставишь души моей в аде и не дашь святому Твоему увидеть тления... Мужи братия! да будет позволено с дерзновением сказать вам о праотце Давиде, что он и умер и погребен, и гроб его у нас до сего дня. Будучи же пророком и зная, что Бог с клятвою обещал ему от плода чресл его воздвигнуть Христа во плоти и посадить на престоле его, он прежде сказал о воскресении Христа, что не оставлена душа Его в аде, и плоть Его не видела тления. Сего Иисуса Бог воскресил, чему все мы свидетели (Деян. 2:25, 27, 29-32).

Существенное место тема происхождения Мессии из рода Давида занимает и в проповеди апостола Павла (ср.: Рим. 1:3; 1 Тим 1:8). Книга Деяний доносит одну из устных проповедей апостола:

...Поставил им царем Давида, о котором и сказал, свидетельствуя: нашел Я мужа по сердцу Моему, Давида, сына Иессеева, который исполнит все хотения Мои. Из его-то потомства Бог по обетованию воздвиг Израилю Спасителя Иисуса... И мы благо- вествуем вам, что обетование, данное отцам, Бог исполнил нам, детям их, воскресив Иисуса, как и во втором псалме написано: Ты Сын Мой: Я ныне родил Тебя. А что воскресил Его из мертвых, так что Он уже не обратится в тление, о сем сказал так: Я дам вам милости, обещанные Давиду, верно. Посему и в другом месте говорит: не дашь Святому Твоему увидеть тление. Давид, в свое время послужив изволению Божию, почил и приложился к отцам своим, и увидел тление; а Тот, Которого Бог воскресил, не увидел тления (Деян. 13:22-23, 32-37).

Приведенные речи апостолов Петра и Павла относятся к самому началу апостольской проповеди и хронологически предшествуют Евангелию от Матфея. Упоминания о происхождении Иисуса из рода Давидова в Посланиях апостола Павла также, по всей вероятности, предшествуют Евангелию от Матфея.