Толкование Евангелие от Луки 10 глава 0 стих - Экзегет

«Жатвы много, а делателей мало» - Самария и Иудея еще мало оглашались проповедью Христовою, а между тем там много было душ, созревших, подобно спелым колосьям для житницы Христа, для Его Церкви. Наставления 70-ти ученикам напоминают далее во многом наставления, данные прежде 12-ти Апостолам, о коих повествует св.Матфей в 10-й главе своего Евангелия. «Жатвы много, а делателей мало» - величественный и также всем понятный образ. Поле, покрытое спелой жатвой, надо выжать, но жнецов мало. Смысл речи таков: велико число народа, желающего вступить в Царство Мессии и готового для этого, но мало приготовленных для этого великого дела учителей народа. «Молите Господина жатвы» - т.е. Бога, чтобы Он способствовал образованию новых, не в духе фарисейском, приготовленных деятелей для дела проповеди о наступающем Царстве Мессии.

Господь предупреждает Апостолов о тех опасностях, которым им придется подвергаться: говорит, что они будут чувствовать себя столь же беззащитными, как овцы, окруженные кровожадными волками.

Повторяется запрещение приветствовать встречающихся на пути. Это запрещение объясняется тем, что у восточных народов приветствие не выражалось, как у нас лишь легким поклоном или пожатием руки, но поклонами земными, объятиями, целованием и выражением при этом ряда разных благожеланий, что требовало довольно много времени. Этим запрещением Господь хотел внушить ученикам Своим, с какой поспешностью должны они обходить города и веси. Точно такое же наставление дал в свое время пророк Елисей ученику своему Гиезию, когда посылал его с жезлом своим воскресить сына вдовицы (4 Цар. 4:29).

«Входя в дом, приветствуйте его, говоря: мир дому сему!» Это было обычное у евреев приветствие, но желать мира это еще не значит – дать мир. Поэтому Господь поясняет, что их желание мира действительно принесет мир тому дому или тому городу, где примут их радостно и с чистым сердцем; в противном случае это приветствие останется без плода, «и мир ваш к вам возвратится».

См. предыдущий стих. Под «сыном мира» разумеется мирный человек, готовый в сердце своем принять тот мир, которым будут приветствовать его вестники мира ученики Господни.

Повелевая питаться тем, что предлагают, Господь предписывает ученикам приличествующую им нетребовательность и невзыскательность, а также отстраняет ту брезгливость, с какой иудеи относились к Самарянам, недостойную проповедников мира и любви.

Повелевая питаться тем, что предлагают, Господь предписывает ученикам приличествующую им нетребовательность и невзыскательность, а также отстраняет ту брезгливость, с какой иудеи относились к Самарянам, недостойную проповедников царства мира и любви.

Он повелевает Апостолам при этом проповедовать лишь «приближение Царства Небесного», но еще не вводить в это Царство. Это – проповедь предуготовительная, ибо Апостолы еще не облеклись «силою Свыше», данной им впоследствии через сошествие Утешителя – Духа Святаго.

А если кто откажет Апостолам в гостеприимстве, они должны отрясти прах от ног своих. Евреи думали, что самая земля и пыль, по которой ходят язычники, нечиста, и ее надо отрясать. Давая такое повеление, Христос хотел сказать, что такие евреи подобны язычникам; что «отраднее будет земле Содомской и Гоморрской», этим городам, наказанным за свое крайнее нечестие и разврат, «в день суда, нежели городу тому» – что отвергшие проповедь о Христе, как положительный закон Божий, преступнее тех, которые, не получив положительного закона Божия, отвергли лишь требования естественного закона совести, не столь ясного и категоричного.

Заканчивает Свои наставления Господь угрозами кары Божией городам, в которых были явлены силы Его, но которые не покаялись, и указывает, какое большое значение для всех должна иметь проповедь Его учеников: отвергающийся их отвергается Его Самого, а отвергающийся Его отвергается Пославшего Его, т.е. Бога-Отца. С сердечной скорбью изрекает Христос «горе» городам Хоразину, находившемуся на север от Капернаума, и Вифсаиде, находившейся на юг от него, за то, что они не покаялись, хотя много видели чудес Христовых. Господь сравнивает эти города с языческими городами Тиром и Сидоном в соседней Финикии и говорит, что положение последних будет на Страшном Суде лучше положения евреев, которым предоставлена была возможность спастись, но они не захотели покаяться, как покаялась в свое время во вретище (грубой власянице, причиняющей боль телу) и пепле (посыпав пеплом главу и севши на пепел в знак глубокого сокрушения) Ниневия, в результате проповеди Ионы.

Предрекает Господь гибель и Капернауму за его крайнюю степень превозношения, вследствие внешнего благосостояния. Он сравнивает его по нечестию с городами Содомом и Гоморрою, которые были наказаны Богом чрез истребление их серным дождем и огнем. Все эти города действительно скоро постигла кара Божия: они были совершенно разрушены римлянами в ту же войну, когда был разрушен и Иерусалим.

Указывает, какое большое значение для всех должна иметь проповедь Его учеников: отвергающий их отвергает Его Самого, а отвергающийся Его отвергается Пославшего Его, т.е. Бога-Отца.

Евангелист Лука говорит о возвращении 70-ти учеников непосредственно вслед за их посланием, хотя, несомненно, между посланием и возвращением был более или менее значительный промежуток времени. Некоторые предполагают, что встреча Господа с учениками произошла в Перее, где Господь Сам еще не проповедовал, а другие находят, что они возвратились туда же, откуда были посланы, то есть в Галилею. Увидев Господа, они прежде всего высказали Ему свою радость по поводу того, что бесы повинуются им «о имени Иисусове». В последних словах выразилось их смирение.

На это Господь как бы сказал: Не удивляйтесь, что бесы вам повинуются, ибо начальник их уже давно низвержен: «Видел сатану сатане, спадшего с неба, как молнию». Сияние молнии здесь представляется образом внезапности и быстроты. Иными словами, Господь возвещает Апостолам, что Он видел князя бесовского побежденным и павшим быстро, как молния, а если князь их побежден, то, значит, и полчище побеждено.

Господь, как победитель вражьей силы, дает эту возможность победы над ней и Своим ученикам, иносказательно называя злых духов «змеями» и «скорпионами».

Главное не это, а то, что вы удостоились спасения и блаженства на небесах. В Писании Бог иногда образно представляется с книгой, в которую записываются имена и дела Его верных рабов. Быть написанным на небесах значит поэтому быть гражданином небесного царства. Это должно радовать более, чем всякое земное деяние, хотя бы даже необыкновенное, как изгнание злых духов.

Дальнейшее славословие Господом Бога Отца в ст. 21, изречение о познании Отца и Сына (ст. 22) и ублажение учеников (ст. 23-24) мы находим и у Ев. Матфея, но произнесенными в других случаях и при других обстоятельствах (см. Мф. 11:25-27 и Мф. 13:16-17). Возможно, что Господь повторял эти изречения неоднократно. Но у Луки хронологическая связь несомненна, на что указывают слова: «в тот час» и самые движения Господа: «обратившись к ученикам сказал» (ст. 22). Под мудрыми и разумными здесь разумеются не те, которые сами себя считают таковыми. Вероятно, в данном случае Господь имел в виду книжников и фарисеев, гордых своим знанием Моисеева закона. Под младенцами разумеются люди простые, не учившиеся человеческой мудрости в школах, не посещавшие книжнических школ иудейских. В данном случае Господь имел в виду Своих Апостолов, которым открыл тайны Царствия Божия. Конечно, о Боге, что Он утаил говорится не в прямом смысле, а так, как, напр., в Рим. 1:28. Слово утаил, говорит св. Златоуст, не означает того, чтобы Бог был причиной этого утаения, но в том же смысле, в каком говорит Павел: Предал их Бог превратному уму и усиливаясь поставить собственную праведность, они не покорились праведности Божией (Рим. 10:3). Как говорит бл. Феофилакт, «Бог скрыл великие тайны от признающих себя умными потому, что они сделались недостойными, считая себя умными». Гордые своею мнимою мудростью и знанием Св. Писания книжники и фарисеи не поняли Господа Иисуса Христа и Его учение. Оно, по их духовной слепоте, оказалось сокрытым от них, и вот Господь славит Своего Отца небесного, что истина Его учения, сокрытая от этих «мудрых и разумных», оказалась открытой «младенцам» – людям простым и бесхитростным, каковы были Апостолы и Его ближайшие ученики и последователи, не умом, но сердцем, почувствовавшие, что Иисус есть подлинно Мессия-Христос.

«Все предано Мне Отцом Моим» — управление миром принадлежит Христу, как Ходатаю, как Посреднику в искуплении человеческого рода. Природа Божества недоступна для постижения никому из смертных, но Бог открывается человеку в Сыне (Ин. 14:8-9) и через Сына (Евр. 1:1), насколько человек верою и любовью оказывается сам способен принять такое откровение.

Далее Господь ублажает Апостолов за то, что они сподобились видеть Его, воплощенного Сына Божия, чего не удостоились жившие прежде пророки и праведники, созерцавшие Его только верою, но не телесными очами, как Апостолы.

Притчу эту (о милосердном самарянине) передает только один св. Лука, как ответ Господа на вопрос искушавшего, то есть желавшего уловить Его в слове, книжника: «что мне делать, чтобы наследовать жизнь вечную?»

Господь заставляет лукавого законника самого дать ответ словами Втор. 6:5 и кн. Лев. 19:18 о любви к Богу и ближним. Указав законнику на требования закона, Господь хотел тем заставить его глубже вникнуть в силу и значение этих требований и понять, как далеко законник стоит от исполнения их.

Законник, видимо, почувствовал это, почему и сказано, что он, «желая оправдать себя», спросил: «А кто мой ближний?» то есть хотел показать, что, если он и не исполняет требований закона, как должно, то - по неопределенности этих требований, так как неясно, напр., кого следует понимать под «ближним».

В ответ Господь рассказал чудную притчу о человеке, попавшемуся разбойникам, мимо которого прошли и священник и левит, и которого пожалел только самарянин.

Самарянин - человек, ненавистный для иудеев и презираемый ими. Этот самарянин лучше священника и левита понимал, что для исполнения заповеди о милосердии нет различия между людьми: все люди - ближние нам.

Как мы видим, притча эта не вполне соответствует вопросу законника. Законник спрашивал: «Кто есть мой ближний?», а притча показывает, как и кто из всех троих, видевших несчастного, сделался ближним для него. Притча, след., учит не тому, кого надо считать ближним, а как самому сделаться ближним для каждого человека, нуждающегося в милосердии. Различие между вопросом книжника и ответом Господа имеет большое значение потому, что в Ветхом Завете, ради ограждения избранного народа Божия от дурных влияний, устанавливались различия между окружающими людьми, и «ближними» для еврея считались только его соотечественники и единоверцы. Новозаветный нравственный закон отменяет все эти различия и учит уже всеобъемлющей евангельской любви ко всем людям. Законник спрашивал: кто мой ближний, как бы опасаясь возлюбить людей, которых он не должен любить. Господь же поучает его, что он должен сам сделаться ближним тому, кто в нем нуждается, а не спрашивать, ближний он ему или нет: не на людей должно смотреть, а на свое собственное сердце, чтобы не было в нем холодности жреца и левита, а было милосердие Самарянина. Если будешь рассудком различать между ближними и не ближними, то не избежишь жестокой холодности к людям и будешь проходить мимо «впадшего в разбойники», как поступили священник и левит, хотя этот человек, как иудей, был им ближний. Милосердие - условие наследования жизни вечной.

 «Некая весь», в которую вошел Иисус, по-видимому, Вифания – селение, расположенное на одном из склонов горы Елеонской, вблизи Иерусалима. В Марфе и Марии, которые приняли Господа, легко узнать сестер любимого Господом Лазаря, о воскрешении коего повествует св. Еванг. Иоанн в 11 гл.

Обе они являются здесь с теми же качествами, какие описаны у св. Иоанна: Марфа отличалась живым подвижным характером, Мария – тихой глубокой чувственностью. Приняв Господа, Марфа начала суетиться с приготовлением угощения; Мария же села у ног Иисуса и слушала Его.

Видя, как ей трудно справиться одной, Марфа обратилась к Господу как будто с упреком, из которого ясно видны дружеские отношения Господа к ее семье: «Господи, или Тебе нужды нет, что сестра моя одну меня оставила служить? Скажи ей, чтобы помогла мне».

Оправдывая Марию, Господь ответил Марфе с таким же дружеским упреком: «Марфа, Марфа, ты заботишься и суетишься о многом; а одно только нужно. Мария же избрала благую часть, которая не отнимется у нея». Смысл этого упрека тот, что усердие Марфы направлено на скоропреходящую суету, без которой можно обойтись, а Мария избрала то, что единственно нужно для человека – внимание Божественному учению Христову и последование ему. То, что Мария приобретает, слушая Господа, никогда не отымется от нее. Этот евангельский отрывок всегда читается на литургии почти во все дни Богородичных праздников, так как образ этой Марии является как бы символом Пресвятой Девы Марии, также избравшей «благую часть» ср. напр. Лк. 2:19, 51. К этому отрывку присоединяются еще стихи Лк. 11:27—28, где прямо прославляется Матерь Божия и вновь ублажаются «слышащий слово Божие и хранящие е».