Толкование на Евангелие от Иоанна, Глава 1 , Феофан Затворник святитель

Автор Апостол из 12, Иоанн Зеведеев, Богослов, 80-110 гг., Ефес

Ошибка в тексте ?

Выделите ее мышкой и нажмите

Ctrl + Enter
Синодальный перевод
Феофан Затворник святитель
1В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог.
Богословие святого Иоанна Богослова о Божестве Господа Спасителя и о домостроительстве нашего спасения Самое возвышенное помышление, до которого может доходить человеческий ум, есть помышление о Боге. Оно возвышает собою и самый ум, а с умом и всю душу, и, наконец, все естество человека. И таково оно не потому, чтобы ум мог что-либо обнять в Боге, а по одному, так сказать, соприкосновению ума с Богом, по одному устремлению его в область Божества с отрешением от всего тварного. В Боге же все непостижимо — и естество Божие, и Триипостасность, и свойства Божества, и Его действия. Первая здравая мысль ума о Боге есть сознание Его всесторонней непостижимости, при непоколебимом убеждении в Его бытии, всесовершенстве и вседействии вообще в тварях и наипаче в человеке. Последнего он не может не исповедать, но как все это есть в Боге и в каких очертаниях, — постигнуть не силен. Постижение непостижимости во всем, даже исповедуемом о Боге, есть возвышеннейший акт ума, есть верное выражение его смиренного и благоговейного поклонения Богу. Бог непостижим. Но так как без ведения о Боге нельзя быть человеку, который предназначен к богообщению, и притом так, чтоб восходил к этому сознательно и разумно; то Бог благоволил открыть ему о Себе, насколько он может понять, ибо и в открытом остается много непостижимого; открыто же только то, что и сколько он должен исповедовать для достижения своей последней цели. Благодарение Господу! Хоть и при этом все почти созерцается, как при слабом мерцании света, словно в тумане; но вся совокупность данного нам ведения такова, что достаточна руководить человека к его предназначению. Оно и в этом виде есть светило, сияющее в темном месте. Сущность всего откровенного нам о Боге и вещах Божественных излагает святой Иоанн Богослов в немногих стихах в начале своего Евангелия. Он начинает с таинства Пресвятой Троицы, переходит к творению, указывает на первобытное состояние прародителей и их падение, на приготовление падших к принятию Избавителя и явление Предтечи. Далее изображает явление на земле Бога Слова в воплощении и то, как оно одними было не принято, а другими принято и какой плод имели и имеют принявшие Его, и заключает указанием на преимущество Откровения, данного Сыном Божиим над всеми предшествовавшими, или на завершение в Нем Божественных нам Откровений: ибо, после Сына Божия, кто еще совершеннейшее может преподать нам Откровение о Боге? Сущность всего этого Откровения и все содержание нашего исповедания можно выразить в следующих немногих словах: Бог, в Троице поклоняемый, спасает нас, падших, в Господе Иисусе Христе, воплотившемся Единородном Сыне Своем. Бог истинный есть Бог, в Троице поклоняемый, и нет другого Бога, кроме Бога Триипостасного. Един есть истинный Бог, и Сей Бог есть Отец, Сын и Дух Святой. Все исповедание о Пресвятой Троице Святая Церковь изображает, словами святого Афанасия Великого, в следующих положениях: «вселенская вера состоит в том, чтобы нам чествовать Единого Бога в Троице и Троицу в Единице, не сливая ипостасей и не разделяя сущности. Ибо иная ипостась Отца, иная ипостась Сына, иная — Духа Святого. Но и Отца, и Сына, и Святого Духа Божество едино, слава равна и величие совечно. Каков Отец, Таков Сын, Таков и Дух Святой. Отец несоздан, и Сын несоздан, несоздан и Дух Святой. Отец непостижим, и Сын непостижим, непостижим и Дух Святой. Отец вечен, и Сын вечен, вечен и Дух Святой. Впрочем, не три вечные, но Един вечный; равно как не три несозданные, и не три непостижимые, но Един несозданный, Един непостижимый. Подобно сему. Отец — Вседержитель, Сын — Вседержитель, Дух Святой — Вседержитель; впрочем, не три Вседержителя, но Един Вседержитель. Так, Отец — Бог, Сын — Бог, Дух Святой — Бог; впрочем, не три Бога, но Бог Един. А также Отец — Господь, Сын — Господь, Дух Святой — Господь; впрочем, не три Господа, но Господь Един. Ибо как христианская истина побуждает нас каждую ипостась отдельно исповедовать Богом и Господом, так вселенское благочестие воспрещает нам говорить, что три Бога и три Господа. Отец ни от кого не сотворен, не создан, не рожден. Сын от единого Отца не сотворен, не создан, но рожден. Дух Святой от Отца не сотворен, не создан, не рожден, но исходящ. И в Сей Троице нет первого или последнего, нет большего или меньшего, но три ипостаси одна другой всецело совечны и равны; так что, по сказанному уже прежде, по всему должно воздавать поклонение Троице в Единице, и Единице в Троице. Так должен разуметь о Святой Троице всякий, кто хощет спастись» (Псалтырь с восследованием). Воспроизведи в сознании это исповедание, приступая к уразумению учения святого Иоанна Богослова о Божестве Сына Божия, чтобы как-нибудь не пришло тебе на мысль, будто тут исключается Дух Святой. Все, что здесь говорится о Боге Сыне, может и должно быть приложено и к Богу Духу Святому. Святой Иоанн не поминает о Нем ради того, что вводит нас в созерцание преимущественно Единородного Сына Божия, о Коем все Евангелие. Бог Триипостасный неразделим в Себе при раздельности Лиц; но наша слабая мысль требует, чтобы ей истолковываема была сущность исповедания о каждом Лице отдельно, чтоб потом вознестись к созерцанию нераздельности Их в Едином Божестве. 1) Христос воскресе! «В начале Бе Слово, и Слово бе к Богу, и Бог бе Слово». «В начале» — в каком начале? В начале всякого начала. Какое ни придумал бы ты начало, — Слово уже было прежде этого начала; потому и не трудись придумывать начало Слову. Оно безначально, как безначален Отец и Дух Святой. Нельзя говорить, что сначала был Отец, потом родился Сын и исшел Дух Святой: но, как только есть Отец, есть и Сын, есть и Дух Святой. Как Отец безначален, безначальны и Они с Отцом, — безначально и рождение и исхождение. Сын безначально рождается, — Дух Святой безначально исходит. Таков образ бытия Бога истинного, что в Нем безначально есть Отец нерожденный и неисходящий, Сын рожденный и Дух Святой исходящий. Нерожденность, рожденность и исходность — личные свойства ипостасей Пресвятой Троицы выражают вечные, непостижимые отношения их между собою; но не дают мысли, будто был момент, когда Сын и Дух Святой начали быть. Подумаешь, может быть, не отрицается ли этим самое рождение Сына и исхождение Духа Святого? Отрицается то и другое, если ты разумеешь под ними акты, имевшие начало. Если допустишь это, то должен будешь допустить вместе с тем, что Бог не безначально Таков, как есть — Отец, Сын и Дух Святой, — а вступил в полноту Своего бытия отдельными актами самораскрытия. А если это допустить, то извратить тем понятие о Боге. Бог раскрывающийся не есть Бог. Истинный Бог безначально есть Троичен в Лицах, при Единстве естества, — Отец, Сын и Дух Святой неслиянно и нераздельно. Рождение и исхождение, конечно, суть лучшие термины для выражения отношения Лиц Пресвятой Троицы на языке человеческом и для человеков; верно, они лучше всяких других слов отвечают существу тех отношений, когда Дух Святой благоволил избрать их, а не другие. Но нельзя думать, чтобы они выражали их вполне, как есть, — тем паче нельзя прилагать их к Божеству совершенно в том смысле, в каком они употребляются, при выражении тварных отношений. Мы не можем даже определительно сказать, как различается рождение Сына от исхождения Духа Святого. Лучше всего, сознавая свое в сем отношении бессилие и неведение, всегда ограничиваться точным исповеданием преподанного нам словом Божиим и истолкованного Святой Церковию, что рождение и нерождение суть только тончайшие различительные черты ипостасей в Единстве Божества, настолько, однако ж, сильные, что преграждают всякое покушение к слиянию сих ипостасей. Так святой Иоанн словами: «в начале бе Слово» — сказал, что Слово безначально «собезначально же Отцу и Духови». Но чтобы, слыша о безначальности, ты не думал, что безначальный, стало быть сам по себе, особым существом сущий, — особый, отдельный от Бога Отца, Бог, и чтобы не впал, таким образом, в двоебожие, а если то же рассуждение приложить и к Духу Святому, — то в требожие, — святой Иоанн прибавил: «и Слово бе к Богу», или было у Бога. Не отдельно есть Сын, а есть у Бога. Как между людьми говорят: сын не особым домом живет, а живет у отца, и у них все общее; так и о Слове говорит Иоанн: Оно «было у Отца», чтобы дать разуметь, что Они нераздельны и что у Них все обще: обще не одно творение и мироправление, которые начали быть, а прежде начала всякой твари было все общее, — общее, то есть, и Божеское естество; ибо, кроме Божества, тогда не было ничего. Итак: «Слово было у Бога» — значит было в общении одного и того же Божеского естества с Отцом. Ибо естество Божеское, говоря численно, едино есть, одно и то же и в Отце, и в Сыне, и в Духе Святом; потому Они и единосущны. Словами: «Слово было от Бога» — то же сказано, что сказано ниже другими словами: «Единородный Сын, ...в лоне Отчи» (18 Бога не видел никто никогда; Единородный Сын, сущий в недре Отчем, Он явил.Ин. 1:18); или что Сам Господь сказал: «Аз и Отец едино есма» (30 Я и Отец - одно.Ин. 10:30); и еще: «Аз во Отце, и Отец во Мне есть» (10 Разве ты не веришь, что Я в Отце и Отец во Мне? Слова, которые говорю Я вам, говорю не от Себя; Отец, пребывающий во Мне, Он творит дела.Ин. 14:10); или что о Духе Святом наводит Апостол, что Он есть Дух, живущий в Боге и ведущий все Божие (11 Ибо кто из человеков знает, что в человеке, кроме духа человеческого, живущего в нем? Так и Божьего никто не знает, кроме Духа Божия.1 Кор. 2:11). Положением: «Слово было у Бога» — святой Иоанн утверждает нераздельность естества Сына с естеством Отца, а образом выражения наводит на неслиянность ипостасей, ибо, говоря: «Слово бе к Богу», — дает разуметь, что Оно относится к Отцу, как Лицо к Лицу, что Оно есть Слово ипостасное, а не какая-либо сила или свойство Божества. Не довольствуясь, однако ж, сим указанием, из которого ты мог сам сделать наведение (умозаключение) об особности ипостаси Сына пред Лицом Отца, и опасаясь, что, могши сделать это, ты можешь и не сделать, он счел нужным прямо сказать: «Бог бе Слово». Оно есть не каковое либо свойство Божества, премудрость, например, или творческая и промыслительная сила, а Бог, Слово Бог. Все, что ты исповедуешь о Боге, приложимо и к Нему. В Нем все есть, что входит в понятие о Боге. Бог есть живой и самосущий; Таково и Слово, или Сын (Таков и Дух Святой). Бог безначален, неизменен, неизмерим; Таков и Сын (Таков и Дух Святой). Бог вездесущ, всеведущ, всемогущ, всеблаг, всеправеден; Таков и Сын (Таков и Дух Святой). Бог — Творец и Промыслитель; Таков и Сын (Таков и Дух Святой). При таком разумении Сына и Духа, кто дерзнет сливать их в единой ипостаси Отчей? Общее у них естество; оно одно и то же для всех, но ипостасность раздельна. Святой Иоанн будто провидел Павла Самосатского и Савеллия, которые не уразумели раздельности Лиц в Едином Боге. Первый говорил: что в душе нашей ум, воля и сердце; то в Божестве Отец, Сын и Дух Святой; это как бы разные силы Божеского единоличного естества. Второй учил, что Отец, Сын и Дух Святой — не Лица Пресвятой Троицы, а разные явления и откровения одного и Того же единоипостасного Бога. Такие, далекие от истины, мудрования предотвращал святой Иоанн одним речением: «Бог бе Слово» (наводим: и Дух Святой). Если Слово — Бог и Дух Святой — Бог, то они уже не силы Божеские безличные, а раздельные Лица в Божестве Едином; не явления или откровения Единого Бога, а раздельные ипостаси, раздельно открывающиеся, при нераздельности по естеству или с сохранением единосущности Божества. По поводу таких понятий, Лица Пресвятой Троицы могли опять показаться слишком раздельными, — и иной от раздельности Лиц мог перейти к мысли и о раздельности естества. Посему святой Иоанн и прибавил: «Сей бе искони к Богу» (2 Оно было в начале у Бога.Ин. 1:2)...
2Оно было в начале у Бога.
«Сей бе искони к Богу», — давая тем разуметь, что Слово, при личной раздельности от Отца, как Бог, безначально пребывало в общении единого со Отцом естества. Здесь святой евангелист кротко совмещает в одном положении все прежние истины — о безначальности, ипостасности и единосущии, чтобы глубже напечатлеть сии понятия в умах и сердцах верующих. Можно, впрочем, думать, что святой Иоанн этим положением хотел предотвратить и еще одно неправомнение. Слыша, что «Слово было Бог», иной мог бы подумать: Бог-то Бог, но не безначальный, не Сам в Себе Бог, а по силе и значению Его в тварях. Так суемудрствовал Арий, и еще более после него ариане. У них Сын был Бог, но не несотворенный. Он у них первая сотворенная сущность, от которой потом все произошло и которою все правится. Все в тварях производится чрез Него; но Сам Он не единосущен Отцу, не есть едино с Ним, а произведен Богом Отцом из ничего. Против сего и поставил святой Иоанн или, точнее, Дух Святой, руководивший его, последнее слово: «Сей бе искони к Богу». Ариев Сын начало получил от Бога Отца, хотя прежде всякой другой твари; но истинный Сын Божий, Бог Слово, безначально был у Отца, в общении единого со Отцом Божеского естества, — или безначально был и есть единосущен Отцу. Поэтому нечестиво умствовать, будто Он получил начало и есть из ничего. Тогда Он не Бог, и кто кланяется Ему, будет кланяться не Богу, а твари и не будет потому истинным чтителем истинного Бога. Так святой Иоанн в немногих словах совместил все богословие о таинстве Пресвятой Троицы. Вся забота у него, как видите, состояла в том, чтобы отвратить поводы разделять естество и сливать ипостаси. Для сего подбирал он слово за словом, сколько с сдержанностию от запутывающего многословия, столько и с достаточною полнотою, дабы дать всем разуметь, что Бога надлежит исповедать Триипостасным, «ниже сливающе ипостаси, ниже существо разделяюще». Вот что есть Господь Спаситель наш в таинстве Пресвятой Троицы! Единородный Сын Божий, безначальный, Слово ипостасное, единосущное Отцу, и Бог.

Источник

Богословие святого Иоанна Богослова о Божестве Господа Спасителя и о домостроительстве нашего спасения
3Все чрез Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть.
Изобразив Божеское естество Слова, как оно есть в Пресвятой Троице, святой Иоанн указывает и на Его Творчество и переводит нас от созерцания безначального Троичного Божества к созерцанию того, как от Безначального получили начало все твари. «Вся Тем быша». Этим то же сказано, что и у апостола Павла: «яко Тем создана быша всяческая, яже на небеси, и яже на земли, видимая и невидимая, аще престоли, аще господствия, аще начала, аще власти: всяческая Тем и о Нем создашася» (16 ибо Им создано всё, что на небесах и что на земле, видимое и невидимое: престолы ли, господства ли, начальства ли, власти ли, - все Им и для Него создано;Кол. 1:16). Или в другом месте: «Ты, Господи, землю основал еси, и дела руку Твоею суть небеса» (10 И: в начале Ты, Господи, основал землю, и небеса - дело рук Твоих;Евр. 1:10). Или еще: «но нам... един Господь Иисус Христос, Имже вся» (6 но у нас один Бог Отец, из Которого все, и мы для Него, и один Господь Иисус Христос, Которым все, и мы Им.1 Кор. 8:6). Творить, давать бытие может только Тот, Кто Сам, по естеству, есть Сый, — Бог безначальный и бесконечный. Но чтоб опять не подать повода отделять Его от Отца и Духа Святого, святой Иоанн, углубляя мысль о Божестве Слова, прибавляет: «и без Него ничтоже бысть, еже бысть». Ни одна тварь не получила бытия без Него, помимо Его, без участия Его (Святой Иларий в трактате о Троице). Сын Божий есть Творец не особо от других ипостасей Божества, но единодейственно с Ними. Бог Слово все сотворил в общении единого Божеского творческого естества со Отцом и Святым Духом. Действия Божества вовне суть действия трех ипостасей неразделимые. Посему Творец Отец, Творец Сын, Творец Дух Святой, а не три Творца, но един есть Творец, по единому творческому действию Божества. Изображая это в одном изречении, пророк Давид поет: «Словом Господним небеса утвердишася, и духом уст Его вся сила их» (6 Словом Господа сотворены небеса, и духом уст Его - все воинство их:Пс. 32:6). Немощная мысль наша, созерцая в тварях всемогущество, готова относить его к Богу Отцу, созерцая премудрость, готова относить ее к Богу Сыну, созерцая жизненность, готова относить ее к Богу Духу: но здравое исповедание не смеет различать в деле творения особых актов Божеских ипостасей, а верует, что творение есть дело Бога, в Троице поклоняемого, нераздельное. Сын и Дух Святой не содействователи Отца в творении, а единодействователи с Ним нераздельные. Единым актом Отца и Сына и Святого Духа совершилось творение всего. Посему в творении нет следов, которые отражали бы особые действия ипостасей: но есть резкий след, указывающий на Триипостасность. Это повсюдная, чрез все степени тварей проходящая, тройственность. Три мировые силы: свет, теплота, тяжесть; три планетные: электричество, магнетизм, химизм; три стихийные седалища этих сил: воздух, вода, земля — и три отдела тел неорганического царства; три отправления в растениях и три их главные отдела; три отправления в животных организмах, поверх трех растительных; три части в человеке: дух, душа и тело, и по три отправления в каждой; и об Ангелах ведомо, что у них есть три главные степени, из которых каждая опять делится на три. Эта тройственность не есть ли свидетельство Триипостасности Бога Творца? Что подвигло Бога на творение? Бог Триипостасный, как полнота бытия и совершенств, вседоволен Сам в Себе и всеблажен, никакой ни в чем нужды не может Он иметь, потому что все имеет. Если же Он подвигся на сотворение мира и всего, что в нем, то совершил это не по какой-либо необходимости, а по совершенно свободному изволению Своему, «по благоволению хотения Своего» (5 предопределив усыновить нас Себе чрез Иисуса Христа, по благоволению воли Своей,Еф. 1:5). О понуждении вовне здесь и речи быть не может. Если же была бы какая необходимость внутренняя, в роде какой-либо потребности Божеского естества, так, чтобы Творчество было неотъемлемым существенным свойством Божества, тогда акт творения надо было бы признать безначально или присно действующим в Боге, а творение совечным и собезначальным Богу, чего нельзя допустить. Сотворением сего необъятного для нас мира ничего не прибавилось к Божественной полноте и ничего от нее не убавилось. Между тем, однако ж, мир не чужой Богу, а Свой Ему. Благоволение благости, давшее начало миру, лежит в основе и продолжения бытия Его. Выражением этого есть всевозможное облаженствование тварей, которое составляет основную идею строя мира и основной тон движения явлений миробытия, с физической и нравственной его стороны. В этом цель промыслительных действий Божиих, которую указывает вера и к ясновидению которой, хоть и безуспешно пока, стремится ум, не теряя, однако ж, надежды на успех. Для этого надо сквозь видимое прозреть в невидимое; видимое же останавливает и преграждает путь зрению, — оттого все и темно. Только одна вера крепко верит, что наконец все явится в свете полного совершенства и блаженства. Она же, сочетавая этот чаемый конец с началом, видит предначертание всего сущего и бывающего в первоначальном плане мира. Когда и как в вечном предначерталось все временное и потом осуществилось, это — тайна Божия. Но оно было предначертано, и что теперь есть и бывает, — есть и бывает по тому предначертанию. В этом и премудрость Божия. Премудрость же Божия сама говорит о себе у Премудрого: «Господь стяжа мя начало путей Своих в дела Своя: прежде век основа мя, в начале, прежде ниже землю сотворити»; и потом прибавляет: «егда готовяше небо, с Ним бех..., егда... крепка творяше основания земли, бех при Нем устрояя. Аз бех, о нейже радовашеся..., егда веселяшеся, вселенную совершив» (22 Господь имел меня началом пути Своего, прежде созданий Своих, искони;23 от века я помазана, от начала, прежде бытия земли.Притч. 8:22—23, 27, 29—31). Таким образом, и начало, и продолжение, и совершение творения — все по премудрому предначертанию, прежде век положенному. Когда, окончив творение, Бог сказал: «се вся добра зело» (31 И увидел Бог все, что Он создал, и вот, хорошо весьма. И был вечер, и было утро: день шестой.Быт. 1:31) — это значило, что все вполне соответствует премудрому плану и намерениям Божиим. Положить эту печать одобрения на все бывающее или на движение миробытия еще не пришло время. Только всевидящее око Божие видит, как все направляется к тому, чтобы в конце всего движения изречено было: «се вся добра зело», чтобы всеми было это узрено и исповедано, — и это будет. Как бы хотелось уму все это постигнуть и определенно выразить! Но это не дано ему. На языке человеческом и слов нет для выражения того. И Откровение молчит, малое нечто сказывая из этой сокровенности тайн Божиих. Прими же то вседушно и, довольствуясь тем теперь, ожидай полнейшего разъяснения в будущем. Сообразив все известное нам о начале мира и от начала мира доселе, можем удостоверительно сказать, что вещественный мир предназначен быть поприщем развития разумно-свободных тварей, подлежа и преобразованию, вместе с возведением их на высшие степени совершенства. Разумно-свободные же твари предназначены ко богоподобному совершенству и, вследствие того, к живому богообщению и всестороннему блаженству; но так, что это предназначение должно быть достигаемо чрез борьбу с испытаниями на пути к этой цели. Ограниченной разумно-свободности иначе нельзя установиться в начале богоугодного добра, как опытами борения с тем, что может уклонять от них. Борьба — средство; но как она стоит напереди, то становится целию ближайшею, за которою видится дальнейшая, последняя. И можно сказать, что эта борьба служила нормою для устроения мира и мироправления. Все направлено к тому, чтоб разумно-свободные твари могли устаивать в борьбе с противностями. Не в том воля Божия, чтобы не было противностей для тварной свободы, а в том, чтобы она могла устаивать против них, как бы они сильны ни были. И вот по всему пространству мира идет борьба, в текущий период миробытия. И первозданные, вскоре по сотворении, встречаются с борьбою, а в мире духов она была прежде того. С тех пор доселе и отселе до конца мира все будет борьба. Заключительный акт ее предуказывается в следующих словах: «побеждающему дам сести со Мною», побеждающему «дам... венец» (21 Побеждающему дам сесть со Мною на престоле Моем, как и Я победил и сел с Отцем Моим на престоле Его.Откр. 3:21, 10 Не бойся ничего, что тебе надобно будет претерпеть. Вот, диавол будет ввергать из среды вас в темницу, чтобы искусить вас, и будете иметь скорбь дней десять. Будь верен до смерти, и дам тебе венец жизни.Откр. 2:10) — и прочее и прочее. Борись же, не мечтая о покое, пока есть в тебе дыхание жизни, взирая на великое мздовоздаяние. Прародители наши, как только введены были в жизнь и начали действовать, тотчас встретили брань и борьбу. Они не устояли; но, если б и устояли, брань не прекратилась бы, а сопровождала бы их шаг за шагом, — сопровождала бы и их потомство. По падении изменился только образ брани, и в пособие борющимся потребовались чрезвычайные Божии действия и учреждения; существо же жизни или задача жизни человека осталась одна и та же: борись. Борись тем охотнее и ревностнее, что, для успеха тебе в этой брани, Сын Божий воплотился и пострадал. По Апостолу, еще «прежде сложения мира» избран ты к этому, потому что избран к святости и непорочности, не мыслимые без борьбы (4 так как Он избрал нас в Нем прежде создания мира, чтобы мы были святы и непорочны пред Ним в любви,5 предопределив усыновить нас Себе чрез Иисуса Христа, по благоволению воли Своей,Еф. 1:4—5). Так, все у тебя от Господа: и сотворен ты Им, и искуплен, и всыновлен, и к вечному блаженству призван, и способами снабжен к достижению его. Возлюби же Его и предайся Ему всей душою твоею, всеми помышлениями твоими и всем сердцем твоим и работай Ему, не щадя живота.

Источник

Богословие святого Иоанна Богослова о Божестве Господа Спасителя и о домостроительстве нашего спасения
4В Нем была жизнь, и жизнь была свет человеков.
3) Господь — Промыслитель всяческих «В Том живот бе, и живот бе свет человеком». Если слова: «живот» и «свет» — относить только к человекам, то есть так: «в Том живот бе человеком, и живот сей бе свет человеком»; то в тексте этом будет мысль лишь о том, что Бог Слово есть только для людей. Но строй речи заставляет различать мысли, содержащиеся в этих двух положениях стиха. Не для чего было бы повторять слово «живот» — во втором положении, если бы в первом «живот» не имел других, кроме человека, предметов, оживляемых им. Тогда сказано было бы: «в Том бе живот и... свет человеком». А коль скоро говорится раздельно: «в Том живот бе, и живот бе свет человеком», то необходимо разуметь разные предметы; таким образом, в первом будет: в Боге Слове живот всяческих, бытие и жизнь всей твари, а во втором: в Нем свет человекам. «В Том живот бе». Живот здесь в Нем не в том смысле, что Сын живот имеет в Себе, как и Отец (26 Ибо, как Отец имеет жизнь в Самом Себе, так и Сыну дал иметь жизнь в Самом Себе.Ин. 5:26), ибо об этом уже сказал святой евангелист, когда исповедал Его Богом, — и не в том, что все существующее и живущее от Него получило бытие и жизнь; ибо и об этом только что сказано в предыдущем стихе: «вся Тем быша», — но в том, что все, получившее от Него бытие, Им содержится, и хранится, и управляется. Бытие и жизнь всего в Нем имеет основание, вседержительную и всесохранительную силу. Так говорит святой Златоуст: «Сказав же о сотворении всего Сыном, теперь переходит к изображению Его промышления о всем, говоря: «в Том живот бе». Святой Иоанн говорит здесь то же, что и апостол Павел; по словам его, Господь Спаситель всё носит «глаголом силы Своея» (3 Сей, будучи сияние славы и образ ипостаси Его и держа все словом силы Своей, совершив Собою очищение грехов наших, воссел одесную (престола) величия на высоте,Евр. 1:3), и «всяческая в Нем состоятся» (17 и Он есть прежде всего, и все Им стоит.Кол. 1:17). То же говорится и о Боге Отце, что Он «всему дает живот и дыхание и вся» и что «о Нем... живем, ...движемся и есмы» (25 и не требует служения рук человеческих, как бы имеющий в чем-либо нужду, Сам дая всему жизнь и дыхание и всё.Деян. 17:25, 28). И Дух Святой есть Дух животворящий, все созидающий и обновляющий (30 пошлешь дух Твой - созидаются, и Ты обновляешь лице земли.Пс. 103:30)! Промыслительные действия Божеские суть нераздельные действия Бога в Троице. Промысл не есть ни исключительное, ни преимущественное действие одной ипостаси, а есть дело Единого Бога Триипостасного. Отец не более Промыслитель, как и Сын, и Дух Святой; и Сын не менее, как Отец и Дух Святой; и Дух Святой — не менее, как Отец и Сын. Вседержитель Отец, Вседержитель Сын, Вседержитель Дух Святой: но не три Вседержителя, а один Вседержитель. Святой Иоанн пишет здесь о Боге Слове и говорит о Нем в стихе сем как о Промыслителе, не исключая, однако ж, Бога Отца и Бога Духа Святого, как пред сим говорил о Творчестве Его, не исключая Творчества Отца и Духа. Слова, там сказанные: «без Него ничтоже бысть», — можно подразумевать и здесь так: без Него ничто не имеет живота, то есть без участия Его ничто не имеет жизни, движения и бытия. Все в Нем состоится или Им носится, но не исключительно, а в общении единого Божеского вседержительства и промышления с Отцом и Святым Духом. Божие промыслительное вседержительство выражается в том, что Господь все сущее хранит, всему содействует и всем управляет, или все направляет к предназначенному концу. Законы, по которым все совершается, сокрыты в воле Божией; они непостижимы для нас и не могут быть постигнуты, если бы даже и открыты были, по необъятности всего существующего и по необъятному протяжению движения в бывающем. Поэтому не трудись и исследовать: не твое дело. Твое дело — одно: содевать спасение души. Все же прочее в руках Божиих — верных и крепких. Что все Бог содержит, твердо веруй этому, и ты будешь воздавать таким образом Божеское поклонение всемогущему, премудрому и всеблагому вседержительству Бога. Тварь, не имеющая в себе бытия, а к бытию воззванная из ничего, и продолжать бытие сама собою не может, а висит над бездною ничтожества, в каждое мгновение готового поглотить ее. Держит ее над этою бездною всемогущая воля Триипостасного Бога, вызвавшая ее к бытию. Восхотел Бог — и явились твари; и продолжают быть твари потому, что Бог хочет, чтоб они продолжали существовать. Продолжение бытия тварей есть непрерывное их творение. Воля Божия о продолжении бытия тварей есть основа их жизни: на ней утверждается все. Действие Божие в тварях не ограничивается одним хранением их бытия. Господь сказал: «Отец Мой доселе делает, и Аз делаю» (17 Иисус же говорил им: Отец Мой доныне делает, и Я делаю.Ин. 5:17), означая тем ближайшее попечение Божие о тварях и не прекращающиеся действия Божии в них, в устроении их благобытия. Прекрасно устроен мир, стройно сочетаны части его, и в необъятном целом, и в частях, и всюду положены простые, но мощные законы, все держащие в чине, по воле Божией. Бог хранит этот чин, и мир течет туда, куда направлен. Но среди сего, истекающего из воли Божией, неизменного, однажды навсегда установленного порядка миробытия, и составляющих его тварей, благоволит Бог являть и особые Свои действия, непосредственные, не в силах и законах мира имеющие источник, а в непосредственной воле Божией. Потребность этого привтечения непосредственных действий Божиих, в среду явлений мира, вызывается ограниченною свободою разумных тварей. Если б все было механизмом в мире, то достаточно было бы одних неизменных законов; но так как в мире есть круг свободных действий, то для упорядочения их необходимо свободное же и воздействие на них. Духовный мир, состоя из разумно-свободных, но ограниченных существ, может принимать направления ложные и превратные. Если цель вещественного мира в духовном; то очевидно, что в даровании свободы положена возможность уклонению и от таких намерений Божиих, кои обнимают весь мир. Поэтому в тот момент, как положил Бог быть разумно-свободным тварям, положил вместе с тем быть и особенным, промыслительным Своим действиям, коими благоволит Он входить в течение событий мира, для указания свободным тварям должных путей, для возвращения их на эти пути, в случаях уклонения от них, или для поставления их в такие пределы, в которых они не могли бы действовать разрушительно для других. Бог мог устроить мир и так, чтоб он уже сам собою тек к своему концу, по данным ему силам, законам и порядкам, подобно тому, как если бы кто устроил часы, которых ни заводить, ни чинить не нужно. И тогда благость Его являлась бы в хранении всего, как оно устроено первоначально — в одобрительном воззрении на то, как все течет целесообразно, и в благоволении любви к тварям, соответственно их степеням. Но Он благоволил устроить иначе, потому что тогда надлежало бы из всей целости творений исключить твари разумно-свободные, верхние звенья в цепи тварей, венец творения. Избрав, таким образом, лучшее и допустив возможность возмущения порядка нравственного, а ради него и физического, Бог пребывает не покоющимся созерцателем светлого течения миробытия, а благопопечительным вседействователем, в направлении тварей к последним их целям. На это была Его святая и премудрая воля. Твари свободные, шаг за шагом, идут к предопределенному их совершенству, падая и восставая, уклоняясь с путей правых и снова на них вступая, отдаляясь от Бога и опять к Нему прилепляясь. И между тем как мир течет по заведенному порядку, — в эту, всегда почти нестройную, область привходят Божеские непосредственные действия, в просвещение, укрепление и учреждение спасительных порядков, привлекая, когда нужно, в служение сим нравственным целям и явления в мире физическом. Разумные твари — в борьбе, под Божиим покровом, помощию и воеводством. Посему, как только явился человек на свет, Сам Бог непосредственно, прежде чем встретился он с борьбою, делает распоряжение об образе предлежащей ему жизни и об угрожающих опасностях. По падении, опять Бог определяет характер не светлой жизни виновных и указывает основания благонадежия на чаяние лучших дней. За тем ряд Божеских непосредственных действий не прекращался уже в человечестве. 4) «И живот бе свет человеком» Вседержительные действия Бога Слова в совокупности тварей суть только живот: «о Нем бо живут, движутся и суть» (28 ибо мы Им живем и движемся и существуем, как и некоторые из ваших стихотворцев говорили: "мы Его и род".Деян. 17:28). В разумных же тварях действия эти суть не живот только, но и свет, — не хранит только Господь жизнь их и бытие, но просвещает их, наставляет, руководит. В прочих тварях Он действует всемогуществом Своим: повелит, — и все направляется по воле Его; разумных же тварей просвещает, предоставляя сознанию волю Свою, чтоб они сами свободно шли потом по ее указанию. Дал Он им свободу и не насилует ее, но, предписывая заповеди, как закон, оставляет на свободное решение каждого следовать им или не следовать. Убеждает их, представляет крайнюю необходимость следовать воле Своей, изображает горькие последствия преслушания, даже внешние события так сочетывает, чтобы направить свободу на путь воли Своей, но воли ничьей не связывает. Внутренно внушает ли что Господь, Ангела ли посылает, слово ли дает в уста избранных, — смысл Его велений людям всегда один: вот предлежит тебе огнь и вода; к чему хочешь, туда и простирай руку твою. Затем так делает Господь, что от всякого ожидает самоохотного служения Себе, в исполнении воли Своей. Основание такому порядку действования положил Бог в устройстве самой духовной природы человека. Силы вещественные суть темные силы; жизнь растений и животных похожа на мерцание света при звездах и луне. Человеческой же духовной жизни образ — ясное сияние солнца. Ей дано внутреннее самоосвещение, с освещением и всех соприкосновенностей, и именно в самосознании человек, сознавая себя, сознает и Верховного Творца своего и Владыку, чувствуя при том всестороннюю свою от Него зависимость и долг служить Ему всеми силами существа своего, в надежде состоять чрез то в вечном благоволении Его, — сознает и свои внешние отношения к подобным себе и ко всем тварям, — сознает и то, как он должен держать себя, и то, держит ли себя как должно. В этом внутренний свет человека, излиянный в него в сотворении его по образу и подобию Божию. Господь, действуя вседержительством Своим и храня духовное естество человека, хранит этот свет и есть, по тому самому, уже свет для него. Но Он есть свет более еще потому, что ко всем лучам естественного света духа человеческого благоволит приливать и Своего Божественного Света, воздействием которого своеличный свет человека и становится собственно светом, — верным, определенным и все определяющим, все предметы являющим в их точных очертаниях. Это привтечение света духовного в человека (и все духовные твари, высшие его), столь для него необходимо, что, по Откровению, не видим, чтоб и минуту пробыл без него воззванный к бытию человек. Впервые открыв глаза, он видел уже пред собою Бога, разъяснившего ему, что он есть и как ему следует жить и действовать. Эти определения Божии положили печать на устремления сознания духа человеческого, которые сами по себе оставались бы неопределенными и, следовательно, тускло-светлыми. Из этой определенности они потом не выходили; но хранились и хранятся в человечестве доселе, и будут храниться вовеки. Лучи этого света суть: страх Божий — с чувством всесторонней зависимости и долга служить Богу; совесть — с уверенностию быть благоугодным Богу чрез исполнение ее требований; недовольство ничем тварным — с надеждою всесторонне-удовлетворительного благобытия в вечности. Живущий по этим указаниям Божественного Света пребывает в богоподобии, для коего создан, и состоит, потому, в ближайшем отношении к Сыну Божию, Который есть «сияние славы Отца и образ ипостаси Его» (3 Сей, будучи сияние славы и образ ипостаси Его и держа все словом силы Своей, совершив Собою очищение грехов наших, воссел одесную (престола) величия на высоте,Евр. 1:3). Вседержительное Слово Бог и есть «свет человеком»: свет, просвещающий ведением истин о Боге и делах Божиих; свет, указывающий совести, что добро и что зло, и воодушевляющий на творение одного и удаление от другого; свет, отрадою исполняющий сердце непорочное от чувства благоволения Божия и чаяния всестороннего облаженствования в Нем. От века Он есть для людей истина, путь и живот. Приемлющий этот свет стоит у своей цели и, исполняясь светом, бывает всеблажен. Таково было райское состояние первосозданных. Оно было светло, по ясности богозрения и боговедения, по чистоте совести и невозмутимости всех отношений, по великой отраде жизни непорочной и вседовольной. Падение все это расстроило. На духовную сферу человека пал мрак.

Источник

Богословие святого Иоанна Богослова о Божестве Господа Спасителя и о домостроительстве нашего спасения
5И свет во тьме светит, и тьма не объяла его.
5) «И свет во тьме светится, и тма его не объят» Этим кратким положением святой Иоанн очерчивает состояние человечества до явления Господа Спасителя в мире. Произошла тьма с падением, но не подавила света: он во тьме светил и светит. Оставался еще естественный свет, но уже не в той светлости, какую имел прежде, и характера не мог уже держать того же, какой был у него в первоначальном устроении. Сознание и совесть внушали, что прежний образ духовных отношений человека не мог иметь теперь места; требовались новые порядки и учреждения. Что именно нужно было, не придумал бы человек. Сам Бог явился и устроил все. Внешний чин жизни изменен, в соответствие внутреннему настроению, в худший и стал как бы епитимиею кающемуся. Для упорядочения духовного расстройства и разогнания внутреннего омрачения дано сознанию и совести обетование спасения в семени жены (15 и вражду положу между тобою и между женою, и между семенем твоим и между семенем ее; оно будет поражать тебя в голову, а ты будешь жалить его в пяту.Быт. 3:15), с соответствующими учреждениями. С словом обетования сего засветился свет во тьме падения, который не погасал уже, но все разливался шире и шире и становился светлее и светлее, чрез непрерывные притоки новых лучей Откровения Божия. Сначала все человечество одинаково причастно было сему свету. До рассеяния людей по лицу земли Божии откровения и руководительные правила сообщались всем нераздельно. С рассеянием их прекратилась всеобщность откровений. Но рассеявшиеся роды взяли с собою все, открытое Богом дотоле, и жили при свете того до явления Господа, а многие и доселе живут. Свет этот не сохранился у них в полноте и чистоте; но затмился облаками измышленных потом самими народами суеверных дополнений к первоначальному Откровению. Впрочем, и затмившись, не совсем, однако ж, погас. Мерцания его видны в основных верованиях, общих всем народам. Чтобы совсем не погас на земле свет, возжженный обетованием спасения, Господь благоволил избрать особый народ, в котором и продолжал хранить это обетование в силе и умножать свет его обстоятельными откровениями о всем, касающемся исполнения его. Указаниями такими полны пророческие писания, которые святой Петр верно наименовал светилом, сияющим в темном месте. «Имамы, — говорит он, — известнейшее пророческое слово, емуже внимающе, яко... светилу, сияющу в темнем месте, добре творите, дондеже день озарит и денница возсияет в сердцах ваших» (19 И притом мы имеем вернейшее пророческое слово; и вы хорошо делаете, что обращаетесь к нему, как к светильнику, сияющему в темном месте, доколе не начнет рассветать день и не взойдет утренняя звезда в сердцах ваших,2 Пет. 1:19). Эти слова дают лучшее истолкование того, что значит у святого Иоанна свет, во тьме светившийся, и как он светил. Светился свет во тьме падения, и светило сияло в темном месте изгнания падших, в народе израильском чрез пророческое слово, а у прочих народов посредством естественного света и тех откровений, какие взяли они с собою при рассеянии по земле — и какие, под конец, стали переходить к ним от Израиля. Свет этот сосредоточивался в лице Спасителя и от Него исходил, все просвещая. Он и всегда есть свет для впадших во тьму духовную и держимых ею. Что свет светился во тьме, это дело Божие. В чем же дело людей? В том, чтоб принять свет и пользоваться светением его. Так ли было? «Омраченные смыслы» не поняли его; темные стремления противодействовали ему; темные противились силы ему и всячески покушались погасить его. Но это недоброе отношение потемненных к свету не отнимало силы светения у света и возможность просвещения им тех, которые искали света и готовы были принять его и пользоваться им спасительно. Тьма не объяла света... И у Израиля, и у других народов были жаждавшие света и чаявшие его свыше. Они тотчас открылись, как только обозначились значения времени пришествия Господня, и особенно когда Предтеча возвестил, что вскоре явится и само солнце правды — Христос Господь. Потом проповедь святых Апостолов собрала их всех, рассеянных по лицу земли, и образовала из них Церковь святых, которая, в свою очередь, стала светилом, сияющим в темном месте мира сего, не сама о себе, но силою Господа, возглавившего все. 6) Тьма падения есть греховная тьма Грех, прившедши, приносит с собою тьму в душу, омрачая ее сознание и совесть и приводя в смятение и нестроение все ее действия. Отходит сознание Божества, или не то что отходит, а отгоняется; вместе с тем, и страх Божий если не исчезает, то слабеет до бессилия определять волю. Неопределенным и невнятным становится голос совести, и дела начинают вестись как попало; человек идет ощупью, как ночью. Вкус развивается к вещам не удовлетворяющим, а только раздражающим разнообразные потребности, взаимно себе поперечащие и непрестанно мятущие сердце; как в вихре пыли или метели держит это человека. Эта тьма нестроения и смятения мыслей, чувств и желаний, начавшись с падением, не перестает быть на земле и покрывает всех живущих во грехе. Но и свет Божий, зародившись в этой тьме, с первыми словами обетования спасения, не меркнет в греховной страде. Надежда спасения всегда живет в сердце грешника, пока не ниспадает он в нечаяние и из него в отчаяние. Как бы кто ни был грешен, все думает, что еще не все пропало, есть еще исход и возможность поправиться. Это чаяние поддерживает и намерение исправления. Хоть исполнение его и откладывается день ото дня, но мысль о том совсем не исчезает, а приходит и отходит. И вот свет, светящий во тьме греховной, — надежда спасения, и мысль — ныне, завтра бросить грех. К этому слабому свету приливаются иногда усиливающие его лучи от остатков первоначального света, положенного в естество человека и никогда не замирающего. То страх Божий посетит, от случайного или намеренного сознания неумытной (беспристрастный, нелицеприятный) правды и неописанной благости Божией; то совесть раздражится и возвысит голос свой, ясно представляя безобразие дел и карая их неподкупным судом своим; то припадет безвкусие и отвращение к суетам и утехам, питавшим грех, в связи с чувством ненадежности опор, на которых почивает утешная жизнь, или повеет отрадою жизни свободной от всех этих уз, много требующих и ничего не дающих. Тогда в душе оказывается много света, и достаточно освещается вся ее мрачность, причиненная грехом. При всем том, свет этот не более того света, какой светил во тьме падения язычникам. Его указания неопределенны. Он только обличает неправое, не определяя точно правого и не указывая исхода из бедственного состояния греховного. Эту определенность получает он, когда придет к нему слово евангельское, как свет, доставшийся на долю язычникам, получал определенность от слова пророческого. Слово евангельское, живое и действенное, завершает освещение внутреннее и прогоняет тьму греховную окончательно. Внимающие первому свету добре творят; но только под условием, если им одним не довольствуются, а только принимают его, как возбудителя к усердному взысканию и того, чтоб и день Христов озарил, и денница спасительной во Христе веры воссияла в сердцах их. То — приготовительное действие, а принятие слова евангельского — совершительное. То — предтеча, а это — Сам Христос.

Источник

Богословие святого Иоанна Богослова о Божестве Господа Спасителя и о домостроительстве нашего спасения
6Был человек, посланный от Бога; имя ему Иоанн.
Значение Святого Иоанна Предтечи Господня Выше было сказано, что свет обетования светил в потемненном человечестве, поддерживаемый и расширяемый промыслительным распоряжением Самого Господа. При всем том, это был свет, дававший слабое освещение Божественного порядка вещей. При последнем напоре мрака и размножении ложных светений, состояния духовного, пред явлением Господа, нельзя не назвать примрачным. К тому же за 500 лет до Рождества Христова и пророчества прекратились. Среди такой примрачности явление вдруг света ослепило бы всех, даже способных принять его. И вот Ему предпосылается Иоанн, как пред солнцем денница, светящая заимствованным светом, чтобы постепенностию успособить принятие и истинного света.

Источник

Богословие святого Иоанна Богослова о Божестве Господа Спасителя и о домостроительстве нашего спасения
7Он пришел для свидетельства, чтобы свидетельствовать о Свете, дабы все уверовали чрез него.
«Сей прииде во свидетелство, да свидетелствует о Свете». Пророки издали указывали обетованного: но так как Израиль воспитан был на Пророках, то надлежало быть ближайшему Пророку, ближайшему указателю, который дал бы осязательное удостоверение, что вот Тот, Кто обетован и Кого все чают. Это было необходимо ради великости дела и ради великой опасности от неузнания. Не узнав неуказанного, могли строить извинения: теперь нет извинения. Иоанн — зеркало, собравшее все лучи пророческого света и устремившее их на Христа Спасителя. Идти против может только упорство и слепота. Сколь важно было в цепи свидетельств Божиих свидетельство Иоанново, это показал Сам Господь, Который неоднократно обращал речь Свою на Иоанна, особенно когда, в последней беседе к иудеям в храме, хотел вразумить ослепленных; и ничего не могли сказать против того ведцы (знатоки) закона ветхозаветного (23 И когда пришел Он в храм и учил, приступили к Нему первосвященники и старейшины народа и сказали: какой властью Ты это делаешь? и кто Тебе дал такую власть?24 Иисус сказал им в ответ: спрошу и Я вас об одном; если о том скажете Мне, то и Я вам скажу, какою властью это делаю;25 крещение Иоанново откуда было: с небес, или от человеков? Они же рассуждали между собою: если скажем: с небес, то Он скажет нам: почему же вы не поверили ему?26 а если сказать: от человеков, - боимся народа, ибо все почитают Иоанна за пророка.27 И сказали в ответ Иисусу: не знаем. Сказал им и Он: и Я вам не скажу, какою властью это делаю.Мф. 21:23—27, 27 Пришли опять в Иерусалим. И когда Он ходил в храме, подошли к Нему первосвященники и книжники, и старейшины28 и говорили Ему: какою властью Ты это делаешь? и кто Тебе дал власть делать это?29 Иисус сказал им в ответ: спрошу и Я вас об одном, отвечайте Мне; тогда и Я скажу вам, какою властью это делаю.30 Крещение Иоанново с небес было, или от человеков? отвечайте Мне.31 Они рассуждали между собою: если скажем: с небес, - то Он скажет: почему же вы не поверили ему?32 а сказать: от человеков - боялись народа, потому что все полагали, что Иоанн точно был пророк.33 И сказали в ответ Иисусу: не знаем. Тогда Иисус сказал им в ответ: и Я не скажу вам, какою властью это делаю.Мк. 11:27—33, 1 В один из тех дней, когда Он учил народ в храме и благовествовал, приступили первосвященники и книжники со старейшинами,2 и сказали Ему: скажи нам, какою властью Ты это делаешь, или кто дал Тебе власть сию?3 Он сказал им в ответ: спрошу и Я вас об одном, и скажите Мне:4 крещение Иоанново с небес было, или от человеков?5 Они же, рассуждая между собою, говорили: если скажем: с небес, то скажет: почему же вы не поверили ему?6 а если скажем: от человеков, то весь народ побьет нас камнями, ибо он уверен, что Иоанн есть пророк.7 И отвечали: не знаем откуда.8 Иисус сказал им: и Я не скажу вам, какою властью это делаю.Лк. 20:1—8). «Да вси веру имут чрез него». Ближайшее указание Обетованного было тем более необходимо, что Обетованный имел явиться под очень большим покровом смирения. Имевшие очи здравые, как Симеон и другие, могли и сами увидеть Его и уразуметь (25 Тогда был в Иерусалиме человек, именем Симеон. Он был муж праведный и благочестивый, чающий утешения Израилева; и Дух Святый был на нем.26 Ему было предсказано Духом Святым, что он не увидит смерти, доколе не увидит Христа Господня.27 И пришел он по вдохновению в храм. И, когда родители принесли Младенца Иисуса, чтобы совершить над Ним законный обряд,28 он взял Его на руки, благословил Бога и сказал:29 Ныне отпускаешь раба Твоего, Владыко, по слову Твоему, с миром,30 ибо видели очи мои спасение Твое,31 которое Ты уготовал пред лицем всех народов,32 свет к просвещению язычников и славу народа Твоего Израиля.Лк. 2:25—32). Ослепленным нечего было говорить: они остались в ослеплении и при свидетельстве Иоанна. Но большая часть душ незрелых и слабозорких, сами не могши узнать Обетованного, могли пойти вслед Его по несомненному указанию и удостовериться окончательно в истине уже чрез общение с Ним. Для них Иоанн был необходимым руководителем. Из этого класса были даже и Апостолы, за ними и все другие. К классу первому относятся избранники, очень немногие.

Источник

Богословие святого Иоанна Богослова о Божестве Господа Спасителя и о домостроительстве нашего спасения
8Он не был свет, но был послан, чтобы свидетельствовать о Свете.
Когда подходила кончина лета, были и во Израиле чающие избавления, и между язычниками немало было жаждавших истинного просвещения, как это засвидетельствовали они принятием ветхозаветного Откровения. Поэтому, когда явился посланный Иоанн, предощущавшие близость духовного оживления встрепенулись и потекли к Иоанну, в надежде в нем встретить чаемое избавление от тьмы и утешительное просвещение Божиим Светом. Но он не был тем, чем сочли его в поспешности; не был он светом, но только послан пред Ним, как предвестник и Предтеча Его. Как служитель истины, от Бога истинного посланный, он сам засвидетельствовал о сем не обинуясь и от себя всех препровождал к свету истинному. Души, жаждавшие света, были то же, что невесты; и он, как друг женихов, препровождал их к Сему Жениху. Богу угодно было учредить такой порядок явления истинного света, чтоб был Предтеча, указатель Его. И в этом порядке — свидетельство истины; в этом — свидетельство, что Иоанн от Бога; и поелику он от Бога, то от Бога и свидетельствованный от Него. Ложь не могла иметь такого порядка. Ни ложный мессия не мог выдержать Предтечи, без подозрений и смущений; ни ложный предтеча не мог устоять в своем ложном предтечестве, не присвоив себе высшего титла. В том и истина, что Предтеча, столь высокий, смиренно отклоняет от себя высшее титло, говоря, что Тот, Кого все ждут, не он, а идет вслед за ним Тот, Кого он укажет и Кого действительно указал. Таково значение Иоанна в экономии (домостроительстве) устроения спасительного пути для нас, бедных! Но порядок этот, начавшись однажды, не прекращается. Иоанн, посланный от Бога во свидетельство, не сходил со сцены и не сойдет до скончания века. Истинный свет в Господе. Но никто не приходит к нему без свидетелей. Иоанна сменили Апостолы, а за ними пастыри и учители, — и в Церкви всегда есть свидетельство, указывающее неложный свет в Господе. Встревожится ли совестию душа и взыщет примирителя, — пастырь указывает Его ей на Кресте и в Таинстве Покаяния примиряет ее с Богом и умиротворяет в себе. Изнеможет ли в борьбе и взыщет подкрепления, — пастырь указывает ей источник живительных сил в таинстве Тела и Крови Господа и напояет ее ими, сочетав с Господом чрез Причащение. Скольким нужно бывает указание и истолкование истины! Пастырь указывает им эту истину в голосе Церкви, который есть отзвук гласа Самого Главы ее, и усмиряет мятущиеся и мятущие сомнения. Пастырь — невестоводитель душ; потому-то горе пастырям, которые на себе останавливают души, к ним обращающиеся. Орган слова пастырского — глаголы пророческие и апостольские; и потому горе пастырям, измышляющим свои образы глаголов! И душам горе, которые, вместо этих указателей благодарованных, довольствуются или своеличными ненадежными усмотрениями, или указаниями самозванных руководителей!

Источник

Богословие святого Иоанна Богослова о Божестве Господа Спасителя и о домостроительстве нашего спасения
9Был Свет истинный, Который просвещает всякого человека, приходящего в мир.
Г) Характеристические черты истинного света Итак, Иоанн не был неточным светом. Правда, и «он был светильник, горящий и светящий» (35 Он был светильник, горящий и светящий; а вы хотели малое время порадоваться при свете его.Ин. 5:35), как и все богопросвещенные светила: но у всех их свет не был свой свет, а заимствованный; они не были источниками света... Источник света — вне и выше их. Как планеты отсылают наблюдателя к Солнцу для объяснения своей светлости; так — все богопросвещенные указывают начало своего света в Боге и в Господе Иисусе Христе. Он есть «Свет истинный», настоящий и единственный свет, просвещающий «всякаго человека грядущаго в мир». Таким образом, характеристическая черта истинного света есть просвещение всех. Это не то значит, чтобы всякий уже и просвещен был, — нет, многие остаются не просвещенными от него, — а то, что если кто просвещен, то просвещен именно только Им. Кто же не Им просвещен, тот являет только призрак просвещения, как бы ни величали его просвещенным. Вне Господа Иисуса нет света, а все — мрак и тьма густая. Просвещение, даруемое Иисусом Христом, есть просвещение духовное. Мрак духовный слагается из неведения Бога и Его благих о нас намерений, в связи с отсутствием страха, из смятения совести и греховных нечистот с нерадением и беспечностию и из туг сердца, терзаемого страстями и ничем не удовлетворяемого с безвкусием духовным и бесчувствием. Господь, и только Господь отъемлет этот тройственный мрак и преисполняет душу всесторонним светом. От Него приходит страх Божий, возбуждаемый словом истины, Им преданной, о Боге и нашей от Него всесторонней зависимости; от Него — умиротворение совести, чрез отпущение грехов в силу смерти Его, и крепость противостоять всему, что может смущать совесть; от Него — и довольство сердца, Им одним насыщаемого. Он всякую слезу отирает, всякое бремя снимает и всякий покой подает, по обетованию Своему: «приидите ко Мне вси труждающиися и обремененнии, и Аз упокою вы» (28 Придите ко Мне все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас;Мф. 11:28). Вот почему тот, кто только прилепится к Господу, становится светлым до того, что и сторонние могут видеть это в светлости взора и в отрадном состоянии духа, отражающемся в словах, делах и движениях. Внутреннее их преисполнено света. Они светлы вкушением благ принятых и упованием принять еще лучшие и большие, — светлы любовию и добротою, светлы благочестием и богобоязненностию сыновнею. И все это им дает Господь Иисус Христос, воплотившийся Сын Божий, научивший нас истине, пострадавший за нас, Духа благодати нам заслуживший и отверзший нам двери Небесного Царствия, куда и вошел уже как Предтеча, влеча и нас всех к Себе и всех ожидая. Самозванных светов много, но ни один из них не прогоняет нашей мрачности и не дает настоящей светлости. Да дарует Господь всем, взыскующим просвещения, напасть на истинный свет и не увлекаться этими призраками, не просвещающими, а все более и более омрачающими!

Источник

Богословие святого Иоанна Богослова о Божестве Господа Спасителя и о домостроительстве нашего спасения
10В мире был, и мир чрез Него начал быть, и мир Его не познал.11Пришел к своим, и свои Его не приняли.
Вторая характеристическая черта истинного света есть прикровенность. «В мире бе, и мир Тем бысть, и мир Его не позна». Не так он светит, чтоб, хочешь или не хочешь, быть им просвещаемым. Сам в себе он всесветл, всеозаряющ, всепросветителен; но узревают Его свет и принимают от него светлость только свои ему, только те, кои раскрывают в себе соответствующие ему органы духа своего. Все в мире вещественном и человеческом идет своим чередом: и духовное просвещение совершается своими сокровенными путями, кои проходят невозмущенно среди всех треволнений и видоизменений внешних, как луч света сквозь воздух, возмущаемый ветром. Так было всегда, так есть и так будет. Так учредить угодно было Господу, прежде всего по характеру света сего, который живоносен; пути же жизни или животворные действия и движения его всюду сокровенны от ока любопытных; а потом, и ради того, чтоб не метать бисера пред теми, кои могут потратить его (6 Не давайте святыни псам и не бросайте жемчуга вашего перед свиньями, чтобы они не попрали его ногами своими и, обратившись, не растерзали вас.Мф. 7:6), чтоб яркостию света не вязать свободы, а освещать только хотящих и ищущих и привлекать к себе только достойных и гожих, чтобы идущие к свету являли и некую самодеятельность и имели в том заслугу, что узнали свет истинный. Это похоже на притчи. В притчах закрыта истина; имеющий зародыш или предзрение истины понимает ее, а другой ничего в ней не разумеет: ибо склад ума его, правила жизни и вкусы сердца, весь запас опытов и понятий у него совсем другой. То же и здесь: для узнания и принятия истинного духовного света от Господа надо иметь свой орган духа готовым к тому. У кого этого нет, тот не узнает и не примет его. Как только имеющий уши слышать — слышит; так только имеющий очи видеть — видит. Орган к принятию света истины есть дух, положенный в естестве нашем. Он есть у всех, и никакие силы истребить его не в состоянии. Подавить, заглушить, забить его можно, но истребить нельзя. Дух в нас — страх Божий или чувство Божества, с сознанием своей от Него зависимости, совесть и недовольство ничем тварным. Кто не поглощен миром, бережет совесть и хранит страх Божий, тот познает истинный свет в Господе тотчас, как только будет возвещено ему о нем. Грех подавляет наш дух, закрывает орган к познанию и принятию света — Господа: но сознание своей греховности снова раскрывает его и творит готовым к сретению Господа. Мытари, грешники и блудницы кающиеся — все потекли ко Господу, как только сретили Его, и все просветились. Такие познали Господа, а не такие не познали Его. Старшие в народе все почти не познали Его и сбивали народ с пути истины. «Еда кто от князь верова в Онь, ...но народ сей» (48 Уверовал ли в Него кто из начальников, или из фарисеев?49 Но этот народ невежда в законе, проклят он.Ин. 7:48—49). Народ ощущал силу Его и прилеплялся к Нему. Омрачили его потом на время: но как только свет воскресения озарил его, он опять пошел небоязненно вслед Его. Еще до вознесения более пятисот братий зрят Его на горе; по сошествии же Святого Духа тотчас прилепляются к Нему 3000; спустя немного — еще 5000, затем число таковых росло и росло, и свет Христов, просветив всех способных просвещаться во Израиле, скоро разлился за пределы его и засветил во всем мире. «Во всю землю изыде» (18 Но спрашиваю: разве они не слышали? Напротив, по всей земле прошел голос их, и до пределов вселенной слова их.Рим. 10:18) благовестие евангельское, и все способные просвещаться светом Христовым просвещались и просвещаются Им. Но во все времена это совершалось и совершается сокровенно, незримо, путями, ведомыми единому Богу. И между носящими имя Христово не все причастны свету Его. Внешнее причисление к стаду Христову не есть еще верное свидетельство о внутреннем озарении. Мирской дух и от христиан отгоняет истинный свет Христов. «В мире бе, ...и мир Его не позна». «В мире бе» творческою и промыслительною Своею деятельностию, особенно же приготовительными к явлению Своему распоряжениями. Все это было очень явно для имевших очи видеть, и, однако ж, не весь мир познал Его, познание Его не было общим достоянием, общею чертою всех и каждого, а только тех, кто уразумевал Его. Оттого, когда Он и к своим пришел, и свои Его не приняли, ибо не узнали Его. Не узнали же потому, что подчинились другим началам, развили другие потребности, заботясь об удовлетворении их, и стали питаться другими надеждами. Это сообщило им свой внутренний строй, по которому истинный свет становится для них недоступным. И между своими Господь ходит, и из своих многие и многие не принимают Его. Причина тому — преобладающий дух мира; «мир Его не позна...». В слове: «мир» — указана и причина непонятия. Мир — люди, прилепившиеся к миру и мудрствующие о мирском и по-мирскому; а ничего так не омрачает ума, как страстная любовь к миру. Дух мира есть дух богозабвения, дух эгоизма, готового приносить в жертву себе все — самое благочестие, совесть и веру, и дух всесторонней утешности властию, видным положением, светским образованием, пышностию, услаждением чувства слуха, зрения, обоняния, вкуса и осязания и всяким сладким раздражением плоти. Это область мрачная. Как густая туча, отделяет она от души и скрывает свет Христов, и ни один луч его не проникает в нее, пока качествует (властвует) в ней этот дух.

Источник

Богословие святого Иоанна Богослова о Божестве Господа Спасителя и о домостроительстве нашего спасения
12А тем, которые приняли Его, верующим во имя Его, дал власть быть чадами Божиими,
Третья черта истинного света есть новое творение, возрождение духовное и вследствие того чадство Богу. «Елицы же прията Его, даде им область чадом Божиим быти, верующим во имя Его». Падшим иного исхода не было, как или погибнуть, или, в силу восстания, стать на высшую степень чадства Богу. Благость Божия избрала последнее. Отчего не исполнен приговор: «смертию... умрете» (16 Кто украдет человека [из сынов Израилевых] и [поработив его] продаст его, или найдется он в руках у него, то должно предать его смерти.Исх. 21:16; 4 Ибо Бог заповедал: почитай отца и мать; и: злословящий отца или мать смертью да умрет.Мф. 15:4; 10 Ибо Моисей сказал: почитай отца своего и мать свою; и: злословящий отца или мать смертью да умрет.Мк. 7:10)? Оттого, что тогда уже заступился за нас Сын Божий, и сила Его заступления тогда же начала действовать. Но поелику Он, Заступник и Ходатай, есть Сын, то и все причастные Его заступлению возводятся в сыновство. Сын Божий стал Сыном Человеческим, а все сыны человеческие, едино с Ним верою соделывающиеся, бывают сынами Божиими. И это не по внешнему только признанию, а по внутреннему изменению. Они все пересозидаются снова, рождаются от Бога рождением духовным. Сокровенный свет Божией благодати, проникая внутрь, засеменяет там зачаток новой по Богу жизни и образует потом нового, «потаенного в сердце человека», в неистлении «кроткого и молчаливого духа» (4 но сокровенный сердца человек в нетленной красоте кроткого и молчаливого духа, что драгоценно пред Богом.1 Пет. 3:4). Зачатие и образование его не от человека, но от Бога; потому он — Божий, чадо Божие. Все верующие изменились дивным изменением и имеют «область чадами Божиими быти», не по внешнему титлу, а по внутреннему значению своему и строю. Условие вступления в чадство Богу есть вера в Господа Иисуса Христа. Веровать во имя Его — значит сердцем исповедовать, что Он есть Единородный Сын Божий и Бог, воплотившийся во спасение нас, грешников, и себя сознавать грешником, погибающим и не могущим иначе избежать беды, навлеченной грехом, как чрез Господа Иисуса Христа. Верующий в Господа Иисуса Христа в сердце своем носит такое убеждение: я погубил себя грехом и спасаюсь только силою Господа, за меня распеншегося и благодатию Своею меня оживотворившего. Сознание беспомощности греховной и грешности погибельной приводит к Господу Спасителю и привлекает Его, ибо Он на то и пришел, чтоб грешников спасти. Такие-то от Бога и рождаются. Как рождаются — ведомо Единому Богу.

Источник

Богословие святого Иоанна Богослова о Божестве Господа Спасителя и о домостроительстве нашего спасения
13которые ни от крови, ни от хотения плоти, ни от хотения мужа, но от Бога родились.
Новая во Христе жизнь — непостижимая тайна. Говоря о грядущих событиях, Господь говорил, что из двух мелющих «одна поемлется, а другая оставляется»; из двух идущих по полю «один поемлется, а другой оставляется» (35 две будут молоть вместе: одна возьмется, а другая оставится;36 двое будут на поле: один возьмется, а другой оставится.Лк. 17:35—36). Эта притча точь-в-точь исполняется в духовном рождении. Из среды грешников и грешниц исторгается тот или другая и становятся новыми; тогда как все другие оставляются идти своим ветхим чередом. Какими путями свет коснулся одних, а другие, тут же сущие, не ощущают его, — этого никто не может сказать не только из сторонних, но даже из тех самих, которых коснулся свет благодати Божией. Лучшее решение сему: «от Бога родишася», не пытая, как и насколько тут участвовало самовластие и самодействие человеческое. Ни естественное рождение, ни положение в свете, ни степень образования, ни все другие сторонние влияния — ничего тут не значат. Всё от Бога... Духовное рождение возбуждается благодатию чрез слово Его и совершается чрез святые таинства. Слово Божие, внешне ли принятое и внутренно внятое или прямо внутрь изреченное и принятое, изливает свет и силу, возбуждает и укрепляет и в таинствах новотворит, как это было в начале, когда изрекал Бог слово, и все являлось сущим. Посему, все возрожденные чада Божии «порождены... суть словом живаго Бога, ...пребывающаго во веки» (23 как возрожденные не от тленного семени, но от нетленного, от слова Божия, живаго и пребывающего вовек.1 Пет. 1:23). Как после этого далеки от истины те, у которых христианство есть только известный образ воззрения на все сущее и известный строй правил жизни! Ищите нового от Бога рождения, чтоб не именоваться только, но и стать чадами Богу, не в силу лишь благоволения Его, но в силу новой жизни, от Него принятой и живым общением с Ним поддерживаемой, возращаемой и совершаемой.

Источник

Богословие святого Иоанна Богослова о Божестве Господа Спасителя и о домостроительстве нашего спасения
14И Слово стало плотию, и обитало с нами, полное благодати и истины; и мы видели славу Его, славу, как Единородного от Отца.
15Иоанн свидетельствует о Нем и, восклицая, говорит: Сей был Тот, о Котором я сказал, что Идущий за мною стал впереди меня, потому что был прежде меня.
16И от полноты Его все мы приняли и благодать на благодать,
17ибо закон дан чрез Моисея; благодать же и истина произошли чрез Иисуса Христа.
18Бога не видел никто никогда; Единородный Сын, сущий в недре Отчем, Он явил.
19И вот свидетельство Иоанна, когда Иудеи прислали из Иерусалима священников и левитов спросить его: кто ты?
20Он объявил, и не отрекся, и объявил, что я не Христос.
21И спросили его: что же? ты Илия? Он сказал: нет. Пророк? Он отвечал: нет.
22Сказали ему: кто же ты? чтобы нам дать ответ пославшим нас: что ты скажешь о себе самом?
23Он сказал: я глас вопиющего в пустыне: исправьте путь Господу, как сказал пророк Исаия.
24А посланные были из фарисеев;
25И они спросили его: что же ты крестишь, если ты ни Христос, ни Илия, ни пророк?
26Иоанн сказал им в ответ: я крещу в воде; но стоит среди вас Некто, Которого вы не знаете.
27Он-то Идущий за мною, но Который стал впереди меня. Я недостоин развязать ремень у обуви Его.
28Это происходило в Вифаваре при Иордане, где крестил Иоанн.
29На другой день видит Иоанн идущего к нему Иисуса и говорит: вот Агнец Божий, Который берет на Себя грех мира.
30Сей есть, о Котором я сказал: за мною идет Муж, Который стал впереди меня, потому что Он был прежде меня.
31Я не знал Его; но для того пришел крестить в воде, чтобы Он явлен был Израилю.
32И свидетельствовал Иоанн, говоря: я видел Духа, сходящего с неба, как голубя, и пребывающего на Нем.
33Я не знал Его; но Пославший меня крестить в воде сказал мне: на Кого увидишь Духа сходящего и пребывающего на Нем, Тот есть крестящий Духом Святым.
34И я видел и засвидетельствовал, что Сей есть Сын Божий.
35На другой день опять стоял Иоанн и двое из учеников его.
36И, увидев идущего Иисуса, сказал: вот Агнец Божий.
37Услышав от него сии слова, оба ученика пошли за Иисусом.
38Иисус же, обратившись и увидев их идущих, говорит им: что вам надобно? Они сказали Ему: Равви, - что значит: учитель, - где живешь?
39Говорит им: пойдите и увидите. Они пошли и увидели, где Он живет; и пробыли у Него день тот. Было около десятого часа.
40Один из двух, слышавших от Иоанна об Иисусе и последовавших за Ним, был Андрей, брат Симона Петра.
41Он первый находит брата своего Симона и говорит ему: мы нашли Мессию, что значит: Христос;
42и привел его к Иисусу. Иисус же, взглянув на него, сказал: ты - Симон, сын Ионин; ты наречешься Кифа, что значит: камень (Петр).
43На другой день Иисус восхотел идти в Галилею, и находит Филиппа и говорит ему: иди за Мною.
44Филипп же был из Вифсаиды, из одного города с Андреем и Петром.
45Филипп находит Нафанаила и говорит ему: мы нашли Того, о Котором писали Моисей в законе и пророки, Иисуса, сына Иосифова, из Назарета.
46Но Нафанаил сказал ему: из Назарета может ли быть что доброе? Филипп говорит ему: пойди и посмотри.
47Иисус, увидев идущего к Нему Нафанаила, говорит о нем: вот подлинно Израильтянин, в котором нет лукавства.
48Нафанаил говорит Ему: почему Ты знаешь меня? Иисус сказал ему в ответ: прежде нежели позвал тебя Филипп, когда ты был под смоковницею, Я видел тебя.
49Нафанаил отвечал Ему: Равви! Ты Сын Божий, Ты Царь Израилев.
50Иисус сказал ему в ответ: ты веришь, потому что Я тебе сказал: Я видел тебя под смоковницею; увидишь больше сего.
51И говорит ему: истинно, истинно говорю вам: отныне будете видеть небо отверстым и Ангелов Божиих восходящих и нисходящих к Сыну Человеческому.