Толкование Бытие 2 глава 17 стих - Экзегет

Толкование на группу стихов: Быт: undefined: 17-17

В даровании первым людям заповеди о невкушении от запрещенного древа Господь является великим, благим, премудрым, праведным.. Заповедь – не есть – дана была как опыт послушания первых людей своему Творцу, потребность которого они и сами чувствовали, потому что облагодетельствованный от кого- либо непременно хочет и со своей стороны принести своему благодетелю какую-либо жертву, которая свидетельствовала бы о чувстве признательности и любви к благодетелю, и если нет случая принести эти жертвы, то чувствует себя недовольным одолженным (нет взаимности), и так как душа человеческая есть сила, то таким опытом души первых людей должны были испытать свои силы, разум, чувства и свободу и утвердиться в любви своей к Творцу в добродетели, в исполнении заповедей Его, потому что, чтобы действовать по известному направлению, нужен навык. (Постник и пьяница, картежник, табакур.) Всякая добродетель и всякий порок возрастают и утверждаются навыком от более или менее долговременного действия в известном круге деятельности (чиновник, поступивший на какую-либо службу, не вдруг привыкает действовать во всем правильно, а требуется время и время, чтобы привыкнуть действовать по известной методе, существующей в том ведомстве). Итак, говорю, душа человеческая есть сила, или совокупность трех сил: разумной, чувствовательной и деятельной. Эту силу, или эти силы надобно было ввести в действие для того, чтобы они приносили соответствующие плоды: таланты были даны – надо было пустить их в дело: разум должен был убедить к беспрекословному исполнению такой легкой заповеди (как берег Творец Свое разумное создание, даровав ему такую легкую заповедь) Творца; чувство долженствовало быть проникнуто благодарностию к Благодетелю и желать пламенно выразить свою признательность Ему исполнением Его заповеди, чтобы заслужить большие благодеяния; воля должна была порываться, устремляться к исполнению повеления Творческого и не отступать от исполнения его, какие бы препятствия ни случились, ибо при препятствиях к исполнению завещания любимого лица жар любви к нему еще более усиливается и любящий стремится исполнить его с пожертвованием собственною безопасностию и даже жизнию (мученики, апостолы). Но первые люди усыпили в себе эти чувства беспрекословной признательности к Творцу (как теперь усыпляем мы под бременем Его благодеяний, впали в самомнение, самообожание, как и теперь наши умники поступают или богачи, властолюбцы), воздремали, когда надо было бодрствовать, и оттого страшно пали. Последующая жизнь людей и народов даже доселе есть, так сказать, повторение великого падения одних и восстания других.

Человек, как творение чувственно-духовное, получил от Творца и соответственную двойственной его природе заповедь: плоды древа, предложенные для испытания, должны были решить: к чему склонится бессмертный дух его – к чувственному, земному или к сверхчувственному, духовному, небесному, Божественному, к твари или к Творцу (мы ежедневно ощущаем в себе пристрастие к тварям, а не любовь к Творцу – вследствие первого падения и несохранения первой заповеди). Если бы они тогда исполнили заповедь Творца (и в исполнении выразилась бы торжественно их любовь к Богу, отвергшаяся самолюбия), тогда ниспадение от Бога, от духовного к чувственному, от небесного к земному не последовало бы, тогда и никто из нас не чувствовал бы этой несчастной наклонности и пристрастия к чувственному, земному и отвращения от Божественного, духовного, небесного (сребролюбие, сластолюбие, честолюбие, праздность, картежная игра, бешенство в одежде, в украшении и в устроении удобств земного жилища и пр.).

В первой заповеди завета была вся деятельность человечества, исполнение ее решило бы на бесконечные веки бессмертную блаженную жизнь людей, отвратило бы все грехи, страсти, преступления, пороки и исполнило бы их совершенств всякого рода, как неисполнение ее повергло их во все виды грехов и в смерть временную и вечную.

Отчего люди богатые и знатные часто и ныне, как и всегда, забывают своего Благодетеля Бога и вместо Творца прилепляются к твари? Отчего эта неблагодарность? Отчего они или вовсе не молятся Богу, или молятся холодно, только по привычке, отчего не ходят в церковь? Разве Творец виноват, что они холодны и неблагодарны к Нему, привязаны к земному, не думают о небесном? И здесь – первоначальная причина есть несоблюдение первой заповеди и наклонность к чувственным наслаждениям, сообщившаяся всему потомству. Отчего богатые жестокосерды к бедным? Оттого, что невидят в человеке тварь по образу и подобию Божию и не видят в нем ближнего, сочлена своего, ибо склонность, пристрастие к чувственному омрачает разум и заглушает, подавляет чувство любви к ближнему и даже порождает в нем ненависть к нему постольку, поскольку мы должны с ним делиться чувственными благами, так что и дети, жаясдая земной власти или богатства или другого чего, что было в руках руководителей, восставали на них и убивали их. До такой степени свирепеет в нас наклонность и страсть к чувственному и отвращение от сверхчувственного, духовного, небесного и Божественного! А все – от несоблюдения первой заповеди. Если бы тогда презрели обольщение чувственного и не склонили слуха сердца к льстивым речам искусителя – доселе все мы были бы свободны от увлечения чувственными благами.


Источник

Дневник. Том 13. 1867-1868

Preloader