Отсюда – необходимо, чтобы каждый умел (είδέναι – знать, как результат навыка, «ибо чистота не мимолетный пульс, но упражнение, навык» – Lightfoot) «το εαυτού σκεύος κτάσθαι» – «соблюдать свой сосуд в святости и чести» (русс. пер.). Здесь главное затруднение возникает от того, как понимать слово σκεύος. Возможны два понимания; по одному – σκεύος – это наше тело, по другому – это метафорическое выражение, употребленное здесь вместо слова «жена». Второе толкование защищают Феодор Мопсуетский и Блаж. Августин (suum vas possidere, hoc est, uxorem suam в с. jul. Pelag. IV:10) и многие современные комментаторы.
Название жены «
сосудом» не есть нечто неожиданное (хотя
1 Пет. 3:7 сюда не имеет отношения); оно встречается у раввинических писателей; а глагол κτάσθαι в значении «жениться» – употребляется у LXX (
Руф. 4:10 и др.). Если принять это толкование, то мысль будет отчасти та же, что и в
1 Кор. 7:2, хотя с иным несколько оттенком. «Хотя со стороны отрицательной πορνεία воспрещается, со стороны положительной одинаково ясно внушаются чистота и святость в отношении к заповеди Божией, данной в
Быт. 1:28» (Ellicott Thessalonians, стр. 53). Но против этого толкования можно указать на два соображения: а) слово σκεύος в этом смысле нигде не встречается в Н. 3.; и б) если бы Ап. воспользовался этим выражением, мы были бы вправе приписать ему крайне низкий и чувственный взгляд и на женщину и на брак. Лучше, поэтому, остановиться на первом толковании, принятом у Тертуллиана (Caro… vas vocatar apud Apostolam, quamjubet in honori tractare – De resurrectione carnis. 16), Златоуста, Феодорита и др. Название тела сосудом встречается еще в древности – так, напр., у Лукреция в его De rerum natura, III:440: «corpus, qaod vas quasi constitit ejus"… Есть такое употребление выражения и у самого Ап. Павла во
2 Кор. 4:7, и встречается у мужей Апостольских, напр., у Ап. Варнавы в его послании, гл. VII, «το σκεύος του πνεύματος», трудность заключается лишь в глаголе κτάσθαι, который в данном случае нужно будет перевести словом «обладать», «хранить», каковой смысл этот глагол имеет лишь в прош. сов. κέκτησθαι. «Но если судить по данным из папирусов, то, по-видимому, можно думать, что по крайней мере в обычной разговорной речи это значение уже не было связано исключительно с прош. врем.» (Milligan, op. с. 49 стр.).