Ваши Высокопреосвященства и Преосвященства! Дорогой владыка Иона, почетный настоятель сего святого храма! С Вашим именем связано восстановление этого храма, и москвичи, особенно жители этого района, помнят все то, что Вы сделали для возрождения церковной жизни. Многочтимый отец Анатолий! Дорогие отцы, братья и сестры! Для меня сегодня большая радость посетить Крестовоздвиженский храм в Алтуфьево, который находится в центре огромного района Москвы, где практически нет храмов. Я бы предложил всем тем, кто критикует намерения Церкви построить новые храмы в Москве, приехать сюда, в Алтуфьеве, и увидеть этот храм, окруженный огромными домами, где живут десятки и десятки тысяч людей. Они пишут мне письма, они просят построить новые Божии храмы, причем к этим просьбам присоединяются не только православные, но и мусульмане, которые знают, как скорбно для православного человека не иметь места молитвы. Мы очень надеемся, что по милости Божией желание тысяч и тысяч москвичей иметь Божии храмы удастся осуществить — может быть, не в той мере, в какой они желают этого, но в той мере, насколько хватает сил, и в той мере, насколько народ будет готов поддержать это доброе намерение, в том числе своими материальными жертвами. Строительство храма — это всегда некий подвиг, и духовный, и материальный. В строительстве храма обнаруживается подлинное стремление людей к общению с Богом. Вот почему в молитве на освящение храма и говорится, что тем, кто построил храм, прощаются грехи. Подвиг возведения храма действительно принимается Господом как жертва благоуханная, угодная, потому что через созидание Божиего храма души человеческие обращаются ко спасению. И я очень надеюсь, что и здесь, в этом большом районе Москвы, будут созидаться Божии храмы, с тем чтобы люди могли не на морозе стоять за пределами церкви во время Божественной литургии, как было сегодня, но чтобы могли вместиться в храм и молиться Господу. Мы храмы строим для того, чтобы к лучшему менялась наша жизнь. А она может быть лучше только тогда, когда мы сами станем лучше. Тот, кто не видит этой взаимосвязи, — тот слепец. Не может становиться лучше общественная, государственная жизнь, если в сердце нашем злоба, клевета, если мы с легкостью распространяем ложь, если мы завидуем, если мы силой, а то и насилием прокладываем себе путь к тем целям, которые перед собой ставим, если обижаем слабых, если не думаем о детях или о престарелых. Какое же может быть тогда благополучное общественное житие? Ну а поскольку все начинается с человека, с его внутреннего мира, то поэтому Церковь в первую очередь обращается к внутреннему миру человека со словами проповеди и увещания. Сегодня воскресенье, которое на языке церковного устава именуется неделей о мытаре и фарисее. С этого дня начинается трехнедельный подготовительный период к Великому посту. В храмах за утреней поется дивное песнопение «Покаяния отверзи ми двери, Жизнодавче», и содержание богослужений готовит людей к вступлению в поприще Великого поста. Поэтому и евангельские чтения соответствуют тому великому времени, в которое мы вступаем. Сегодня неделя о мытаре и фарисее, воскресенье, посвященное воспоминанию о притче о мытаре и о фарисее, которую Господь произнес, обращаясь к Своим ученикам. Мы знаем, что фарисей был человек благочестивый, как он сам говорил: «Два раза в неделю пощусь, и десятую часть всего того, что имею, отдаю». Действительно, с внешней точки зрения это благочестивый человек. Мало кто из нас два раза в неделю постится, и уж совсем немногие десятую часть отдают Господу, посвящая ее либо Церкви, либо бедным людям, либо совершению добрых дел. Но фарисей был таким. А рядом стоял мытарь, презренный сборщик податей. И для кого? Для оккупантов, для римлян, столь ненавистных завоевателей Палестины. И, конечно, народ окружал этих людей презрением, считал их предателями, коллаборантами. А поскольку каждый из сборщиков подати не останавливался перед тем, чтобы и свое личное имение увеличить за счет должности, то многие были людьми коррумпированными, как мы бы сегодня сказали. Они обворовывали свой народ, и потому люди их ненавидели. Фарисей благодарил Бога за то, что он не такой, как другие, — за то, что он постится, отдает десятую часть, и за то, что он не такой, как этот мытарь, что стоит рядом. А мытарь не смел на небо взглянуть. Он только бил себя в грудь и говорил: «Боже, будь милостив ко мне, грешному». Ни одного слова оправдания, никаких сравнений с другими, а лишь только скорбное состояние души и желание, чтобы Бог помог ему, запутавшемуся в этих непростых для него жизненных обстоятельствах. И что же? И Господь говорит: мытарь вышел более оправданным, чем фарисей. Не сказано, что фарисей осужден, — совсем нет. Но мытарь вышел из храма более оправданным. И замечательные слова звучат в конце: каждый, кто стремится возвысить себя, будет унижен, а кто себя унижает, будет возвышен. С точки зрения логики нашей повседневной жизни это повествование не имеет никакого смысла. Если перевести все это в категории современной жизненной философии, то человек, незнакомый с евангельским текстом, услышав это, покрутит пальцем у виска, он не поймет, о чем идет речь. Но мы знаем, что в слове Божием великая спасающая сила вне зависимости от того, понимает его человек или не понимает, принимает или отвергает. Оно несет в себе силу, способную спасти человека. Чему же учит нас сегодня этот текст? Замечательно сказал об этом святитель Феофан Затворник: «Ревнуя о добродетели (то есть стремясь совершать добрые дела), надежду возлагай на Господа, ибо Он спасает». Святитель не сказал, что добрые дела не нужны. Он предлагает ревновать о добродетели, то есть стремиться к совершению добрых дел, но помнить, что спасает человека Господь. И здесь возникает самый главный вопрос: а что спасает человека? С чего начинается спасение? И ответ — в сегодняшней притче. Мытарь, сознавая себя грешником и обращаясь к Богу, не говорит Ему: «Господи, вот я сейчас выйду и буду платить десятину, буду делать добрые дела». Он не об этом говорит — он говорит о том, чтобы Бог к нему, грешному, приклонил Свою милость. Он сознает себя грешником, он сознает себя погибающим, он сознает, сколь ответственна для него эта молитва, как важно для него это устремление к Богу, и он взывает к Нему простыми словами: «Боже, милостив буди ко мне, грешному». Вот с этого и начинается спасение. Если мы думаем, что наши добрые дела, наш привычный образ жизни, наше исполнение законов, государственных или церковных, нас спасают, мы заблуждаемся. Потому что вместе с совершением этих добрых дел мы можем возрастать в гордыне, в превозношении, а иногда в стремлении использовать свои добрые дела для того, чтобы заручиться авторитетом среди других людей, добрым отношением к себе со стороны начальства или властей. Как часто добрые дела используются в целях, которые направлены, в конце концов, не к спасению души, а к достижению власти, материальных средств, к расширению возможностей влиять на других людей! Сегодняшняя притча, как говорится, бьет в десятку, в самый центр духовной жизни. Без сознания своей греховности, без покаяния, без осознания того что Бог спасает, никакие добрые дела не спасут, — они всегда будут некой кривдой, а не правдой, мешающей человеку осознать глубину своего падения и своей греховности. Господь обращает к нам сегодня удивительные слова. Каждый из нас постоянно сравнивает себя с другими, особенно когда совесть наша начинает нас в чем-то уличать. Сравнивая себя с другими, мы непременно говорим: «я же вот не такой, как мой сосед или соседка или даже, может быть, не такой, как мои родные братья и сестры. Я ведь живу иначе, я лучше». И это сравнение, которое всегда направлено на то, чтобы успокоить свою собственную совесть, очень часто мешает нам обрести чувство раскаяния. Ни с кем себя не нужно сравнивать — нужно прислушиваться к голосу своей совести, а если совесть молчит, то нужно разбудить ее молитвой, обращением к Богу. Может быть, до конца и мытарь не знал, в чем виноват, потому что жил в коллективе, где таковыми были законы, по которым приходилось поступать. Может быть, он и не осознавал до конца ту неправду, которую творил, но чувствовал — внутренне, совестью своей, — что живет неправильно, и не находил никаких других слов, как только сказать: «Боже, будь милостив ко мне, грешному». Пусть с этих слов, нами произнесенных, — не на виду людей, не громко, а в глубине своей совести — начнется и наш путь ко спасению. А Великий пост, собственно говоря, и предназначен для того, чтобы дать нам средства, очищающие нашу душу. Пост есть время очищения, и неслучайно он совпадает с весной, потому что и весна есть время пробуждения, время надежды на жизнь, время расцвета природы. Именно весной пострадал Господь и Спаситель, и в преддверии Его страшных страданий и славного Воскресения христиане проходят через поприще Великого поста, чтобы очистить свою душу и приблизиться к Богу и, ревнуя о добродетели, помнить, что спасает нас сила Божия. Аминь.
