Деян. 23 зач. (9, 32–42) <i>Случилось, что Петр, обходя всех, пришел и к святым, живущим в Лидде. Там нашел он одного человека, именем Энея, который восемь уже лет лежал в постели в расслаблении. Петр сказал ему: Эней! исцеляет тебя Иисус Христос; встань с постели твоей. И он тотчас встал. И видели его все, живущие в Лидде и в Сароне, которые и обратились к Господу. В Иоппии находилась одна ученица, именем Тавифа, что значит: «серна»; она была исполнена добрых дел и творила много милостынь. Случилось в те дни, что она занемогла и умерла. Ее омыли и положили в горнице. А как Лидда была близ Иоппии, то ученики, услышав, что Петр находится там, послали к нему двух человек просить, чтобы он не замедлил придти к ним. Петр, встав, пошел с ними; и когда он прибыл, ввели его в горницу, и все вдовицы со слезами предстали перед ним, показывая рубашки и платья, какие делала Серна, живя с ними. Петр выслал всех вон и, преклонив колени, помолился, и, обратившись к телу, сказал: Тавифа! встань. И она открыла глаза свои и, увидев Петра, села. Он, подав ей руку, поднял ее, и, призвав святых и вдовиц, поставил ее перед ними живою. Это сделалось известным по всей Иоппии, и многие уверовали в Господа.</i> <b>Соверши чудо над самим собой</b> Во имя Отца и Сына и Святаго Духа! Сегодня, в Неделю о расслабленном, мы вспоминаем, как вы должны были заметить, об исцелении не одного, а двух расслабленных: одного исцелил Господь наш Иисус Христос, а другого, уже по Воскресении Спасителя, — святой апостол Петр. Прежде чем приступить к толкованию зачала из Деяний апостольских, мы напомним себе евангельское повествование о расслабленном. Прочтем его в русском Синодальном переводе: «После сего был праздник Иудейский, и пришел Иисус в Иерусалим. Есть же в Иерусалиме у Овечьих ворот купальня, называемая по-еврейски Вифезда, при которой было пять крытых ходов. В них лежало великое множество больных, слепых, хромых, иссохших, ожидающих движения воды, ибо Ангел Господень по временам сходил в купальню и возмущал воду, и кто первый входил в нее по возмущении воды, тот выздоравливал, какою бы ни был одержим болезнью. Тут был человек, находившийся в болезни тридцать восемь лет. Иисус, увидев его лежащего и узнав, что он лежит уже долгое время, говорит ему: хочешь ли быть здоров? Больной отвечал Ему: так, Господи; но не имею человека, который опустил бы меня в купальню, когда возмутится вода; когда же я прихожу, другой уже сходит прежде меня. Иисус говорит ему: встань, возьми постель твою и ходи. И он тотчас выздоровел, и взял постель свою и пошел. Было же это в день субботний. Посему Иудеи говорили исцеленному: сегодня суббота; не должно тебе брать постели. Он отвечал им: Кто меня исцелил, Тот мне сказал: возьми постель твою и ходи. Его спросили: кто Тот Человек, Который сказал тебе: возьми постель твою и ходи? Исцеленный же не знал, кто Он, ибо Иисус скрылся в народе, бывшем на том месте. Потом Иисус встретил его в храме и сказал ему: вот, ты выздоровел; не греши больше, чтобы не случилось с тобою чего хуже. Человек сей пошел и объявил Иудеям, что исцеливший его есть Иисус» (Ин. 5, 1–15). В исцелении расслабленного, совершенного апостолом Петром, много общего с тем исцелением, которое было совершено Самим Господом Иисусом Христом. Обратимся к повествованию Деяний апостольских: «Случилось, что Петр, обходя всех, пришел и к святым, живущим в Лидде» (ст. 32). (Этот маленький, но очень древний городок стоит и поныне, и он существовал задолго до апостольской проповеди.) Апостол Петр навещал христиан, как впоследствии делал и апостол Павел, и проверял, правильно ли они подвизаются, все ли у них хорошо или они нуждаются в каком-то вразумлении, укреплял их в вере и назидал в случае необходимости. Под святыми подразумеваются христиане. Самого имени «христиане» тогда еще не было, а люди, поверившие в Господа, назывались святыми не в том смысле, что они были святы, как Бог, но в том, что они стремились к святости жизни. «Там нашел он одного человека, именем Энея, который восемь уже лет лежал в постели в расслаблении» (ст. 33). Расслабленный, которого исцелил Спаситель, был болен тридцать восемь лет. Он надеялся на то, что его опустят в купель при возмущении воды и он исцелится. Эней же, как видно, ни на что не надеялся, уже привык к своему положению и постоянно находился в постели. «Петр сказал ему: Эней! исцеляет тебя Иисус Христос» (ст. 34). Этими словами расслабленный, или парализованный, был восставлен. Даже если бы здоровый человек восемь лет лежал без движения, то мышцы его пришли бы в такое состояние, что он был бы почти не способен двигаться. А тут парализованный вдруг совершенно исцелился и поднялся с постели. В Синодальном и церковнославянском переводе есть одна неточность: может быть, и несущественный момент, но, тем не менее, очень интересный. Слова апостола Петра переведены так: «Эней! исцеляет тебя Иисус Христос; встань с постели твоей» (ст. 34). А в переводе епископа Кассиана (Безобразова) говорится: «Встань и перестели себе постель». Может быть, апостол Петр оказался свидетелем беспомощности Энея и пожалел его: он настолько слаб, что даже не может сделать такую мелочь, как самому себе поправить постель. В одной детали содержится намек на целое событие. Восстановленная подробность заставляет нас представить себе все остальное. Апостол Петр зашел, увидел этого беспомощного человека, за которым ухаживают, и сказал ему: «Встань и сам себе постель постели». Тот встал и, уже не нуждаясь в посторонней помощи, сделал все необходимое для себя. «И он тотчас встал. И видели его все, живущие в Лидде и в Сароне, которые и обратились к Господу» (ст. 34–35). Мы видим, что апостол Петр творил много великих чудес — даже его тень исцеляла людей. В то время он был своего рода великим чудотворцем, слава о нем распространялась по всей Иудее. Это был тот самый апостол Петр, который совсем недавно трижды отрекся от Господа Иисуса Христа; один из тех, которые проявили малодушие, бежали и, уже по Воскресении Спасителя, некоторое время от страха сидели взаперти. Мы помним, что апостолу Фоме Спаситель явился, войдя через запертые двери. Почему двери были заперты? Потому что все боялись: боялись и апостолы, которым уже явился воскресший Спаситель, боялся и апостол Фома, в то время еще неверующий. Все были в страхе. Когда же на них сошел Дух Святой, после того как они стали свидетелями Воскресения Спасителя, они были уже настолько бесстрашны, что даже после заключения в темницу и унизительного наказания, палочного битья, смело проповедовали и продолжали творить чудеса. Этим великим делом они гораздо более убедительно, чем какими бы то ни было словесными доводами, доказывали истину Воскресения Христова. «В Иоппии находилась одна ученица, именем Тавифа, что значит: „серна“; она была исполнена добрых дел и творила много милостынь. Случилось в те дни, что она занемогла и умерла» (ст. 36–37). В то время медицина была не столь развита, и даже в молодом возрасте люди могли умереть от тех болезней, от которых сейчас легко вылечивают. Святой евангелист Лука, составитель Деяний апостольских, не случайно делает примечание о значении слова «Тавифа». Имя Эней, например, не переводится, значит, оно просто обозначало конкретного человека. Под словом же «Тавифа» здесь нужно подразумевать, скорее, не имя ученицы, а прозвище, ставшее уже столь привычным, что все называли ее так. Это прозвище говорит о том, что она, видимо, была человеком очень живым, энергичным. Тавифа много трудилась, помогала, но внезапно занемогла и умерла, так что всех это поразило. Если бы она была в преклонном возрасте, то, наверное, никто не горевал бы так сильно, потому что люди постепенно привыкают к тому, что состарившийся человек готовится к переходу в вечность. «Ее омыли, — говорит далее дееписатель, — и положили в горнице. А как Лидда была близ Иоппии, то ученики, услышав, что Петр находится там (видимо, они услышали об исцелении Энея. — Схиархим. А.), послали к нему двух человек просить, чтобы он не замедлил придти к ним. Петр, встав, пошел с ними» (ст. 37–39). Не стал ссылаться апостол Петр, как это у нас бывает, на какие-то дела или на усталость, но он стремился во всем, в чем возможно, помогать своим пасомым, своим чадам. «И когда он прибыл, ввели его в горницу, и все вдовицы со слезами предстали перед ним, показывая рубашки и платья, какие делала Серна, живя с ними» (ст. 39), или, более точно, — «хитоны и плащи». Тавифа была человеком чрезвычайно трудолюбивым, а также и мастерицей, причем она не только сама занималась рукоделием, но и других женщин привлекала к этому. Таким образом она давала пропитание многим людям. Вдовицы, скорее всего женщины преклонного возраста, беспомощные, нуждающиеся в денежном содержании, получали его от этой молодой женщины, прозванной ради своей энергичности Серной. И эти вдовицы без всяких слов, без всякой искусственной скорби стали с плачем показывать апостолу Петру вещи, сделанные руками этой истинной христианки, подвижницы и ревнительницы благочестия, которая проявляла любовь не на словах, а на деле. Это была очень трогательная сцена, и апостол Петр не мог не испытать умиления, а может быть, не удержался и от плача и поэтому, чтобы не мешали ему молиться, велел всем выйти. Ведь плач, скорбь, как и любое другое сильное чувство, лишают человека того внимания, которое необходимо при молитве. «Петр выслал всех вон и, преклонив колени, помолился, и, обратившись к телу, сказал: Тавифа! встань» (ст. 40). Если в других случаях тень его исцеляла больных, то здесь он должен был встать на колени. Мы видим, что даже для человека столь великого, уже имевшего опыт совершения чудес, то есть необыкновенно преуспевшего в молитве, коленопреклонение имеет значение, потому что в нем выражается смирение человека пред Богом. Он встал на колени, уничижив себя, и усердно помолился. Как это происходило, мы точно не знаем, можем лишь догадываться по описанию того, как совершали чудеса люди, жившие в близкое нам время, например отец Иоанн Кронштадтский. Долго ли молился апостол Петр или его молитва была краткой по времени, неизвестно. Но видимо, он молился, обратившись не к ложу Тавифы, а к каким-то образам или повернувшись лицом к востоку, как было принято молиться у христиан. Усердно помолившись, он повернулся к ложу, где лежала умершая, и сказал ей: «Тавифа! встань. И она открыла глаза свои и, увидев Петра, села» (ст. 40). Села, видимо, на том самом смертном одре, на котором лежала. Понятно, что она была в растерянности. Если она умерла внезапно, то, возможно, даже и не понимала, что с ней произошло. А может быть, она уже имела некие видения того, что происходит в загробном мире. Апостол Петр восставил ее и со смертного одра. «Он, подав ей руку, поднял ее, и, призвав святых и вдовиц, поставил ее перед ними живою. Это сделалось известным по всей Иоппии, и многие уверовали в Господа» (ст. 41–42). Итак, в прочитанном сегодня зачале из Деяний апостольских описано два чуда: чудо исцеления расслабленного Энея и воскресение из мертвых праведной Тавифы. Сегодняшнее чтение из Евангелия говорит об исцелении расслабленного, и богослужебные песнопения, толкуя это чтение, призывают нас признать себя расслабленными в духовном смысле. Мы нуждаемся в том, чтобы нас восставили, однако с того времени, как Господь сотворил это чудо, прошло почти две тысячи лет, и теперь, казалось бы, никто и ничто не может нам помочь. Но посмотрим на то, что сделал апостол Петр. Хотя промежуток времени между совершенными Спасителем и Петром чудесами сравнительно небольшой, но, тем не менее, чудо совершил уже не Сын Божий, а обыкновенный человек, имевший такие немощи, какие и нам не хотелось бы иметь. Например, он проявлял горячность, а иногда чрезмерную простоту, часто совершал необдуманные поступки, был самонадеянным, наконец, проявил и малодушие. И этот самый обыкновенный человек, невежественный и неграмотный рыбак, стал великим чудотворцем. Он, святой апостол Петр, исцеляет от расслабления Энея, воскрешает из мертвых праведную Тавифу. Значит, в данном случае не важно, сколько прошло времени — несколько месяцев, полгода или почти две тысячи лет. Важно то, что чудо сотворил не Сам Спаситель, а Его ученик. Такими учениками Спасителя, кроме апостолов, в последующие времена были и святитель Николай Чудотворец, и преподобный Серафим Саровский, и живший сравнительно недавно великий русский чудотворец, святой праведный Иоанн Кронштадтский. И многие другие известные и неизвестные нам люди. Все, что совершал Спаситель, могут совершить и Его ученики. Обратим внимание на слова, которые сказал апостол Петр исцеляемому им Энею: «Эней! исцеляет тебя Иисус Христос». Тот Самый, Кто исцелил расслабленного, о чем повествует Евангелие от Иоанна, исцелил и Энея. Но тогда Он исцелил непосредственно, сейчас — через апостола Петра. Тот, Кто исцелил тело, может исцелить и нашу расслабленную душу. Потому мы не должны лукавить и оправдывать себя, говоря, что мы не имеем возможности исцелиться от нашего расслабления. В Церкви действует такая сила, которая исцелить может! Это сила Господа Иисуса Христа. «Дана Мне всякая власть на небе и на земле. …Я с вами во все дни до скончания века» (Мф. 28, 18 и 20), — сказал Господь Иисус Христос Своим ученикам перед Вознесением. Мы должны это помнить, и не только помнить умом (хотя в начале подвига необходимо именно это), но и ощущать сердцем, душой и духом, что Господь с нами во все дни до скончания века, что Ему дана всякая власть и потому, если мы помолимся и попросим Его, как просил, преклонив колена, апостол Петр, то может произойти любое чудо. И если мы, по немощи своей, не дерзаем просить о таких чудесах, как исцеление неизлечимых больных и тем более воскрешение мертвых, то обязаны (Церковь нас этому учит, и в этом проявляется наше смирение — здесь нет никакого чрезмерного дерзновения и гордости) умолять и просить Бога об исцелении от расслабления душевного, как бы долго оно у нас ни продолжалось. В духовной и нравственной жизни мы должны быть не расслабленными, не парализованными и тем более не мертвыми, а живыми, бодрыми и энергичными, какой была Тавифа, подобная своей энергичностью прекрасному дикому животному, серне. Вот что является для нас образцом, и в то же самое время это в нашей силе, в нашей власти. Бог даровал нам такую возможность, но мы, по нашему нерадению, ею не пользуемся. Пусть даже мы имели бы такие грехи, как апостол Петр, или гораздо большие, но после того, как благодать Божия нас посетила бы, мы стали бы другими людьми — не только бесстрашными, подобно апостолу Петру, но и чудотворцами. Каждый из нас, как это ни странно, может быть, звучит, обязан быть чудотворцем: совершить чудо с самим собой. Если этого не произойдет, значит, мы напрасно тратим свое время, в нерадении проводим все свои дни. А для того чтобы это чудо произошло, необходимо напряжение в молитве, покаяние, смирение. Напрягаясь в молитве для того, чтобы попросить о чем-либо богоугодном, мы будем в то же самое время чудесно, с Божией помощью преображаться. И станем дееспособными, а не расслабленными, какими мы являемся исключительно по собственной вине. Пусть никто себя не оправдывает, не делает для себя исключения, не записывает себя в неудачники — Церковь учит нас совсем другому: не пассивности, не унынию, не лени, не расслаблению, а энергичности, мужеству, ревности. Аминь. 29 апреля 2007 года
