Проповедь: О клевете, и каким образом должно защищаться против оклеветывающих нас

Предки Галатов, к которым Божественный Павел писание свое послал, были Галлы. Они прошедши Елладу, и под руководством военачальника их Бруна, достигши до малой Азии, поселились между Каппадокиею и Фригиею, назвав место сие Галатиею (Лив. кн. 38, Иуст. кн. 25). Сим Галатам первый проповедал Евангелие Павел, прошедши дважды Галатиею, в первый раз, когда исшедши из Листры проходил грады ( Деян. 14:20–21 ), во второй, когда исшедши из Антиохии, «проходил Галатийскую страну и Фригию» ( Деян. 16:6 ). Свидетельствует же Павел, что Галаты с великим почтением и уважением приняли его, когда пришел он к ним. «Яко Ангела Божия», говорит, «приясте мя, яко Христа Иисуса. Свидетельствую бо вам, яко, аще бы было мощно, очеса ваша извертевше дали бысте ми» ( Гал. 4:14–15 ). Но потом пришедши в Галатию возмутители и Евангельского учения превращатели от сонмища тех, кои принуждали уверовавших из язычников обрезываться, заставили многих из Галатов верить тому, что обрезание Еврейского закона нужно ко спасению. Узнав сие, Павел написал к ним послание, будучи во узах в Риме, как явствует то из слов, в конце сего послания его находящихся. «Прочее, труды да никтоже ми дает: аз бо язвы Господа Иисуса на теле моем ношу» ( Гал. 6:17 ). В послании же сем и поучал, и обличал их, и толковал им Божественное Писание, и многими доводами доказывал, что не дела закона, но вера во Христа оправдывает человека, и что ежели они обрежутся, то нимало не будет им полезно воплощение Господа Иисуса Христа ( Гал. 5:6 ). А поелику обольстители оные, чтобы удобнее привести в заблуждение Галатов, обличали Павла, как можно заключить из послания сего, в том, что будто он не видел и не слушал Иисуса Христа, что не научен и не послан от него, как Петр, Иаков и Иоанн, и прочие Апостолы, но ученик есть учеников Христовых: посему нужно было ему в самом начале послания своего открыть то, что и видел он Иисуса Христа, и от Него научен и послан проповедывать Евангелие ( Гал. 1:11 и проч.), и что прежде нежели пришел во Иерусалим, поучал вере в Аравии и в Дамаске, по трех же летах после того, как уверовал, пришел уже во Иерусалим не для того, чтобы научиться там вере, но чтобы видеться с Петром, и что никого другого из Апостолов не видел, кроме Иакова, брата Господня. Сие оправдание его содержится в чтенном ныне из сего послания его Апостоле, начинающемся так: Гал. 1:11–12. Братие, сказую вам благовествование благовещенное от мене, яко несть по человеку. Ни бо аз от человека приях е, ниже научихся, но явлением Иисус Христовым. Выше, то есть, в самом начале послания своего сказал, что он есть Апостол, не от человека посланный, ни человеком определенный на проповедь, но самим Иисус Христом. «Павел Апостол ни от человек, ни человеком, но Иисус Христом» ( Гал. 1:1 ). Потом далее говорит: изъявляю вам, Галаты, что Евангелие, которое я проповедал, «несть по человеку», то есть, не человеческое есть дело, и не человеческие в себе содержит мысли. Но чем сие доказывает? Потому, говорит, что я ни принял оное, ниже научился оному от человека, «но явлением Иисус Христовым». А сие значит то, что сам Иисус Христос, явившись, предал ему благовествование Свое и научил его оному. Вот предложение ответа на слова обольстителей оных, кои приводили в заблуждение Галатов, пустословя, что Павел принял веру и научился оной от человек, а не от Иисуса Христа, как Петр и прочие Апостолы. На предложение же сие приводит доказательство, говоря: Гал. 1:13–14. Слышасте бо мое житие иногда в жидовстве, яко по премногу гоних церковь Божию, и разрушах ю: И преспевах в жидовстве паче многих сверстников моих в роде моем, излиха ревнитель сый отеческих моих преданий. Гонения Павловы на Христиан, которые он производил прежде нежели уверовал во Христа, столь были известны и гласны, что Анания, ученик Христов, находясь в Дамаске когда сказал ему Владыка Христос, чтобы крестил Павла, то усомнился и в ответ сказал: «Господи, слышах от многих о мужи сем, колика зла сотвори Святым Твоим во Иерусалиме: И зде имать власть от Архиерей связати вся нарицающыя имя Твое» ( Деян. 9:13–14 ). Почему хотя великое было расстояние Галатии от Палестины, но поелику гонения оные были многие и повсюду были слышимы, то дошел о них слух и до самой Галатии. Сие убо ведая, Павел писал к Галатам, говоря так: о Галаты, слышали вы житие мое некогда в Иудействе, то есть, слышали вы прежнее житие мое, слышали, каким образом я жительствовал, когда привязан был к преданиям Иудейского закона: слышали, что я чрезвычайно гнал Церковь Божию, то есть, верующих во Христа, и разрушал ее, то есть, погублял и истреблял их. А поелику был я ревнителен к отеческим моим преданиям, то преспеяние мое в Иудейском законе превосходило преспеяние многих единоплеменных моих и сверстников мне по возрасту. Колико же Павел ревнителен был Иудейству, то ясно открыл Богоглаголивый Лука, сказав: «Савл же озлобляше Церковь, в домы входя, и влача мужи и жены, предаяше в темницу. Савл же еще дыхая прещением и убийством на ученики Господни, приступль ко Архиерею, Испроси от него послания в Дамаск к соборищем, яко да аще некия обрящет того пути сущия, мужи же и жены связаны приведет во Иерусалим» ( Деян. 8:3 , Деян. 9:1–2 ). Но как сими словами доказал Павел, что чрез откровение научился он Евангелию; приготовил он и предложил материю к доказательству, оставя всякому делать из того заключение. Тот, который чрезвычайно гонит и губит Христиан, делается Апостолом и поборником Церкви Иисус Христовой. Тот, который паче всех тогда бывших Иудеев ревнителен к преданиям Иудейским, паче всех защищает Иудейские законы, делается учителем Евангелия, и проповедует всюду, что упразднились Иудейские обряды. Что сие есть? Откуда таковая предивная перемена в едино мгновение? Откуда тот, который как лютый зверь, «дыхая прещением и убийством на ученики Господни» ( Деян. 9:1 ), шел в Дамаск, чтобы погубить всех Христиан, пременяет на пути намерение свое, и, пришедши в Дамаск, как агнец кроткий, падает к ногам Анании и крещается от него? Откуда незнающий Таин веры, тотчас по крещении делается учителем, и проповедует оные тайны, сперва там в Дамаске, а потом и в Аравии? Откуда таковая непостижимая перемена? Откуда толикое и таковое знание Таин веры? «Сия измена десницы Вышняго» ( Пс. 76:11 ). Сам убо Бог, Который обратил мысли его от заблуждения к истине, открыл ему Евангелие, то есть, все догматы и законы Христианской веры. Подтверждают сие и следующие Павловы слова: Гал. 1:15–16. Егда же благоволи Бог избравый мя от чрева матере моея, и призвавый благодатию Своею, явити Сына Своего во мне, да благовествую Его во языцех, абие не приложихся плоти и крови. Когда явил Бог Сына Своего Павлу; тогда, как Павел шел в Дамаске, чтобы Христиан связав привести во Иерусалим: тогда, как «Внезапу облиста его свет от небесе: И пад на землю, слыша глас глаголющ ему: Савле, Савле, что мя гониши? Рече же: кто еси Господи? Господь же рече ему: Аз есмь Иисус, Его же ты гониши» ( Деян. 9:3–5 ). И сие явление описал не только святой Лука ( Деян. 22:6–8 ), но и сам Павел об оном возвещал во Иерусалиме пред тысяченачальником и всем народом, так же и в Кесари пред царем Агриппою и Игемоном Фистом, и пред всеми там предстоявшими ( Деян. 26:14–15 ). В явлении же оном постановил его Бог Апостолом и Евангелистом язычников, сказав к нему: «на се бо явихся ти, сотворити тя слугу, яже видел еси, и яже явлю тебе: изимая тя от людей Иудейских и от язык, к нимже ныне посылаю тя» ( Деян. 26:16–17 ). Сверх сего и тогда еще, когда явился ему во Иерусалиме во храме, где он молясь был во исступлении. Ибо и тогда сказал ему Иисус Христос: «иди, яко Аз во языки далече послю тя» ( Деян. 22:21 ). И так поелику Христос послал его учить язычников и постановил его служителем или проповедником того, что видел и имел видеть по откровению, то явствует отсюда, что сам Иисус Христос научил его Евангелию, которое проповедывать и которому учить он долженствовал. Происшествия же, при явлениях оных бывшие, вкратце и со всяким смиренномудрием описал он в послании к Галатам, приписуя все не своему достоинству и добродетели, но благости и благодати Божией. «Егда же», говорит, «благоволи Бог», то есть, когда Бог (Который от чрева матери моей определил меня, и благодатию Своею призвал к Апостольскому званию), восхотел по благости Своей явить мне Сына Своего, тогда я «не приложихся плоти и крови», то есть, не прилепился к сродникам и друзьям моим, ниже возложил надежду мою на них, или на единоплеменных и сограждан моих, но оставивши все потек проповедывать веру. Но сие речение «не приложихся плоти и крови», имеет еще и другой смысл следующий: не прилепился я, не обратился к людям, то есть к Апостолам, чтобы научиться от них предметам веры, ибо научился оным от Самого Иисуса Христа. А сей смысл и соответствует следующим словам. Гал. 1:17. Не взыдох во Иерусалим к первейшим мене Апостолам: но идох во Аравию, и паки возвратихся в Дамаск. Четырежды приходил Павел во Иерусалим: во первых, когда представил его Варнава Апостолам ( Деян. 9:27 ): во вторых, когда Антиохиане послали его с Варнавою доставить собранную ими милостыню живущим во Иудеи ( Деян. 11:30 ): в третьих, когда Антиохийская Церковь определила, чтобы он и Варнава, и другие некоторые из них пришедши во Иерусалим вопросили Апостолов и старцев о стязании произошедшем об обрезании ( Деян. 15:2 ): в четвертых, когда по совету старцев очистившись, взошел во святилище ( Деян. 21:26 ). Како убо говорит: «не взыдох во Иерусалим к первейшим мене Апостолам»? Сказал пред тем, «абие не приложихся»: а сие, абие, берется вообще, то есть, относится и к низшему: ни взыдох абие во Иерусалим. И поистине не пришел он во Иерусалим тотчас после того, как увидел первое явление, но отшел тотчас во Аравию проповедывать там Евангелие, потом паки возвратился в Дамаск: а оттуда быв спущен ночью по стене в кошнице, и тем избежав коварства Иудеев, пришел во Иерусалим, где Варнава представил его Апостолам. Читая девятую главу Деяний Апостольских, подумает кто, что Павел тотчас по крещении, бежав из Дамаска от коварства Иудеев, пришел во Иерусалим и предстал пред Апостолов. Но сие произойти могло оттого, что Лука, наблюдая в описании краткость, умолчал о приходе его из Дамаска во Аравию и возвращении оттуда паки в Дамаск. Заметь же, что не по гордости сказал Павел сие, что не пришел он во Иерусалим к первейшим его Апостолам, мысля так, что не имел никакой в том надобности, как высший оных Апостолов. Ибо как мог гордиться тот, который говорил и писал о себе, что он есть изверг ( 1 Кор. 15:8 ), и что попремногу гнал Церковь Божию ( Гал. 1:13 ): или как мог почитать себя высшим Апостолов тот, который говорил о себе: «аз бо есмь мний Апостолов: иже несмь достоин нарещися Апостол» ( 1 Кор. 15:9 ): и назвал Петра, Иакова и Иоанна столпами ( Гал. 2:9 ); но сказал то, чтобы показать, что не Апостолы, но сам Иисус Христос научил его вере, и тем бы изгладить хулу лжеапостолов, кои приводили в заблуждение многих, говоря, что Павел научен от Апостолов, а не от Иисуса Христа, как Апостолы. А что он почитал и уважал Апостолов, то свидетельствуют следующие слова: Гал. 1:18. Потом по триех летех взыдох во Иерусалим соглядати Петра, и пребых у него дний пятьнадесять. По триех летех, от обращения, то есть, его ко Христу, взошел он во Иерусалим. Взошел же не для того, чтобы научиться вере от Петра: ибо сам он был учитель веры от Иисуса Христа предъизбранный, и три лета уже учил Евангелию, но чтобы соглядать Петра, то есть, чтобы видеть и рассматривать житие, дела и чудеса Верховного из Апостолов Петра: и пребыл у него дней пятьнадесять. Пришествие убо Павла во Иерусалим нарочно для Петра показывает уважение и почтение его к Петру, а пятьнадесятодневное пребывание с ним дружескую любовь и согласие между ними. Сверх сего пришествие оное истребляет подозрение касательно Павла в высокомудрствовании о себе: а пятьнадесятодневное пребывание удостоверяет, что Павел обличил Петра в лице пред всеми не по враждебной страсти, но по любви и для общей пользы ( Гал. 2:14 ). Гал. 1:19. Иного же от Апостол не видех, токмо Иакова брата Господня. Не подумай, что Павел никогда не видел другого Апостола, кроме Иакова, брата Господня. Ибо он видел Апостолов и тогда, как представил его Варнава пред лице их: «и бяше с ними входя и нисходя во Иерусалиме, и дерзая о имени Господа Иисуса» ( Деян. 9:28 ): и когда приняты были как он, так и Варнава от Церкви, от Апостолов и старцев ( Деян. 15:4 ): и когда Иаков и Кифа и Иоанн «даша ему десницы и Варнаве общения» ( Гал. 2:9 ). А поелику многократно приходил Павел во Иерусалим, то неизвестно в точности, когда он другого из Апостолов не видел, кроме Иакова, брата Господня. Но когда он из Милита пришел во Иерусалим, тогда кажется, что Иаков, как избранный быть Епископом града оного, был там один, прочие же Апостолы рассеяны были по разным странам мира, проповедуя Евангелие. Ибо о сем пришествии его во Иерусалиме говорит святой Лука: «на утре же вниде Павел с нами ко Иакову, вси же приидоша старцы» ( Деян. 21:18 ). Почему не тогда ли может быть Павел «иного от Апостол не виде тамо, токмо Иакова брата Господня». О братстве же Иакова некоторые говорят, что Иаков был брат Господень, потому что был сын Иосифа, называющегося отцом Иисус Христовым (Феофил. в он. мест. Смот. и Златоуст. там же). Иосиф и Клеопа были братья между собою. А как умер Клеопа бездетным, то Иосиф взял за себя по закону Еврейскому жену его, от которой родил Иакова и Марию, которая называлась сестрою Матери Господней, потому что Иосиф вместо отца был Приснодеве Богородице. Другие же говорят, что Иаков был племянник Иисуса Христа, родившийся от Клеопы и жены его Марии, сестры Богородицы (Феодорит. в он мест.): а в то время Иудеи братиями называли и племянников. Но ничто не мешает думать и так, что может быть Иосиф прежде нежели обручен был с Пресвятою Богородицею, родил от жены своей не только Иакова, но и Иосию, и Симона, и Иуду ( Мф. 13:55 ), так же и дщерей: и что все сии назывались братиями и сестрами Иисуса Христа, как и Иосиф отцом Его: и что еще Мария Клеопова была жена Клеопы, и сестра по отцу, а не по матери Богородице ( Ин. 19:25 ), как родившаяся от Иоакима, только не от Анны, но от другой прежней жены его. Беседа о клевете, и каким образом должно защищаться против оклеветывающих нас То, что слышали мы ныне в чтении из послания к Галатам Богоносного Павла, есть защищение его против тех, кои оклеветывали его, и своим оклеветыванием его расстраивали души верующих во Христа. И, во-первых, рассматривая сие защищение его, видим мы, что оно весьма различествует от способа того, которым мы защищаемся против оклеветывающих нас. Во-вторых, исследуя, кто первый изобретатель клеветы, какой источник, из коего она проистекает, и какие дела она производит, находим, что клевета есть поистине великий и страшный грех. А поелику и клеветников много в мире, много и защищающихся против их худо, то душеполезно нам поговорить о сем, в надежде, что при Божеской силе слово сие научит способу, как защищаться от клеветников, и тому, чтобы удаляться совершенно ужаснейшего греха клеветы. Как мы защищаемся, когда услышим клевету на себя? Выставляем клеветников наших недостатки, или поносим их бесчестными словами, или проклинаем их страшными проклятиями, или устрашаем их жестокими наказаниями, или заклинаем ужасными клятвами, или возводим на них клеветы еще тягчайшие, нежели какие ими на нас произнесены. Часто же все сие вместе изощряем против них, особливо, когда возгорится в нас гнев, воспламенится ярость, и приумножится негодование. Да и почитаем, что таким образом защищаясь, заграждаем бесчестие, от клеветы нанесенное, и вредим клеветникам нашим. Заблуждаем мы, когда делаем зло, дабы от оного получить добро: бессмысленны мы, когда предпринимаем исцелить зло злом: окаянны мы, когда не повинуемся Апостольской заповеди глаголющей: «не побежден бывай от зла, но побеждай благим злое» ( Рим. 12:21 ). Мы надеемся, что слушающие таковое наше защищение, оправдят нас, а клеветников осудят: но часто случается напротив, особливо, когда слушающие будут люди рассудительные и благоразумные. Ибо когда они услышат нас осуждающих, поносящих, проклинающих, устрашающих, заклинающих, и увидят нас воспламеняющихся гневом и неистовствующих от ярости, то заключают отсюда, что мы охотники осуждать, поносители, гневливы, вспыльчивы, страстьми одержимы, одним словом, люди злонравные и развращенные. Почему или совсем не верят словам нашим, или сомневаются в истине оных. Что же делать должно, скажешь ты, в таковых обстоятельствах? Неужели должно мне хвалить клеветника своего, молиться о нем и благословлять его? Или должно мне заградить уста мои, положить дверь ограждения о устнах моих, и перенести вред от клеветы мне наносимый? Ежели ты сделаешь первое, то горе клеветнику твоему. Ибо тогда похвалы, молитвы и благословения твои бывают углием, на главу его собираемым. Уверяет тебя в сем Божественный Апостол: «Аще алчет враг твой, ухлеби его: аще ли жаждет, напой его. Сие бо творя, углие огненно собираеши на главу его» ( Рим. 12:20 ). А ежели исполнишь второе, то будешь преблагополучен: Ибо тогда Бог восприимет попечение об отмщении клеветнику твоему. «Писано бо есть, Мне отмщение, Аз воздам, глаголет Господь» ( Рим. 12:19 ). Тогда Всемогущий Бог, ими же сам весть судьбами, тебе же неведомыми, не только сохраняет тебя от вреда, клеветою причиняемого, но и клеветнику воздает должное наказание. «Мне отмщение, Аз воздам, глаголет Господь». Тогда Он клеветника наказует, а тебя оклеветаемого ублажает. «Блажени есте», говорит, «егда поносят вам и ижденут, и рекут всяк зол глагол на вы, лжуще, Мене ради» ( Мф. 5:11 ). Но ежели мы молчать будем, скажете вы, то слушающие клевету почтут, что мы не защищаемся потому, что не имеем слов к защищению, и следственно уверятся, что истина то, что говорят о нас, а не клевета. Конечно, сие может быть, но может быть и противное, то есть, что слушающие клевету, видя в нас добродетели сии, терпение, кротость и незлобие, удостоверятся, что клевета, а не истина то, что говорят о нас. Но пусть будет истинно первое. Защищайтесь убо против клеветы. Защищение не есть грех. Ибо и святые, и сам Святый Святых, будучи оклеветываемы защищались. Защищайтесь убо, но не осуждая и понося, ни проклиная и устрашая, ни заклиная и взаимно клевеща. Защищайтесь, но не с гневом, не с яростью и криком: но как ответствовали святые, то есть, предстоя лично и излагая причины, доказывающие, что вы невинны и чисты в том, в чем оклеветываетесь. Что сказал Иосиф старейшине винарску Фараонову, когда возвещая ему о происшедшем с ним от клеветы злоключении, просил его ходатайствовать у Фараона об освобождении себя. Открыл ли бесстыдную похоть Египтяныни? Или винил ли ее бесчеловечной жестокости? Или проклинал ли ее? Или досадовал ли, воспоминая клевету ее? Нет, он ничего такого не сделал, но со всякою кротостию сказал: украли меня из земли Еврейской: здесь же во Египте никакого зла я не сделал, и однако заключили меня в сию подземную темницу. «Яко татьбою украден бых из земли Еврейския, и зде ничто зло сотворих, но ввергоша мя в ров сей» ( Быт. 40:15 ). Вот как святой сей человек объяснил обстоятельство клеветы на него взведенной. Оправдывал себя, а никого не осуждал. Как защищался Павел против клеветы лжеапостолов? Они клеветали на него, говоря, что он не есть Апостол: а он доказывал, что Апостол он есть, от самого Иисуса Христа наученный вере, и от Него посланный проповедывать Евангелие. Они клеветали на него, говоря, что он не есть Апостол, для того, чтобы уверить Галатов, что обрезание нужно ко спасению: а он доказывал, что тому кто обрезывается, ни малой нет пользы от веры во Христа ( Гал. 5:2 ). Возлюбленные мои Христиане, Христос «пострада по нас, нам оставль образ, да последуем стопам Его» ( 1 Пет. 2:21 ). Он дал нам пример научающий, как защищаться против оклеветывающих нас. Как же защищался Он против Иудеев, оклеветывающих Его и говорящих в лице Ему, что Он есть Самарянин и беснующийся? «Аз», отвещевал Он, «беса не имам, но чту Отца Моего, и вы не чтете Мене. Аз же не ищу славы Моея: есть ищя и судя» ( Ин. 8:49–50 ). Когда еще оклеветывали Его Фарисеи и книжники, говоря, что о князе бесовстем изгоняет бесы, тогда Он доводом, открывающим клевету их, ответствовал: «Всякое царство разделшееся на ся, запустеет: и всяк град или дом разделивыйся на ся, не станет. И аще сатана сатану изгонит, на ся разделился есть: како убо станет царство его? И аще Аз о веелзевуле изгоню бесы, сынове ваши о ком изгонят? сего ради тии вам будут судии» ( Мф. 12:25–27 ). Когда убо таким образом ответствовать будете против оклеветывающих вас, то есть, ни осуждая, ни понося их, но со всякою кротостию предлагая доводы, доказывающие клевету, тогда не только никак не погрешите, но и клеветникам уста заградите, и клевету изгладите, и слушающим принесете пользу. Заметьте же, что Господь наш Иисус Христос не всегда ответствовал на клеветы против него, но иногда совершенно молчал. Когда Архиереи и старцы соплетали на него несправедливые обвинения пред Пилатом, тогда он ничего не ответствовал: Пилат говорил к нему: «не слышиши ли, колика на тя свидетельствуют? Иисус же не отвеща ему ни к единому глаголу, яко дивитися игемону зело» ( Мф. 27:13–14 ). Но чему дивился Пилат? Чему другому, разве терпению и незлобию Иисус Христову? И сей пример доказывает то, что хотя бы мы и молчали, когда оклеветывают нас, но молчание наше есть сильный ответ, приводящий зрителей в изумление и благоговение к нашей кротости и великодушию. Клеветники всеокаянные, приступаю я и к вам, послушайте со вниманием. Клевета есть ложное слово, вымышленное и составленное для того нарочно, чтобы вред причинить. Вредит же клевета как клеветнику, так и оклеветываемому, и даже слушателю клеветы, если он поверит словам клеветника. Первый изобретатель клеветы есть диавол, первый оклеветанный есть Бог, первый поверивший клевете есть человек. Диавол дерзновенно клеветал на Бога, якобы он лжив, завистлив и коварен. Бог рек к первосозданным, чтобы не ели они от древа ведения добра и зла, да не умрут. «Не снесте», рек, «от него: а в оньже аще день снесте от него, смертию умрете» ( Быт. 2:17 ). Диавол же, клевеща на Бога, сказал, что он запретил вкушать от древа оного не для того, чтобы не умерли, но чтобы не сделались богами. «Не смертию умрете. Ведяше бо Бог, яко в оньже аще день снесте от него, отверзутся очи ваши, и будете яко Бози, ведяще доброе и лукавое» ( Быт. 3:4–5 ). Первосозданные, поверивши диавольской клевете, вкусили от запрещенного древа. Оклеветанному Богу никакого вреда не причинила клевета по причине бесстрастия, всесовершенства, Божеского существа и непричастности оного никакому повреждению (пресущественного Божества): а причинила вред клеветнику диаволу и человеку поверившему клевете. Ибо какие наказания положил Бог орудию клеветы, то есть, чувственному змию, оные относятся и к самому виновнику клеветы, к умственному змию, то есть, диаволу. «Яко сотворил еси сие, рече Бог», то есть, поелику ты вымыслил сию клевету, то «проклят ты» ( Быт. 3:14 ). Заметь же, что когда диавол возгордившись, сказал: «взыду выше облак, буду подобен Вышнему» ( Ис. 14:14 ): тогда сверг его Бог с небесе яко молнию ( Лк. 10:18 ), но не проклял его. А когда дерзнул он клеветать, тогда произнес на него проклятие: «яко сотворил еси сие, проклят ты». Если же иносказательно разуметь будешь проклятия, кои положил Бог на змия чувственного, то увидишь, что оные по воплощении Сына Божия исполнились на змие умственном, то есть, сатане, изобретателе клеветы. Ибо он и всех скотов сделался неразумнейшим, когда приступил искушать второго человека с небесе, Господа Иисуса ( 1 Кор. 15:47 ), и всех зверей земных яростнейшим, когда обратил все силы свои к произведению того, чтобы распят был и умер безгрешный Сын Божий. Прямо ходил он до воплощения Христова, яко бог будучи поклоняем, и живым гласом в идолах говоря, в заблуждении держал людей: по воплощении же Спасителевом на персех и чреве ходит, то есть, падши долу, яко бессильный, и скрывшись яко лев в пещере своей стрежет, чтобы уловить, если возможно ему будет, не только богатого в добродетелях, но и нищенствующего делами добрыми. Землю же снедает оттоле во вся дни жительствования своего в мире, то есть, тех одних погубляет, кои пригвождены к земному, и образ носят перстного, а не тех, кои устремляют взор к небесному, и образ носят небесного. В начале он яко друг приближился к первосозданным человекам, но потом Богочеловек вражду положил между им и потомками оных, объявив его врагом человеческому роду, и дав власть верным попирать главу его, то есть, силу его, и покорив его под пяту их, то есть, уничтожив все силы его. Сие самое означил Господь сказав: «се даю вам власть наступати на змию и на скорпию, и на всю силу вражию» ( Лк. 10:19 ). Таким образом наказал Бог клеветника. Обрати же очи твои и на человека, поверившего клевете и преступившего спасительную заповедь Божию. Лишается он Божия благодати, и изгоняется из рая сладости в землю: земля же проклята в делех человека: в ней скорби, в ней терния и волчцы, в ней изнурительный труд, в ней тление: «яко земля еси, и в землю отъидеши»: что видим происходит и до днесь. Там скорби по причине бесплодия земли, здесь воздыхания по причине злорастворения воздуха: в сей части земли землетрясения, в оной пожары, в другой потопления от рек и моря: тот омочает лице свое потом для насущного хлеба, сей стонет от жестоких мучений болезни, другой плачет о лишении любезнейших сродников, всякий человек наконец умирает: разрушается, всякого тело делается землею, как было и до создания. «Яко земля еси и в землю отъидеши». Сие-то произвела тогда клевета. Различны конечно обстоятельства клеветы тогдашней от обстоятельств клеветы ныне происходящей. Ибо ныне клеветник не есть изобретатель клеветы, но ученик и подражатель изобретателя оной, то есть, диавола. Клеветник нынешний клевещет не на Бога, как первый оный клеветник, но на образ Божий, то есть, на человека: первый клеветник никакого не мог сделать вреда оклеветанному им Богу, ученики же его неописанный причиняют вред оклеветываемым. Сколько клевета расторгла законных браков и разлучила друг от друга ближайших сродников? Сколько во вражду ввела любезных друзей и повредила честь почтенных людей? Сколько неправедно сделала богатых бедными и предала на смерть невинных? И самые святые и праведные быв оклеветаны, претерпели многие страдания и вкусили смертоносные горести. Свидетельствуют сие Патриарх Иосиф, Апостол Павел, великий Афанасий, Божественный Златоуст и другие тьмы тем. Причиняют вред ныне клеветники и слушателям их, ежели сии поверят им, как начальник клеветы причинил вред двум первосозданным, поверившим вымышленной им клевете. Смотри же, коликие грех сей, клевета, имеет степени тяжести. Клевета есть дщерь ненависти или зависти: оклеветываем мы того, кого ненавидим и кому завидуем, а не того, кого любим: ненависть же и зависть суть отсутствие любви, как и тьма отсутствие света. Почему когда я клевещу, тогда не имело любви, а когда не люблю ближнего моего, как себя самого, хотя бы и не имел ни ненависти к нему, ни зависти, но грешу, поелику преступаю заповедь вторую. Вот первая степень греха оного, клеветы. Когда же я ненавижу или завидую ближнему моему, но не врежу ему действительно, тогда грешу более, нежели когда только не люблю его: и вот вторая степень клеветы. А когда не только не люблю, не только ненавижу и завидую, но и вред ему делаю, тогда грешу гораздо более: и вот третья степень клеветы. Ежели я осуждаю в погрешностях, кои брат мой подлинно имеет, то грешу ( Мф. 7:1 ): ежели же осуждаю его в погрешностях, кои он не имеет, а я оные вымыслил, дабы тем причинить ему вред, то конечно грешу гораздо более: и вот четвертая степень клеветы. Ежели я грешу, когда празднословлю, то есть, когда говорю слова ни полезные ни вредные, то колико более грешу ( Мф. 12:36 ), когда говорю слова клеветы, причиняющие всякое злоключение и вред: и вот пятая степень тяжести клеветы. Одна первая степень достаточна представить чрезвычайную тяжесть греха оного, клеветы, потому что отсутствие любви есть нарушение всего Евангельского учения, ибо любовь есть исполнение всего закона, и без любви никто не может спастись ( Рим. 13:10 ). Ежели же приложить к сему и другие степени тяжести, то коликая будет тяжесть клеветы? Вы убо, клеветники, клеветою вредите ближнему вашему, причиняя ему тмочисленные злоключения и несчастия, видя же, что никакого не получаете за то наказания, думаете может быть, что клевета или не есть совсем грех, или есть грех весьма легкий и простительный. Горе вам: ибо «собираете гнев в день гнева» ( Рим. 2:5 ). Грядет день, страшный день воздаяния. Тогда вострубят Ангельские трубы, и Судия сядет на престоле суда, и от века бывшие люди восставши из мертвых, предстанут пред Ним, и книги деяний раскроются, и тайная человеков объявятся. Тогда на всенародном оном и ужасном судилище предстанут, клеветник, пред тобою и вдовица, которую ты обидел клеветою твоею, и сирота, коего ты обнажил коварным языком твоим, и почтенный человек, коего ты оклеветав сделал бесчестным, и облеченный священным саном, коего вымышленное и ложное обвинение уст твоих лишило подобающего ему уважения, и праведный и святой, коего ты гнал и поражал клеветами твоими. Тогда Судия представит пред лице твое множество беззаконий, от клеветы твоей происшедших, посрамляя и обличая тебя. И кто стерпит тогда ужаснейшее и праведнейшее обличение седящего на престоле суда? «Уста твоя», скажет Он, «умножиша злобу, и язык твой сплеташе льщения. Седя на брата твоего клеветал еси, и на сына матере твоея полагал еси соблазн» ( Пс. 49:19–20 ). Ты сие соделывал, и Я долготерпя не наказывал тебя, но молчал: а ты беззаконно думал, что молчу потому, что подобен тебе. «Сия сотворил еси, и умолчах, вознепщевал еси беззаконие, яко буду тебе подобен». Ныне убо «обличу тя, и представлю пред лицем твоим грехи твоя» ( Пс. 49:21 ). О! какой час тогда? О! какое тогда отчаяние, когда праведный Судия провозгласит определение вечного мучения? Кто может тогда свободить нас? Помыслите о сем люди, кои, забыв страшное судилище Божие, клевещете братий ваших, помыслите о сем, и удалитесь от великого оного беззакония, каково есть клевета, да не когда похитит вас смерть нераскаянных. Ибо тогда никто не может избавить вас от вечного осуждения. «Разумейте убо сия забывающии Бога, да не когда похитит, и не будет избавляяй» ( Пс. 49:22 ).