Вчитываясь внимательно в книги Священного Писания, в особенности в Апокалипсис, вдумываясь в то, о чём свидетельствуют памятники старины у всех народов, о чём свидетельствует мировая история и история каждого народа, так же, как и русского, нельзя не увидеть, что каждый народ имеет собственное религиозное призвание, и что осуществляется оно религиозными гениями. От их огня и Россия многие века зажигала свои лампады. Горела наша русская Православная лампада в храмах, в монастырях, в богатых и бедных домах, в крестьянских избах... И горела она особым огнём нашей особой русской святости. Вы может быть спросите: разве бывает какая-то особенная национальная святость? Разве Бог не один для всех, разве не един Бог и для русских, и для французов, и для евреев, и для греков? «Будьте святы, как Отец ваш небесный» — это же сказано всем без различия национальностей. Разве мы не помним, что в Евангелии говорится о том, что нет для Царства Божия ни эллина, ни иудея? Конечно, Бог — один и Церковь Божия, Церковь Христова — одна для всех, одна «лоза священная», от которой питаются все люди самых разных наций, самых разных положений. Но у одной священной лозы много ветвей, братья и сёстры. И русская Православная святость образует на этой лозе особую ветвь русского Православия, русского православного благочестия, ветвь русской святости. И сегодня мы празднуем с вами память всех святых в земле Российской просиявших. Мы чтим наших русских святых не только как небесных покровителей святой и грешной России. В них мы ищем откровение и наставление для духовной жизни каждого из нас, для собственного духовного пути. Вот почему и следует знать, в чём же особенность нашей русской святости. Сегодня мы всматриваемся с особенным чувством в великое наше прошлое, в лики наших святых, появляющиеся у самых истоков, в самом начале истории нашего народа. Вот XI век — первые святые русские. Кто они были? Миряне, братья и сёстры. Страстотерпцы Борис и Глеб, а за ними идут святые Киево-Печерской Лавры во главе с преподобным Феодосием, духовным начальником этой Лавры. Потом видим святых князей, святителей. Потом, наконец, Московская Русь. Мы видим святых московских, около Москвы подвизавшихся, святого Сергия преподобного Радонежского игумена всея России Чудотворца, наконец, нашу святую северную Фиваиду... Потом Преподобные Нил Сорский и Иосиф Волоколамский (или Волоцкий), которые, между собой спорят о том, как надо устраивать монастырскую, монашескую духовную жизнь. Один говорит — так, а другой — иначе. И один, и другой несколько по-разному устраивают монашескую жизнь, но оба — святые, оба — подвижники. За ними идут юродивые, блаженные и святые жёны — Ефросинья Полоцкая, Анна Кашинская и многие другие святые жёны, подвизавшиеся в России. Наконец, почти наш современник — святой Серафим Саровский, святой Тихон Задонский. Вот — золотая цепь, тянущаяся от самых истоков нашей истории и до наших дней. Никогда не прерывалась и не прервётся эта золотая цепь. Были, есть и будут всегда на нашей земле подвизающиеся святым подвигом особенной русской святости и особенного русского благочестия чистые сердцем люди. Всматриваемся в эту золотую цепь, всматриваемся в это великое прошлое Русской Церкви, и что видим? Какие черты характерны для русской святости? Прежде всего, братья и сёстры, видим светлую-светлую мерность жизни, т.е. отсутствие какого бы то ни было радикализма. Нет резких отклонений от завещанных древностью христианских идеалов в монашестве, а мы особенно почитали, почитаем и будем почитать монашество. Нет жестокой практики какого-нибудь особенного самоистязания, нет так называемой аскезы, есть тихий труд и пост, пост и труд. Так живут наши монастыри. В этих монастырях появляется духовничество. Люди, живущие вокруг монастырей, ищут за оградой монастырской наставников высокой духовной жизни и идут к ним за утешением, отрадой, поддержкой, за наставлением. Так в этих монастырях появляется то духовничество, не старчество, а именно духовничество, которое как бы замещает духовничество приходских священников: там, в монастырях, исповедуются люди больше, чем здесь, в приходских церквах. Потом появилось в тех же монастырях и старчество. Слова увещания — слова правды, наставления неслись оттуда, из-за монастырских стен, в мир. Причем слова правды и перед сильными мира сего, а не только простыми людьми. Не отвергался в этих монастырях у монахов и книжный труд — почти всюду создают кружки переписчиков священных и не только священных книг. Наконец, в этот простой монашеский труд по обработке земли, по многим другим хозяйственным нуждам, включается ещё один вид особенного труда — иконописный труд, совершенно замечательный, если только можно назвать так это необычайно высокое по своей одухотворённости искусство. Но на что же больше всего нам следует обратить внимание? Каковы особенно характерные черты русской святости? Каким идеалом более всего вдохновлялся русский православный христианин встарь и до самого последнего времени? Его вдохновлял, братья и сёстры, образ уничижённого Христа. Именно этот образ мы находим в худых ризах преподобного Сергия — игумена Радонежского, этот же образ видим в безгневности этого священноначальника, и более того, в вольной безвластности его. Он не хотел употреблять свою власть над людьми, власть игумена — перед ним стоял чудный, удивительный облик уничижения: униженного, уничижённого Христа. Этот идеал вдохновлял не одних только монашествующих, он стоял перед духовным взором всех русских православных людей и был им особенно дорог всегда. Так именно появляются в миру, братья и сёстры, святые миряне, Христа ради юродивые. Именно они, этим особым подвигом подвизавшиеся, особо вдохновлялись образом уничижённого Христа. Была ещё одна черта, свойственная русской святости — творить милостыню. Все наши и князья, и святители, и простые миряне творят прежде всего милостыню. «Милостив буди» для того, чтобы и Господь был к тебе милостив. Вот особые черты русской святости, братья и сёстры, на которые все мы должны обратить внимание для своей духовной пользы. Вот огнём каких идеалов всегда горела лампада русского православного благочестия. Горит эта лампада как прежде, так и сейчас и в наших церквах, и в домах верующих, и в больших городах, и в малых, и в глуши провинциальной, и среди шума и грохота современной цивилизации идут, проходят святым своим путём и блаженные, и преподобные, и странники, и юродивые, чистые сердцем святые праведники, бессребренники, невидимые подвижники любви. Так, вокруг нас, творится чудо их святыми молитвами и их заступлениями. И силою этого творящегося и сейчас чуда Божия да укрепимся все мы на путях своей христианской жизни и духовного своего делания, ведущего к Царствию Небесному и к самому Богу. Аминь.
