Проповедь: О необходимости от сердца прощать ближних. 16 авг. 1998

(Евангелие от Матфея, 77 зачало, глава XVIII, стихи 23-35) Спаситель сказал: «Царство Небесное подобно царю, который захотел сосчитаться с рабами своими» (ст. 23). Конечно, Царство Небесное невозможно изобразить в нескольких словах. Поэтому Спаситель, говоря о нем различными притчами, изображал в них лишь ту или иную его сторону. Под Царством Небесным могут подразумеваться как те благодатные переживания, которые будут испытывать люди в будущей жизни, так и – в широком смысле – то, что необходимо, чтобы приобрести Царство Небесное, войти в него. Сегодняшняя притча говорит именно о том, что должен делать человек, чтобы стяжать Царство Небесное и затем не потерять, удержать его. «Когда начал он считаться, приведен был к нему некто, который должен был ему десять тысяч талантов» (ст. 24). Конечно же, под царем подразумевается Господь, а под тем человеком, который был приведен к Нему, – любой из нас, потому что все мы являемся должниками Богу. Так много мы Ему должны, настолько велик этот долг, что отдать его для нас невозможно. Бывают в жизни такие ситуации, когда отдать долг, может быть, и сравнительно небольшой совершенно немыслимо, потому что мы бедны и не имеем денег вообще или же именно в данном случае. Вот Спаситель и приводит такой пример – долг «в десять тысяч талантов; а как он не имел, чем заплатить, то государь его приказал продать его, и жену его, и детей, и все, что он имел, и заплатить» (ст. 25). Что имеется в виду под всем имуществом и семьей? Все, чем мы обладаем в этой жизни. Мы лишаемся всего, если только не можем воздать Господу этот долг. Но как мы его воздадим? Нет у нас такой возможности, и тогда нам остается делать то, что делал раб в притче. «Тогда раб тот пал, и, кланяясь ему, говорил: государь! потерпи на мне, и все тебе заплачу. Государь, умилосердившись над рабом тем, отпустил его и долг простил ему» (ст. 26–27). Раб умолил своего господина о прощении. Если бы и мы могли умолить Господа, чтобы Он простил наш бесконечный долг перед Ним, который мы не можем отдать, но можем только ожидать прощения. И никто, даже самый великий угодник Божий, не вправе сказать о себе, что он отдал свой долг. И о величайшем святом не может так сказать ни один человек, если он православный. Все мы просили и просим у Бога прощения, начиная от преподобного Серафима Саровского и кончая самым обыкновенным прихожанином сельской церкви. Никому никогда не удастся отдать свой долг. Как мы можем это сделать, если и мы сами приведены Богом в бытие из небытия, и наша жизнь со всем, что мы имеем и чем мы желаем послужить Богу, также дарована Им? «Раб же тот, выйдя, нашел одного из товарищей своих, который должен был ему сто динариев, и, схватив его, душил, говоря: отдай мне, что должен» (ст. 28). Господь в этой притче изобразил то, что часто бывает с нами: получив прощение от Бога, мы не желаем или, как нам кажется, не можем простить долги наших ближних, будь это члены нашей семьи, случайные прохожие или наши сотрудники – люди, с которыми мы общаемся. Мы не можем им простить тех нравственных долгов, которые они перед нами имеют: обид, оскорблений, ненависти. Возможно, мы считаем, что они должны нам чем-то послужить, как-то отблагодарить нас или нравственно нам обязаны, как, допустим, дети считают, что родители им обязаны, а родители то же самое думают про своих детей. Когда мы встречаемся с кажущейся несправедливостью, то забываем, что Бог только что отпустил нам совершенно неоплатный долг и мы, в свою очередь, должны были бы на радостях все всем простить. Если бы даже мы собрали все эти долги со своих должников, то они не покрыли бы и малой части того безграничного долга, который мы имеем пред Богом. Поэтому, прощенные в великом, мы должны были бы и все мелочи простить. Но мы об этом забываем даже после усердной и пламенной молитвы. Окончив молитву, почувствовав в душе прощение грехов, прощение нравственного долга перед Богом, мы тут же начинаем раздражаться на тех, с кем сталкиваемся, и благодатное состояние от нас отходит, мы теряем его. «Тогда товарищ его пал к ногам его, умолял его и говорил: потерпи на мне, и все отдам тебе. Но тот не захотел, а пошел и посадил его в темницу, пока не отдаст долга» (ст. 29). Конечно, это притча и в жизни не бывает точно так, как здесь изображено. Не всегда человек, которого мы считаем своим нравственным должником, просит и умоляет нас о прощении. Иногда он даже и не подозревает, что мы считаем его таким. И хотя нравственная справедливость, само естественное чувство – все взывает к нашей совести, мы не хотим прощать. Если не можем отомстить этому человеку на деле, то в душе своей его всячески казним и мучаем. Внутренне мы были бы рады, если бы было возможно, посадить его в темницу, пока он не отдаст долга. «Товарищи его, видев происшедшее, очень огорчились и, придя, рассказали государю своему все бывшее» (ст. 31). Кого Евангелие называет товарищами? Конечно, Бог знает все безо всякого доклада, но мы можем предположить, что это Ангелы, а возможно, и сама действительность, реальные факты взывают к Богу, к Его справедливому суду. «Тогда государь его призывает его и говорит: злой раб! весь долг тот я простил тебе, потому что ты упросил меня; не надлежало ли и тебе помиловать товарища твоего, как и я помиловал тебя?» (ст. 32–33). С помощью такого яркого образа Господь Иисус Христос призывает нас к тому, чтобы мы прощали своих должников если не из чувства милосердия, то хотя бы руководствуясь здравым смыслом. «Не надлежало ли и тебе помиловать товарища твоего, как и я помиловал тебя? И, разгневавшись, государь его отдал его истязателям, пока не отдаст ему всего долга» (ст. 33–34). Эти истязатели – демоны. Как в этой жизни они истязают нас и всячески уничижают через действие страстей, так и в будущей жизни будут истязать и мучить человека. Но наш долг Богу мы никогда не отдадим. Сказанное здесь «пока не отдаст ему всего долга» значит, что практически этот человек лишился всякой надежды на благополучный исход, потому что вернуть долг никому из нас невозможно. Либо мы будем прощены, либо, если справедливость восторжествует, нам придется вечно отдавать свой долг, то есть вечно страдать. «Так и Отец Мой Небесный поступит с вами, если не простит каждый из вас от сердца своего брату своему согрешений его» (ст. 35). Итак, мы должны простить нашему брату, но простить не просто на словах, а от сердца. В Священном Писании о сердце многократно говорится как о глубоко сокровенной сущности человека, где он бывает самим собой. Если человек не простит от сердца – значит, он вообще не простит. Если человек не смирится сердцем – значит, он вовсе не смирится. Если человек не очистил свое сердце – значит, весь он не чист. Поэтому нужно простить от сердца. Не только не делать никакого зла нашему обидчику или должнику, в каком бы виде этот долг нам ни представлялся, но и очистить наше сердце от чувства неприязни к ближнему. Ведь Бог требует от нас не только того, чтобы мы никому не делали зла, но и в особенности того, чтобы мы ни к кому не испытывали злобы. Большинству из нас кажется, что мы никому не делаем ничего плохого, хотя на самом деле многих окружающих нас людей мы всячески обижаем, доставляем им неприятности, досаждаем им. Мы не видим того, что с нами происходит. Иногда даже мы хотим человеку сказать что-то, как нам кажется, приятное, а человек от наших слов скорбит. Но если мы очистим свое сердце, если в нем не будет никакой неприязни ни к кому, то тогда мы не сможем, даже если бы и захотели, причинить ближнему зло, доставить ему неприятность, как-либо досадить. Поэтому Господь и призывает, чтобы мы простили нашим братьям. Простили им от сердца, а не только на словах или даже на деле. Итак, после того как мы помолимся Богу, прося Его о прощении наших грехов, и почувствуем в душе облегчение, когда благодать Божия коснется нашего сердца и мы уйдем после молитвы просветленные и очищенные душой, – будем внимательны. Будем помнить прежде всего, что нужно беречь себя от всякой неприязни по отношению к тому, с кем мы соприкасаемся, будь то наш родственник или совершенно случайный человек. И не забудем, что признак настоящей молитвы и истинного прощения грехов – это расположение к ближним. В противном случае можно усомниться, действительно ли Бог простил нам грехи. Если после молитвы мы ощущаем не просто некоторое облегчение на сердце, но оборачиваясь лицом от Бога к людям, бываем с ними приветливы, чувствуем снисхождение к ним, желание помочь – одним словом, испытываем к ним любовь, то это и есть признак того, что Бог простил или прощает наши грехи. 16 августа 1998 года