Толкование Левит 22 глава 0 стих - Экзегет

В качестве препятствия для священников вкушать от возносимого на алтаре — от святынь великих и святынь — называется сначала нечистота вообще (ст. 2–3), затем отдельные виды нечистоты и осквернения: проказа (ср. Лев. 13:2 и д.), половое истечение (Лев. 15:2), прикосновение к мертвому (Лев. 21:1 и др.), к гаду или к нечистому человеку (Лев. 11:29, 31, 43), вкушение мертвечины и звероядины (Лев. 11:39; Лев. 17:15). Во всех этих случаях требовалось законом предписанное очищение и уже после него священник получает право вкушения святынь, составляющих «хлеб его». Вкушение же священных яств в состоянии нечистоты было равносильно кощунственному поруганию и отрицанию святыни и всего культа, а вместе с тем и святого Иеговы, учредившего культ и в нем входившего в общение со Своим народом; а потому священник, допустивший это, как и мирянин, в состоянии нечистоты евший мясо мирной жертвы (Лев. 7:20), повинен был «истреблению» — без сомнения, суду Божию (бездетством, ранней смертью, болезнью, см. 1 Кор. 11:30), а не казни от людей, для которых грехи означенного рода большею частью оставались скрытыми.

Речь идет уже не о «великих святынях» (частях жертв греха, вины см. Лев. 6:25–39), который могли вкушать только мужчины фамилии Аарона (Лев. 6:16–18), а просто о святынях, т. е. остатках мирной жертвы, достававшихся священникам. Называется несколько случаев запрещения и разрешения вкушения этих святынь разным лицам, стоящим в известной степени к святыням, — случаев, весьма характерных для духа закона и теократии Ветх. Завета 1-й случай: поселенец и наемник священника, не принявший обрезания, как чуждый (евр. zar) теократии, не может вкушать святыни, напротив раб купленный за серебро, — по обрезании сделавшийся членом семьи не только в бытовом, но и в религиозно-богослужебном отношении (Исх. 12:44; см. Быт. 17:23), — мог наравне с домочадцами есть «святыни» (ст. 10–11).

2-й случай: дочь священника — замужняя — имеет право вкушать «святыни» лишь тогда, когда состоит в замужестве со священником же; находясь же в браке за посторонним (евр. isch zar, Vulg.: cuilibet ex populo nupta) — мирянином, она теряла это право, и лишь вдовство или развод с ним и возвращение в дом отца-священника, как бы на положении девицы (kineurejah, Vulg.: sicut puella) возвращало его ей.

3-й случай: приносящий мирную жертву мог по ошибке употребить для своей трапезы и части, принадлежащие священникам; тогда, по общему правилу о ненамеренных нарушениях прав святилища, он (ср. Лев. 5:14) возвращал неправильно взятое, с прибавлением 1/5.

См. комм. к Лев. 22:10 Новое увещание священникам к благоговению пред святынею (ср. ст. Лев. 22:2–3, 9).

Стихи 17-18 образуют переход к речи о полной беспорочности жертвенных животных, — речи, обращенной одинаково как к священнослужителям, так и к жертвователям, т. е. ко всем израильтянам. Это требование беспорочности жертвенного материала соответствует постановлению о неимении священнослужителями телесных недостатков (Лев. 21:17–23): и жрец, и жертва должны были даже по внешности выражать идею чистоты и очищения. По блаж. Феодориту (вопр. 30), «в жертву приносить повелевает Бог животных с неповрежденными членами, приносимым вразумляя приносящих, чтобы они здравыми имели деятельные силы души». Правило о беспорочности жертвы относилось и к иноземцам, по ветхозаветному закону допускавшимся во внешний двор храма и имевшим право приносить жертвы Богу Израилеву (ст. Лев. 22:18, 25; ср. Лев. 16:29).

Благоволение Божье, которого искал жертвователь, не могло почивать на жертвователе, недостаточно благоговейном и внимательном к качеству жертвы.

Перечисление недостатков, делающих животное негодным к жертвоприношению. Один из 3-х видов жертвы мирной — жертва усердия (nedabah) почиталась почему-то ниже других видов: в жертву усердия позволялось приносить животное не вполне нормально сформированное.