Толкование К Евреям послание ап. Павла 2 глава 6 стих - Экзегет

на ст. 6-8 Вот опять апостол Павел не называет имени сказавшего, но это он делает с целью, чтобы показать, что он признает их людьми, сведущими в Священном Писании. Все толковники сходятся на том, что слова апостола относятся к человечеству вообще, преимущественно же, однако, могут относиться ко Христу по плоти. “Ибо Он, Сын Божий, посетил ничтожное человеческое естество и, восприняв его и соединив с Собою, сделался превыше всех” (блаженный Феофилакт). Святый Павел заимствовал это место, как и дальше еще, из Псалтири. Царственный пророк Давид сказал эти слова по причине вочеловечения Бога, так как предузнал тайну сего события. “Что такое есть человек, – как бы так говорит он, – что Ты взыскиваешь его, Боже, Своим милосердием, это непокорное создание Твое, забывающее о Твоем над ним владычестве?” Здесь речь не собственная, метафорическая, а заимствовал пророк эту метафору у тех людей, которые забыли о ком-нибудь, а потом, спустя некоторое время, движимые состраданием к забытому ими лицу, снова воскрешают в себе воспоминание о нем; мало этого: они даже стараются помочь ему, в чем нужно, защитить его. Вот это самое и означает то посещение, о котором говорится выше в слове посещаеши. Ибо не Ангел, не ходатай какой, но Сам Господь пришел, чтобы спасти нас. Но что же такое в самом деле человек, что это ради него должно было совершиться? Почему, когда пали Ангелы, Ты, Боже, ничего подобного не сделал для них? Но вот падает человек, и Ты Сам вдруг приходишь на помощь к нашей немощи. Слова человек и сын человеческий соответствуют одно другому и означают одно и то же. Подобный способ выражения свойствен Ветхому Завету. Сын человеческий, собственно, здесь кажется перифразой слова “человек”. (Зигабен). Приводя это место из пророка, апостол Павел намеревается показать слушателям всю неизреченную глубину бесконечной милости, любви Божией к падшему роду человеческому; апостолу хочется тронуть этим их сердце, смягчить и расположить к Евангельскому учению. Апостол обобщает все и говорит прямо: не Ангелом бо покори Бог вселенную, а у пророка вселенная разлагается на части, о которых он и упоминает в своем псалме. Пророк говорит: когда я взираю на небеса, дела перст Твоих, на луну и звезды, которые Ты, Господи, устроил, то прихожу в изумление и размышляю в себе, что же после этого есть человек, что Ты помнишь о нем, что Ты посещаешь его Своею милостью, что Ты немногим умалил его перед Ангелами, славою и честью увенчал его?! Ведь Ты поставил его господином и владыкою над всеми тварями и все покорил власти его – и овец, и волов, и зверей, и птиц! И действительно, если смотреть на окружающую природу, то невозможно не ощущать восторга, удивления, какого-то трепетного благоговения. Недаром народы, забывшие истинное понятие о Боге, обоготворяли природу, строили в честь ея храмы, приносили жертвы, поклонялись ей. Великолепное зрелище различных явлений природы производило неизгладимое впечатление даже на грубые сердца, приводило их в трепет и пробуждало самые грубые умы. Конечно, при всем величии и великолепии окружающей природы, малая и незначительная частица ее – человек, находившийся всегда в зависимости от всех явлений в природе, мог считаться существом слабым и ничтожным, подобным всем живым существам на земле. И никто не мог подняться мыслью на такую высоту, чтобы в этом малом существе узреть полного властителя земли, о котором Бог постоянно промышляет и для которого от предвечности уготовано место на небе, в райских чертогах среди неизреченных блаженств. Не озаренному свыше, не просвещенному Духом Святым простому, слабому уму человеческому невозможно возвыситься до такого понимания. Только такой благодатный человек, как царственный пророк Давид, устами коего возвещал Сам Дух Святой, только он мог своим прозорливым оком проникнуть природу, отношение к ней человека, заглянуть за ту завесу таинственности, которая невидима простым, неочищенным взором. И вот он, несмотря на все величие, великолепие, могущество природы видимой, которая является с этой стороны несравнимой с малым, слабым и ничтожным существом, живущим среди нее и питающимся от ее обильной трапезы, он – пророк, постиг умом своим, что промышление Божие, благоволение Создателя направлено на человека, который один является представителем двух миров, обладая бренным телом, соединяющим его с этой видимой природой, и бессмертной разумной душой, соединяющей его с миром горним, ангельским, с Самим Богом. Он ясно представлял, что для человека устроена земля, что для него сотворены все прочие живые существа, что он, как царь и владыка, введен был после всех в мир сей, когда, так сказать, был совершенно уготован для него дворец, его жилище. Все должно подчиняться человеку, все служить ему, а в деле спасения даже Ангелы должны быть слугами человека, помогать ему во всем добром. Что природа?! Что святые и Ангелы?! Сам Единородный Сын Божий благоволил сойти с небес и, приняв на Себя бренную персть – плоть человеческую, воззвать род людской, обрести “заблуждшее горохищное овча”, восприять его на рамо Свое и принести Своему Отцу, присоединить его к сонму Ангелов и увенчать его славою и честью. Но Ты умалил еси его малым нечим от Ангел. Что же это такое малое, чем человек является умаленным перед Ангелами? Ты вложил в него, как и в Ангелов, дыхание жизни, даровал ему душу разумно-свободную и бессмертную; Ты почтил его, как и Ангелов, Своим образом и подобием, сообщив ему дары правды и святыни, но умалил его пред ними тем, что сию богоподобную душу облек бренной плотью и в жилище дал ему не небо, а землю; зато какая великая честь для плоти сей, когда ей, через известный период времени, представлено вознестися в жилище духов и прославиться славою Божией? Ты поставил еси его над делы руку Твоею: вся покорил еси под нозе его. Сими словами пророк указывает на то владычество человека над землею, которым благословил его Бог при самом его создании. Раститеся и множитеся, сказал Он ему тогда, плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею, и владычествуйте над рыбами морскими и над зверями, и над птицами небесными, и над всяким скотом, и над всею землею, и над всякими животными, пресмыкающимися по земли (Быт. 1:28). Внегда же покорити ему всяческая, ничтоже остави ему непокорено. Ныне же не у видим ему всяческая покорена. Но апостол Павел, приводя эти слова пророка Давида, замечает: ныне же не у видим ему, то есть человеку, всяческая покорена. В самом деле, владычество человека над землею в настоящее время слишком ограничено. Конечно, он и ныне владеет еще некоторыми животными и некоторыми стихиями: верблюды и кони облегчают его труды и переносят его самого через обширные пространства; овцы и волы, птицы небесные и рыбы морские снабжают его пищей и одеждой; огонь освещает и согревает его; вода утоляет его жажду и напаяет поля его, земля возращает ему хлеб в насыщение его; древа и камни – в жилище его, многоразличные плоды и растения для услаждения вкуса и зрения и для уврачевания недугов и болезней его; злато и сребро, свинец и железо, медь и олово для удовлетворения разнородных нужд житейских; воздух служит для его дыхания и движет его тяжести. Но сие владычество сколь отлично от того, которым благословил его Бог! Тогда все свободно покорялось ему, а теперь принужденно и с насилием; тогда довольно было его взгляда, его мановения, его желания, а тем более слова, и все являлось перед ним и послушно исполняло его веления, а теперь сколько потребно трудов и усилий, сколько хитростей и изворотов, чтобы приобрести хотя часть сего владычества, и сколь часто рабы сии выходят из повиновения господину своему и даже устремляются против него со всею яростью буйной вольности. Не часто ли видим мы сего обладателя земли поверженным во прах и брение, уязвленным или растерзанным зверями, лишенным крова и убежища, пищи и одеяния от свирепости огня, тщетно борющимся с бурными волнами разлившейся реки и поглощаемым ими, цепенеющим от мраза и удушаемым зноем, в поте лица своего раздирающим недра земли и приемлющим от нее только волчцы и терния? Что же это значит? Отчего произошла сия печальная перемена? Отчего царь земли сделался вдруг рабом рабов своих? Грех непослушания его перед Богом привел в непослушание ему природу. Он, как хищный враг, напав внезапно на него и возобладав им, совлек его начала и власти и изведе в позор всего мира, дотоле ему покорного. Но апостол Павел, показав нам наше порабощение в преслушном Адаме, показал власть и зарю нашей свободы во Христе Богочеловеке, Который смирил Себя, быв послушным даже до смерти, и смерти крестной (Флп. 2:8). Ныне, говорит он, мы не видим, чтобы все было покорено человеку, а видим, что за претерпение смерти увенчан славою и честию Иисус, а в Нем и с Ним и все ученики и последователи Его, ибо и освящающий и освящаемые, все – от Единого (Евр. 2:11), по учению апостола; сверх того Сам Иисус Христос сказал нам: где Я, там и слуга Мой будет (Ин. 12:26); и в другом месте: ибо, где будет труп, там соберутся орлы (Мф. 24:28). То есть как преслушанием Адама мы лишились славы и господства над тварями, так и послушанием Христа Иисуса, преискренне приобщившегося плоти и крови нашей, мы снова приобрели сию славу и сие господство, токмо да блюдемся быть ослушными пред Ним. (Из беседы на псалмы Арсения, митрополита Киевского и Галицкого.) Святитель Феофан так рассуждает: “Апостол Павел приводит слова Писания в подтверждение, что Господу Спасителю все должно покориться. Место сие взято из псалма восьмого, где говорится, что все твари земные покорил Бог человеку. К Господу Спасителю апостол применяет это место по той причине, что Он есть первообраз восстановленного человека и что в нем совершеннейшим образом осуществляется то, чем должен быть человек по первоначальному предназначению. Но как Он есть не человек только, но и Бог, то и человеческие принадлежности не могли оставаться в Нем в тех пределах, в каких прилично им быть в человеке, а принимают необычайные размеры. Посему и власть человека над тварями только земными во Христе Спасителе, яко Богочеловеке, стала властью над всем сотворенным”. В другом месте в Послании к Коринфянам апостол говорит: Когда же сказано, что Ему все покорено, то ясно, что кроме Того, Который покорил Ему все (1 Кор. 15:27), то есть когда говорит Писание, что Ему всё покорено, то под этим всё надо разуметь всё сотворенное, всё, кроме Самого Творца, покорившего Ему вся. Это апостол добавляет с той целью, чтобы кто не подумал, что и Ему, как бы простому человеку, покорена только земная тварь. Вся покорил еси под нозе Его – предназначил покорить, или предназначил, чтобы все Ему было покорно. В сем предназначении участвовал и Сын столько же, сколько Отец по единодействию Пресвятыя Троицы. В исполнение же это определение приводится Сыном Божиим по воплощении, смерти, воскресении, сидении одесную Отца. С сего момента воспринята Им власть над всем покорным и началось покорение непокорного, именно греха, дьявола, смерти. Покорение сие идет к концу, но еще не совершилось: не у видим Ему всяческая покорена. Если мы будем смотреть только на видимость, то можем подумать: никакого покорения нет – все враги Христа Господа и наши свирепствуют, и власть их не только не умаляется, но возрастает. Но не на это надо смотреть, а на то, что совершает Господь в верующих; в них Он попирает грех, побеждает дьявола и отъемлет силу у смерти. Число же истинно верующих когда увеличивается, когда умаляется, но всегда они есть, и покорение врагов сих и исторжение из рук их жертв их идет непрерывно. Трофеи победы над ними – сонмы святых, которые зреют в Церкви на земле и просиявают победной славою на небе. Враги наши думать могут, что они берут силой, а Господь оставляет их еще действовать в видах приготовления через них победителей их. Когда же исполнится по преднаписанному, тогда и все враги сии в собственном их лице будут положены Господом под ноги Свои. Святитель Иоанн Златоуст так рассуждает по поводу рассматриваемого текста: “Слова: вся покорил еси под нозе Его относятся более к Нему, нежели к нам. Сын Божий посетил нас, существ ничтожных, и, приняв наше естество и соединив с Собою, соделался превыше всех. Внегда же, продолжает апостол, покорити Ему всяческая, ничтоже остави Ему непокорено. Ныне же не у видим Ему всяческая покорена. Значение слов его следующее: так как он сказал: дондеже положу враги Твоя подножие ног Твоих (1:13), и слушатели после этого могли еще предаваться скорби, то он, вставив потом несколько слов, приводит такое свидетельство, которым подтверждается прежнее. Чтобы они не говорили: как же Бог положил врагов под ноги Его, когда мы подвергаемся таким бедствиям? – он и прежде указал на это самое, ибо выражение дондеже означает исполнение не немедленное, а в последствии времени, – и здесь подробнее раскрывает то же. Из того, что они еще не покорены, говорит, не заключай, что они не будут покорены. Что они должны быть покорены, это известно, ибо и в пророчестве сказано об этом: внегда же, говорит, покорити Ему всяческая, ничтоже остави Ему непокорено. Отчего же не все покорено Ему? Оттого, что имеет быть покорено. Итак, если все должно быть покорено Ему, хотя еще не покорено, ты не скорби и не смущайся. Если бы уже пришел конец и все было покорено, а ты подвергался таким бедствиям, то справедливо ты мог бы скорбеть; теперь же мы еще не видим всего покоренным Ему, Царь еще не совершенно вступил во власть. Для чего же ты смущаешься, претерпевая страдания? Проповедь еще не над всеми возобладала, еще не наступило время – покориться совершенно. Далее предлагается еще иное утешение: Тот, Кто имеет покорить всех, Сам умер и претерпел бесчисленные страдания”.