Толкование Евангелие от Матфея 5 глава 27 стих - Экзегет

Две наипаче страсти, слушатели, по разсуждению Св. Отец, свирепствуют в растленном грехами сердце человеческом, от которых, как от тлетворных источников, проистекают едва ли не все бедствия, угнетающия земнородных сынов падшаго Адама, страсть гнева и страсть вожделения плоти. Первая, ежели не укрощена будет в начале, то в сердце человека, созданнаго для всегдашней любви к ближним, укореняет ненависть к ним, толико пагубную для рода человеческаго. Вторая, ежели не будет угашаема при первом ея возгараyнии в сердце, то и самое сердце Христианина, очищенное водою крещенния, и освященное Духом Святым для чистой и святой любви к Богу и добродетели, превращает в жилище всяких нечистых похотей, растлевающих и погубляющих душу и тело. Посему-то Спаситель Христос, пришедший обновить растленныя грехом души наши живоносными заповедями Своими, паче всего и первее всего повелевает нам блюсти сердце свое от сих смертоносных страстей. Заповедав воздерживать себя не только от дел, но и от слов и помышлений гневных, разрушающих союз любви к ближним, как слышали мы в прошедшей беседе, Он заповедует нам с таким же прещением хранить себя От самомалейших поползновений к любострастию, оскорбляющему святость любви нашей к Богу. Но Его Божественным словам одно похотливое воззрение на жену чуждую есть уже преступление, содеянное в сердце пред очами сердцеведца Бога. Преступление, хотя сокрытое от суда человеческого, но явное пред судом Бога, Который тогда же отвращает благоволительный взор Свой от преступника, и дотоле не обращает онаго паки, доколе сей не загладит своей вины истинным покаянием. Ибо, по словам Пророка, очи Господни столь чисты, что Он не может смотреть без величайшаго негодования на всякое зло (Авв. 1:13). Отвращение же лица Господня от сердца невернаго есть наказание, хотя невидимое, но столь тяжкое, с которым, может быть, никакое видимое сравниться не может. Оно состоит в том, что Бог от сердца, закосневшего в неверности к Нему, отъемлет Свой свет и Свою благодать, и оставляет его собственной своей слабости, по праведному и всегда действующему суду Своему. Чтож может быть беднее человека, оставленнаго самому себе и естественному своему растленнию? От сего-то невидимаго, но никогда неизбежнаго, суда правды Божией, желая предохранить нас, любообильный Спаситель наш говорит далее: Аще же око твое десное соблажняет тя, изми е, и верзи от себе: уне бо ти есть, да погибнет един от уд твоих, а не все тело твое ввержено будет в геенну огненную.