Евангелие от Луки 8 глава 52 стих

В самом деле, едва Господь произнес эти слова, как пришли с вестью к Иаиру, что дочь его умерла. Но Иисус ободряет его, говоря: не бойся, но веруй, что могу воскресить ее. Приходит в дом; дом наполнен смятением. Такое зрелище могло быть опасно для веры. Господь уверяет, что девица не умерла, но спит; над Ним смеются; Он всех изгоняет вон и, оставшись один с родителями и с некоторыми из учеников, берет девицу за руку и возглашает: девица встань, – и девица воскресла: родители в изумлении получают вместе с дочерью заповедь молчать. Цель молчания заключалась в опасности со стороны фарисеев и безрассудных движений народа. И вот из этих-то частных, временных обстоятельств только и можно объяснить, почему Господь то объявлял о Себе публично, то скрывался; здесь велел молчать, но исцеление кровоточивой возвестил публично, и когда был на той стороне озера Геннисаретского и исцелил бесноватых, то сам велел о Себе проповедывать.

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 130-131++

62. Всякий, кто не верит, насмехается. Пусть оплакивают своих мертвецов те, кто считает их мертвыми! Где есть вера в воскресение, там видна не смерть, но покой. Слова Матфея подтверждают, что в доме начальника синагоги было много флейтистов и шумная толпа См.: Мф. 9:23.— или, по древнему обычаю, флейтистов приглашали, чтобы побудить к плачу и вызвать рыдания, или под заунывный напев закона и буквы синагога не могла духовно ликовать.

Тайна воскресения

Пришли, говорит, слуги сказать начальнику: не утруждай Его (Лк 8:49). До сих пор и они не верят в воскресение, как предсказал Иисус в законе и исполнилось в Евангелии. Итак, когда Он пришёл в дом начальника синагоги, то в свидетели грядущего воскрешения взял немногих; отсюда следует, что немногие верили в воскресение. Наконец, когда Господь сказал: она не умерла, но спит, — они смеялись, говорит Лука, над Ним (Лк 8:53). Потому что тот, кто не верит, смеётся. Пусть же оплакивают своих мертвецов те, кто считает их мёртвыми, верящий в воскресение, видит не смерть, но покой.

Что же скажу о дочери начальника синагоги, о чьей смерти плакал народ и играли на свирелях? Ибо из-за веры в её смерть устраиваются торжественные похороны. Сразу же по гласу Господу возвращается дух, воскресшее тело поднимается, принимается пища, чтобы поверили в свидетельство жизни. И что мы удивляемся, что по гласу Бога обратно вселятся души, кости вернутся в тело, когда вспоминаем пророчества, касающиеся восстания мёртвых тел?

***

Итак, взяв девицу за руку, Иисус исцелил её и велел дать ей еды. Это — свидетельство жизни, поскольку следует верить не призраку, но действительности. Блажен тот, кому руку держит Премудрость! О, если бы моими деяниями она также управляла, сдерживала бы руку справедливостью, направляла бы к Слову Божию, вела бы в глубины свои, отвращала бы от духа заблуждений, обращала бы к спасению, повелевала бы дать мне пищи! Ибо хлеб небесный — Слово Божие. Именно та Премудрость, которая наполнила священные алтари пищей божественного Тела и Крови, говорит: Идите, ешьте хлеб мой и пейте вино, которое я растворила для вас (Притч 9:5). В чём же причина такой разницы? Выше сын вдовы исцеляется при большом стечении народа, а здесь не допускаются многие свидетели. Впрочем, я полагаю, что в этом также проявляется милосердие Господа: вдова, мать единственного сына, не предполагала остановок похоронной процессии, и потому, чтобы зрелость больше не утомлялась, она поощряется. Явлен и образ премудрости: сын вдовы — это Церковь, которая немедленно уверует, а дочь начальника синагоги — это иудеи, из которых уверуют лишь немногие.

Не умре девица, но спит,сказал Иисус, войдя в дом Иаира, родным ея и нанятым плакальщикам, свирельщикам, по обычаям своего народа оплакивавшим покойницу. Этим И. Христос, с одной стороны, предсказывает, что умершая воскреснет, а с другой,—что смерть не есть совершенное уничтожение жизни, при смерти тела продолжает человек жить духом, который л может снова оживить тело (ср. Ин. 11:11).  

По обычаю евреев, родные умершего не довольствовались тем, что сами оплакивали понесенную ими потерю, но нанимали особых плакальщиков и плакальщиц, которые занимались этим, как промыслом; иногда оплакивание сопровождалось игрой на музыкальных инструментах. Поэтому в доме, где лежал умерший, в особенности же у богатых людей, раздавались плач, крики отчаяния и заунывная игра преимущественно на свирелях. Когда Иисус приблизился к дому Иаира, то увидел свирельщиков и народ в смятении (Мф. 9:23), плачущих и вопиющих громко; все плакали и рыдали. Оплакивать можно только умерших, а дочь Иаира сейчас будет воскрешена; плакать над ней не надо. Не плачьте, — говорит Иисус, — она не умерла, но спит

Понимая эти слова буквально, отрицатели чудес говорят, что дочь Иаира находилась в обморочном сне и потому была не воскрешена, а лишь пробуждена. Но слова Иисуса — она не умерла, но спит — нельзя понимать буквально, так как и про Лазаря, лежавшего четыре дня в гробу и уже разлагавшегося, Он сказал Апостолам: Лазарь, друг наш, уснул; но Я иду разбудить его. Ученики Его сказали: Господи! если уснул, то выздоровеет... Тогда Иисус сказал им прямо: Лазарь умер(Ин. 11:11-14). Кроме того, действительная смерть дочери Иаира была так очевидна для близких к этому дому и приглашенных на погребение, что они, услышав Иисуса, смеялись над Ним, зная, что она умерла . Отрицатели чудес считают Иисуса Христа обыкновенным человеком; но как же они, в таком случае, верят Ему, что девица не умерла, но спит? Ведь Он произнес эти слова, не видя ее, и, следовательно, по их понятиям, не зная — действительно ли она умерла или только впала в обморочный сон? Таким образом, отрицая всемогущество Иисуса Христа, они сами же признают Его всеведущим. Противоречие явное, ниспровергающее и самое сомнение отрицателей в действительности воскрешения дочери Иаира. К тому же, хотя это было первое, но не единственное воскрешение Иисусом умерших. Подойдя к дверям дома, Иисус велел всем выйти из него. Предстояло раскрыть людям великую тайну, остававшуюся до пришествия Христа недоступной пониманию людей; надо было наглядно, на примере воскрешения кого-либо из умерших, доказать, что если Он, Иисус Христос, говорит о предстоящем воскрешении всех когда-либо умерших для Суда над ними, то таковое воскрешение для Бога возможно, а следовательно, оно будет, — и что потому человек умирает лишь временно, в сущности же он бессмертен.

Слова Спасителя передаются каждым из Евангелистов с незначительными различиями, но смысл у всех одинаков: девочка не умерла, но спит. Именно эти слова позволяют толкователям из стана рационалистов говорить о том, что речь идет не о воскрешении, а о выведении из комы. Между тем целый ряд деталей противоречит такому пониманию. Вопервых, тот факт, что ко времени прихода Иисуса уже начались похоронные обряды. Вовторых, то, что Иисус произносит эти слова еще до того, как вошел в комнату и увидел девочку. В-третьих, тот факт, что девочка уже в течение некоторого времени до этого находилась при смерти (о чем, используя разные термины, но вполне единогласно говорят все три Евангелиста). В-четвертых, наконец, реакция окружающих на слова Иисуса.
Картина, нарисованная Евангелистами, призвана подчеркнуть, что речь идет не о сне или коме, а именно о смерти. Слова Христа можно понимать двояко: либо Он хочет приуменьшить значимость чуда, чтобы его не разглашали слишком широко (чудо относится к тому периоду Его деятельности, когда Он еще прилагал некоторые усилия к тому, чтобы избежать известности); либо Он переосмысливает само понятие смерти, которая должна восприниматься как сон, «успение». Так понимают рассматриваемое место христианские толкователи. Иоанн Златоуст считает, что этими словами Иисус «научает не страшиться смерти, потому что смерть уже не есть более смерть, но стала сном. Поскольку Ему и самому надлежало умереть, то, воскрешая других, заранее приготовляет учеников Своих к мужеству и спокойному перенесению смерти, так как после Его пришествия смерть сделалась сном» . 
Реакция окружающих может показаться неожиданной: как они могли начать смеяться, когда только что плакали? Ответ достаточно прост: профессиональные плакальщики так же легко способны перейти от плача к смеху, как они переходят от обычной жизни к плачу. К тому же глагол καταγελάω, употребленный Марком для обозначения смеха, указывает не на смех как веселье, а на смех над кемнибудь, то есть издевательские насмешки. Смерть девочки была для всех настолько очевидной, что слова, сказанные Иисусом, казались нелепостью, абсурдом.

Не умре, но спит. Господь здесь назвал действительную смерть сном, как делал Он и в других случаях, напр., при смерти Лазаря (Ин. 11:11). Свв. Апостолы нередко называют умерших спящими (Деян. 7:60. 1 Кор. 15:6. и др.). Смерть называют сном в том смысле, что, хотя тело человека и лишается жизни, когда он умирает, но душа не уничтожается; и придет время, когда все умершие воскреснут – как бы пробудятся от сна. Сам же Господь и святые силою Его воскрешали умерших еще до всеобщего воскресения. Смеялись над Ним (ругахуся Ему), – то есть когда услыхали слова Христовы, что дочь Иаира не умерла, но спит.

Сон души

Придя в дом того, кто просил Его, Иисус унимает похоронные песни, заставляет замолчать музыкантов и останавливает слезы плачущих, говоря: она не умерла, по спит (Лк 8:52). И, сказано, смеялись над ним (Лк 8:53). Прошу заметить здесь высшее искусство управления. Хотя Он прекрасно знал, что девица мертва, Он сказал: она не умерла, но спит. Почему Он так сказал? Своим смехом над Ним они могли дать ясное и очевидное подтверждение того, что дочь мертва. Вероятно, среди них были те, которые, всегда противясь Его славе и отвергая божественное чудо, могли бы сказать, что девица не была мертва. В том, чтобы избавить кого- то от болезни, ничего не было необычного для Христа. Чтобы заручиться свидетельством многих в том, что девица была мертва, Он сказал, что она спит. Однако не стоит утверждать, что Христос сказал неправду. Для Того, Кто является жизнью, нет ничего мертвого. Поэтому в твердой надежде на воскресение мы называем умерших «усопшими». Они восстанут во Христе, и, как блаженный Павел говорит, жить будем с Ним (Рим 6:8).

Девочка умерла, и над ней совершается весь положенный ритуал: семья в трауре, наемные плакальщицы рыдают и бьют себя в грудь, девочку готовят к погребению, которое, согласно палестинским обычаям, должно состояться в день смерти.

Но Иисус говорит, что девочка спит. Некоторые критики христианства так и считали: воскрешения не было, потому что девочка была без сознания или находилась в состоянии клинической смерти, из которой Иисус сумел ее вывести. Но, во-первых, Иисус сказал о том, что она спит, еще до того, как увидел ее, а во-вторых, такой эвфемизм для смерти был обычным среди евреев и язычников, и особенно среди христиан.

+++Кузнецова В. Н. Евангелие от Луки. Комментарий. М.: 2004. С. 215++

Когда они пришли в его дом то увидели там смятение наемных плакальщиц и свирельщиков, которые, с напускным шумом и гамом, колотя себя в грудь, оскорбляли только безмолвие искренней скорби и немое величие смерти. Эти притворные вопли возмутили душу Христа; остановившись сначала у дверей, чтобы запретить толпе следовать за Собой, Он вошел в дом с тремя только из самых Своих приближенных апостолов — Петром, Иаковом м Иоанном. Тут прежде всего Он велел прекратить праздные вопли; но когда Его заявление, «что девица не умерла, но спит», было встречено грубыми насмешками, Он с негодованием выгнал наемных плакальщиц.

 Исцеление кровоточивой послужило для Иаира ободрением и укреплением веры его в Божественную силу Господа. когда еще Иисус Христос говорил последние напутственные слова женщине, пришли из дома начальника синагоги с печальной вестью: дочь твоя умре; что еще движеши Учителя? «Христос хотел, чтобы они уверились в смерти отроковицы, дабы после не могли сомневаться в ее воскресении» (свт. Иоанн Златоуст). Услышав о смерти ее, Господь сказал отцу: не бойся, токмо веруй, и спасена будет, – «требует веры не потому, что имеет нужду в содействии других, ибо он – Господь и Податель веры, но хочет показать, что не по лицеприятию склоняется на просьбы, внемлет же только верующим» (свт. Афанасий александрийский). Пришедши в дом, он нашел здесь всех в великом смятении, увидел свирельщиков и плакальщиц, услышал плач, рыдание, громкие вопли. несомненно, девица умерла, но «для могущего воскресить ее смерть была не более, как сон» (блж. Феофилакт). Что молвите и плачетеся? – Не плачитеся, – отроковица несть умерла, но спит. смерть девицы была признана всеми, и «никто не мог сказать, что с нею случился только сильный болезненный припадок или просто обморок» (блж. Феофилакт), так что бывшие тут смеялись над словами Господа. тогда он выслал их вон, оставив свидетелями чуда трех довереннейших учеников, которых и впоследствии удостоивал особенной близости к себе (Мф. 17:1; 26, 37) – Петра, Иакова и Иоанна, и вместе с ними – отца и мать девицы. войдя туда, где лежала умершая, он взял ее за руку и сказал: талифа, куми, т. е. девица, востани! Умершая воскресла, встала и начала ходить. Для уверения в воскресении как в действительном, а не мнимом происшествии, он повелел дать ей есть. Это необычайное чудо изумило родителей и учеников. но Господь воспретил разглашать о чуде, как это делал и прежде (Мф. 8:4), по смирению и желанию оградить дело Божие от молвы и пересуд людских, и также из предосторожности как бы не усилить злобы врагов и не возбудить в народе мечтательных представлений о царстве Мессии. несмотря на такое строгое внушение – никому не рассказывать о том, что случилось, слух о чуде разнесся по всей стране.

Избрав Двенадцать, Господь готовил их к будущему служению через личное общение с Собою, через их присутствие при совершении Им чудес и через слышание Его учения. Ученики, постоянно находясь с Господом, получали опытное знание Царства Божия. Христос сказал: «Царство Божие внутрь вас есть» (Лк. 17:21); одно из значений слова «внутрь» – «посреди». В Ветхом Завете пребывание Бога с народом давалось только в неких образах; в Новом же Завете Бог вошел в среду народа как Его родная часть («нарекут имя Ему Еммануил, что значит: с нами Бог» – Мф. 1:23). Ученикам Христа было дано несоизмеримо больше данного пророкам: «Ибо истинно говорю вам, что многие пророки и праведники желали видеть, что вы видите, и не видели, и слышать, что вы слышите, и не слышали» (Мф. 13:17).

Часть чудес Господь Иисус Христос совершал не при народе, а в присутствии только апостолов или даже избранного круга апостолов: Иакова, Иоанна и Петра. Например, только в присутствии учеников совершено исцеление дочери Иаира, хождение по водам, исцеление тещи Петра, Преображение и др. Блж. Феофилакт в толковании на чудо хождения Господа по водам отмечает, что для апостолов был крайне важен личный опыт переживания чуда. Они, конечно, видели, как Он исцеляет других, как умножает хлебы, как проходит незаметно через разъяренную толпу, но важными для них были и случаи, когда они чувствовали непосредственную связь и зависимость своей физической и духовной жизни от Христа как Бога.

 Не плачитеся: не умре бо, но спит Слова сии читаются в Евангелии недели двадесять четвертой. Четыредесятый день от кончины покойнаго случился точно в сию неделю. – Прим. автора.  (Лк. 8:52).
Можно пожелать себе несчастия, чтоб иметь такого Утешителя. Одно слово Его превращает смерть в легкий кратковременный сон: «не умре бо, но спит». Чтобы доставить утешение сетующим, Он сам подвергается осмеянию: «ругахуся Ему» (Лк. 8:53). Он прикасается мертвому телу – и возвращает ему душу: «и воскресе абие» (Лк. 8:55).
Но благословен Господь, Коего дары тем более обильны и повсемственны, чем более вожделенны и необходимы! «Иисус Христос вчера и днесь, той же и во веки» (Евр. 13:8). Он доселе и творит и глаголет, – и творит словом и глаголет делами. Сын вдовы Наинской, дщерь князя сонмища, Лазарь, друг Иисуса, воззванные от смерти к жизни во дни Его пребывания на земли, не суть единственные причастники Его благоволения; но токмо ранние предвестники нашего в Нем блаженства. Воскрешая их, Он проповедует нам, что «веруяй.., аще и умрет, оживет» (Ин. 11:25) и тройственным сего рода знамением внушает ожидание тройственного воскресения, да, по пророчественному желанию Апостола, «всесовершен наш дух и душа и тело непорочно» в его славное пришествие... сохранится (1 Фес. 5:23). Так, истощая владычество смерти до оснований, Он не оставляет ей ниже имени: «не умре, но спит».
И естественный человек издревле имел гадание, что гроб не есть последний предел бытия его. Приникая в открытую пред ним книгу истины, перстом Божиим написанную внеуду – в творениях видимых, и внутрьуду – в себе самом, он читал в ней предсказание о своем бессмертии. Подлинно, вся природа вопиет против ужасной мысли о уничтожении. Растения увядают, и прозябают; зерно умирает, чтобы дать жизнь древу или злаку; засыпает пресмыкающееся – и пробуждается окрыленным; грубейшие сущности разрешаются в тончайшие; свет удаляется, и возвращается; времена оканчиваются, и начинаются; исчезающие гласы воскресают в отголосках; все соразрушается для воссоздания, умирает для жизни, погибает для хранения: один ли человек, – столь громкое имя, издаст минутный звук, и более не отзовется? Напротив, если бы даже существование видимого мира могло сократиться в пределы земной жизни человеческой, бытию духа человеческого не свойственно было бы стесниться в существовании видимого мира. Бытия чувственные совершенствуются поспешно, и достигают своего назначения: человек, возрастая непрестанно и всегда чувствуя внутреннее воззвание к высшему совершенству, дотоле старается приблизиться к небу, доколе не снидет в землю; и возможно ли, чтобы сей сын неба родился токмо для младенчества и воспитания? Животные, водимые чувственностью, находят свое счастие и покой в удовлетворении нужд, ограниченных сохранением бытия. Человек, управляемый высшими побуждениями, живет более в будущем, нежели в настоящем, и не может насытить бесконечного желания. Неужели в сем случае владыка мира должен быть несчастнее покоренных под ноги его? Неужели никогда не постигнет сего будущего, которое он столь неутомимо преследует? Неужели сие бесконечное желание могло быть насаждено в конечной природе? Что будут сии высокие побуждения любви к Богу и ближнему, если один из сих предметов никогда не достигается, а другой всегда исчезает? Что будет кроткая добродетель, если дерзкое злодеяние, которое иногда упреждает ее в снискании благ земных, смешается с нею в прахе могилы и может быть переживет ее в памяти потомства? – Жив Господь порядка, правды и благости, – и в Нем жива по смерти душа наша!
Впрочем, сколь ни естественно сие умозаключение, признаемся, что естественный разум не может соделаться победителем смерти. Подобно малодушному воину, он гордится блестящим оружием, доколе находится вне опасности; но при виде врага трепещет и опускает оное из рук своих. Приближаясь к вожделенному бессмертию, он встречается с неизвестностию, которая поражает его столько же, а иногда и более, нежели самая смерть, – и влечется вспять пристрастием к жизни, которая наиболее ласкает тогда, как должно ее оставить. По своей склонности кичить, он может в сие время произвести в человеке отчаянное хладнокровие, но не спокойствие сердечное.
Более, по-видимому, долженствовал обеспечивать противу смерти закон, откровенный Богом избранному народу. В нем вечный Законодатель, указуя на свои веления и судьбы, уверяет всемогуществом и величием существа Своего, что жизнь будет неотъемлемым достоянием тех, которые исполняют оные. «Сотворивый та человек жив будет в них: Аз Господь Бог ваш» (Лев. 18:5). И дабы сие высокое обетование низвести к разумению и ощущению чувственных даже человеков, Он пролагает им путь к чаянию живота вечного чрез надежду возрождения в потомстве многочисленном. «Поживете и умножитеся» (Втор. 4:1).
Но что должен был чувствовать человек, внимая благословению жизни, возвещаемому законом, тогда, как сей же закон гремел проклятием на каждого, кто хотя на единую черту от него уклонится; тогда, как человек, взирая на дела свои, не мог не сознавать, что не оправдится всяк живый пред судом Господним? Он видел смерть одесную закона жизни, и принужден был или непрестанно трепетать пред нею, или спасаться бегством от самаго закона и искать иного утешения.
Един Иисус «избавляет сих, елицы страхом смерти повинни беша работе» (Евр. 2:15), и рассевает ужасы, ее окружающие. Он совокупляет все наши смерти в едину собственную смерть; возносит их с собою на крест; повергает в свой гроб и, по воскресении своем, оставляет в нем единые ризы, дабы показать, что и в нашем гробе останется только внешнее, из грубых стихий сотканное облачение существа нашего, а человек воспарит к высшей жизни небесной. Иисус во свете показует верующим бессмертие, в которое разум прозревает в сумраке. В Иисусе отдаленное обетование закона о жизни представляется в осязательной вещественности, так что Дух Святый употребляет уже простую человеческую клятву, когда хочет уверить нас, что смерть соединившихся со Христом не есть более смерть, но блаженное успокоение от трудов жизни. «Блажени мертвии умирающии о Господе отныне: ей, глаголет Дух: да почиют от трудов своих» (Откр. 14:13).
Заметим тщательнее, слушатели, в глаголах Духа свойство сея блаженныя смерти. «Блажени мертвии умирающии..». Кто суть сии мертвые, которые умирают? – Те, которые «спогреблися Христу крещением в смерть» (Рим. 6:4), ибо противу всеобщей и после греха неизбежной болезни смертной единственное врачевство есть то, чтобы привить себе спасительную смерть Христову; – те, которые «плоть распяша со страстьми и похотьми» (Гал. 5:24); – те, которые не «живут» более, но «живет в них Христос» (Гал. 2:20). По той мере, как их «внешний... человек тлеет, ...обновляется внутренний» (2 Кор. 4:16): почему совершенное отложение мертвенных останков первого будет совершенным торжеством последнего. С радостною покорностию воле Господа, они совлекутся одежде тела и почиют в мире, доколе Он, измыв ее в потоке тления, возвратит им нетленну и светлу. «Ей, глаголет Дух: да почиют» (Откр. 14:13). О, благословенная суббота для тех, которые не погубили дней делания! Они понесли зной дня и хлад ночи, трудились до пота, сражались до крови, бдели до изнеможения: теперь уже не будут они носить никаких бремен, налагаемых миром и плотию; не изыдут собирать себе пищи, но будут ясти от манны уготованной Господем; никакая страсть не возгнетет в них огня, кроме того, который пылает пред Господем; никакой враг не досягнет их. «Да почиют от трудов своих» (Откр. 14:13). Единственный сопутник, который следует за ними в покой их, есть совесть, умиренная заслугами Спасителя: «дела бо их ходят в след с ними» (Откр. 14:13). Она разгибает пред ними свиток прошедшей жизни; указует им светлые черты положенные в нем благодатию; исполняет их сладким упованием, доколе наконец явится Первородный в братии с благословением Отца Своего и торжественно введет их с Собою в наследие Царствия.
Не к славе умерших о Господе, но к утешению нашему, должно присовокупить, что, преходя к ближайшему соединению с Богом, они не разлучаются и с нами, если и мы живем Господеви. Их души в той же руце Божией, которая отверзаясь и нас исполняет благости; яко члены единого тела Христова, мы имеем с ними единую главу и сердце, единую жизнь и свет. Церковь каждый день возобновляет сей священный союз живых и мертвых, когда, в час всемирной жертвы, единожды принесенной на кресте и доселе продолжающейся таинственно на алтарях наших, погружает и тех и других совокупно в животворящую кровь Христову; когда гласом благочестивой любви взывает о живущих, да скончают в мире живот свой, и о скончавшихся, да почиют.
Почий, взывает она днесь и тебе, блаженная душа, которую недавно весь град сей сопровождал в мирном твоем отшествии! По нашему земному счислению, ты совершила теперь во твоем исходе из бытия земного четыредесять времен, чудес исполненного странствия. Я сказал: по земному; ибо нам неизвестны дни небесные, и мера вечности, всегда настоящей. Мы веруем, что, исходя из мира, из сего мрачного Египта, из сей тесноты духовной, ты готова внити в обетованный покой: ибо мы видели, как ты преходила еще прежде духовный путь очищения, чувственно некогда образованный странствованием Израиля. Ты крестилась не только наружно в воде купели, но и в облаке веры внутренно; ты с благоговейным страхом внимала гласу закона Божия на горе святой; ты еще из страны пришествия соглядала землю обетования и, когда плоть и кровь страшились трудного в нее восхождения, укротила мятеж их силою веры твоей, ты подвизалась доблестно ко славе Бога и ближнего; и, взирая на верного вождя Иисуса, тихими стопами прешла за пределы времени. Сей внутренний путь, предначертанный четыредесятилетием странствовавшего Израиля, мы начертали себе в четыредесяти днях воспоминаний и молитв по твоем видимом исходе и, будучи воскриляемы твоею и нашею верою, не преставая тебе сопутствовать, – восходи, взываем с упованием, восходи в мире в полную радость Господа твоего и нашего, а во свидетельство нашей любви и благодарности к твоим подвигам, приими еще наше духовное целование, которое в Нем тебе препосылаем!
А вы, которые в сем знаменитом Муже лишились нежного отца, верного друга, кроткого домувладыки, попечительного начальника, твердого защитника, ибо всем сим он был, по природе, по долгу, по сердцу, – приимите утешение, которое Церковь подает вам из уст самого Господа: «не плачитеся: не умре» (Лк. 8:52). Умеряйте печаль о такой потере, которая для оплакиваемого вами есть приобретение. Ему же бо «жити Христос», для того и «умрети приобретение есть» (Флп. 1:21). Нет и для нас иного средства восполнять потерю умерших о Господе, как следовать за ними путем истины в живот. Аминь.