Евангелие от Луки 23 глава 46 стих

Потом произносит великое торжественное слово, самое великое и полное смысла, какое когда-либо произносилось на земле, слово: «совершилось» (дело, которое Он должен был совершить) и предал Отцу Своему Свою Душу, разрешившуюся от тела.

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 227++

125. Вкусив уксуса, Он сказал: Все совершилось (Ин. 19:30), потому что до конца исполнилось таинство восприятия смертной плоти. Исчерпан порок, осталась только радость бессмертия.

126. И потому Он сказал: В руки Твои, Господи, предаю дух Мой (Пс. 30:6). Верно сказано о сохраненном духе, что он предается, поскольку не пропадает то, что отдается. Дух — это добрый залог и добрый вклад, о нем апостол говорит: О Тимофей, храни добрый залог (2 Тим. 1:14). Дух предается Отцу, и об этом сказано: Ибо Ты не оставишь души моей в аде (Пс. 15:10). Посмотри на великую тайну! Вот Сын предает в руки Отца Свой дух, и вот Он восседает в недре Отчем, и никто, кроме Него, не может вместить всего Христа. Сам Господь говорит: Я в Отце, и Отец во Мне (Ин. 14:10). Отцу предает Он дух, и Он восседает в вышних, но в то же время Он освещает преисподнюю, чтобы искупить всё. Христос — всё и во Христе всё (Кол. 3:11), хотя Он и действует в каждом отдельно. Плоть умирает, чтобы воскреснуть, дух предается Отцу, чтобы и небесное освободилось от уз беззакония и чтобы на небесах воцарился мир, который воспримет и земля.

127. И сие сказав, предал дух (Ин. 19:30). Именно предал, а не лишился его против желания. У Матфея: Испустил дух (Мф. 27:50). Испускать также есть дело воли, а терять — следствие необходимости. Далее следует такая подробность: Громким голосом (Мф. 27:46, 50; Мк. 15:34). Эти слова усиливают полноту возглашения славы, что за наши грехи Он сошел вплоть до смерти — почему я должен стыдится этого исповедования, если Сам Христос провозгласил его громким голосом?! Или это подтверждает данное Богом свидетельство о разделении божества и человечества во время смерти Христа, как написано: Возопил Иисус громким голосом... Боже Мой, Боже Мой, внемли Мне!Для чего Ты Меня оставил? (Пс. 21:2; Мф. 27:46; Мк. 15:34). Это слова Человека, ожидающего смерти, так как божественная природа удалится от него. Божество свободно от смерти, и не смогла бы прийти смерть, если бы жизнь не отступила, потому что Божество — это и есть жизнь Ср. у Илария Пиктавийского: in Matt. 33:6.

Разделение Божества и плоти

И, это сказав, испустил дух (Лк 23:46). Верно, что отдал Тот, Кто не лишился против воли. Вот и Матфей сказал: испустил дух (Мф 27:50). Испускают добровольно, лишаются принудительно. Поэтому он добавил: громким голосом (Мф 27:50). В этом — или грандиозное указание, что Он снизошёл до смерти ради наших грехов, так что и мне не стыдно признать, что Он не стыдился кричать громким голосом; или очевидное проявление Бога, свидетельствующее о разрыве Божества и плоти.

Относительно повествования ев. Луки о смерти И. Христа нужно заметить, что он в расположении отдельных событий не следует строго порядку времени, а делает и логическое сопоставление. Так, он сначала указывает чудесныя события, сопровождавшия смерть И. Христа: потемнение солнца и раздрание завесы, а потом говорит о последних предсмертных словах И. Христа и смерти Его. В то же время он очень краток здесь в своем повествовании. Но, несмотря на это, он делает значительныя пополнения сказаний других евв., именно: он один передает последния слова умирающаго Христа: „Отче! в руце Твои предаю дух Мой»; он один разсказывает, что чудесныя события, сопровождавшия смерть И. Христа, поразили не только сотника, но и «весь народ, сшедшийся на сие зрелище, видя происходившее, возвращался, бия себя в грудь». .

Только он сообщает о предсмертной молитве Иисуса: «Отче! в руки Твои предаю дух Мой». В Евангелии от Иоанна Иисус говорит: «Свершилось!» У Марка и Матфея Он произносит слова из 22-го псалма, которые сохранены здесь в арамейском варианте: «Или, Или! лама савахфани?», то есть: «Боже Мой, Боже Мой, для чего Ты Меня оставил?» Современные библеисты, комментируя молитву, которую Иисус произносит в Евангелии от Луки, говорят, что Он, умирая, обращается к Богу с той первой молитвой, какою маленьких детей учили молиться перед сном.

Воины напоили Его уксусом, подав наполненную им губку на трости иссопа. Утолив жажду, Иисус сказал: совершилось! (Ин. 19:30).

Смерть Иисуса

Да, окончилось земное поприще Христа-Мессии; совершилось назначенное Отцом спасение рода человеческого.

Вслед за этим Иисус громким голосом сказал: Отче! в руки Твои предаю дух Мой. Голова Его наклонилась, и Он, предав дух Свой, умер.

В этом самом траурном разделе Лука за некоторыми исключениями следует рассказу евангелиста Марка (Мк. 15:33-41). Исключения состоят в том, что евангелисты по-разному передают последние моменты жизни Иисуса и Его последние слова перед смертью. У Марка «Иисус возопил громким голосом: Элои! Элои! ламма савахфани ? ~ что значит: Боже Мой! Боже Мой! для чего Ты Меня оставил?» (Мк. 15:34), после чего следует рассказ о том, как некоторые подумали, будто Иисус зовет Илию, давали Ему пить уксус и говорили: «посмотрим, придет ли Илия сиять Его», а у Луки ничего этого нет, но сказано, что «Иисус, возгласив громким голосом, сказан Отче! в руки Твои предаю дух Мой. И, сие сказав, испустил дух».

Перед предсмертным криком Иисуса «сделалась тьма по всей земле... и померкло солнце» с шестого до девятого часа дня, то есть, по нашему времени, с 12 до 15 часов; «и завеса в храме раздраласъ посредине». Это - космически-религиозные предзнаменования смерти Спасителя. Возможно, рассказ Луки следует пророчеству Иоиля о наступлении Дня Господня, когда появятся знамения его на небе и на земле:

Солнце и луна померкнут,

и звезды потеряют блеск свой.

И возгремит Господь с Сиона,

и даст глас Свой из Иерусалима;

содрогнутся небо и земля (Иоил. 3:15-16; ср. Ам. 8:9).

Но возможно, Лука мыслит о том, что смерть Иисуса распространяет свое следствие на все человечество («по всей земле») и на Израиль («завеса в храме»). В любом случае, День распятия понимается как день Суда Божьего над этим миром.

Надо понимать особое значение, которое в Евангелиях придается тому, что «завеса в храме раздраласъ посредине». Символическая задача храмовой завесы сводилась к тому, чтобы скрывать присутствие Божье в святая святых храма от взора грешных людей. За завесу никто никогда не мог войти, кроме первосвященника, да и он только один раз в году, в день Искупления. И вот теперь эта завеса раздралась, святилище открылось, присутствие Бога отныне не сокрыто от людей, слава Божья излучается с креста! Отныне, взирая на Распятого, мы, люди, можем видеть Бога. И потому мы отныне можем понять и исповедать Иисуса Сыном Божьим.

«Отче! в руки Твои предаю дух Мой», - такова предсмертная молитва Иисуса. Это слова из 30-го Псалма Давида (Пс. 30:6) - молитвы упования на Бога и надежды на спасение. Вспомним, что этот псалом начинается словами мольбы: «На Тебя, Господи, уповаю» и заканчивается словами благодарности: «Ты услышал голос молитвы моей, когдая воззвал к Тебе» (Пс. 30:1, 23). Некогда Иисус, предрекая свою смерть, говорил: «Сын Человеческий будет предан в руки человеческие» (9:44; ср. 20:19; 22:53; 24:7). И вот теперь, когда Его жизнь отнимается «руками человеческими», Он возвращает ее «в руки Бога Отца».

Напомню, что, следуя Господу Иисусу, похожими словами завершил свою земную жизнь первомученик архидиакон Стефан: «Господи Иисусе! приими дух мой» (Деян. 7:59).

Римский сотник, «видев происходившее, прославил Бога и сказал: истинно человек этот был Праведник». «И весь народ... видя происходившее, возвращался, бия себя в грудь», то есть раскаиваясь и испрашивая у Бога прощения (ср. Лк. 18:13). Галилейские женщины, которые следовали за Иисусом, и все Его знакомые0 «стояли вдали», что напоминает нам еще об одном Псалме Давида:

Друзья мои и искренние отступили от язвы моей,

и ближние мои стоят вдали (Пс. 37:12).

Некоторые женщины из Галилеи были уже названы ранее. Это «Мария, называемая Магдалиною... Иоанна, женаХузы, домоправителя Иродова, и Сусанна, и многие другие, которые служили Ему имением своим» (Лк. 8:2-3). Теперь они, проделавшие весь путь с Иисусом, - свидетельницы Его смерти.

Какие разные реакции, какие разные характеры! - Злобные враги Иисуса, то есть иудейские начальники, глазеющая на зрелище казни, а потом кающаяся толпа, делающие свое дело солдаты, застигнутый врасплох Симон Киринеянин, пораженный римский сотник, сострадающие галилейские женщины, свидетельницы последних часов и минут их Господа. И все это на небольшом пространстве евангельского текста.

Именно так следует перевести «все, знавшие Его»: речь идет не о тех, кто знал Иисуса, а о тех, кого Он знал, то есть о знакомых Ему людях.

 Вкусив немного прохладительного пития, Господь далее воскликнул громко: «Совершишася!» Это был последний предел и судеб Божьих, которые исполнялись теперь над Ходатаем Бога и человеков, и самых страданий Его; ибо пречистое тело Его, для которого страдания, по самому совершенству его, были невероятно мучительны, уже готово было разлучиться с душой. Возведя взор к небу, Иисус сказал: «Отче, в руки Твои предаю дух Мой!..» При этих божественных словах глава Его преклонилась (как обыкновенно бывает с умирающими), и Он испустил дух (Ин. 19:30; Лк. 23:46)…
   Так окончилась жизнь, равной которой не было и не будет на земле!
   Все, сказанное Господом перед Своей смертью показывает, что мысль Его в эти решительные минуты была заключена в слове Божьем. При первой борьбе, которую Он, как второй Адам, должен был выдержать в пустыне в начале служения Своего, слово Божье было для Него единственным щитом против разжженных стрел сатаны (Мф. 4:1-10). И теперь, в последней борьбе с немощами природы человеческой, с болезнями тела и духа, Господь обращается за утешением к тому же слову Божьему. В нем, как на чертеже Своей жизни и служения, видит настоящее, прошедшее и будущее: видит, что оставалось еще претерпеть для блага человечества, видит, наконец, исполнение всех великих судеб Божьих и как победитель, который истоптал уже точило ярости Божьей (Ис. 63:2), восклицает: «Совершишася!» Нужно ли напоминать о том, как многозначительно это восклицание! Целая история рода человеческого должна служить его изъяснением; но одна только вечность раскроет вполне то, что совершилось теперь на малом холме Голгофском. Ал. Павел говорит, что на кресте расторгнуто рукописание грехов человеческих (Кол. 2:13. 14): оно расторгнуто в ту самую минуту, когда Господь изрек: «Совершишася!»
   При всей лютости страданий, при всем уничижении, Сын Человеческий до самой последней минуты является с полным сознанием Своего Божественного достоинства и великого предназначения. Последний взор Его устремлен к небу, последний глас Его обращен к Отцу! Мы видим всемогущего Посланника Божьего, у Которого, как Он Сам сказал, никто не может взять жизни против Его воли (Ин. 10:18). Поэтому если Он предает ее теперь, то предает Сам, добровольно и только исполнив Свое великое дело, — предает не ангелу смерти, а Отцу, Который дал Ему иметь живот в Самом Себе (Ин. 5:26)…
   Впрочем, мнение, что смерть Богочеловека на кресте ускорена сверхъестественным действием Божественным, чтобы тело Его, которое должно воскреснуть, не подверглось сокрушению голеней, не может быть принято, хотя оно высказано еще древними учителями Церкви и подтверждается, по-видимому, некоторыми обстоятельствами самой истории евангельской (непродолжительным пребыванием Господа на кресте, удивлением Пилата, что Он уже умер, и сотника, что смерть Его наступила вдруг за громкими восклицаниями и проч.). Достойно ли это мнение Божественного Страдальца? Мы видели, как Он решительно отказался от всех сверхъестественных средств для Своей защиты; можно ли после этого думать, что Он воспользовался чем-то сверхъестественным для сокращения Своих страданий? Чтобы внутренний крест Его остался, так сказать, недоконченным? Нет! Кто учил других, что претерпевши до конца спасен будет, Тот Сам, без сомнения, терпел до конца: подвигоположник не может быть ниже подвижников. Вождь спасения нашего явился совершенным через страдания (Евр. 2:10), поэтому, сокращая страдания, мы как бы сократим Его совершенства. И не довольно ли естественных причин, которые могли ускорить на кресте смерть Богочеловека? Бичевание одно, как мы заметили, нередко оканчивалось смертью бичуемого. Удивительно ли, что прервалась жизнь Того, Кто, кроме бичевания, претерпел множество других мучений, Кто еще в саду Гефсиманском был изнурен кровавым потом до того, что имел нужду в ангеле укрепляющем, а на пути к Голгофе, под тяжестью креста ослабел настолько, что даже бесчеловечные враги заметили, что жизнь Его в опасности? Если крест иногда не скоро умерщвлял, то надо помнить, кого он не скоро умерщвлял и кто были люди, которых распинали на крестах. Громкие восклицания распятых не только не показывают избытка жизненных сил, но, по замечанию опытных физиологов, являются несомненным признаком наступающей смерти. Распятые вместе с Господом должны были остаться в живых дольше уже потому, что не были подвергнуты бичеванию, да и по некоторым другим причинам.

Отче в руце Твои... Это были последние слова Господа на кресте, их передает только св. Лука. Но еванг. Иоанн повествует, что Иисус Христос пред сими словами еще воскликнул совершилось, т. е. совершилось то дело, для которого приходил на землю, Он, Мессия, (Ин. 17:4), – совершилось дело искупления и примирения Бога с человеком посредством страданий и смерти Его. Совершилось все: жертва принесена и Бог примирен. Совершилось все, что было обетовано Богом, что предсказано пророками и что прообразовано ветхозаветными событиями. Какого же Мессию доселе ждут иудеи? Пусть получше вникнут они во все ветхозаветное; сопоставят то с жизнию и деяниями Господа И. Христа, и – да не будут неверующими, но верующими. Отче в руце Твои... Эти слова из Пс. 30:6. В устах Господа они выражают Его единение с Отцем Его Небесным. По поводу слов Господа: Отче в руки Твои предаю дух Мой один из духовных писателей замечает: «С полным сознанием и свободною волею Господь отдает Свой дух на разлуку с Своим телом: смерть не имела бы на Нем никакой власти, если бы Он не отдался ей добровольно. Он распоряжается Своею душою, как имеющий власть над нею, и предает ее Своему Отцу, к Которому возвращается в сыновное отношение, по совершении крестной жертвы.» «Если Господь, наш Ходатай, предал дух Свой Богу, замечает при сем один из святителей, то этим Он и нашему духу проложил путь к Богу, чтобы и мы в последний час могли распоряжаться своим духом и предали его Богу, зная, что небо открыто, и как душу Лазаря ангелы отнесли на лоно Авраамово, так и нашу отнесут ко Господу». (7 сл. на Голг.). По Евангелиям Матфея (Мф. 27:46), Марка (Мк. 15:34) и Иоанна (Ин. 19:28), Иисус Христос пред Своею смертию возглашал еще слова: Боже Мой, Боже Мой для чего ты Меня оставил? и жажду! Эти слова – из 21-го псалма царя Давида, где пророк за 1000 лет изобразил крестные страдания Спасителя с такою точностию, как бы писал его у самого креста. Весь гнев Божий, который должен излиться на все человечество за грех, теперь сосредоточился, так сказать, на одном Христе, приносящем Своею смертию искупительную жертву за грехи всего мира, и Бог как бы оставил Его теперь, чтобы принять благоволительную жертву сию в искупление всех грехов. (Мих.) «Господь принял на Себя грехи мира, и несет их, как Свои собственные, пишет один из духовных писателей». (Воскр. Чт. 1876 г.). К наказанию же за грехи наши принадлежит, вместе с телесными муками, чувство Богооставленности, отлучения от Бога; и вот теперь, когда Он висит на кресте, чувствует произведенную нашими грехами между Богом и Им, пропасть, не чувствует близости любви Божией, чувство Богосыновства как бы не существовало для Него, Он чувствует Себя только Сыном человеческим. И это оставление было самым тяжким для Господа среди страшных мучений Его на кресте – и телесных и душевных, и оно вызвало Его восклицание: «Боже Мой, Боже Мой! для чего Ты Меня оставил?» «Богочеловек испил полную чашу страданий и был оставлен Отцем, чтобы нам не быть оставленными Богом», пишет преосвященный Иннокентий. – «Если и ты, христианин, чувствуешь великость грехов своих, отдаляющих тебя от Бога, поучает один из архипастырей по поводу слов Господа: Боже Мой, Боже Мой и пр., то не забывай, что и твои грехи взял на Себя Спаситель твой и не отчаивайся в своем спасении, как бы ни казалось оно от тебя далеким по причине твоих грехопадений». Издше (испустил дух) – умер. Смерть И. Христа последовала скоро, около 9-го часа дня, по нашему счету 3-го часа по полудни; распят же Он был около 6-го, по нашему, 12-го часа дня (ст. 14), следовательно Иисус Христос висел на кресте около 3-х часов: между тем, как распятые были живы иногда по нескольку суток. Такая скорая смерть Его привела даже в удивление Пилата, как повествуется у еванг. Марка (Мк. 15:44). Она объясняется предшествовавшими страданиями И. Христа в саду Гефсиманском, затем у Каиафы и Пилата, которые весьма сильно ослабили Его, и наконец кровотечением из ран. В пяток, накануне Пасхи, Господь умер. «Ветхозаветная пасха праздновалась в воспоминание величайшего благодеяния Божия – изведения израильтян из тяжкого плена в Египте, пишет архимандрит Фотий; как прилично было в эти же дни последовать и тому великому событию, которое избавляет нас от плена адова и от работы греху и диаволу! Как прилично было заклатися и датися в снедь верным небесному Агнцу Божию, вземлющему грехи мира, в то время, когда закалали и снедали пасхального агнца, служившего прообразом Его! А между тем, сей великий праздник, собиравший народ со всех стран земли на это торжество к Иерусалиму, собрал вместе и на сие зрелище крестной жертвы, которая назначена для всего мира. В пяток претерпел Господь крестные страдания и смерть. По ветхозаветному счислению, это был шестой день седмицы, день сотворения человека. Так в шестой же день совершилось и воссоздание его. По всей вероятности, в сей же день последовало и падение Адамово, каковой мысли требует точная, везде усматриваемая в деле искупления, соответственность между собою падения и восстановления человека. Господь был распят в шестом (Лк. 23:24), по нашему счислению, в 12-м часу дня. По всей вероятности, продолжает Фотий, это был тот самый час, в который, как в преполовение дня, прародительница наша, ощутившая уже алчбу, искала плодов для пищи и, подошедши к запрещенному древу, по искушению змия, – диавола, простерла руку к запрещенному плоду, вкусила от него и подала мужу своему, и ядоста оба (Быт. 3:6); в сей то час у второго Адама простираются руки на кресте и гвоздием прободаются, чем искупляется дерзновенное простертие рук прародительских, причинившее нам столько зол и бедствий». – «Благоговейно воспоминай страсти Господни, христианин, поучает один из духовных писателей при размышлении о них, и ты не только не согрешишь грехом смертным, а еще будешь готов на всякое благое дело. Так, если какой-либо соблазн будет увлекать тебя на грех или какая страсть будет возникать в сердце твоем, ты скорее обратись духом к Спасителю, пригвожденному ко кресту, и скажи сам себе: смотри, до чего довели грехи наши Господа и Владыку всех. Подобным образом поступай, и когда представится тебе случай совершить благое дело. Просят ли, напр., у тебя прощения в причиненном тебе оскорблении? Ты вспомни Спасителя, на кресте молящегося за Своих распинателей: вспомни и то, сколько долгов тебе прощает Господь, и ужели не простишь ты брата своего? Просят ли у тебя помощи бедствующие, нуждающиеся? Опять обратись духом к Господу, который для избавления нас от мук вечных снисшел до зрака раба и не пощадил бесценной крови и самой жизни Своей; и ужели ты не поможешь бедствующим братьям твоим, которых Господь называет и Своими братьями меньшими? В той же мысли о кресте Господнем, ищи, душа верующая, и самой себе помощи и утешения, когда подвергаешься каким-либо бедам и напастям. Представь Божественного страдальца, вспомни Подвигоположника нашего, заповедавшего и нам нести крест свой, и иди в след Его, и будь уверен, что столько пострадавший за нас, Сам искушен быв, может и нам искушаемым помощи.»

+++Кузнецова В. Н. Евангелие от Луки. Комментарий. М.: 2004. С. 527++

Как Он молится, особенно видно на Голгофе, в момент агонии: Отче! в руки Твои предаю дух Мой — такие слова вырываются из уст Иисуса.

Лишь те способны как-то понять этот вопль, кто в некий час ощутил себя разбитым, беспомощным, кто обрел прибежище в этом высшем проявлении доверия.

В руки Твои... Быть поднятым и принятым Тобою, Тобою несомым. Господи Иисусе, идти, повторяя эти слова, прикрепиться, прилепиться к Тебе, ухватиться за Тебя, если позволено так сказать, — только так постигается то, чем может быть молитва.

Последние Свои слова Иисус возгласил громким голосом. Голос, покрывающий все смятения внешние и внутренние, голос предельного, непереносимого напряжения. Вопль, в котором вырываются наружу все подспудные силы существования.

Ощутить, молясь, в усилии самой молитвы, что я не существую и не могу существовать иначе, чем в руках Твоих.

Но вот приблизился и конец страданиям Сына Божия. Чувствуя наступление смерти, Он громким голосом возопил: «Отче! в руки Твои предаю дух Мой»! Затем, сделав последнее усилие, Он произнес последнее слово: «совершилось»! и мгновенно испустил дух, при чем голова Его безжизнен­но упала на грудь.

Так закончилась земная жизнь Богочеловека, пришедшего спасти мир. Чтобы искупить греховное человечество от первородного проклятая и смерти, Он взял на Себя все необъятное бремя мирового греха и во искупление его перенес все как телесные, так и нравственные страдания, какие только могут выпа­дать на долю человека. Но на бесконечную глубину вынесенной Им нравственной муки в виду того, что Ему пришлось пере­нести все это от того именно народа, который в течение целых тысячелетий был воспитываем и лелеян Богом, как народ избранный и возлюбленный среди всех других народов, – народа, на котором именно покоились все надежды будущего, как светоч среди глубокой религиозно-нравственной тьмы, указывает одно замечательное обстоятельство, определяющее физиологическую причину смерти Христа. Он, как известно, скон­чался на кресте раньше разбойников, так что римлянам не понадобилось уже применить к Нему варварский обычай перебивания голеней, и вообще смерть последовала скорее, чем это было обыкновенно. Бывали случаи, когда распятые жили на кресте по два и по три дня; между тем Христос испустил дух через шесть часов (с 3 по 9) по пригвождении ко кресту, и это обстоятельство, особенно в виду того, что Он был в полном цвете лет и обладал благословенным здоровьем в течение всей своей земной жизни, уже христианской древности казалось необычайным, и она приписывала его сверхъестественной причине. Но была и ближайшая причина. Когда воин, чтобы убедиться в действительности смерти распятого Христа, вонзил Ему копье в ребра, то из образовавшейся раны потекла кровь и вода, и это решительно указывает на то, что непосредствен­ною причиною смерти был разрыв сердца, происшедший вследствие безмерного душевного потрясения. Избыток радости или горя, как известно, часто причиняет разрыв некоторых тканей сердца, следствием чего бывает проникновение крови в так называемое околосердие или мешочек, наполненный бесцветною водянистою жидкостью, в котором именно подвешено серд­це. При обыкновенных обстоятельствах только исследование, произведенное после смерти, дает возможность открыть этот факт; но в отношении Христа в этом вполне удостоверяет нас удар копья, сделанный воином. Затем при смерти от разрыва сердца наблюдается постоянное явление, что умирающий вдруг судорожно поднимает руку к груди и издает резкий, пронзительный крик. Спаситель не мог сделать такого движения рукою, так как руки Его были пригвождены, но евангелисты ясно свидетельствуют о последнем громком вопле, за которым последовала мгновенная смерть. Таким образом Спаси­тель мира буквально умер от разрыва сердца. Это бесконечно любящее сердце не выдержало того позорного самоослепления, которому поддались люди, от исступленного озлобления не ведавшие того, что творили; не выдержало оно того безграничного безумия, которое заставило людей предать лютейшим мукам смерти Того, Кто пришел избавить их от рабства смерти, вырвать их из гибельной власти ада и указать им путь к вечной жизни и вечному блаженству. Поистине, велика темная сила зла, заставившая человечество собственными руками и с неистовой яростью подрубать свое собственное древо жизни, собственными руками тиранить и казнить своего величайшего Благодетеля и Спасителя. При виде этого могло разорваться не только такое нежное, бесконечно любящее сердце, каким было сердце Христа, но даже и гранитное сердце гор. Не даром в момент смерти Христа скалы расселись и солнце померкло. Совершенное злодейство возмутило даже бездушную природу.

Отведав кислый напиток, Иисус Христос возопил громким голосом: «Отче, в руки Твои предаю дух Мой» Лк. 23:46., а затем, чрез несколько мгновений, земная жизнь Сына Божия окончилась, оставив в наследие всему миру последнее глубоко знаменательное – совершишася Ин. 19:30..

Было уже три часа дня. Совершители казни и особенно члены Синедриона торопились скорее покончить с казнью, чтобы вечером, когда наступит Пасха, быть свободными. Ввиду этого, первосвященники, несмотря на затаенное желание продлить страдания Христа, послали к Пилату испросить разрешения перебить голени распятым для ускорения смерти. Но пока ходили к Пилату, Христос скончался. В предсмертной агонии, изнемогая от жажды, Христос попросил пить. Воин подал Ему на трости губку, напоенную уксусом. Когда же Иисус вкусил уксуса, сказал: совершилось! (зная уже, что все совершилось). И, преклонив главу, предал дух (Ин. 19:28, 30) со словами: Отче! В руки Твои предаю дух Мой! (Лк. 23:46).

Предсмертное восклицание Спасителя Совершилось! имеет глубокий смысл, как выражение сознания совершенной Христом победы над грехом. «Совершился великий, тяжелый подвиг страданий, совершилось дело послушания, через которое Ему предстояло войти в славу Свою; совершилось предсказание в Писании словами, событиями и преобразовательными жертвами. Все совершилось.

Принесена единая и единственная жертва, невинная жизнь человеческая за грехи мира. Бог примирен. Слышишь, душа? Твои преступления оплачены, твое примирение с Богом совершилось; только веруй, надейся и люби! И получишь полноту утешения, сокрытого в слове твоего Господа: “Совершилось!”» (Сб. Барсова, т. 2, с. 490).

К третьему часу дня страдания Спасителя достигли предела. Переживая глубину скорби человечества, отторгнутого от Бога грехом и подвластного смерти, Господь воскликнул: «Боже Мой, Боже Мой, для чего Ты Меня оставил?»(Мф. 27:46). В словах Христа исполняется пророчество Псалтири: «Боже Мой! Боже Мой! внемли мне для чего Ты оставил меня?» (Пс. 21:2). «Истолковывая вопль Христа, св. Григорий Богослов говорит, что ни Отец не покинул Христа, ни Его Христово Божество не испугалось страданий и не отошло от страждущего Христа. Но этим воплем Христос «в Себе изобразил нас», то есть в то мгновение Христос говорил вместо нас. Мы были оставлены и презираемы, а затем восприняты и спасены страстями Бесстрастного. Толкуя эти слова, св. Кирилл Александрийский говорит: «Постигнешь оставление, постигнешь и страсти отпущение». Начавшееся с воплощения уничижение Христа достигло высочайшего предела, и это есть оставление» Там же. С. 259..