Толкование Числа 8 глава 7 стих - Экзегет

Палладий. Разъясни же как следует, какой здесь должен быть нами мыслим способ очищения, установленного для левитов?     Кирилл. Таинственный, Палладий, и опять во Христе: ибо Он есть наше очищение и омовение всякой нечистоты и податель освящения. «Покропиши, — сказано, — на них воду очищения». Это же и мудрый Павел указывал, написав так: «Ибо если кровь тельцов и козлов и пепел телицы, через окропление, освящает оскверненных, дабы чисто было тело, то кольми паче Кровь Христа» (Евр. 9:13-14). И истинно слово: если в образах есть польза и сень спасительна, то не тем ли более сама истина, то есть Кровь Христова? Итак, вода очищения, смешанная с пеплом телицы, была ясным образом так называемой «мертвости» Христовой (2 Кор. 4:10), как во святом крещении и сами мы исповедуем исполнение этого чрез веру, согласно с тем, как сказал опять тот же божественный Павел: «мы погреблись с Ним крещением в смерть, дабы, как Христос воскрес из мертвых славою Отца, так и нам ходить в обновленной жизни» (Рим. 6:4); и еще сказал он: «Всегда носим в теле мертвость Господа Иисуса, чтобы и жизнь Иисусова открылась... в смертной плоти нашей» (2 Кор. 4:10-11).     П. Но что значит так называемая здесь мертвость Христа?     К. Это значит умереть для мира и грехов и проводить жизнь священную, святую и наиболее всего любезную Богу, чем опять весьма похвалялся Павел, говоря: «Законом я умер для закона, чтобы жить для Бога. Я сораспялся Христу, и уже не я живу, но живет во мне Христос. А что ныне живу во плоти, то живу верою в Сына Божия, возлюбившего меня и предавшего Себя за меня» (Гал. 2:19-20). Это, думаю, и значит: умереть в мире и понести мертвость Христа, а в то же время и проводить жизнь в Нем. Итак, пепел, телицы в смешении с водою может указывать собою на мертвость Христа, совершаемую во святом крещении, причастниками которой, сказано, должны быть и сами числящиеся левитском чине и как бы в сени освобожденные от всякого вида плотской нечистоты. На это, думаю, указывает, и очень ясно, снятие бритвою волос на теле: «Ибо слово Божие живо и действенно и острее всякого меча обоюдоострого» (Евр. 4:12), как бы какую нечистоту волос и ногтей срезающее с ума нечистоту врожденных нам плотских движений, каковую Священное Писание в одном месте называет также и законом греха, живущим в членах плоти и противовоюющим закону ума и влекущим недозволенному (Рим. 7:23). Но силою и действием Святого Духа, как бы бритвою срезаемый, он (закон греха) немоществует, а если бы как-нибудь стал снова усиливаться в нас, то еще с большею силою отсекается: «духом ходите, — сказано, — и похоти плотские не совершайте» (Гал. 5:16). Как бритва, однако же, не вполне с самого корня вырывает у нас волос, а срезает недавно лишь вырастающий: так ив нас слово Божие не до самого как бы корня исторгает врожденное нам влечение похоти (ибо совершенная святость соблюдена для будущего века), но скорее умерщвляет возрастающее и усиливающееся в нас и укрощает неистовствующий в членах плоти закон. Итак, снятие волос загадочно указывает на очищение ума, которое совершает в нас Божественное и острейшее слово Божие. Омовение же одежд указывает нам светлое и безукоризненное жительство, вне проявляющееся: «промышляюще добрая не только пред Господем, по написанному, но и пред человека» (Рим. 12:17 и Притч. 3:4). И Сам Господь говорит: «Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного» (Мф. 5:16). Итак, истинно святые и священные должны быть чистыми изнутри и совне, нося мертвость Иисуса в своем теле и некоторым образом спогребаясь Ему чрез святое крещение.   П. Ты хорошо сказал. О поклонении и служении в Духе и Истине, 2.11