Толкование Бытие 38 глава 26 стих - Экзегет

Она правее меня. По свойству языка еврейского (см. пример Иез. 16:51, 52), не то сие значит, чтоб Иуда признавал Фамарь совершенно невинною, но что себя самого находит он более виновным, нежели она. Вина Иуды очевидна в том, что он коварно лишил Фамарь супруга, принадлежащего ей по закону или силу закона имеющему обычаю, и таким образом соделался виною всех следствий сего лишения; и в том, что решился на явное и никакими обстоятельствами не извиняемое любодеяние. Фамарь также не может быть оправдана, потому что, сознавая себя привязанною законом к сыну Иуды, она должна была видеть в совокуплении с самим Иудою прелюбодеяние и кровосмешение; и потому что лучше было ей за претерпеваемую несправедливость ожидать возмездия от Промысла, нежели коварство противопоставлять коварству и беззаконию беззаконие. С другой стороны, если преступление любодейства состоит в нечистом вожделении (Мф. 5:28), которое по всем признакам никакого в поведении Фамари не имело участия; если она не имела иного желания, как исполнить свои обязанности по своему, хотя не довольно чистому разумению, и на сей единый конец с опасностью самой жизни отважилась: оставив дом отеческий, искать возвращения в иноплеменный род, в семейство свекра, к ней несправедливого — то можно ли сделать о ней строжайший приговор, нежели какой дал Иисус Христос о приведенной к нему прелюбодеице: кто из вас без греха, пусть первый бросит на нее камень осуждения (Ин. 8:7, 11). Потом он не познал ее более. Иуда исповедует чрез сие закон, осуждающий кровосмешение.