Толкование Бытие 2 глава 23 стих - Экзегет

Здесь я не встречаю никаких затруднений, ибо Апостол, припомнив это пророчество, говорит: «Тайна сия велика; я говорю по отношению ко Христу и к Церкви» (Еф. 5:32)1. Однако мы читаем, что из Адама изъята была только кость; отчего же тогда сказано: «плоть от плоти моей»? Но ведь это могло быть сказано и применительно к настоящему положению дел, ибо, поскольку кость, взятая от ребер его, Тем Богом, для Которого все возможно, облечена была плотию в женское тело и поскольку кость, из плоти исторгнутая и сызнова в плоть облаченная, соделалась телом, то она есть как кость от кости, так и плоть от плоти. Господь же в Евангелиях, когда иудеи искушали Его о том, дозволительно ли разводиться с женою, указует, что сие было сказано более о Нем Самом, нежели об Адаме, говоря: «Не читали ли вы, что Сотворивший в начале мужчину и женщину сотворил их и сказал: посему оставит человек отца и мать и прилепится к жене своей, и будут два одною плотью?» (Мф. 19:4). Ведь это следует сразу же за словами плоть от плоти моей. Стало быть, пророчество следует из того, что свершалось в Адаме. Ибо когда Господь, сотворивший мужчину и женщину, таковое изрек, – что сие кость от кости его и плоть от плоти его, – то этим через Адама Он Сам возвестил о том, что во всей полноте осуществилось во Адаме, но, не умаляя подлинности свершившегося, явил в нем и прообраз того, что свершалось в другом 2. Ведь коль скоро Слово сделалось плотию (См. Ин. 1:14), а Церковь есть часть тела Христова, поятая от ребер Его (Еф. 5:30), и она через воду рождена, через кровь же оживлена (См. Ин. 19:34), и опять, коль скоро плоть, в каковой рождено было предвечное Слово, то есть Сын Божий, через таинство пребывает и в нас, то здесь Он с непреложностию изъяснил, что в Адаме и Еве заключается образ Его Самого и Церкви, указуя, что после Его смертного сна последняя освящается приобщением тела Его 3. То же самое говорится и у Апостола: «Ибо не Адам прельщен; но жена, прельстившись, впала в преступление; впрочем спасется через рождение чад, если те пребудут в вере» (Ср. 1 Тим. 2:14). Итак, Церковь составлена от мытарей, грешников и язычников; и поскольку не согрешает лишь ее Второй, Небесный Адам, то сама эта грешница спасена будет через порождение чад, пребывающих в вере. Впрочем, это не следует понимать в том смысле, что будто бы женщина не была искуплена Господом от греха или что крещение для нее излишне, если будет она оправдана в основном ради заслуг своего потомства. Ибо даже и самое рождение чад не было бы для нее защитою, так как она может быть спасена, только если рожденные ею будут тверды в вере. И не знаю, справедливо ли было бы, если бы кто-то объявлялся виновным ради чужих грехов или невинным ради чужих заслуг. Но, уверенно «соображая духовное с духовным» (1 Кор. 2:13), мы поймем, что Апостол здесь говорит прежде всего о том, что великую тайну, свершившуюся во Адаме и Еве, он относит уже ко Христу и Церкви. И нам так и подобает расценивать это, как сказанное в смысле духовном, хотя его слова в одинаковой мере должны быть отнесены к непосредственному предмету его поучения и к назиданию тех, кого он наставлял. В самом деле, проповедуя в первом из посланий к Коринфянам сугубое милосердие Божие в отношении тех неверующих, кому предстоит освятиться через брак с верующими (1 Кор. 7:12–15), он, вместе с тем, учил, что такое же освящение должно дароваться и через рождение верующих чад, так что, подобно тому, как союз с верующим супругом бывал благодетелен для неверующего, точно так же и рождение верующих чад могло помогать неверующим. Кроме того, в Адамовом сне и в Евином облечении плотию нам подобает усматривать и таинственное предвозвещение сокровенной тайны Христа и Церкви, ибо здесь содержится обетование и образ воскресения плоти. В самом деле, при сотворении женщины берется уже не земля, и не персть обретает определенные очертания, и не от дыхания Божиего бездушное вещество обращается в душу живую (Быт. 2:7), но плоть нарастает на кости, и ей придается телесное совершенство, а за совершенством телесным приспевает и животворная сила духа. Именно о таком порядке воскресения поведал Бог через пророка Иезекииля (Иез. 37:10), научая нас видеть в том, чему предстояло свершиться, могущество Своей силы. Ибо тут все собирается воедино: и плоть берется, и дух приспевает 4, и ничто из творений Его не пропадает втуне у Бога, у Которого для создания этого тела имелось то, чего прежде не было 5. Сия же тайна, по слову Апостола, сокрыта от веков в Боге (См. Кол. 1:26; Еф. 3:9): «чтоб и язычникам быть сонаследниками, составляющими одно тело, и сопричастниками обетования Его во Христе» (Еф. 3:6), «Который властен, – как сказано у того же Апостола, – уничиженное тело наше преобразить так, что оно будет сообразно славному телу Его» (Флп. 3:21). Итак, восставший ото сна Своих Страстей Небесный Адам признаёт, с воскресением Церкви, Свою кость и Свою плоть, уже не из земли сотворенную и не от духновения оживленную, но нарастающую на кости и, через приспевание духа, из тела претворенную в тело. Ибо сущие во Христе воскреснут вослед Христу (Ср. 1 Фес. 4:16), в Котором уже осуществилось воскресение всеобщей плоти, так как Он Сам рождается во плоти нашей с силою Бога, в каковой прежде века Он был рожден от Отца. А коль скоро иудей и эллин, скиф и варвар, раб и свободный, мужчина и женщина, все они едины суть во Христе (Ср. Кол. 3:11), и коль скоро нами признано, что плоть от плоти и что Церковь есть тело Христово, и тайна, сущая во Адаме и Еве, возвещает о Христе и Церкви, то, стало быть, во Адаме и Еве в начале времен уже свершилось то, что при скончании времен через Христа предуготовляется для Церкви 6. 1 Ср. Иларий, In Psal. 138, 29: «И пророческое, и апостольское свидетельство утверждает, что Церковь есть кость Христова. Ибо когда Апостол, изъясняя то, что в Бытии было сказано об Адаме и Еве, говорит: «Вот, это кость от костей моих и плоть от плоти моей», то он, приведя это высказывание, прибавил: «Тайна сия велика; я говорю по отношению ко Христу и к Церкви»». 2 Здесь содержится указание на главный принцип типологической экзегезы: обнаружение духовного смысла того или иного события, описываемого в Ветхом завете, не отменяет реальности, подлинности этого события, то есть его буквального (или исторического) смысла. 3 Ср. Тертуллиан, De anima 43: «Ибо если Адам являл образ Христа, то сон Адама был смертию Христа, Которому предстояло уснуть смертным сном, равно как и через рану, причиненную ребрам его, изображалась Церковь, матерь всем живущим». Ср. также Tract. Orig. 15, р. 165: «Ибо кто же не знает, что когда Господь наш ... был подвешен на крестном древе, то из раны в ребрах Его истекла не только кровь, но и обильной струею источающаяся вода, являя, что невеста, то есть Церковь, по прообразу первозданных людей, созидается от ребер Его, подобно как Ева была создана из ребра Адама». Впоследствии ту же самую мысль, с присущим ему изяществом, выразил Августин, Contra Faust. 12, 8: «Созидается спящему мужу от ребер супруга, созидается Церковь умирающему Христу от таинства крови, истекшей из ребер Его, умершего». 4 Лат. advolat, букв. – «подлетает». Возможно, это дальний отголосок устойчивой и достаточно ранней традиции, в которой голубь символизирует Духа Святого (см., напр., Тертуллиан, De bapt. 8; ср. Пс.-Киприан, Ad Novat. 2; Ипполит, In Teoph. р. 261 (Aachelis) и др.). Правда, символика голубя-Духа связана с контекстом типологии крещения, а у Илария речь идет о воскресении плоти и вовсе не обязательно – о Духе Святом, однако эти контексты очень близки друг к другу, так как и крещение, и воскресение понимаются как «новое рождение в Духе». 5 Здесь подразумевается материя, сотворенная «из ничего». 6 То есть воскресение плоти.