Толкование 1-ое послание ап. Иоанна 2 глава 29 стих - Сагарда Н.И.

Стих 28
Стих 1

Толкование на группу стихов: 1 Ин: 2: 29-29

Читатели послания знают все и не имеют нужды, чтобы кто-либо учил их; поэтому Апостол обращается к их собственному сознанию и из того, что им уже известно, выводит необходимые следствия: ἐὰν εἰδῆτε, ὅτι δίκαιός ἐστιν, γινώσκετε, ὅτι πᾶς ὁ ποιῶν τὴν δικαιοσύνην ἐξ αὐτοῦ γεγέννηται. Прежде всего представляется вопрос: кого разумеет Апостол в выражении δὶκαιός ἐστιν, – Иисуса Христа или Бога. Предикат δὶκαιος не может иметь решающего значения, так как Апостол прилагает его и к Богу (III, 9; Ин. 17:35), и ко Христу (II, 1). По связи речи естественнее всего было бы ожидать, что здесь разумеется Иисус Христос, так как прежде и даже еще в 28 стихе несомненно Апостол говорит о Нем. это предположение, поддерживаемое некоторыми экзегетами, усиливается еще и тем обстоятельством, что в 29 стихе не введено никакого нового местоимения, между тем как в III, 1 новый субъект точно поименован – ὁ Πατὴρ. Но против такого понимания имеются и очень веские возражения. Мысль стиха бесспорно такова: если «Он» праведен, то рожденными от Него могут быть только те, которые творят правду. Таким образом, αὐτός тожественно с ἐξ αὐτοῦ; иначе понимать нельзя, так как вся сила сказанного в 29 ст. покоится на том, что тот, кто назван δίκαιος, действительно тожествен с тем, от которого рожден творящий правду. Bengel: justus justum gignit. Но понятие γεννᾶσθαι ἐκ Χριστοῦ в Свящ. Писании нигде не встречается, – это совершенно противоречит общему воззрению и образу выражения Апостола Иоанна, что Христос в Его человеческом явлении, воплотившееся Слово, есть Тот, Которым восстановлено общение людей с Богом, люди возвышены до сыновних отношений к Богу, сделались детьми Божиими; поэтому он говорит обыкновенно о Боге, как первоисточнике новой жизни, чрез Христа сообщенной верующим; в виду этого Апостол Иоанн всегда говорит о рождении от Бога: γεγεννημένος ἐκ τοῦ Θεοῦ (III, 9; IV, 7; V, 1. 4. 18). Отсюда несомненно, что δίκαιος Апостол называет именно Бога, Который в III, 1, применительно к учению о рождении от Него и христианском богосыновстве, называется Отцем. Апостол делает такой переход от Отца к Сыну, ничем не отмечая его, потому что он вообще, когда говорит об отношении Бога к людям, никогда не мыслит Его отдельно от Христа (cp. V, 20), и наоборот, говоря об Иисусе Христе, всегда имеет в мысли и Бога Отца, Которого Сын открыл людям; оба Божественные лица в сознании Апостола существуют нераздельно друг от друга, так что он редко чувствует потребность обозначить субъект своей речи иначе, как чрез местоимение; при чем переход от одного лица к другому совершается незаметно (cp. III, 1 – 4: τέκνα Θεοῦ, οὐκ ἔγνω αὐτόν, ἐὰν φανερωθῆ, ὅμοιοι αὐτῷ ἐσόμεθα, καθώς ἐκεῖνος, также ΙV, 21 и предыдущ.). Бог называется праведным не в том смысле, что Ему принадлежит justitia judicalis: из Его праведности выводится делание правды рожденных от Него – ποιεῖν τὴν δικαιοσήνην; поэтому δίκαιοςдо некоторой степени синонимично φῶς ἐστίν (I, 5) и соответствует ему, с тою только разницею, что последнее имеет в виду Бога в Его существе, в Самом Себе, а δίκαιος говорит о Нем, поскольку Его существо обнаруживается в деятельности, преимущественно в отношении к людям. Δίκαιος есть понятие отношения и предполагает норму и от нее получает свое положительное содержание: δίκαιος есть тот, кто таков, каким он должен быть, чтобы удовлетворить поставленным требованиям. Отсюда в абсолютном смысле δίκαιος в библейском воззрении есть тот, кто ни в чем не нарушил установленных нравственных норм, кто всецело осуществил нравственный закон, и посему нравственно чистый, святой. Но при этом не должно забывать разницы между δίκαιος и ἅγιος. Последнее определяет божественное существо по его нравственной стороне, как взятое само в себе; тогда как δίκαιος есть божественный атрибут, так сказать, ἐνεργητικός, в силу которого Бог хочет и делает все, что сообразно с Его вечными законами. Праведность Божия необходимо обнаруживается в деятельности, почему и от детей Божиих требуется ποιεῖν τὴν δικαιοσύνην683. Знание о Боге, именно праведном, предполагается у всех христиан, как несомненный факт, который однако не всегда имеется у них в необходимой силе и ясности. Апостол выражает свою мысль в условной форме, потому что не уверен, действительно ли это ведение (εἰδῆτε) в их сознании является вместе с теми следствиями, какие необходимо извлечь из него. Если последнего нет, то с полным правом можно поставить под сомнение и то, действительно ли и посылки его даны их сознанию со всею ясностью. Вызвать в сознании читателей необходимые следствия из известного им понятия божественной праведности и чрез то прояснить и самое ведение о Боге и сделать его живым и деятельным, Апостол и ставит своей задачей. Чтобы привлечь внимание читателей, он выражает свое увещание в форме повелительного наклонения, а не изъявительного (cp. III, 7): γινώσκετε, ὅτι πᾶς ὁ ποιῶν τὴν δικαιοσύνην ἐξ αὐτοῦ γεγέννηται. Такое понимание формы γινώσκετε требуется всем тоном послания: Апостол увещевает читателей извлечь из положения, что Бог праведен, следствия для своего нравственного поведения. Оно подтверждается и изменением глаголов – οἴδατε и γινώσκετε. Первый выражает интуитивное познание или просто знание факта (ст. 11. 20. 21); последний же означает прогрессивное познавание на основании опыта, постепенное постижение, уразумевание предмета (ср. 7 Иисус сказал ему в ответ: что Я делаю, теперь ты не знаешь, а уразумеешь после.Ин. 13:7; 21 и обратное изменение – XIV, 7; VIII, 55). Слав. – разумейте (св. Алекс.: знаете), русск. – знайте, vlg. – scitote. Важная истина, которую Апостол хочет вызвать в сознании читателей, заключается в тесной связи между рождением от Бога и деланием правды: кто притязает на достоинство рожденного от Бога, тот должен доказать это чрез τὸ ποιεῖν τὴν δικαιοσύνην; если нет последнего, то не может быть речи и о первом. Понятие праведности (όικαιοσύνη), занимающее «самое выдающееся место в учении Апостола Павла»684, в учении Апостола Иоанна не имеет такого значения и употребляется им редко. Оно встречается у Апостола Иоанна только в формуле: ποιεῖν τὴν δικαιοσύνην (II, 29; III, 7. 10; 8 и Он, придя, обличит мир о грехе и о правде и о суде:Ин. 16:8. 10; δίκαιος только 9 Если исповедуем грехи наши, то Он, будучи верен и праведен, простит нам грехи наши и очистит нас от всякой неправды.1 Ин. 1:9; 1 Дети мои! сие пишу вам, чтобы вы не согрешали; а если бы кто согрешил, то мы имеем ходатая пред Отцем, Иисуса Христа, праведника;1 Ин. 2:1, 29; 7 Дети! да не обольщает вас никто. Кто делает правду, тот праведен, подобно как Он праведен.1 Ин. 3:7, 12; 30 Я ничего не могу творить Сам от Себя. Как слышу, так и сужу, и суд Мой праведен; ибо не ищу Моей воли, но воли пославшего Меня Отца.Ин. 5:30; 24 Не судите по наружности, но судите судом праведным.Ин. 7:24; 25 Отче праведный! и мир Тебя не познал; а Я познал Тебя, и сии познали, что Ты послал Меня.Ин. 17:25) имеет в качестве противоположного ποιεῖν τὴν ἁμαρτίαν (III, 8) и обозначает не праведность in abstracto, как свойство человека, но праведность in concreto, как понятие праведности действий. И если δίκαιος есть тот, кто отвечает предъявленным к нему требованиям в полном их объеме, то и δικαιοσύνη отмечает такую деятельность христианина, какою она должна Сыть согласно его званию, деятельность, согласную с божественной нормой, с волею Божией. Из этого видно, что δικαιοσύνη предполагает норму и правило, на основании которых определяются поступки человека, как отвечающие понятию δίκαιος, – предполагает, следовательно, закон. В писаниях Апостола Иоанна, если не ставить в счет приводимых им речей Иисуса Христа и иудеев, словоνόμος встречается только один раз в Евангелии I, 17, где разумеется именно закон Моисеев. Это обстоятельство объясняется тем, что Апостол Иоанн писал в то время, когда вопрос о значении закона Моисеева (νόμος) потерял свой острый характер и даже интерес; поэтому и мерка для δικαιοσύνη им указывается другая. Апостол Иоанн часто говорит о заповедях (ἐντολαί), которые человек должен соблюдать (τηρεῖν II, 3. 4; III, 24); содержание этих божественных заповедей составляет все то, что благоугодно пред Богом: τὰ ἀρεστὰ ἐνώπιοντοῦ Θεοῦ (22 и, чего ни попросим, получим от Него, потому что соблюдаем заповеди Его и делаем благоугодное пред Ним.1 Ин. 3:22), τὸ θέλημα τοῦ Θεοῦ (II, 17). Но откуда познается воля Божия? Где открыто, что благоугодно пред Богом? Разрешение этого вопроса дает II, 3 – 5, где формула τὰς ἐντολάς τηρεῖν (ст. 3–4) заменяется τὸν λόγον τηρεῖν (ст. 5). Хотя эти выражения по объему не равны, однако несомненно, что последнее включает в себя первое и потому может определять и источник его; это есть слово Божие, открытое Иисусом Христом и проповеданное Апостолами. Этим, конечно, нисколько не исключается и временное значение закона Моисеева, как не отрицал его и сам Господь (Mф. 5:17–18). Таким образом, τὸδίκαιον по Апостолу Иоанну, есть воля Божия, выраженная по частям в божественных заповедях, а во всей полноте – в божественном слове. Отсюда ποιεῖν τὴν δικαιοσύνην есть соблюдение божественного слова, деятельность, точно соответствующая познанной истине, заключающей в себе норму для деятельности человека. Но Апостол Иоанн не знает никакой человеческой деятельности, которая не имела бы глубочайшего основания во внутреннем настроении человека, и при том не мимолетном, а постоянном и неизменном. Соблюдение заповедей Божиих, слова Божия, необходимо предполагает настроение, которое всецело посвящено Богу. Слово Божие глубоко проникло в существо человека, пребывает в нем, сделалось руководящим принципом, определяющим собою все ого действия, так что они действительно оказываются во всем согласными с волею Божией; поэтому ποιεῖν τὴν δικαιοσύνην значит – давать фактическое доказательство праведности, внутреннюю праведность отпечатлевать в своем хождении, в слове и деле, поведении и суждениях, и праведность сделать задачей своей жизни. Ударение лежит на ποιῶν и с особенною силой оттеняет именно, ту мысль, что правду нужно делать, а не только признавать, проповедовать, сознавать, чувствовать и любить. Чем более человек осуществляет в своей жизни δικαιοσύνη, тем теснее должно быть общение человека с Богом, о котором такая жизнь свидетельствует. Апостол не находит более подходящего термина для выражения всей глубины того общения с Богом, в какое становится верующий, твердо соблюдающий все заповеди, как ἐξ αὐτοῦ γεγέννηται. Это выражение необходимо понимать в возможно точном смысле, с сохранением сильного оттенка, сообщенного ему предлогом ἐξ (ср. 12 А тем, которые приняли Его, верующим во имя Его, дал власть быть чадами Божиими,Ин. 1:12, 13). Ἐξ αὐτοῦ γεννᾶσθαι значит получить новое внутреннее бытие; это не только изменение или улучшение, но новое рождение, именно ἐξ αὐτοῦ – от Бога, из святого существа Божия, вследствие чего человек делается θείας κοινωνὸς φύσεως (4 которыми дарованы нам великие и драгоценные обетования, дабы вы через них соделались причастниками Божеского естества, удалившись от господствующего в мире растления похотью:2 Пет. 1:4; ср. 3 Иисус сказал ему в ответ: истинно, истинно говорю тебе, если кто не родится свыше, не может увидеть Царствия Божия.Ин. 3:3, 5, 6; 12 А тем, которые приняли Его, верующим во имя Его, дал власть быть чадами Божиими,Ин. 1:12, 13; 5 Он спас нас не по делам праведности, которые бы мы сотворили, а по Своей милости, банею возрождения и обновления Святым Духом,Тит. 3:5; 23 а обновиться духом ума вашегоЕф. 4:23, 24; 2 и не сообразуйтесь с веком сим, но преобразуйтесь обновлением ума вашего, чтобы вам познавать, что есть воля Божия, благая, угодная и совершенная.Рим. 12:2; 3 Благословен Бог и Отец Господа нашего Иисуса Христа, по великой Своей милости возродивший нас воскресением Иисуса Христа из мертвых к упованию живому,1 Пет. 1:3, 23). В рожденных от Бога пребывает семя божественной жизни (III, 9); они делаются причастниками божественной природы. Рождение от Бога есть переход в новую жизненную область, в βασιλεία τοῦ Θεοῦ, от смерти к жизни (IV, 14); оно приводит к свету мира, служит залогом вечной жизни (V, 11. 20) и производит то, что Бог в нас и мы в Нем (IV, 15), как дети Божии (III, 1. 9. 10) и сущий от Бога (III, 10). Поэтому в ἐξ αὐτοῦ γεννᾶσθαι указываются причина и условие, без которых ποιεῖν τὴν δικαιοσύνην невозможно и немыслимо. Praes, ποιῶν и perfect γεγέννηται ясно отмечают их взаимное отношение: первое, что должно совершиться, есть «рождение от Бога», второе, из него вытекающее, есть «делание правды». Необходимо обратить внимание на то, что Апостол говорит: πᾶς ὁ ποιῶν τὴν δικαιοσύνην ἐξ αὐτοῦ γεγέννηται, а не: πᾶς ὁ ἐξ αὐτοῦ γεγεννημένος ποιεῖ τὴν δικαιοσύνην. Очевидно, логическое ударение лежит на первом члене предложения – на ὁ ποιῶν τὴν δικαιοσύνην: Апостол хочет сказать не то, что всякий, кто от Бога рожден, также должен и правду творить. Хотя сама по себе эта мысль является вполне правильною и совершенно естественною; но Апостол делает обратное заключение, имеющее в своем основании первое: кто творит правду, тот показывает этим, что он от Бога рожден, ибо в своей жизни он осуществляет праведность, которая составляет существо Божие (δίκαιός ἐστιν).Следовательно, о «делании правды» Апостол говорит не как об условии нашего рождения от Бога, но на основании нравственного поведения, которое составляет настоящий факт (πᾶς ὁποιῶν τὴν οικαιοσύνην), он заключает о совершившемся уже возрождении (ἐξ αὐτοῦ γεγέννηται). Что мы рождены от Бога и действительно дети Божии, это обнаруживается; а потому и доказывается нашим хождением во свете и деланием правды.