Синодальный перевод
3

вот я; свидетельствуйте на меня пред Господом и пред помазанником Его, у кого взял я вола, у кого взял осла, кого обидел и кого притеснил, у кого взял дар и закрыл в деле его глаза мои, - и я возвращу вам.

Как молчать святые знают [о своих подвигах], когда нет ни­какой действительной нужды, так и говорит умеют, когда ви­дят настоятельную необходимость.   И... на Самуиле можно видеть то же самое. Он, управляя столько лет народом иудейским так, как желал Бог, никогда не высказывал о себе вслух ничего великого, хотя и мог, если бы хотел, сказать многое, как-то: о своем воспитании с самого первого возраста, о пре­бывании во храме, о своем даре пророчества с детства, о по­следующих войнах, о победах, которые он одержал, не оружием защищаясь, но воюя с Божия благословения, — в прежние времена не говорил ничего такого. Когда же он намеревался отказаться от управления и вручить власть другому, тогда, наконец, вынужден был высказать похвалы себе и при­том слабо. Созвав весь народ, в присутствии и Саула, он сказал так: «и сказал Самуил всему Израилю: вот, я послушался голоса вашего во всем, что вы говорили мне, и поставил над вами царя, и вот, царь ходит пред вами; а я состарился и поседел; и сыновья мои с вами; я же ходил пред вами от юности моей и до сего дня; вот я; свидетельствуйте на меня пред Господом и пред помазанником Его, у кого взял я вола, у кого взял осла, кого обидел и кого притеснил, у кого взял дар и закрыл в деле его глаза мои, — и я возвращу вам» (1 И сказал Самуил всему Израилю: вот, я послушался голоса вашего во всем, что вы говорили мне, и поставил над вами царя,2 и вот, царь ходит пред вами; а я состарился и поседел; и сыновья мои с вами; я же ходил пред вами от юности моей и до сего дня;3 вот я; свидетельствуйте на меня пред Господом и пред помазанником Его, у кого взял я вола, у кого взял осла, кого обидел и кого притеснил, у кого взял дар и закрыл в деле его глаза мои, - и я возвращу вам.1 Цар. 12:1—3). А какая, скажешь, была необходимость — говорить это? Многая и великая. Так как он намеревался ввести в управление ими Саула, то, желая посредством оправдания себя научить его, как должно управ­лять и пещись о подданных, он самих подчиненных пред­ставляет свидетелями своего любомудрия. И это делает он не во время своей власти, чтобы кто-нибудь не сказал, будто они из боязни и по страху пред ним свидетельствовали о том, чего не было, но когда он оставлял управление народом и дела правления перешли к другому, и не было никакой опасности для обвиняющего, — тогда он и входит в суд с ними. Между тем, если бы это был кто-нибудь другой, то стал бы злопамят­ствовать против иудеев и не захотел бы иметь преемником своим начальника справедливого и умеренного, не только по злопамятству, но и для того, чтобы его самого больше хвалили. Подлинно, бывает у начальников эта ужасная болезнь — желание, чтобы преемники их власти были худыми и порочными. Если сами они были благородны, то думают сделаться более блестящими, если преемники их власти не будут такими же; а если они порочны и развратны, то думают, что зло последую­щего начальника будет защитою собственной их порочности. Не таков был этот блаженный, но он желал, молился и до­могался, чтобы иудеи получили многим лучшее правление: так он был нежен, так чист от зависти, так свободен от тще­славия! Он искал только одного — спасения людей. Поэтому, при защите себя, он преподал наставление и их начальнику. Так как с одной стороны призвать царя и сказать ему: будь спра­ведлив и умерен и неподкупен, никого не насилуй и не де­лай несправедливости, и не жадничай, — было бы тяжело и не­приятно имевшему слышать это, а с другой стороны, молчание было бы предательством в отношении к народу, то он под видом защиты себя сделал то и другое: и того научил, ка­ким должно быть царю, и в наставлении избег неприятности. По-видимому он заботится только о себе, но научает того, как и каким образом должно пещись о подданных. Рассмотри, с какою тщательностью он доказывает свое непричастие к взят­кам. Он не сказал: не отнял ли я у кого-либо из вас по­лей, или золота, но того, что дешевле всего, — обущу, говорит он. Потом объявляет нам и другую великую добродетель свою. Так как многие из начальников, если они воруют, то бывают справедливыми, умеренными и ласковыми, не сами от себя, но по принужденно совести, потеряв дерзновение вслед­ствие кражи; а неподкупные бывают тяжкими и неприятными, опять не сами от себя, а по некоторому тщеславию и вследствие своей неподкупности; и чтобы то и другое совместилось в одном человеке, это видеть не легко, — то этот святой, желая показать, что он был выше того и другого, преодолевал и мздоимство и гнев, после того как сказал: «у кого взял я вола» , не замолчал, но присовокупил: «кого обидел» ?    Смысл слов его следующий: никто не может сказать, что я, хотя не брал, но потому, что не брал, был тяжким, и неприятным, и грубым и диким. Поэтому он и сказал: «кого притеснил» ? Беседа на 1 О, если бы вы несколько были снисходительны к моему неразумию! Но вы и снисходите ко мне.2 Кор. 11:1 * * * В самом деле, теми словами, которые он сказал, он как бы выразил следующее: великое зло говорить о себе что-нибудь великое и дивное; признак крайнего безумия, возлюбленный, величать себя похвалами без всякой нужды и нужды настоятельной; это не значит говорить по Господу, а больше служит знаком глупости и лишает нас всякой награды за многие подвиги и труды. Все это и больше того Павел говорил всем, когда оправдывался (в похвалах себе) и в случае необходимости. Но еще важнее то, что он, и в случае необходимости, не все высказывал, но умалчивал о большем и важнейшем. "ибо я приду", - говорил он, - "к видениям и откровениям Господним; но я удерживаюсь, чтобы кто не подумал о мне более, нежели сколько во мне видит или слышит от меня" (1 Не полезно хвалиться мне, ибо я приду к видениям и откровениям Господним.2 Кор. 12:1, 6). Этими словами он научает всех, чтобы мы, даже в случае необходимости, высказывали не все, что сознаем за собой, а только то, что полезно для слушателей. Так поступал и Самуил; и об этом святом упомянуть не излишне, так как и его похвалы служат в нашу пользу; он также некогда хвалил себя и высказывал свои добрые дела. Но какие? Те, которые знать полезно было слушателям. Он не распространялся ни о целомудрии, ни о смиренномудрии, ни о непамятозлобии, но о чем? О том, что особенно нужно было знать царствовавшему в то время, – о справедливости и о том, чтобы иметь руки чистые от даров. Слово 5 об Апостоле Павле

Добавил: Дмитрий_Б

Отредактировал: Дмитрий_Б