Толкование на 1-я книга Маккавейская, Глава 12 , Толковая Библия А.П. Лопухина

Автор неизвестен, I в. до Р.Х, Иудея

Псалтирь

Ошибка в тексте ?

Выделите ее мышкой и нажмите

Ctrl + Enter
Синодальный перевод
Толковая Библия А.П. Лопухина
1Ионафан, видя, что время благоприятствует ему, избрал мужей и послал в Рим установить и возобновить дружбу с Римлянами,
Послами в Рим для заключения союза избраны были, как узнаем из дальнейшего (ст. и 1 Мак. XIV:22), Нуминий и Антипатр.
2и к Спартанцам и в другие места послал письма о том же.
Из ст. 16-го видно, что те же послы, что были в Риме, заходили и к спартанцам для вручения письма иудеев и для заключения союза.
5Вот список письма, которое писал Ионафан Спартанцам:
6"Первосвященник Ионафан и народные старейшины и священники и остальной народ Иудейский братьям Спартанцам - радоваться.
Впервые здесь в нашей книге упоминается собрание «старейшин» народа (ή γερουσία τού έθνους), вместе с другими представителями (первосвященник и священники) составлявших верховное иудейское управление («Иудейский сенат»). Во 2 Мак. IV:44; 2 Мак. XI:27 (ср. I:10 и 3 Мак. I:8, 20) — этот «совет старейшин» упоминается уже при Антиохе IV, и V. Более точных сведений об организации его не имеется.
7Еще прежде от Дария [Арея], царствовавшего у вас, присланы были к первосвященнику Онии письма, что вы - братья наши, как показывает список.
Послание Ионафана спартанцам начинается напоминанием прежде бывшей переписки между первосвященником иудейским Ониею и царствовавшим у спартанцев Дарием (правильная форма 'Αρεύς). Точный список обращения последнего с заявлениями о братстве прилагается тотчас после изложения нового послания (20–23 ст.). — Возникает вопрос о более точном определении времени первой переписки и действующих в ней лиц. Вопрос этот не столь легкий для разрешения в виду того, что в истории известны 3 Онии и 3 Арея, причем указываемое, между прочим, Иосифом Флавием преемство этих Оний — после Симона, — совершенно тождественно в 2 случаях, как ясно из следующего: Ония (I), сын Иаддая, Симон (I) Прав., сын Онии I. Елеазар, брат Симона (20 лет), Манассия, дядя — Ония (II), сын Симона Прав. Симон (II), сын этого Онии и Ония (III), сын Симона II. Если, таким образом, не принимать во внимание брата и дядю между Симоном I и Ониею II, его сыном, то преемство будет совершенно тождественно в обоих случаях: Ония (I), Симон (I), Ония (II); и затем опять: Ония (II), Симон (II), Ония (III), — и везде — отец и сын. Столь запутывается дело и между 3 Ареями. Доподлинно известны два царя Спарты под данным именем — Арей I, царствовавший — по Диодору XX, 29 — с 309–265 г. до Р. Х. и Арей II, царствовавший около 255 г. до Р. Х., но уже 8-летним мальчиком умерший (Павзаний, III, 66). Так как Ония II едва ли был современником Арея II, то — по мнению некоторых толкователей — остается считать таковыми лишь Арея I и Онию I (323–300 г.). Переписка, следовательно, падает на время «диадохов», когда спартанцы в борьбе с Антигоном и его сыном Димитрием Полиоркетом естественно могли задаваться мыслью подготовить своим противникам затруднение завязкою сношений на востоке. — Ближайшие последствия этой переписки и сношений спартанцев с евреями неизвестны. Любопытно, однако, что в последующее время экс-первосвященник Иасон именно в Лакедемоне искал убежища от своих преследователей: это показывает, что мысль о родстве иудеев и спартанцев находила себе и фактическое применение. Что касается оснований для этой мысли в библейских родословиях («что они — братья и от рода Авраамова…» 21 ст.), то после напрасных поисков в самой Библии, мы должны искать этих оснований разве лишь в греческих сказаниях о происхождении спартанцев от финикиян. А каким образом эта мысль могла прийтись по сердцу евреям, можно объяснить давно известною страстью этого народа считать еврейство источником всякого развития.
8И принял Ония посланного мужа с честью, и получил письма, в которых ясно говорилось о союзе и дружбе.
9Мы же, хотя и не имеем надобности в них, имея утешением священные книги, которые в руках наших,
Каким образом священные книги были «утешением» Израиля и устранением необходимости союза и дружбы? — Воспитанием уверенности, что Бог — их защита и спасение, как показывало неоднократное избавление их от тяжких обстоятельств особыми посланниками Божиими.
10но предприняли послать к вам для возобновления братства и дружбы, чтобы не отчуждаться от вас; ибо много прошло времени после того, как вы присылали к нам.
11Мы неопустительно во всякое время, как в праздники, так и в прочие установленные дни, воспоминаем о вас при жертвоприношениях наших и молитвах, как должно и прилично воспоминать братьев.
Молитва хотя и за языческий, но считавшийся родственным народ — вполне могла быть приносимою иудеями подобно молитвам за языческих властителей их страны.
12Мы радуемся о вашей славе;
13нас же обстоят многие беды и частые войны; ибо воевали против нас окрестные цари.
14Но мы не хотели беспокоить вас и прочих союзников и друзей наших в этих войнах,
15ибо мы имеем помощь небесную, помогающую нам; мы избавились от врагов наших, и враги наши усмирены.
16Теперь мы избрали Нуминия, сына Антиохова, и Антипатра, сына Иасонова, и послали их к Римлянам возобновить дружбу с ними и прежний союз.
Посланники иудейские носят греческие имена, вероятно, для больших удобств при сношениях. Личности их неизвестны: одно кажется вероятным, что Иасон, отец Антипатра, здесь упоминается тот самый, которого Иуда посылал с Евполемом в Рим (17 Тогда избрал Иуда Евполема, сына Иоаннова, сына Аккосова, и Иасона, сына Елеазарова, и послал их в Рим, чтобы заключить с ними дружбу и союз1 Мак. 8:17).
17Поручили им идти и к вам, приветствовать вас и вручить вам письма от нас о возобновлении и с вами нашего братства.
18И вы хорошо сделаете, ответив нам на них".
19Вот и список писем, которые прислал Дарий [Арей]:
20"Царь Спартанский Онии-первосвященнику - радоваться.
21Найдено в писании о Спартанцах и Иудеях, что они - братья и от рода Авраамова.
22Теперь, когда мы узнали об этом, вы хорошо сделаете, написав нам о благосостоянии вашем.
23Мы же уведомляем вас: скот ваш и имущество ваше - наши, а что у нас есть, то ваше. И мы повелели объявить вам об этом".
Мысль о желании взаимной поддержки всеми силами и средствами здесь выражена в форме пословицы, не требующей, конечно, буквального понимания.
25и вышел из Иерусалима, и встретил их в стране Амафитской, и не дал им времени войти в страну его.
Страна «Амафитская», где Ионафан встретил врагов — ή 'Αμαθίτις χωρά, — есть страна города Hamat — иначе — 'Αίμαθ (Чис XXXIV:8 и др.; 4 Цар. XXV:21 и др.), или 'Ημάθ (2 Цар. VIII:9 и др.) и 'Εμάθ (Нав. XIII:5 и др.): большой город на Оронте и северном склоне Ливана, доныне существующий под именем Hamah.
26И послал соглядатаев в стан их, которые, возвратившись, объявили ему, что они готовятся напасть на них в эту ночь.
27Посему, когда зашло солнце, Ионафан приказал своим бодрствовать, быть в вооружении и готовиться к сражению всю ночь, и поставил вокруг стана передовых сторожей.
28И услышали неприятели, что Ионафан со своими приготовился к сражению, и устрашились, и затрепетали сердцем своим, и, зажегши огни в стане своем, ушли.
29Ионафан же и бывшие с ним не знали о том до утра, ибо видели горящие огни.
30И погнался Ионафан за ними, но не настиг их, потому что они перешли реку Елевферу.
О реке Елевфер см. к 1 Мак. XI:7. Эта река составляла границу между Финикией и Сирией; посему Ионафан и не переходил ее, не желая переносить войну в самую Сирию.
31Тогда Ионафан обратился на Арабов, называемых Заведеями, поразил их и взял добычу их.
Что побуждало Ионафана обратиться на арабское племя «Заведеев» неизвестно, как неизвестно и само это племя. — Большую вероятность имеет предположение что наименование этого племени стоит в связи с именем равнины, деревни и реки Zebdini на восточном отроге Антиливана, прямо по карте в 4 геогр. милях северо-западнее Дамаска.
32Потом, возвратившись, пришел в Дамаск и прошел по всей той стране.
33И Симон вышел, и прошел до Аскалона и ближайших крепостей, и обратился в Иоппию, и овладел ею34ибо он услышал, что [Иоппияне] хотят сдать крепость войскам Димитрия и поставил там стражу, чтобы охранять ее.
Об Аскалоне см к X:86; об Иоппии — к X:75. Иоппия уже была ранее взята Ионафаном (X:75 и д.), но, вероятно, оставлена была под охраною лишь местного городского отряда, которого могло быть совершенно достаточно для мирного времени. Теперь же, когда эта крепость проявила тяготение к Димитрию, Симон вновь «овладевает» ею и оставляет более сильный иудейский гарнизон для охраны города.
35И возвратился Ионафан, и созвал старейшин народа, и советовался с ними, чтобы построить крепости в Иудее,
36возвысить стены Иерусалима и воздвигнуть высокую стену между крепостью и городом, дабы отделить ее от города, так чтобы она была особо и не было бы в ней ни купли, ни продажи.
«Не было бы в ней ни купли, ни продажи…», ср. 1 Мак. XII:49. — Крепость предполагалось, таким образом, взять измором, что и было достигнуто.
37Когда собрались устроить город и дошли до стены у потока с восточной стороны, то построили так называемую Хафенафу.
«У потока, — т. е. Кедрона, — с восточной стороны…» Вероятно, в этом месте или совсем не уцелело стен или остатки их были столь слабы, что не выдержали бы тяжести новой кладки. Здесь строители построили Xафенафу, как называлась, по-видимому, часть этих полуобрушившихся стен.
38А Симон построил Адиду в Сефиле и укрепил ворота и запоры.
Адида — Αδιδά, — (точнее евр. ???, 1 Езд. II:33; Неем. XI:34) — к востоку от Лидды, где ныне el Hadithe — большое селение на восточном берегу при устье Wady — место по своему стратегическому положению весьма важное для защиты Иудеи со стороны Сефелы. Здесь Веспасиан впоследствии устроил для себя окопы, приготовляясь к осаде Иерусалима (Ios. bel. jud. IV, 9, 1).
39Между тем Трифон домогался сделаться царем Азии и возложить на себя венец и поднять руку на царя Антиоха,
41И вышел Ионафан навстречу ему с сорока тысячами избранных мужей, готовых к битве, и пришел в Вефсан.
42Когда Трифон увидел, что Ионафан идет с многочисленным войском, то побоялся поднять на него руки.
43И принял его с честью, и представил его всем друзьям своим, дал ему подарки, приказал войскам своим повиноваться ему, как себе самому.
44Потом сказал Ионафану: для чего ты утруждаешь весь этот народ, когда не предстоит нам войны?
46И поверил ему Ионафан, и сделал так, как он сказал, и отпустил войска, и они отправились в землю Иудейскую;
47с собою же оставил три тысячи мужей, из которых две тысячи оставил в Галилее, тысяча же отправилась с ним.
48Но как скоро вошел Ионафан в Птолемаиду, Птолемаидяне заперли ворота и схватили его, и всех вошедших с ним убили мечом.
50Но они, услышав, что Ионафан схвачен и погиб и бывшие с ним, ободрили друг друга и вышли густым строем, готовые сразиться.
«Услышав, что Ионафан схвачен и погиб…» — это было пока преувеличенною вестью, так как гибель Ионафана последовала несколько позднее (23 Когда же приблизился к Васкаме, умертвил Ионафана, и он погребен там.1 Мак. 13:23).
51И увидели преследующие, что дело идет о жизни, и возвратились назад.
Видя, «что дело идет о жизни…», ότι περί ψυχής αύτοίς έστι, слав.: «яко о души им есть…», т. е., как говорят доныне, что они готовы биться «не на живот, а на смерть», преследователи не посмели тревожить отступавших и возвратились назад.
52А они все благополучно пришли в землю Иудейскую и оплакивали Ионафана и бывших с ним, и были в большом страхе, и весь Израиль плакал горьким плачем.
53Тогда все окрестные народы искали истребить их, ибо говорили: теперь нет у них начальника и поборника; итак, будем теперь воевать против них и истребим из среды людей память их.